Глава 17. Загадка

Я откидываюсь на бархатную обивку сиденья, устало выдыхая. Неужели я скоро окажусь дома, в тепле и безопасности, а этот день завершится? Очередной безумный день… и явно — такой не последний. Инстинктивно кутаюсь в тёплый плащ Морвейна, подмечая, как странно он пахнет: не потом или духами, а сушёными травами с едва уловимой ноткой металла.

— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спрашивает Кейден, заглядывая мне в глаза.

— Теперь — гораздо лучше, — уклончиво отвечаю я, видя, как сын неосознанно хмурит брови.

Ни к чему ему знать, что я действительно пережила, пока сидела в промозглой камере. Хватит и того, что меня начинает мелко потряхивать: то ли озноб от пережитого, то ли остатки нервного перенапряжения. Чтобы хоть как-то отвлечься и сменить фокус со своей персоны, я обращаюсь к парню напротив, силуэт которого в полумраке кареты кажется ещё более тёмным и неподвижным.

— Господин Морвейн, а вы работаете вместе с Рейнаром?

Услышав мой вопрос, он выпрямляется и недоумённо приподнимает брови. Странно, что его так удивило? Вполне себе безобидный вопрос. А потом до меня доходит… «Рейнар». Я назвала его просто по имени, что выглядит чертовски фамильярно. Да уж, сколько бы я не учила этот этикет, всё равно общаюсь так, как уже привыкла.

— Всё верно, — наконец отвечает мой спаситель. — Я служу лорду Вельмонту уже два круголета, не меньше.

— Понятно… — протягиваю я. — А ведь мы уже как-то встречались, в лекарской лавке, помните?

Морвейн наклоняет голову набок и внимательно присматривается ко мне, будто анализируя. Я же подмечаю, какие у него необычные, тёмно-золотые глаза.

— Что-то такое припоминаю… Кажется, вы шарахнулись от меня тогда, словно призрака увидели. Хотя, может, так и есть: уж парочка злобных душ точно следует за мной по пятам.

Он произносит это с таким серьёзным, даже печальным лицом, что я немного теряюсь, совершенно не понимая: шутит он или говорит на полном серьёзе? Видя мою растерянность, Морвейн тут же пытается исправиться: на его губах появляется неловкое подобие улыбки.

— Я мастер мёртвых, — поясняет он. — Нужно было сразу сказать, а не пытаться пошутить… Общение с живыми даётся мне сложнее, чем с ушедшими.

Мастер мёртвых... Это так здесь называют патологоанатомов? Или он какой-нибудь некромант? Магию то никто не отменял! Но я помню, что он покупал расширители и скальпели, а значит так или иначе, связан с обычными стандартными вскрытиями. А учитывая, что он работает в Тайной Страже, думаю его квалификация очень высока… От этой мысли у меня мгновенно начинают чесаться ладони: как бы я хотела поработать с коллегой, смыслящим внастоящеймедицине! Я точно не могу его упустить!..

В этот момент чувствую резкий толчок в бок. Повернув голову, вижу Кейдена, который уж очень выразительно на меня смотрит: как родитель на ребёнка, сделавшего что-то не то. Неужели я так увлеклась, что начала таращиться на Морвейна слишком жадно?

— А вы? —Морвейн вновь привлекает моё внимание. — Действительно лекарка?

— Да… вот только с документами накладка вышла. Но это вы и так уже поняли, — со смешком отвечаю ему.

— Это верно. Когда я увидел вашего брата, мечущегося у ворот Цитадели, во мне взыграло любопытство. А услышав целую череду знакомых имён, уже не мог остаться в стороне.

— Не устану благодарить вас за это. Я думала, что Кейден сможет найти хоть кого-то из отряда лорда Вельмонта или его самого, но не вышло…

Морвейн кивает в подтверждение моих слов.

— Они все действительно отсутствуют в данный момент, а когда вернутся — неизвестно. Я так понимаю, наш глава должен был вам как-то посодействовать в получении лицензии?

Я быстро пытаюсь придумать, что ответить на этот каверзный вопрос. По сути, то, что должен был провернуть Рейнар — злоупотребление властью. Коррупция, одним словом! О таком вообще можно распространяться?..

— Не переживайте, я как никто знаю, как сложно пробиться туда, где тебе не рады… — продолжает Морвейн, явно почувствовав моё замешательство. — Гильдия лекарей придерживается весьма застарелых взглядов относительно того, кто может заниматься врачеванием, а кто — нет.

