Глава 15

Зачем ложиться спать, если летний день в разгаре? Друзья, не раздумывая, отложили сон. Выспаться и во дворце можно. А здесь, в усадьбе, они могут заниматься более интересными вещами, практиковаться в магии, строить версии и находить ответы. Кроме того, нужно придумать, как Бирсу вернуться в клан, а Левону сменить статус подкидыша.

Изгои жалели наследника, вынужденного прятаться и скрывать свое естество, уж они-то на своей шкуре испытали враждебность и насмешки. Но им надо позаботиться в первую очередь о себе. После глупой истории разоблачения, принц будет осторожнее.

О настоящих целях принца они ведь могли только догадываться. Принц не сомневался, что его не тронут, разделся даже. И свои его бы не тронули, но Сандра обладала другим мышлением. И почтения к Саркану не испытывала.

Поначалу да, Сандра повелась на жалобную историю принца, но чем больше она размышляла, тем меньше верила в наивную сказку — подружиться, уехать на дальние кордоны. Георгий так мило пригласил ее в арт-лагерь, у Сандры голова закружилась от надежд, а что вышло?

Принца как будто бы вынудили сбежать из собственной спальни. И он сбежал. Не слишком ли все просто? Не может так быть в королевских семьях. Сандра приводила доводы, ребята соглашались. Саркан вполне мог быть засланным казачком. Втерся в доверие, а они уши развесили.

Зачем их учат с принцем? Принц наверняка заодно с королем, а то и с их врагами. Королевская милость, как же. Сегодня милость, завтра на плахе. В любом случае, позволять Саркану решать свои проблемы за их счет, изгои не собирались.

А если бы Сандра не призналась, что принц в спальне? И в самом деле оказалась опозоренной? Чем бы дело кончилось? Повязали бы Ирису ошейник и на короткий поводок? История мутная, решили единодушно, расслабляться нельзя. Они могут доверять, как и прежде, только друг другу.

— Я поняла! — выкрикнула Сиветта. — Принц сидел бы в каморке и подслушивал наши разговоры. Сандра же показала, что это можно.

— Это легко из собственной спальни делать, — усомнился Бирс.

— Мне кажется, дело в том, что Сандра Ирис, — рассудительно высказался Левон и потер плечо, оно так и болело. — Откуда она взялась, когда нет клана? Вот и втираются в доверие.

— Ну, ты же взялся откуда-то. Где твой клан? У тебя и метка своеобразная. И в чаше помнишь? Искорки были, — Сандра подмечала мелочи, на которые местные внимания не обращали. Принимали за отсутствие способностей.

— Надо на кладбище идти, — Левон встал. — Увижу хотя бы портреты.

Друзья заторопились. Лето в усадьбе в любой момент могло смениться осенним ветром и дождем. Левон прав, портреты стоило внимательно рассмотреть, пока светло. Территория Ирисов выглядела изящно: цветники, газоны, аккуратные дорожки, ажурные беседки.

Сиветта с Бирсом восторгались от души. В клане Сов ценили практичность, выращивали кормовые культуры и плодовые деревья. На просто красоту места не оставалось. А Бирс жил вне родовой усадьбы, мог только подсматривать, что там в клане делается.

На кладбище они разделились, каждый выбрал свой сектор для осмотра и выводов. Левон долго ходил между могил Скворцов. Клан и так был немногочисленным, все полегли здесь. Кто его родители? Левон касался могил, вглядывался в портреты, запоминал имена. На сердце было холодно и пусто.

Бирс выбрал часть, где были похоронены Орлы. Не удивительно, что малые кланы Ирисов и Скворцов дружили и создавали семьи между собой. Но что здесь делали Орлы? Клан Орлов был близок к королевской семье, у них имелись богатая усадьба, перспективы и влияние.

Почему представителей клана оставили здесь, а не перенесли на свое родовое кладбище? Не захотели новые хозяева? И кто сейчас управляет усадьбой? Бирс брал на заметку несуразности. Долго стоял над могилой мальчика Николаса. Если бы их куратор рассказал им свою историю.

Сиветта прошлась по старому кладбищу. Изучала портреты тех Ирисов, кто умер своей смертью давным-давно. Они все были как один, светлые лица, добрые улыбки. Сандра не походила на них совершенно. Ни разрезом глаз, ни формой носа, ни губами. Сандра тоже была добрая и улыбчивая, но по лицу никогда бы Сиветта не приняла ее за Ириса.

Сандра остановилась у могилы бабушки Саймы и рассуждала логически. Непонятным образом остались в живых двое. И может, Левон. Хотя это пока не доказано, Николас не стал ничего подтверждать. Но он похоронил всех, сам сказал. И почему-то был уверен, что виноват в трагедии.

