Глава 43. Тебе не избежать наказания

Сороконожку разделывали с хрустом, советами друг другу и периодической руганью. Я стояла спиной к занятым этим кураторам и хранителям академии, спасая нежную психику от эпического зрелища.

Предельно серьёзный Рэйдан стоял рядом со мной и чутко следил за окружением. Он снова удивил: его надменность и красование исчезли, едва он отправил остальных на разделку, а себя назначил ответственным за контроль пространства. Длинным заклинанием Рэйдан создал шесть сотканных из сумрака глаз и поставил их по периметру. Как объяснил – он мог переключаться между ними, и эти сумрачные глаза обладали ночным зрением.

Первое время я, проникшись суровым видом Рэйдана, молчала и не мешала отслеживать потенциальных врагов, но меня ещё переполняли эмоции от увиденного, стоять было скучно, от хруста хотелось отвлечься, так что:

– Я не помешаю, если буду говорить?

В глазах Рэйдана клубилась тьма, что делало выражение его сосредоточенного лица каким-то потусторонним, жутким.

– Нет, не помешаешь: я хорошо владею этим заклинанием, поэтому могу во время наблюдения делать что-то ещё.

– А-а, – покивала я и невольно улыбнулась: красование Рэйдана не закончилось.

Но, надо признать, у него есть основания считать себя крутым!

– Это действительно было впечатляюще. Хотела бы я быть такой же сильной магически, вжух-вжух! – я изобразила пару ударов меча. – И враги повержены.

Губы Рэйдана дрогнули, в лице появилась небольшая мягкость:

– Дело не только в силе. Тот же Вальдес эту тварь ковырял бы очень долго, хотя запас магии у нас примерно одинаковый.

Лишь миг мне потребовался на анализ и осознание:

– Быстрая победа у вас получилось благодаря меткости.

– Военные часто действуют в планарных мирах, где наши силы подавлены, поэтому в использовании магии делается акцент на эффективность, а не подавляющую мощь.

На мой взгляд продемонстрированное Рэйданом было именно подавляющей мощью, но для объективной оценки я слишком мало знала об этом мире. Прищурившись, оглядела Рэйдана и поинтересовалась:

– Если сравнивать с другими архонтами и драконами в целом, на каком уровне находятся ваши навыки? – Мягко улыбнулась в ответ на его хищный взгляд. – Просто хочу примерно представлять боевую мощь Нидума.

Запрокинув голову, Рэйдан, казалось, смотрел на звёздное небо, мягко озарившее его лицо. Хмыкая, он странно улыбнулся.

– Я сильнейший архонт своего поколения. Выигрывал все ежегодные военные состязания с десяти лет. Кубки уже ставить некуда.

Улыбка Рэйдана не казалась самодовольной, хотя повод был. Сердечко ёкнуло от осознания его навыков, а по коже снова побежали мурашки.

– Ого, – нарушила затянувшееся молчание, пытаясь избавиться от странного волнения.

На фоне с треском и руганью кураторы отделяли хитиновые пластины сороконожки от плоти. Рэйдан так и стоял с чуть запрокинутым лицом и молчал.

– Это действительно впечатляет. Я думала попросить вас оценить мои способности и потенциал, но… – ошарашенно вздохнув, покачала головой. – Даже страшно сравнивать. Я такая бездарная неумеха.

– Я считаю, что большинство драконов не реализуют боевой потенциал, а правильный подход поможет его раскрыть. К тому же, – Рэйдан снова странно усмехнулся, – огромное значение в развитии играет мотивация. Без неё я не был бы так хорош.

Не похвалить себя Рэйдан не мог, и меня немного раздражало его высокомерие, но я больше не могла воспринимать его как какого-то зазнавшегося мажора: слишком он сильный, слишком много побед одержал.

– И что могло мотивировать на такие достижения? – я снова разглядывала его красивое отстранённое лицо. – Вы хотите захватить мир?