Он произносит это таким тоном, словно и сам столкнулся с чем-то подобным. Возможно, из-за своего молодого возраста или специфической профессии? Поддавшись порыву, решаю сказать то, что и так стало бы всем известно.

— Лорд Вельмонт действительно предложил записать меня в список работников Тайной стражи как вольнонаёмного лекаря, под его ответственность. Конечно, одновременно с этим я собиралась подавать прошение и в Гильдию.

Морвейн задумчиво потирает подбородок, переводя взгляд на окно, за которым медленно проплывает пейзаж вечерней столицы.

— Что ж, раз такое дело… — он снова поворачиваясь к нам с Кейденом. — Если вы уже одной ногой в наших дружных рядах, я готов временно взять вас под своё крыло. Если вас, конечно, не испугает моя рабочая обитель. Ну а когда лорд Вельмонт вернётся, уже решит, в какое подразделение вас закрепить. А то, неровен час, вы снова встрянете в какую-нибудь дурно пахнущую историю. И её финал может быть уже не таким положительным, как сейчас.

Услышав это заманчивое предложение, меня охватывает ликование. Это ведь именно то, чего я ждала! Мой шанс!

— Я согласна, — поспешно выпаливаю ему. — Меня ничего не испугает, и я с огромной радостью поработаю с вами!

Хоть вскрытие трупов не моя квалификация, я готова вспомнить студенческую практику в морге, чтобы дорваться до настоящих хирургических инструментов и поработать с «коллегой», хоть и средневековым!

В этот момент карета плавно замедляет ход и останавливается у нашего дома.

— Ну что ж, значит я жду вас завтра у Цитадели к полудню, — говорит Морвейн, когда мы собираемся выбираться на улицу.

— Обязательно буду! Спасибо ещё раз.

— И я благодарю, — добавляет Кейден, всё это время подозрительно хранивший молчание.

И, как только входная дверь за нами закрывается, он сразу же поворачивается ко мне, сложив руки на груди. Очевидно, что волна переживания и облегчения схлынула, и теперь меня ждут справедливые нотации.

— Лисса! За тобой глаз да глаз нужен! Вышла из дома одна — и тут же в казематах очутилась! До приезда господина Рейнара тебе лучше вообще никуда не выходить!

— Я понимаю твоё беспокойство, милый, — говорю ласково и кладу руки ему на плечи. — Но я не могу так. Медицина — это моё всё. Ты же сам понимаешь, я тут и так, как в клетке… К тому же, уж в Тайной страже мне точно ничего не будет грозить. А когда вернётся Рейнар, то и вопрос с лицензией решится. И я смогу вести легальную практику под твоим строжайшим присмотром.

Кейден недовольно ворчит, но спорить не решается. Я же понимаю, что до сих пор закутана в плащ своего спасителя. Вот завтра, как раз, и отдам его, главное — дома не забыть.

— Ладно, — уже более миролюбиво вздыхает сын. — Но как будешь собираться домой, проси господина Морвейна об экипаже! Чтобы без приключений по…

В этот момент я оглушительно чихаю.

— Так! — тотчас восклицает Кейден. — Сейчас же быстро купайся и в постель, пока не простыла. А я тебе сбор согревающий заварю.

Я с благодарностью целую его в макушку и иду в ванную. Уже погружаясь в горячую, обволакивающую воду, прокручиваю в голове всё, что со мной произошло.

Интересно, как там дела у Айны, Борна и их малышки? Нужно будет обязательно узнать... Мысли плавно перетекают и к «бдительной горожанке», которая доложила на меня страже и которой я бы точно хотела сказать пару ласковых. А затем — к моему спасению. К тому, что ни Рейнара, ни парней нет в столице. И это явно не похоже на обычное задание: так внезапно сорваться всем отрядом… Что же могло заставить их так поспешно уехать? Какое дело не терпит отлагательств?

И ответ приходит сам собой. Покровитель? Или шайка бандитов, безнаказанно убивающая и продающая людей в рабство? Видимо, им всё-таки удалось выйти на какой-то след.

От этой мысли по телу пробегает дрожь, и дело вовсе не в остывающей воде. Я беспокоюсь за него. За то, что Рейнар снова рискует своей жизнью, охотясь на тех, кто однажды уже почти убил его. Понимаю, что это глупо. Лорд Вельмонт — весомая фигура в местной иерархии, искусный воин и стратег. Но мне всё равно хочется, чтобы он был в безопасности. Чтобы я могла посмотреть в его тёмные глаза, наконец признаться в своей тяге и услышать ответ.

