Глава 21. Скрытые мотивы

Лисса

Уже лёжа в постели, думаю, что появление Блика в нашей семье — это очень даже неплохо. Кейдену нужен такой друг, учитывая то, что ему пришлось пережить… В моём мире уже давно доказано, что забота, уход и ответственность за домашним питомцем помогает детям справляться с эмоциональными проблемами. А у моего приёмного сына этих проблем — хоть отбавляй.

Да, Кейден ведёт себя абсолютно нормально: учится, смеется, помогает мне, даже завёл парочку приятелей в Академии, но он не просто тринадцатилетний мальчик. Он пережил страшную смерть своей матери, которую убили прямо на его глазах. Он не простился с ней, как положено, не оплакал, нет даже могилы, к которой он мог бы прийти. И хоть сейчас эта страшная эмоциональная травма притупилась, спряталась в глубине его сознания, я понимаю, что рано или поздно эта бомба может рвануть так, что никому мало не покажется. И раз фирс выбрал его своим хозяином, так тому и быть.

Собираюсь выключить свет, как вдруг дверь приоткрывается и в комнату с самым царственным видом вплывает наш гордый «кот».

— Морда усатая, ты что тут забыл? Ты же ушёл спать с Кейденом ещё час назад, — с сомнением протягиваю я, но Блик даже не думает поворачивать обратно: запрыгивает прямо на постель и топает ко второй пустующей подушке.

— Эй! Это что за дела, мы так не договаривались! — шиплю я, пытаясь мягко, но настойчиво развернуть незваного гостя.

Вот только фирс тут же упирается ушастой головой прямо в мою раскрытую ладонь, начиная урчать. Опешив от этой непрошибаемой наглости, машинально провожу рукой по мягкой шёрстке. Ощущения — непередаваемые… Шерсть Блика абсолютно не похожа на обычную, кошачью. Шелковистая, мягкая, как плюш, который хочется постоянно трогать. Блик даже чем-то напомнил мне те самые мягкие игрушки, от которых просто невозможно оторваться, если они попали тебе в руки. Только тут — никакой синтетики, полный «натурэль».

Сама не замечаю, как уже начинаю наглаживать подставленное пузо, совершенно позабыв, что собиралась отправить фирса восвояси.

— Ладно… Взятка принята, маленький наглец, — с улыбкой говорю ему, после чего гашу кристалл прикроватного светильника. — Только чур слюни не пускать и на постель не гадить.

Блик, понятное дело, ничего не отвечает, но в полумраке комнаты мне на секунду кажется, что он закатывает глаза: мол, совсем с ума сошла женщина, я тебе не пьяный алкаш из подворотни, а воспитанное животное!

Не выдерживаю и прыскаю от смеха, думая, что мне всё-таки показалось. Наконец, мы оба укладываемся спать: я на своей половине, а Блик, видимо, на своей… Кстати, почему это первым «мужчиной» в моей кровати стал этот ушастый бандит?! Такое чувство, что меня где-то развели… Вот только где?

Рейнар

За четверть доли до полудня, я уже стою около ворот Цитадели, чтобы ненароком не упустить Лиссу. Я даже отложил личное участие в утренних допросах, поручив это своим парнями, дабы не сбить положительный настрой.

Вернувшись вчера домой поздно ночью, я долго не мог уснуть, прокручивая в голове все события, связанные с лекаркой. Я прекрасно понимаю, чего именно хочу от неё, но… Всё кроется в этом моровом «но». Лисса так прочно связана с делами короны, что будет настоящим идиотизмом превращать наши взаимоотношения в мимолётные постельные утехи. Но как удержать внимание девушки на себе, не уложив в кровать, и отвадить от неё других мужчин, явно положивших на неё глаз?

Очевидно, что обычные методы ухаживания с ней не сработают…

Резко обрываю себя на этой мысли: да с чего я это взял? Я же даже ничего не попробовал! Да, Лисса странноватая, но вряд ли она способна переплюнуть гордую Маранию, расположение которой я добивался целых три лунных круга. И эта «игра», к слову, оказалась ей очень по душе, о чём она призналась мне в нашу первую совместно проведённую ночь.

