Глава 23

Киллиан закрыл дверь и на секунду прислонился к ней спиной.

Я обернулась.

– Дети спят? – тихо спросила я.

– Спят, – ответил он.

– Хорошо.

Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга.

Потом Киллиан сказал:

– Пойдем.

– Куда?

– В кабинет.

Сердце почему-то снова ускорилось.

– Это звучит… официально.

– Так и есть.

Ну отлично!

Мы поднялись по лестнице. Шаги гулко отдавались в тишине дома. Я вдруг поймала себя на том, что стараюсь идти тихо, будто боюсь разбудить весь особняк.

Кабинет Киллиана оказался таким же, каким я его запомнила: темные панели на стенах, высокий книжный шкаф, тяжелый стол у окна.

Он закрыл дверь и щелкнул замком.

Я дернулась.

– Это чтобы никто не вошел, – спокойно пояснил он.

– А я уже начала нервничать, – нервно пошутила я.

– Поздно.

Я тяжело вздохнула.

Киллиан прошел к столу, но не сел. Вместо этого он развернул одно из кресел и указал на него рукой.

– Сядь.

Я осторожно опустилась в кресло. Он сел напротив. Несколько секунд он просто очень внимательно смотрел на меня. Я поерзала.

– Если ты собираешься так смотреть минут десять, я начну говорить всякую ерунду, – предупредила его.

– Начни с правды.

Ну вот и приехали. Я потерла ладони.

– С какой именно?

– С самого начала, – спокойно сказал Киллиан. – Расскажи мне, как ты оказалась в этом мире.

Я уставилась на него.

– Прямо все?

– Все.

– Даже то, что звучит безумно?

– Особенно это.

Я глубоко вдохнула.

– Хорошо… Только предупреждаю, история странная.

– Я уже понял.

Я на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями.

– В моем мире нет магии.

Бровь Киллиана чуть дернулась.

– Совсем?

– Совсем.

– Интересно.

– Зато есть техника.

– Какая?

Я задумалась.

– Ну… машины, самолеты, телефоны…

– Телефоны?

– Штуки, через которые люди могут разговаривать на расстоянии.

Он медленно кивнул.

– Похоже на артефакты связи.

– Только у нас они у всех.

На секунду в кабинете повисла тишина.

– У всех? – переспросил он.

– Почти.

– Любопытно.

Я нервно усмехнулась.

– Я же говорила, будет странно.

Киллиан чуть подался вперед.

– Продолжай. Расскажи мне о себе. Кто ты? Есть ли у тебя семья?

Я выдохнула.

– Если ты интересуешься, есть ли у меня муж, то нет. Мужа у меня нет. Вернее, был, но…

– Но сплыл! – услужливо подсказала Митрофановна.

– Да, муж объелся груш, – не стал молчать Грошик.

– Зачем? – удивился Киллиан.

– Дурак, потому что! – фыркнула метла.

– Это я понял, – кивнул лоэр Уиллард, – зачем он объелся груш?

Я сердито зыркнула на друзей, чтобы перестали морочить голову Киллиану, и постаралась объяснить:

– Это они так шутят. У нас есть такая поговорка, когда муж и жена разводятся.

– Ага, когда муж уходит от жены! – снова вставил свои пять копеек Грошик.

– Он тебя бросил? – не поверил Киллиан.

– Мы расстались, – уклончиво ответила я. Мне совсем не понравился его взгляд. Как будто он уже был готов найти негодяя, посмевшего причинить мне вред и покарать за это. – Я не могла иметь детей. Для бывшего мужа это было очень важно. В конце концов он нашел себе ту, которая могла родить ему детей.

– А ты?

– А я нашла себя в работе воспитателя. В нашем мире люди ходят на работу, чтобы обеспечивать себе жизнь, а в это время их дети ходят в детский сад, где за ними ухаживают воспитатели. Вот таким воспитателем я и была. Я каждый день приходила туда, где могла хоть ненадолго стать мамой для многих детей.

Мужчина грустно улыбнулся.

– Уверен, ты справлялась с этой ролью лучше всех.

Я смутилась. Эти слова бальзамом легли на сердце.

– Я безумно любила всех их, – честно призналась я. – В тот день я пыталась помочь одному из своих воспитанников достать мячик с дерева. Для этого взяла у нашего дворника метлу…

– Так вот, почему ты с ней неразлучна! – Киллиан с улыбкой посмотрел на Митрофановну, – Она из твоего мира. Поэтому она… хм, разумная.

– Поразумнее многих! – обиделась метла.

– У нас предметы не разговаривают. Без обид! – примирительно сказал мужчина, пряча улыбку. – У нас метла может летать только с помощью бытовой магии, которую использует человек. Я думал, что Арабелла меня так наказывает за ту ссору.

Он нахмурился, вспомнив о жене, а я ощутила легкий укол ревности, но тут же постаралась прогнать его. Какое я имею право ревновать чужого мужа к его жене?