Рэйдан рассмеялся, а хруст разделываемой туши на фоне стал тише. Улыбка ещё играла на губах Рэйдана, когда он ответил:

– С детства я мечтал стать учёным. Но как к наследнику военной династии ко мне были определённые требования, в том числе и победы на ежегодных состязаниях. Мы долго ссорились с отцом на эту тему и в итоге пришли к компромиссу: как только я достигал плановых показателей тренировки, мне можно было заниматься своими делами. Так как я хотел получить больше времени для любимого дела, я старался действовать максимально эффективно. И научный подход помогал найти оптимальные пути достижения результата.

Снова сердечко ёкнуло, а следом меня накрыло восторженное озарение:

– Так вот откуда взялась ваша теория о том, что можно увеличить вероятность оборота специфическими тренировками!

– Совершенно верно, – Рэйдан потянулся. – Стой здесь, мне надо разобраться с несколькими гостями.

Он распахнул сумрачные крылья и взмыл в небо. Тёмный силуэт на несколько мгновений закрыл звёзды и скользнул в сторону. Кураторы продолжали разбирать тварь на запчасти, а я вскоре обнаружила, что стою, прижав ладонь к груди и под учащённый стук сердца восхищаюсь Рэйданом. Это ужасно, но, кажется, я начинаю понимать его безумных поклонниц: этот архонт нереально хорош!

«А ещё он вредный, заносчивый и слушает только себя», – напомнила себе для охлаждения неуместного пыла.

***

Приближался тусклый рассвет, когда взмыленные кураторы и хранители академии дотащили почти тонну добычи до портала. От лагеря осталась лишь голая вытоптанная площадка земли. Сам портал едва различался в полумраке, напоминая марево над раскалённой землёй.

Рядом с ним вдруг появилась дюжина хранителей – они в невидимости караулили переход в академию. Подхватили и потащили хитиновые пластины, нагруженные мясом, лапами, мешками с внутренностями и бурдюками с жидкостями огромной сороконожки. Одна мысль об этих ресурсах вызывала страстное желание заречься от использования премиальных местных лекарств и косметики, потому что чаще всего их изготавливали из добычи планарных миров.

В ангаре на той стороне тоже был караул, нас бегло осмотрели, поставили галочку в документах и выключили арку портала.

Сдерживая зевки, я плелась рядом с Рэйданом. Он, наоборот, воспрял духом, нездоровая бледность лица исчезла к тому моменту, как мы вышли из ангара на залитую лиловым светом площадку.

Солнце поднималось над академией, ослепляя холодным ярким светом и превращая росу в сверкающие бриллианты.

– Свет небесный, преломись… – начал читать заклинание Рэйдан, а едва нас накрыло невидимостью, подхватил меня на руки и расправил крылья.

«Он такой сильный», – снова подумала я.

«И такой наглый!» – одёрнула себя.

От резкого взлёта адреналин не выделился, не стряхнул накопившуюся усталость: после «весёлого» парения на сумрачных крыльях полёты меня больше не пугали. Или просто я окончательно поверила, что Рэйдан с его способностями не уронит.

Но когда он завис над залитой рассветными лучами академией, дыхание у меня перехватило. Дрэгонхолл был маленьким, но городом. Архитектуру трудно было отнести к какому-то привычному мне стилю: здесь хватало сверкающих витражами шедевров архитектуры, зданий с роскошными фигурными фасадами, но были и дома попроще из тёмного кирпича и светлых камней. Круглый по форме, огибаемый речным каналом, Дрэгонхолл делился на радиальные сектора с зонами разных факультетов, общежитиями, парками, домами персонала, садами, оранжереями, складами и ангарами, площадками полигонов и стадионами. А в центре словно драгоценный камень сверкал купол над источником магии.

В груди затрепетало от этой красоты.

– Я хочу научиться летать, – неожиданно произнесла я.

Рэйдан посмотрел на меня:

– Всё в твоих руках, надо только постараться.

Его глаза сейчас были светлыми – такой тёплый сладкий мёд. Обнимая Рэйдана за шею, я ощущала частый стук его сердца и волнующий аромат. Ветер снова растрепал его светлые волосы, смягчая высокомерный образ архонта. Сейчас Рэйдан был тёплым, как его глаза, и это завораживало, смущало, тревожило.

Показалось, я не смогу отвести взгляд от его омытого восходящим солнцем лица. И тогда я порывисто уткнулась в сильное плечо. Рэйдан как будто замер, хотя крылья продолжали двигаться, удерживая нас над Дрэгонхоллом. Моё сердце стучало, как сумасшедшее.