К тому же, первый «подарок» для Лиссы уже лежал на моём столе: заветная лекарская лицензия, которую доставили мне уже на рассвете. Не без помощи Лийса, кстати. Я успел выловить его до того, как он покинул Цитадель, поручив любой ценой добыть подпись и печать Главы Гильдии. Тот же, пребывая в скверном расположении духа, с радостью поспешил исполнять мой приказ, чтобы хоть как-то спустить пар.

Благо, что всё обошлось без лишней крови: пара камней сэ'мирэна и жадный старик дал своё дозволение даже не обратив внимание на то, что строка с именем была пуста.

— Хоть домашнему фирсу, — отшутился он напоследок, не догадываясь, что новым лекарем станет женщина.

Усмехнулся про себя, представив перекошенное лицо старого маразматика. Ну ничего, будет знать, как взятки брать. Даже от меня.

В этот момент слышу приглушенный звук деревянных колёс: обычная дорожная карета, видавшая виды, подъезжает к воротам Цитадели и останавливается. Сделав шаг назад, в тень раскидистого дерева, наблюдаю как из неё выбирается Лисса. Волосы заплетены в простую косу, скромное платье, какой-то куль в руках, сверху — накидка. Как-то... бедновато. Нужно будет выделить ей первую часть жалования. Та сумма, которую я изначально впопыхах передал через Торена, была рассчитана лишь на первые дни, после же было абсолютно не до этого.

Кстати, ещё одним ненавязчивым шагом с моей стороны может стать назначение личной кареты. Это, к слову, лишит всех прочих «любезных» кавалеров возможности подвозить её до дома по вечерам.

Довольный собственной смекалкой, жду, когда Лисса зайдёт на территорию Цитадели, чтобы встретиться с ней лицом к лицу.

Лисса

Я выхожу из повозки, расплачиваюсь с извозчиком и вешаю на плечо сумку, без которой уже не выхожу из дома. Внутри, помимо моих документов, теперь лежит аптечка с несколькими склянками на «всякий случай», импровизированный обед, собранный Кейденом ещё вечером, и небольшой кухонный нож, завёрнутый в тряпицу. Не знаю, где он мне может пригодиться, но с оружием за пазухой я чувствую себя как-то спокойнее.

Также сегодня мне пришлось надеть последнее платье, купленное ещё в первые дни: первое пало смертью храбрых в день задержания стражей и теперь ждало, когда я проявлю свои навыки шитья и рукоделия, второе — знатно так пованивало после вчерашнего трудового дня. Я, конечно, успела постирать его утром и оставить сушиться, но это был тот ещё ад: руки заболели, спина заныла, а я — взвыла. Мне явно нужна какая-то форма, в которую можно было бы переодеваться по прибытии на работу. Такую, чтобы не жалко испачкать, да и отстирать потом — легко. Что ж, надеюсь, что мою первую официальную зарплату выплатят раньше, чем мне придётся явиться в Цитадель в пижаме.

Стражники, стоявшие у ворот, сразу узнают меня и лишь коротко кивают, беспрепятственно пропуская внутрь. Я прохожу под высокой аркой, и сразу же начинаю выискивать знакомые ориентиры: не думаю, что Бертан встретит меня сегодня, поэтому будет разумно сразу направится в его крыло.

Делаю ещё несколько шагов вперёд, поворачиваю голову и вдруг вижу его. Из тени раскидистого дерева выходит Рейнар и направляется ко мне уверенным, размашистым шагом. Неосознанно напрягаясь, совершенно не зная, какой дурости ожидать от него сегодня.

Новых претензий? Выговора? Или, что хуже, запрета работать в рядах Тайной стражи?

К тому же, когда я вчера просила о встрече, он не торопился выделять для меня своё драгоценное время. А теперь, внезапно, вышел ко мне? Раздражённо фыркаю, готовясь высказать несравненному лорду всё, что я о нём думаю, но… Сам Рейнар явно не разделяет моего воинственного настроя — идёт с самым приветливым выражением лица. И это напрягает меня ещё сильнее.