Каким бы он ни был.

Рейнар

Портал выплёвывает нас в Рейвохаль, когда сумерки уже начинают вступать в свои законные права. Пришпорив коней, мы с Лийсом устремляемся в «Лотос». Мне не удалось послать весточку Браннеку заранее и теперь я переживаю, что не застану старого пройдоху на месте. А задерживаться в этом городе мне точно не с руки: уже завтра утром Харан вместе с Маро, Агисом и Элриком отконвоируют ценных пленников в столицу, и нужно будет приступать к допросам.

К счастью, Браннек оказывается на месте. Он стоит за своей стойкой, натирая её до блеска с задумчивым лицом, а при нашем появлении и вовсе хмурит густые брови.

— Снова вы, Рей, — басит старый друг вместо приветствия, как только мы подходим ближе. — И вижу, что не за элем моим прибыл с другого конца страны-то.

— Ты прав, Бран, — отвечаю я, сжимая его предплечье. — Дела привели нас к тебе.

Лийс молча кивает в подтверждение, и Бран, бросив тряпку на стойку, ведёт нас в свой кабинет, скрытый в хозяйской части таверны. Закрыв дверь на засов, мы усаживаемся за стол, отодвигая тяжёлые деревянные стулья.

— Ну, говори, с чем снова пожаловали. Сразу скажу, о вашем пустынном гесхарре вестей так и нет.

— Это мы уже знаем, друг мой. Хоть речь пойдёт вновь о Хаарне, в этот раз нас интересуют поиски совсем другого человека. Леветта.

У Браннека расширяются глаза, как только он слышит имя нашего товарища.

— Леви пропал?.. Да что ж это такое творится! — восклицает он, ударив кулаком по столу. — Сначала ты едва не сгинул, теперь он...

Я коротко пересказываю ему всё, что узнал от Сура: о потере памяти и о возможной продаже в гарем. Браннек слушает молча, но его лицо мрачнеет с каждым моим словом.

— Я найду его, Рей, — твёрдо говорит он, когда я замолкаю. — Подниму всех, кого смогу. Мои лучшие пташки, что ещё способны летать, отправятся в Хаарн на рассвете. И не смей предлагать мне за это золото. Леветт — как сын мне, как и каждый из вас. А за своих я денег не беру.

Благодарно киваю, зная, что спорить бесполезно.

— У меня ведь тоже новости для вас есть… — продолжает Бран, чуть понизив голос. — Что-то происходит. В последнее время работать становится всё сложнее, а мои люди пропадают. Информаторы, которые годами шептали мне всё, что происходит в тени, внезапно замолчали. Кто-то подчищает за собой следы, Рей, и делает это очень грязно и очень быстро.

— Сдаётся мне, что всё это связано, — вступает в разговор Лийс. Я поворачиваюсь к нему, подмечая острый, сосредоточенный взгляд. — Мои люди в столице говорят то же самое. Даже мелкие банды и скупщики краденого, которые раньше чуть ли не в открытую грызлись за каждый переулок, вдруг затаились. И самое странное, что никто не знает, откуда именно дует гнилостный ветер.

— Покровитель, — глухо произношу я. — Очевидно, что это его рук дело.

— Похоже на то, — кивает Лийс. — Поговаривают, что кто-то создаёт собственную теневую империю, уничтожая все остальные. И хоть передел власти в теневых кланах происходит достаточно часто, связав воедино череду произошедших событий, выводы напрашиваются сами собой.

Слова Лийса и Браннека складываются в единую, удручающую картину. Очевидно, что захват целой деревни бандитов — это не просто победа, а вызов для Покровителя, который может начать действовать ещё агрессивнее. Мы обязаны найти его как можно скорее. Любой ценой… А значит я должен ввести в игру единственного ценного свидетеля.

— Очевидно, что времени у нас ещё меньше, чем мы думали, — заключаю я, поднимаясь из-за стола. — Бран, ищи Леветта. А мы с Лийсом возвращаемся в столицу на рассвете. У тебя же найдётся свободная комната?

— Ещё спрашивает, конечно, найдётся, — отвечает Бран, когда мы подходим к двери. — Сейчас выдам вам ключи и распоряжусь на счёт ужина.

Вернувшись в общее пространство таверны, мы забираем потемневший ключ и направляемся в комнату, расположенную на втором этаже.

— Как ты думаешь, Бран найдёт Леветта? — спрашивает Лийс глухо, усаживаясь на идеально заправленную кровать.