– Я очень устала, – прошептала я.

Ощутила, как Рэйдан кивнул, а затем мы начали двигаться.

Он донёс меня до общежития, нырнул в арочный проход во внутренний двор и только там поставил на землю, одновременно отменяя заклинание невидимости.

«Не думай об этом», – посоветовала себе, одёрнула одежду и пошла рядом с Рэйданом.

Не глядя друг на друга, мы поднялись на галерею с выходившими на неё дверями квартирок. Между мной и Рэйданом была странная атмосфера. Вроде неловкость, но не совсем она, вроде бы близость, но не совсем она…

Жаль, от этого ощущения так просто не избавиться. Но едва я подумала так, как увидела двух караульных возле своей двери, и по спине побежали мурашки, а холодок напрочь изгнал всю неловкость.

Караульные у дома напомнили об опасности.

Когда я повернулась к Рэйдану, он снова был прежним архонтским снобом, свысока смотревшим на охрану и меня. Молодые мужчины побледнели, на их лбах проступил пот. Рэйдан подавлял их одним взглядом, воздух загудел от напряжения. Не было сказано ни слова, но когда невидимое давление исчезло, я почему-то была уверена, что эти мужчины скорее умрут, чем посмеют плохо выполнять свои обязанности.

Рэйдан свысока посмотрел на меня:

– Сегодня можешь отдыхать. Завтра возвращаешься ко мне.

– Так точно! – брякнула я, настолько по-военному всё ощущалось.

Уголок губ Рэйдана дрогнул, и он горделиво направился прочь, а я поспешила в своё жилище.

Включила свет в гостиной и огляделась.

Теоретически мой рюкзак с практики должны были оставить внутри у двери.

На практике оказалось, что рюкзак уже был разобран. Во всей квартирке царил идеальный порядок. Не то чтобы я за ним не следила, но сейчас всё надраили на каком-то запредельно педантичном уровне.

А ещё меня ждала горячая ванна с пеной и мятный чай. Всё приготовили ровно к моему приходу.

Жутковато, но…

– Спасибо за заботу, – снова поблагодарила я и стала раздеваться для купания.

***

Проснулась от яростного стука в дверь.

Солнечный свет озарял спальню. Усталость почти не ощущалась, и от грохота я сразу вспомнила, что оставалась на складе одна, а там могли подсыпать яд в вино.

В дверь продолжали стучать, но это был полный эмоций стук, а не суровые удары представителей закона.

И неизвестный посетитель явно не собирался отступать.

Зевая и потягиваясь, я села на кровати. Разглаженный халат лежал на стуле рядом.

Пока накидывала его, пока шла к двери, неведомый дятел изрядно мне надоел.

Посмотрев в глазок, тяжко вздохнула и открыла дверь.

Волосы невесты Лузиро Фледы были в лёгком беспорядке, щёки раскраснелись, глаза как-то бешено сверкали. Охранники косились на неё и, кажется, только их присутствие удерживало её от нападения.

Я не злой человек, но сейчас пожалела, что её выпустили.

– Леяна Боскан! – рыкнула Фледа. Скрипнула зубами и продолжила: – Признаю, ты почти избавилась от меня, но теперь я на свободе и начеку, уловки не спасут тебя от нашей дуэли! Она будет до смерти! Тебе не избежать наказания!

От этого крика я резко взбодрилась: Фледа что, решила, что я подставила её, чтобы избежать дуэли?

Пользуясь моим изумлением, Фледа развернулась на каблуках и умчалась прочь.

Теперь, когда она открыла обзор на окружавшие внутренний двор галереи, я увидела, что двери соседних квартир были открыты, их жительницы с любопытством, страхом и предвкушением наблюдали за мной.

– Доброго утречка! – я всем помахала.

Три или четыре двери захлопнулись, большая часть соседок оцепенела от удивления, но с десяток ответных пожеланий всё же донеслось.

А жизнь-то налаживается!

Всё ещё немного заторможённая после резкого пробуждения, я вернулась в гостиную.

На столике возле кресла стояла чашка со свежесваренным кофе.