— Светлого дня, Лисса, — произносит он с улыбкой, оказавшись рядом.

— Лорд Вельмонт? — произношу недоверчиво. — Не ожидала увидеть вас. Вы меня ждали или просто мимо проходили? — не удерживаюсь от язвительного вопроса.

— Ждал тебя, — легко соглашается мужчина, даже не обратив внимание на моё «выканье» и официальное обращение. — Хотел извиниться за вчерашнее. У меня выдался крайне неудачный день, и ты просто… ненароком попала под горячую руку. О чём я сильно сожалению.

Его слова застают меня врасплох. Извинения? Да и ещё такие прямолинейные? Я даже на секунду теряю дар речи, в то время как внутри начинает разливаться жаркое тепло… Однако я беспощадно гашу его в зародыше.

«Ну-ка соберись!», — даю себе мысленную затрещину. —«Пара извинений и уже лужицей перед ним готова растечься. Забыла уже, к кому он так торопился вчера? Любовь любовью, но и заглядывать ему в рот точно не входит в мои планы!»

— Что ж, спасибо. Ваши извинения приняты, — отвечаю я, стараясь придать голосу максимально нейтральный тон, но затем наружу прорывается чисто женская обида и упрямство. — Если больше никаких вопросов ко мне нет, то я, пожалуй, пойду к мастеру Морвейну. У меня сегодня много дел.

Рейнар вновь никак не реагирует на мой язвительный тон, лишь усмехается, слегка качая головой.

— Вопросов нет, Лисса. Напротив, есть что обсудить. И даже... кое-что передать. Пойдём в мой кабинет. Нам не стоит обсуждать важные вопросы посреди двора.

Я колеблюсь. Идти с ним в кабинет? Это ещё более подозрительно. Но и отказаться...

— Хорошо, — соглашаюсь после небольшой паузы.

На самом деле, это прекрасная возможность вывести Рейнара на нужный мне разговор, вот только, оказавшись лицом к лицу со своей «проблемой», чувствую, как вчерашний настрой тает на глазах… Да и как мне вообще начать? Сказать о своих чувствах в лоб? Какой в этом смысл, если у него есть любимая женщина? Я всё больше сомневаюсь, что мне вообще стоит поднимать эту тему. Только если Рейнар сам не доведёт меня до белого коленья, как вчера.

— Это не займёт много времени, — добавляет мужчина, видя, что я продолжаю стоять как истукан.

Отмираю, и мы направляемся к массивным дверям главного здания. При этом я иду чуть позади, чтобы Рейнар не видел моего сосредоточенного лица. Также подмечаю, что другие люди, находящиеся во дворе Цитадели, даже и не думают смотреть на нас как-то подозрительно: ни тебе взглядов, ни перешёптываний. Лишь почтительные приветствия и поклоны с неизменным «Светлого дня, лорд Вельмонт». Значит ли это, что он добросовестный «работодатель», ни разу не замеченный с приставаниями к своим «сотрудницам»?

Даже не знаю, радоваться мне этому или огорчаться…

Внутри Цитадель не менее внушительна, чем снаружи. Высокие своды потолков, освещаемые магическими кристаллами, стены, украшенные тяжёлыми гобеленами с изображениями древних битв, мифических существ и просто с красивыми пейзажами. Хочется замедлиться, хорошенько рассмотреть местные произведения искусства, но Рейнар прёт вперёд как самый настоящий танк, а у меня как-то язык не поворачивается попросить его притормозить. Может на обратно пути у меня будет такая возможность? Или может попросить кого из парней провести мне экскурсию? Надеюсь, это тут не запрещено.

Мы поднимаемся по широкой каменной лестнице, минуя второй и третий этажи, и выходим на четвёртом. Здесь коридоры значительно уже, чем в главном холле, да и интерьер уже больше напоминает роскошный особняк, нежели средневековый замок: стены обтянуты тканью, под ногами — что-то вроде паркета, да и освещение более уютное. По обеим сторонам расположены тёмные дубовые двери, за каждой из которых, вероятно, скрывается чей-то кабинет или служебное помещение.

