Глава 22

В первую секунду подумала, что ослышалась. И во вторую тоже. До этого ректор вел себя достаточно благородно и терпеливо, а сейчас он будто влепил мне пощечину.

– Нет, – отрезала.

Неужели милорд Рэйнард считает, что я приворожила, то есть зачаровала его специально, чтобы выйти замуж? Он же говорил, что верит мне…

Неотрывный взгляд мужчины сделался изучающим.

– Почему? – спросил он, но я уже шла к двери кабинета, и вопрос повис в воздухе.

Через миг я выполнила свое давнее желание – от души хлопнула дверью ректорского кабинета. Стекла в приемной жалобно задрожали, а я стремглав понеслась в свою комнату.

Все это время я полагала, что милорд Рэйнард мне верит, а оказалось, он счел меня способной на умышленный приворот. Почему-то от такого недоверия мне стало чуть ли не физически плохо.

«Тоже мне, ценный приз, который все мечтают заполучить», – злобно подумала, распахивая дверь в комнату и не глядя забрасывая учебники в сумку. Взгляд упал на платье, висящее на дверце шкафа. Медленно выдохнула. По крайней мере вечером смогу немного отвлечься на балу.

Кстати, ректор же приглашал меня на танец! Надеюсь, теперь он не осмелится танцевать со мной. Вдруг во время танца каким-нибудь способом заставлю его жениться!

На занятиях я была мрачнее тучи и все крутила в голове утренний разговор с милордом Рэйнардом. От обиды уже казалось, что он на самом деле настоящий негодяй, может, не зря принц его подозревает?

Вспомнилось, что с тех пор, как я попала в тело Элли, попыток покушения больше не было. Не потому ли, что магический источник преступника все это время был у меня? И злоумышленнику не хватало сил на заклинание, необходимое для расправы над наследником престола?..

Закусив губу, невидяще уставилась перед собой и очнулась, только когда Джина ощутимо пихнула меня локтем в бок. Встрепенувшись, вдруг осознала, что магистр Физз о чем-то меня спрашивает.

– Двенадцать, – шепнула подруга, и я послушно повторила.

– Ладно, приму ответ, хоть вы меня и не слушали, – вздохнула магистр. – Я помню свой первый бал. Ах, как я волновалась, просто не могла дождаться! – Тучная строгая женщина мечтательно вздохнула и в порыве щедрости отпустила нас пораньше, чтобы успели подготовиться.

– Здорово, а то впереди столько дел! – Взволнованная Джина потащила меня за руку в столовую. – Давай быстрее, нам еще нужно поспать, чтобы не устать и танцевать до самого окончания бала. А потом еще собираться.

– Дамы, – дорогу преградил неизменный посланник принца. Я уже приготовилась к очередной пакости от его высочества, но парень вдруг поклонился Джине. – Подарите мне танец, прекрасная Дженнивер?

Подруга покраснела как маков цвет и, быстро кивнув, потянула меня вперед с силой, которую сложно было заподозрить в худенькой девушке. Наверное, от смущения ее физические возможности удесятерились. Едва мы дошли до своего стола, я потребовала от нее объяснений. Когда это она успела вскружить голову приближенному принца?

– Да не знаю, даже не говорила с ним, – отнекивалась подруга, но вид у нее был довольный.

Ее приподнятое настроение невольно передалось и мне, и я решила выкинуть из головы и ректора, и подозрения. Лучше подумаю о том, что сегодня буду сколько угодно танцевать с Марком. И о том, что он увидит меня в новом платье, в котором я похожа на воздушную зефирку.

Улыбнувшись, распахнула дверь в комнату, и сумка с учебниками вывалилась из рук. Мое бальное платье, изорванное и наполовину сожженное, валялось на полу. Через стену донесся негодующий вопль. Значит, Джининому платью тоже не повезло.

Великолепно. До бала всего несколько часов, а наши наряды годятся разве что на половые тряпки.

– И у тебя тоже? – послышалось за спиной. Обернувшись, обнаружила пылающую жаждой мщения Джину. – Ну я найду эту!.. А потом вырву ей все волосы! – экспрессивно заявила она, засучивая рукава.

– А я тебе помогу, – добавила я, поднимая платье.

Да уж, тут никакое волшебство не спасет – ни «гламур», ни «отмена последнего заклинания». «Отмену» все же попробовала, но не сработало – наверное, ткань рвали и жгли ручками, а не магией. А «гламур» на неживую материю не действовал.

– Ой, что это у вас? – пропищал кто-то из коридора, и к нам ввалилась группка старшекурсниц с нашего этажа, которые возвращались из столовой.

– Кошмар, как вы в этом пойдете! – Одна из них, серьезная брюнетка в очках, принялась шептать что-то над моим платьем, но добилась лишь того, что от него повалил желтый вонючий дым. – У меня не очень хорошо с бытовыми заклинаниями, – виновато сказала она и передала платье соседке.

Наряд пошел по кругу, но то, что вернулось ко мне, все равно было невозможно надеть. Они зарастили прорехи, но как-то криво, и платье перекосилось. Подпалины хоть и выцвели, но на бледно-голубом шелке все же были различимы. Нестройно пробормотав что-то ободряющее вроде «не наряд красит человека», старшекурсницы удалились, а я поняла, что придется либо идти на бал в этом уродстве, либо сидеть дома.

– Это из-за него, – руки сами собой сжались в кулаки, и расколотая стеклянная бусина больно впилась в ладонь, – из-за принца!

– Точно! Зуб даю, это Корин! Помнишь, как она обозлилась из-за комнат? А когда принц пришел, ее совсем перекосило! Ну я ей…

– Подожди, нужно точно узнать, кто… – Подняв голову, обнаружила, что комната опустела, и понеслась за Джиной, шепча ругательства под нос.

