Метка

Я радостно рассмеялась, любуясь сияющим сапфировым цветком. Страх перед долговой ямой растаял без следа. У меня есть сила! Теплая, созидающая магия, способная творить жизнь из горстки сухой земли. ​

Внезапно температура в теплице резко упала. Золотистые пылинки, только что беззаботно танцевавшие в лучах солнца, замерли. На уцелевших стеклах крыши стремительно, с тихим хрустом начал выступать витиеватый морозный иней. ​С моих губ сорвалось облачко пара. Уютный запах влажной земли перебило колким, свежим ароматом озона и надвигающейся снежной бури. ​Я медленно обернулась, инстинктивно прижимая к груди горшочек с цветком. ​В дверях стоял Он. Высокий, широкоплечий брюнет с идеальной, хищной осанкой и глазами цвета наколотого льда. На нем был строгий темный камзол, расшитый серебряной нитью. Я увидела изящную букву «Н», вышитую на уголке торчащего из кармана платка. Неужели, его сиятельство, князь Норман, собственной персоной? ​Он обвел брезгливым взглядом мертвые кадки и остановил свой тяжелый взор на мне. ​

— Куда же делась та отчаянная охотница за титулом, которая рыдала на моем пороге неделю назад? — его низкий голос эхом разнесся по стеклянной пристройке. — Вы взяли в долг триста золотых крон, Элара. Из них двести спустили на шелковые платья, кружева и аренду кареты, чтобы попасть на мой Зимний бал. А еще сто — на ингредиенты для приворотных духов и иллюзий красоты. Вы заморили уникальную оранжерею ради нелепой попытки выскочить замуж.

​Пазл в моей голове окончательно сложился. Вот оно что! Моя предшественница влезла в астрономические долги не ради бизнеса, а чтобы пустить пыль в глаза и соблазнить этого самого ледяного сноба! ​«Эх, девочка, — мысленно вздохнула я. — В пятьдесят лет понимаешь одну простую истину: мужчина, клюнувший на блестящий фантик, никогда не задержится ради самой конфеты. А вот собственное дело не предаст». ​

Князь сделал шаг вперед. Лед под его подошвами тихо хрустнул. Он возвышался надо мной, излучая морозную, подавляющую власть. Наверняка он ожидал, что я снова брошусь ему в ноги с мольбами или попытаюсь неумело кокетничать. ​

— Твой долг огромен, ведьма. Раз платить нечем, придется отрабатывать иначе, — ледяной тон князя заставил бы дрожать любую. Любую, но не меня. ​

— В очередь, ваша светлость, — я спокойно отряхнула руки от земли. — Во-первых, у меня рассада стынет. Во-вторых, натурой не торгую. Хотите свои деньги? Дайте мне месяц отсрочки и не лезьте в мою теплицу! ​

В его глазах вспыхнуло опасное пламя. Кажется, так с надменным хозяином этих земель еще никто не разговаривал... ​Ледяная маска на его лице дрогнула, сменившись жгучим, почти хищным интересом. Он сократил расстояние, между нами, до минимума. От него так сильно веяло холодом, что мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не отступить назад. ​Князь резко, но не грубо перехватил мое запястье своей рукой в черной кожаной перчатке.

​— Месяц, значит, — его шепот обволакивал, гипнотизировал и пробирал до самых костей. ​

Кожу обожгло короткой вспышкой — на моем запястье проступил и тут же погас серебристый контур ледяной печати. ​— Сделка заключена. У тебя тридцать дней, Элара. Но если золота не будет... — он чуть склонился, обдав мою щеку морозным дыханием, — ты узнаешь, что я умею взыскивать долги до последней капли. ​

Он отпустил мою руку, круто развернулся на каблуках и вышел, оставив меня стоять посреди теплицы с колотящимся сердцем, горящей меткой должницы и абсолютно четким планом действий на ближайший месяц.