– Я ведь не знала, что эта ссора у вас вообще была, – призналась я. – Митрофановна была для меня поддержкой и опорой. Ведь я вообще не поняла, как здесь оказалась. Да и в моем мире она тоже была просто метлой, которую даже бытовой магией нельзя было поднять. Только руками.

Киллиан пораженно переводил взгляд с меня на метлу.

– Да, говорить она стала со мной только после того, как мы оказались здесь! А теперь представь на секунду – я живу своей привычной жизнью, залезаю на дерево с метлой в руках, падаю с него и оказываюсь в другом мире. Ты называешь меня Арабеллой, говоришь, что у нас четверо детей, метла неожиданно начинает со мной говорить, даже кошелек, который я нашла на детской площадке среди игрушек, оказался волшебным и тоже разговаривает со мной! Да я просто в шоке была!

Я тяжело выдохнула.

– Понимаю, – кивнул Киллиан, – я тоже был немало удивлен, когда моя жена внезапно так изменилась. Кстати, что означает это твое слово «привет»?

– Я пыталась тебе уже объяснить, что это такое приветствие, – улыбнулась я. – Я не могла понять, чего ты так бесишься, когда я тебе его говорила.

– Ты так не похожа на Арабеллу… – вздохнул мужчина, переводя взгляд на свои руки.

Я не знаю, это был комплимент или сожаление. Он какое-то время помолчал и начал рассказывать.

– В нашем мире драконья магия имеет большое значение. Она сама по себе наделяет своего носителя высоким статусом. Но дело в том, что она передается по наследству только по материнской линии, поэтому девушки-драконы считаются самыми завидными невестами. Любой лоэр счастлив быть мужем драконицы. Это дает ему возможность получить наследника со стихийной магией и магией драконов. Но дело в том, что драконья магия тоже не вся одинаковая. У кого-то она есть, но не активна. Такие маги могут прожить всю жизнь, так и не совершив оборота и не взлетев в небо.

– Как эта белобрысая стервь? – оживился Грошик.

– Кто? – не понял Киллиан.

– Селинда Вальденн, – подсказала я.

– Да, Селинда так и не обратилась, – кивнул супруг Арабеллы, – эта очень гордая и амбициозная лоэра так и не стала драконом. В юности они были очень дружны с Арабеллой, только Арабелла взлетела в небо еще ребенком, а вот Селинда так и не дождалась этого момента. Ее отец возглавляет Совет, мать дракон со стабильной магией, а у дочери только стабильная стервозность. После нашего брака с Арабеллой, бывшая подруга решила, что ей нанесли личное оскорбление и на какое-то время покинула страну. Признаться, я думал, что она нашла себе мужа и успокоилась.

– Так себе у Арабеллы были подруги, – буркнула я.

– У нее не было подруг с тех пор, как мы поженились.

– Расскажи мне о ней, – попросила его я.

– Она была… – Киллиан закрыл глаза и вздохнул, – очень гордая, свободолюбивая и строптивая. Наш брак был одобрен Советом. Впервые я увидел свою будущую жену на помолвке. Я – один из сильнейших стихийников, она – обладательница стабильной драконьей магии. Мы были хорошей парой в глазах общества, но сблизиться мы так и не смогли. Может быть, я тоже в этом виноват, слишком давил на нее, но Арабелла много раз говорила, что почти ненавидит свою драконью сущность, ведь из-за этого ей приходится быть племенной кобылой и делать то, что от нее ждут в обществе – рожать детей и передавать им свой дар. Меня это злило. Почему моя жена не хотела быть просто женой, просто мамой для наших детей? Я думал, что, когда родился Виллем, она изменит свои взгляды на жизнь.

Слушать все это было тяжело. Так странно, внешне очень похожая на меня Арабелла, была совершенно не похожей на меня характером. У нас с ней были диаметрально противоположные цели и мечты. Я мечтала стать матерью и жить ради детей и мужа, а Арабелла не хотела ни семьи, ни детей.

– В Виллеме не было магии драконов, – продолжил свой рассказ Киллиан, – это стало ясно после ритуала посвящения. Маги Совета проверяют всех новорожденных детей матерей-драконов.

Похоже, Арабелла была права, она на самом деле была для них племенной кобылой.

– У Эриэль тоже драконью магию не обнаружили? – тихо спросила я.

– Да, – кивнул он, – Арабелла очень расстроилась, ведь для девочки в нашем обществе быть драконом очень престижно.

– Странно, – задумчиво протянула я, – сама она не очень радовалась своей драконьей сущности, при этом дочери желала быть драконом.

– Она отдавала себе отчет, что сама скорее исключение из правил, но для дочери желала только счастья.

– Конечно, любая мать любит своих детей и желает им всего самого хорошего, – убежденно заявила я.

– Арабелла любила детей, – согласился Киллиан, – пусть она бывала с ними слишком строгой, но она была готова на все ради них.