Когда я добежала до нашего старого этажа, вспыльчивая подруга уже с воплями стучала кулаком в чью-то дверь, требуя открыть, иначе будет хуже. За дверью, похоже, знали, что потом будет хуже, и визгливо ругались, обещая сдать нас ректору, страже и сразу его величеству королю Аларику Рональду Четвертому.

– Да я даже огненного заклинания не знаю, как бы я сожгла ваши платья? – заорала Корин.

Едва узнала ее голос из-за непривычных интонаций базарной торговки. Обычно она строила из себя аристократку и цедила слова сквозь зубы, словно делала одолжение, разговаривая.

– А откуда ты знаешь, что они пожженные? – все больше свирепея, выкрикнула Джина, после чего за дверью замолкли.

Значит, точно она.

– Джина, тащи воду, – мрачно скомандовала я и побежала в купальню за тазом.

Мы пока знали слишком мало заклинаний и не могли ни восстановить свои платья, ни испортить наряд Корин через дверь. Поэтому, сконцентрировавшись на двух тазах с водой, я медленно выдохнула, и обшарпанная дверь покрылась полуметровым слоем льда. Самое первое заклинание, освоенное в академии, отлично пригодилось!

– Все, пойдем. – Подхватила Джину за руку. Она все рвалась в бой – замурованная в комнате соперница казалась ей недостаточно пострадавшей. – Нам еще новые платья искать.

Однако ничего искать не пришлось. Войдя в мою комнату, обнаружили на кровати две большие коробки. Одна – с золотой короной на крышке, другая – с лежащей сверху карточкой с витиеватыми буквами «М» и «А». Не веря своим глазам, медленно подошла к кровати и сдвинула крышки. Марк прислал нежно-лиловое платье, которое походило на вечерний туман, а в коробке принца лежало что-то снежно-белое, щедро украшенное сверкающими бусинами.

– Откуда они узнали? – пораженно прошептала за спиной Джина.

Обернувшись, сунула ей в руки коробку с короной.

– Наверное, все уже знают. Может, старшекурсницы проболтались, – досадливо предположила. Вынув лиловое платье, встряхнула и положила на кровать. – Джина, чего стоишь? Надевай быстрее, вдруг придется где-то подшивать!

– Но это же от принца! – Подруга уставилась на коробку, держа ее на вытянутых руках, словно там притаилась ядовитая змея. – И он прислал платье тебе!

– Два платья сразу я надеть не смогу, – резонно заметила, стягивая форму. – А если явлюсь на бал в платье принца, он подумает, что я решила проявить благосклонность.

– А если явлюсь я, то…

– То ничего он не сделает, – перебила подругу, уверенная, что Даниэль не станет бегать за Джиной с требованием немедленно снять и вернуть платье. – К тому же тебе пойдет белый цвет. И выбора у нас особого нет.

Довод оказался решающим, и Джина принялась стягивать форму. Действительно, если мы гордо откажемся от подарков, придется остаться дома, а этого ни одной из нас не хотелось. Возможно даже, мы не столько мечтали попасть на бал, столько не хотели, чтобы Корин победила, заставив нас сидеть по комнатам.

– Красота! – единодушно выдохнули мы пару минут спустя.

Стоя перед зеркалом, я казалась себе похожей на сказочную фею, облачившуюся в одеяние из цветочных лепестков, а Джине, с ее огненно-рыжими волосами, очень шел белый наряд. Оба платья были гораздо изящнее и роскошнее тех, что мы купили сами. Меня охватила признательность к Марку и его брату. Обязательно поблагодарю обоих, как только встречу!

– Мне кажется, Корин пожалеет, что испортила наши платья, – зачарованно произнесла Джина, проводя рукой по сверкающему подолу.

Согласно кивнула. Взгляд ненароком упал на часы, и, охнув, я принялась спешно стаскивать платье.

– Быстрее, нам еще краситься и причесываться, – вырвала подругу из мечтаний, и та унеслась к себе.

Времени оставалось мало. Не знаю, как собираются на бал другие девушки этого мира – наверное, им помогает горничная или модистка. Адептке же магической академии, то есть мне, для сборов понадобилась ванна, заклинания сушки волос и завивки локонов, «гламура» и глажки. Спасибо магистру Рене, преподавателю бытовой магии, что перед балом она нас всему этому научила. Так как магом я была весьма неопытным, все это заняло гораздо больше времени, чем должно бы, и я была готова как раз к началу бала. То, что Джина с нервными криками бегала туда-сюда, дела не ускорило.

Ровно за несколько минут до начала бала, на секунду замерев перед зеркалом в своей комнате, я с неверием вгляделась в отражение. Волна белокурых локонов, падающих на спину, сияющая кожа и шикарное платье сделали меня, уже привыкшую к своей новой внешности, сказочной незнакомкой. Неужели это я?

– Екатерина, – произнесла и вдруг поняла, что впервые говорю по-русски в этом мире и что у меня акцент – буква «р» явно не получается.

Оттого, что не могу даже произнести собственное имя, стало жутко, словно я уже не я, а кто-то другой. Впрочем, грех жаловаться, я хотя бы жива, а вот настоящая Элли…

– Ты еще не вышла? Побежали! – ворвавшись в мою комнату бело-рыжим вихрем, Джина схватила меня за руку и буквально поволокла в бальный зал.

Она остановилась лишь перед входом, чтобы перевести дух и одернуть платье, и я последовала ее примеру. Сделав вид, что чинно шли, а не неслись галопом, мы шагнули в зал.