Рейнар останавливается у одной из таких дверей, чуть в стороне от основного прохода, и распахивает её, приглашая меня войти первой.

Вхожу и с любопытством осматриваюсь.

Кабинет оказывается именно таким, каким я его себе представляла: просторным, строгим и функциональным. Высокие окна выходят во двор Цитадели, мебель — тяжёлая, но вполне себе лаконичная. В одной половине стоит огромный стол с высоким креслом, заваленный кипами бумаг. Напротив него — два гостевых стула, менее массивных, но тоже внушительных. Во второй половине стоит диван с журнальным столиком и ещё два кресла, образуя зону отдыха. На стенах никаких лишних украшений, лишь несколько полок с книгами в кожаных переплётах, да большая карта Веларии, удивительно похожая на ту, что висит в нашем с Кейденом доме. Я бы даже сказала — её полная копия. Может, купили в одном и том же магазине?..

— Присаживайся, Лисса, — говорит Рейнар, оказавшийся прямо за моей спиной, да так близко, что у меня волоски на шее мгновенно встают дыбом. — Не стой как статуя, — добавляет он, указывая на зону отдыха, и сразу же направляется к своему столу как ни в чём не бывало.

— Ага, — отвечаю ему, торопливо подхожу к дивану и плюхаюсь на мягкие подушки, разглаживая складки на платье.

Я вот одного понять не могу, Рейнар специально так издевается надо мной или это моё гормональное помутнение рассудка? И почему у меня складывается такое впечатление, что этот невыносимый мужчина играет со мной в какую-то одному ему известную игру? А я даже не знаю, какого цвета мои фигуры.

В это время виновник моего смятения, покопавшись в ящике стола, направляется прямо ко мне, держа в руках перевязанный свиток и небольшой мешочек. Я ожидаю, что он сядет в одно из кресел напротив, сохраняя дистанцию, но Рейнар, к моему полному удивлению, опускается на диван... рядом со мной. Расстояние между нами сокращается до неприлично малого.

Моё тело тут же реагирует, и, вопреки всем канонам жанра, мне хочется не отпрянуть, а наоборот, придвинуться ещё ближе, почувствовать тепло его тела. Я стискиваю зубы, пытаясь взять себя в руки, и сохраняю каменное выражение лица, хотя внутри меня бушует настоящая буря.

— Итак, Лисса, — начинает Рейнар торжественно, кладя передо мной на свиток. — Это твоя официальная лицензия с печатью Гильдии. Теперь ты можешь законно практиковать в столице, не боясь попасться в городскую тюрьму.

Мои глаза широко распахиваются. Лицензия? Я осторожно беру пергамент, разворачиваю его и вижу длинный текст в начале, затем какие-то графы, ещё немного строк в конце и размашистую подпись с печатью. Я едва ли улавливаю смысл написанного, но собственное имя, выведенное каллиграфическим подчерком, читаю с лёгкостью.

«Лисса Крэйн»

Это... это невероятно! Радость мгновенно затапливает моё сознание, сметая остатки раздражения и подозрительности. Я не могу сдержать улыбку, ведь это же то, о чём я так мечтала! То, что позволит мне двигаться дальше!

— Рейнар, спасибо большое! — восклицаю я, поднимая на него сияющий взгляд. — Я не хотела тебя лишний раз беспокоить по этому поводу, зная как ты занят… Даже не верится, что ты смог сделать это!

— Для меня нет ничего невозможного, — усмехается Рейнар, явно довольный моей реакцией. — Я же обещал, а Вельмонты всегда держат своё слово. А это, — следом протягивает мне мешочек, — твоё первое жалование. Морвейн был… крайне впечатлён твоим талантом. Поэтому мы приняли решение, что ты останешься в его крыле. По крайней мере, на первое время.

Пока я пытаюсь осмыслить все эти дары, мужчина смотрит на меня с глубоким, почти хищным удовлетворением в глазах. Я отчётливо ощущаю этот взгляд, и горячая волна, игнорируя всякий здравый смысл, снова начинает подниматься внутри, обжигая каждую клеточку тела, заставляя стиснуть ноги между собой.