— Если не он, то никто другой, — отвечаю другу, устало потирая лицо.

Подойдя к окну, выходящему на задний двор, я смотрю на дорожку, освещённую магическими светильниками, ведущими к парной. И вдруг перед глазами, ярко и непрошено, вспыхивает воспоминание. Лисса.

Я снова вижу её там, в тумане и полумраке. Хрупкая фигура… Ведьма, сотканная из белёсого пара и чёрных теней: влажные тёмные волосы, прилипшие к плечам и спине, капли воды, стекающие по острым ключицам и маленькой груди с тёмными сосками. Тонкая талия, изгиб бедра... Тогда, в бане, я был ошеломлён, сбит с толку её бесстыдным, прямым взглядом, и единственной моей реакцией было бегство.

Но сейчас этот образ вызывает совсем другое: внизу живота медленно скручивается тугой, горячий узел. Возбуждение. Простое, животное, неоспоримое. Я хочу её. Эту странную, дерзкую девчонку с глазами взрослой, уставшей женщины. И от этого осознания злость на самого себя вспыхивает с новой силой.

— Тяжело тебе, — вдруг произносит Лийс, и его голос вырывает меня из наваждения. Я резко оборачиваюсь и вижу, как товарищ внимательно смотрит на меня, изогнув губы в лёгкой насмешке. — Всё это. Леветт, Покровитель, Совет... А теперь ещё и она.

— Она здесь ни при чём.

— Да ну? — усмехается он, откидываясь на подушки. — Рей, я тебя знаю с Академии. И уж способен отличить, когда ты напряжён из-за службы, а когда — из-за женщины.

Я упрямо молчу, стиснув зубы. Хоть он и прав, чёрт его дери, сам факт того, что мне нужно произнести это вслух, корёжит меня изнутри.

— Знаешь, почему я пошёл в Тайную стражу? — неожиданно спрашивает товарищ.

Я качаю головой: Лийс никогда толком не говорил о своей семье. Я лишь знал, что он — младший сын одного из знатных, но не слишком влиятельных родов с севера.

— Мой старший брат, — продолжает он, глядя в потолок, — гордость отца. Наследник, красавец, идеальный сын. А я... я просто «ещё один». Запасной. Сколько себя помню, я всегда был на задворках. Всё лучшее — ему. Вся похвала — ему. А я должен был просто не мешать. И тогда я решил, что если не могу добиться признания в своей семье, я добьюсь его в другом месте. Стану тем, чьё личное имя будут произносить с большем уважением, чем имя рода.

Лийс переводит на меня взгляд, и в нём я вижу старую, затаённую боль.

— Тайная стража стала для меня семьёй. Ты, Маро, Агис, Элрик, Леветт, даже старина Торен... вы стали мне братьями. Я готов умереть за каждого из вас. И я вижу, когда одному из моих братьев хреново.

Он замолкает, продолжая внимательно всматриваться в моё лицо.Правда за правду. Таков был его девиз.

— Она... сложная, — наконец выдавливаю я.

— Она — загадка, — поправляет друг. — И именно это тебя и цепляет. Тебе стоит перестать ходить кругами и бороться с самим собой. Ты лорд Вельмонт, заместитель главы Тайной стражи. Захотел женщину — соблазни. Не можешь соблазнить — добейся её расположения другим способом: цветы, подарки, ухаживания... Ты же не привык проигрывать, Рей. Так почему ведёшь себя так, словно уже всё потеряно? Просто реши, чего ты хочешь на самом деле, и перестань смотреть в даль с такой кислой рожей.

— Вот уж не думал, что буду слушать советы по соблазнению женщин от тебя, дамского угодника, — отвечаю ему, скрестив руки на груди.

— А у кого тебе ещё учиться, как не у лучшего?

— Но мне казалось, ты и сам глаз на неё положил, — вырывается из меня, и я тут же корю себя за несдержанность.

Лийс заливисто смеётся, снова становясь самим собой — лёгким и бесшабашным.

— Рей, Рей... Я ценю красивых женщин, а не ходячие проблемы в юбке. Эта заноза — для тебя. Мне по душе что-нибудь попроще. И попышнее…

В этот момент в дверь раздаётся тихий стук. Распахнув её, вижу на пороге девушку-служанку с большим подносом, на котором дымится ужин. Забрав еду, мы с товарищем приступаем к трапезе, попутно обсуждая планы на завтрашний день, больше не возвращаясь к теме с Лиссой.

Но совет друга всё же прочно засел у меня в голове.