Ребята сели в кружок, делились своими находками. Сандра прямо на дорожке рисовала схему, вписывая факты в кружочки и отмечая стрелочками взаимосвязи. Она еще подумает над этим. Жаль, что в Магимире никто не пользовался карманными альбомами и линерами. И на телефон не сфотографируешь.

Солнце садилось, пора было возвращаться в дом. Сандра погладила бабушкин портрет, удачно подсвеченный последними лучами, наверно, без нее не разобраться. Левон стоял рядом, тер плечо, и Сандра впервые обратила внимание, что он гораздо больше похож на бабушку Сайму, чем она.

Сиветта начала про это разговор, что внешне Сандра не Ирис. А Левон? Он решил, что он Скворец, но так ли это? Левон назвал ее сестрой, потому что Ирисы и Скворцы были близки. А если? От яркой догадки Сандра вскрикнула и зажала рот рукой.

— Левон, иди сюда, — Сандра усадила парня так, чтобы его лицо и лицо бабушки оказались рядом. — Что скажете?

— Ты Ирис, Левон, не Скворец, — прошептала Сиветта. Она, насмотревшись портретов Ирисов, сразу разглядела родовое сходство. — Твои предки точно Ирисы, не Скворцы.

Изгои сели на лавочку во внутреннем дворике усадьбы, не обращая внимания на мелкий дождик. Открытие ошеломило всех. Для проверки они еще раз обошли кладбище. Придирчиво сравнивали портреты Ирисов и Скворцов. Ставили Левона то у одной могилы, то у другой. Сомнения исчезли. Левон был Ирисом.

— Это объясняет, почему усадьба Скворцов не сохранилась, в отличие от усадеб Ирисов и Орлов, — дотошный Бирс ткнул палкой в кружок на новой схеме, где Сандра отметила этот факт. — Все разрушилось, потому, что нет Скворцов. Никого не осталось. А Ирисов целых два!

— Три!

— Три?

— Да, три, — Сандра решилась рассказать друзьям тайну бабушки Саймы. Ведь может оказаться, что Левон ее сын. В голове не укладывалось, но факты вещь упрямая. — Ирисаймия жива. Я это точно знаю.

— Жива? — Левон схватил Сандру за руки. — А где она?

— Далеко, — с сожалением выдохнула Сандра. — И вернуться не может. Но, если я правильно поняла, у тебя здесь может быть отец.

— Сандра, с таким не шутят! — Сиветта покачала головой. — С чего ты это решила?

— Помните, Тирдас меня похитил? Он был уверен, что я его дочь. Он любил бабушку Сайму.

— Кого? Какую бабушку?

— Ирисаймию. Я с детства жила у нее, считала бабушкой. Только здесь поняла, что она не может быть моей бабушкой. Слишком молодая. И родители у меня детдомовские.

— Какие? — ребята не понимали Сандру.

— Ну, сироты. Поженились, я родилась. Бабушка Сайма потом как-то появилась. Я не спрашивала, — сейчас Сандре было непонятно, как она могла не спрашивать. — Я должна была к ней поехать, но сбежала. И меня бабби сюда притащили.

— Наверно, это не моя мама, — голос Левона дрогнул. — Она не могла же меня бросить. Подкинуть, а сама уйти.

— А если она думала, что ты погиб? — Сиветта погладила Левона по плечу и он невольно поморщился. — Что ей оставалось делать? Только спрятаться в чужом мире, где ее король не сможет найти.

— Король не вписывается, — Сандра нарисовала еще кружок. — Зачем ему биться за Ирисаймию в поединке с Тирдасом до тяжелых ран и в то же время нанять убийц для нее.

— Зачем, зачем? Из вредности! — Сиветта опять погладила Левона по плечу и забеспокоилась. — Тебе больно? Ты постоянно кривишься.

— Больно, — Левон обнажил плечо. Метка воспалилась, выглядела некрасиво.

— Ой, что делать? — охнула Сиветта.

— У него метка подкидыша, а здесь Левон, получается, хозяин, — сообразил Бирс.

— Побежали! — Сандра кинулась в усадьбу.

Дождь усилился, небо посерело. Холодный ветер срывал листья с деревьев и катил их по дорожкам. Цветы на клумбах завяли. А за оградой ярко зеленела трава и солнце клонилось к закату.

Сандра притащила всю компанию в гардеробную. Где находилась точка, открывающая тайник, она не запомнила. Пришлось опять давить всеми пальцами на зеркало. Наконец, ход открылся. Чаша внизу как будто ждала, слегка мерцала.

— У меня так не было, — шмыгнула носом Сандра. — Похоже, ты главнее здесь.

— Держи, — Сиветта протянула булавку, Левон посмотрел на свои руки, поднял глаза на друзей. — Не бойся. Хочешь, я тебя уколю?

Левон протянул палец, он был рад, что в такую минуту он не один. В клане Дроздов ему ставили метку второпях, среди слуг и пришлых работников. Никого не волновало, что в результате у него проявилось на плече.

— Давай, — Бирс подтолкнул друга. — Ставь метку и отпразднуем!

Сандра и Сиветта затаили дыхание, напряженно глядя, как Левон медленно опускает руки в чашу до самого дна, а чаша заполняется сливовым, фиолетовым, и наконец, пурпурным цветом.

— Ну, что получилось? — нетерпение рвалось наружу. Даже Бирс сжал кулаки.

На плече Левона проявилась птичка, черная с серой полоской на голове, а на боку — яркое пурпурное пятно. Такое же, как на метке Сандры.

— Странный дрозд какой-то у тебя, — хмыкнул Бирс. — Может, все-таки скворец? Но ты точно Ирис, тут сомнений нет.

Друзья вернулись в гостиную, связанные новой общей тайной. Пусть в своих расследованиях давней трагедии они не особо продвинулись, настроение было приподнятым.

Левон выглядел растерянным, но счастливым именинником. Осматривал все другими глазами. Сандра и Сиветта висли на нем с двух сторон. Ну как же брат, пусть младший. И больше не бесправный подкидыш, а законный владелец большой усадьбы. Совы не будут против такого жениха.

Как быть с потенциальном отцом, Левон пока не решил. И Сандра советовала не торопиться. Она убедила всех, что этот вопрос без бабушки Саймы решать нельзя. А вдруг они ошибаются в своих предположениях?

— Тренироваться-то еще будем? — Бирс погладил живот. — Поесть бы.

В этот раз Сандра охотно присоединилась к ребятам. Осваивала магический транс. Проявляла комки ваты и облезлые перья, но вдруг получился стакан морса.

— Признавайтесь, кто поучаствовал? — Сандра не верила, что смогла сама. Ведь думала она не о морсе, а о Николасе. И еще о Тирдасе, как он ей стакан подал. Может, она неправильно настраивается?

— Ты сама, — заверила Сиветта.

— Надо больше практиковаться, найдешь свой способ, — Бирс проявил печенье и всех угощал. — Нельзя напрягаться. Это не про то, чтобы нарисовать образ и вцепиться в него. Это транс, расслабленность и уверенность.

— В теории-то красиво. А вот кто для Миро молочка проявит, — лукаво поинтересовалась Сандра.

— Мы! — заорали изгои хором.

Почему-то пять, а не четыре, разномастных бутылочек с молоком упали на стол. И раздались громкие хлопки. На пороге гостиной стоял Николас и аплодировал. Темная группа дружно опустила головы.

— А мы тут плюшками балуемся, — пролепетала Сандра.

— И как? Вкусно?

Куратор, хоть и бывший, внушал трепет и уважение. Николас явно не одобрял их внезапного бегства и ждал объяснений. Сандра не знала, что думать. Она буквально минуту назад о нем вспоминала. Стакан морса, так ее удививший — возникла же у нее мысль, что ей помогли.

Миро, услышав свое имя, прибежал, крутился у ног и Сандра, под благовидным предлогом кормежки панта, спряталась за диван. Ей лучше помалкивать, Николас и так догадался, кто виновник их бегства.

— Сандра показала нам усадьбу Ирисов. Здесь очень красиво. Мы уже обратно во дворец собирались, только поесть захотели, — ответил Левон за всех как хозяин усадьбы.

— Похвально.

— Мы отрабатывали приемы, которые нам Диран показал, — Бирс подвинул печенье к Николасу. — Научились, вот.

— Похвально.

— Мы рассказали Сандре про обычаи Магимира, чтобы она не попадала больше в неприятные ситуации, — нашла Сиветта, чем еще оправдаться.

— Похвально.

Николас посмотрел на Сандру, которая высунула голову из-за спинки дивана. Ей показалось или в самом деле взгляд Николаса потеплел? Сандра решила трактовать в свою пользу. Потеплел.

Вышла из укрытия, села на диван. Разгладила юбку на коленях как примерная ученица. Лучшая защита — это нападение. Папа будет гордиться дочкой. Когда-нибудь Сандра ему и маме все расскажет.

— Если мы такие молодцы, то, может, вы нам расскажете, что случилось здесь семнадцать лет назад? — четыре пары внимательных глаз преданно уставились на куратора.

— А как же возвращение во дворец?

— Там кругом чужие уши. И Сандру пытались опозорить, — Левон чувствовал ответственность за сестру. Он не будет трусом. Гуф не побоялся самого принца тряхнуть за девушку.

— Не думаю, что меня хотели опозорить, слишком просто. Принц только себя выдал, — Сандра ободряюще улыбнулась Левону. Ей нравилось, как даже юнцы в Магимире относятся к женщинам. Благородно. Берут под защиту.

— Мы умеем хранить тайны, — Бирс почти выдержал насмешливый взгляд Николаса после этих его слов.

— Что вас интересует? Случилась бойня. Вы же были на кладбище.

— Были, — кивнула Сандра, запоздало подумав, что ее схемы на дорожках при должной догадливости можно расшифровать. Николас не дурак.

— Значит, вы все знаете, — куратор сел в кресло, а изгои быстро переглянулись, с ними захотели поговорить.

— Если вы живы, почему на кладбище ваша могила? — осторожно поинтересовалась Сиветта.

— А вы как думаете? — хитрый Николас решил выведывать у них, а не сам отвечать.

— Вы боялись, что вас убьют, поэтому похоронили себя? — Сандра поняла, что лучше пойти этим путем. Рассказать о догадках. А что-то она сможет выспросить наедине.

— Да, на какое-то время стоило ввести в заблуждение убийц. Мне было одиннадцать лет, легкая добыча.

— Если король любил Ирисаймию, все это подтверждают, он ведь не стал бы ее убивать? Он вообще в другом месте был в это время. Участвовал в поединке. И мог потом вас убить много раз. Когда стало ясно, что вы живы. Но не убил.

— У меня есть козыри. Союзники. Собственная сила.

— Он постоянно искал встречи с вами, — Сандра припомнила, как Николас укрылся с ней в шкафу. — Мог бы вернуть имя и статус.

— Но вы не заявили прав на усадьбу Орлов, почему? — задал правильный вопрос Бирс, а Сандра вдруг поняла, что Николас водит их за нос.

— Пока не время.

— Пришли ведь не за тем, чтобы всех убить? — внезапно спросила Сандра и поняла, что правильно догадалась — Николас нахмурился. И еще поняла, что больше они ничего не добьются. — Наверно, нам пора возвращаться? Завтра будут занятия?

— Ты вспомнила о занятиях? — усмехнулся Николас. — Занятия будут. Но учтите, что вне усадьбы прошло трое суток. Придумайте, где вы были и что делали.

— Мы были в Межмирье, да? У нас там вещи остались, — предложила Сиветта.

— И Диран сказал, что практиковаться нельзя во дворце, — вспомнил Бирс. — Только надо его предупредить. Он ведь нас не выдаст?

— Не выдаст.

— А вы с нами во дворец? — Сандра хотела остаться наедине с Николасом, только как это устроить? Не посвящать же ребят в ее чувства.

— Вы вполне самостоятельные. Доберетесь без меня, — Николас разгадал замысел Сандры и согласился на него, скосив глаза на панта, спящего под диваном.

Выйдя из портала во дворце, Сандра охнула, Миро же остался. Она про него забыла. Друзья хотели вернуться вместе с ней, но их остановила Малинда, непонятно как узнавшая, что они появились.

— Левон, Бирс и Сиветта, вас ждут преподаватели боевой магии, проклятий и амулетов.

— Зачем? Мы спать хотим. Уже вечер.

— Проверите свои знания и пойдете спать.

— А Сандра?

— Реверансы Сандра делает прекрасно, магистр Грацио к ней претензий не имеет. Она может идти спать.

Малинда повела удивленных ребят за собой, а Сандра шмыгнула назад, в переход. Скорей в усадьбу, там ее ждет Николас. Избранник. Из другого мира, но самый лучший. Очнуться в ласковых объятиях после перехода — предел мечтаний.

Сандра не сразу открыла глаза и Николас не торопил ее. Сердце у Сандры трепетало как испуганная птичка, а у Николаса билось ровно, размеренно. Постепенно сердечные ритмы уравновесились. Птичка успокоилась, а сердце Николаса забилось чаще.

Взявшись за руки они вернулись в гостиную, Миро успел забраться на диван и, довольно урча, драл обивку. Как самый обыкновенный котенок. Сандра даже знала, что сейчас произойдет, и засмеялась, когда Николас схватил панта за шкирку.

— Мастерство не пропьешь, — брякнула она по земной привычке и по реакции Николаса поняла, шутки у нее дурацкие.