Глава 45. Тайный благодетель

Лисса

После того вечера, когда пришло письмо от Бертана, время понеслось с бешеной скоростью. Вначале думала, что отстранение от работы в Цитадели сделает дни тягучими и рутинными, но на деле почти не оставалось ни одной свободной минуты.

Весь следующий день я доводила до ума подготовку к будущему приёму: нашла в бюджетной лавке удобные балетки в тон платью, затем заглянула в столичную лавку красоты. Цены там знатно кусались, поэтому обошлась малым и взяла лишь чёрный сухой пигмент на угольной основе. Думаю, если смешать его с растительным воском, то выйдет какая-никакая подводка для глаз. Главное не проверять её на водостойкость. Что-то мне подсказывает, что чёрные круги под глазами в стиле панды даже в средневековье не будут в моде.

В сторону сияющих витрин с украшениями даже не смотрела. Зачем они мне? Доказывать свой статус? Так его у меня нет, а прыгать выше головы я точно не собираюсь, прекрасно помня об истинной роли на чужом празднике. Всё-таки, какими бы ни были мои желания показать себя «во всей красе» перед кое-кем, в первую очередь я должна сделать всё, чтобы попытаться опознать Покровителя, или, хотя бы, составить список потенциальных подозреваемых для Рейнара.

Кстати, о нём... От лорда Вельмонта ни слуху ни духу. Ни единой весточки. Означает ли это молчание, что он решил поставить между нами жирную точку? Или же работа в Цитадели поглотила мужчину с головой? У меня нет ответов на эти вопросы, поэтому я гоню прочь тревожные мысли, устав от собственных эмоциональных переживаний. Так или иначе, званый вечер у герцога Тенебриса должен будет расставить всё по своим местам, ведь там мы точно встретимся.

Сходила я и на ужин к Борну, правда, только вдвоём с Кейденом. Лийс прислал посыльного с извинениями и огромной корзиной вкусностей, пожелав жене пекаря и новорождённой малышке крепкого здоровья, сославшись на непредвиденную занятость по службе.

Честно говоря, я была этому даже рада. Беззаботная атмосфера нашего недавнего шопинга уже рассеялась, и было бы откровенно странно, если бы обаятельный блондин пришёл с нами на семейный ужин, продолжая играть роль то ли заботливого родственника, то ли моего ухажёра.

Но даже без него вечер прошёл просто восхитительно. Мы смеялись, рассказывали друг другу смешные истории из жизни, ели потрясающее рагу и по очереди сюсюкались с крошечной Эльдой. Напоследок, когда Кейден отвлёкся на разговор со старшим сыном Борна, Тилем, а Айна отправилась укладывать кроху в колыбель, я отвела пекаря в сторону и поделилась своими планами насчет лекарской практики. Попросила его разузнать, не сдаёт ли кто небольшое помещение недалеко от нашей рыночной площади, и какова будет цена вопроса. Борн радостно закивал, пообещав подключить все свои связи и поспрашивать соседей-торговцев.

В остальное время я продолжала учиться писать и читать, а по вечерам Кейден с важным видом вбивал в мою голову новые правила великосветского этикета, которые знал сам. Мы тренировали правильные поклоны, учились держать спину и разыгрывали сценки с беседами ни о чём, то и дело переходя на заливистый смех.

Ещё спустя четыре дня пришла обещанная короткая записка от Бертана. Мастер мёртвых сообщил, что приём состоится через три дня, и он заедет за мной на собственной карете на закате.

И вот этот долгожданный, пропитанный тревогой день настал.

Решаю начать сборы сразу после обеда, когда до прихода Кейдена из Академии остается несколько часов. Мы договорились, что он поможет мне зашнуровать платье и лично передаст в руки Морвейна. Честно, я отнекивалась как могла, думая позвать Эбиру из дома Борна, но сын настоял на своём.

«Мама всегда говорила, что я должен уметь не только раздевать женщину, но и одевать её!»— гордо выдал он мне накануне, отчего я едва не поперхнулась травяным чаем. Процесс воспитания детей в этом мире до сих пор периодически вгоняет меня в ступор.

Поднявшись на второй этаж, прохожу в ванную и, повернув вентиль с холодной водой, задумчиво смотрю на бегущую воду.

«Как же всё пройдёт? Смогу ли я сыграть свою роль правильно? И... что скажет Рейнар, когда увидит меня?»

От последней мысли желудок скручивается тугим узлом, а по спине пробегает ледяная волна мандража.

Конечно, я переживаю. И совершенно не важно, сколько мне на самом деле лет и какой жизненный опыт я успела накопить к этому моменту. Высший свет чужого мира — это абсолютно новое поле боя, где я гарантированно буду чувствовать себя не просто белой вороной, а дичью на прицеле у десятка охотников. Даже если всем этим охотникам не будет до меня никакого дела.

Как только воды становится достаточно, опускаю на дно нагревательный камень и направляюсь в спальню за чистой одеждой. Однако на полпути меня останавливает громкий, требовательный мявк снизу.

— Ты что там орёшь, словно хвост прищемил! Я же тебя только что кормила. До ужина даже не вздумай у меня что-то просить! — бурчу, подходя к лестнице, но тут же осекаюсь.

Блик сидит в коридоре, вытянув шею, и немигающим взглядом смотрит сначала на меня, а затем на входную дверь. Кончик его пушистого хвоста подёргивается от любопытства, и в следующее мгновение раздаётся стук.

Я непонимающе хмурюсь. Кого это принесло в такую рань? Быстро спустившись на первый этаж, подхожу к порогу и щёлкаю дверным замком.

— Госпожа Лисса Крэйн?

— Да, это я, — отвечаю, невольно выпрямляя спину, ведь на пороге стоит отнюдь не привычный вихрастый мальчишка-почтальон.

Это крупный, широкоплечий мужчина с нечитаемым выражением лица, одетый в строгий тёмный костюм, больше напоминающий неофициальную униформу какой-нибудь охранной структуры.

После моего ответа он молча достаёт из-за пазухи небольшой, тщательно завёрнутый в плотную бумагу свёрток и протягивает его мне.

— Велено передать.

Растерянно принимаю лёгкую посылку, понимая, что никакой записки не прилагается.

— А кто отправитель? — спрашиваю задумчиво.

— Это мне неведомо. Моё дело — лишь доставить это вам, — сухо отрезает «курьер», после чего коротко кивает и стремительно уходит.

Заперев дверь, застываю посередине коридора. Блик тут же начинает обтираться о мои ноги, тарахтя как маленький трактор. Если бы не размер коробки, я бы точно подумала, что там еда: уж очень сильно воодушевился хвостатый.

— Ты же охранная животинка, — тяну я, глядя на него сверху вниз. — Может обнюхаешь? Это точно не сюрприз с подвохом?

Блик застывает, затем смешно фыркает и, готова поклясться, закатывает глаза: мол, какая я бестолковая, принимаю благородного фирса за собаку.

— Ну нет, так нет, — отвечаю и направляюсь обратно в свою комнату.

Открыть его сейчас? Или дождаться Кейдена?.. Но неведомый свёрток буквально жжёт руки, поэтому я с замиранием сердца разворачиваю плотную упаковку. Внутри оказывается плоский бархатный прямоугольный футляр чёрного цвета. Уже понимая, что лежит внутри, поднимаю крышку. И оказываюсь права.

Там, на белоснежном шёлке в специальном углублении лежит невероятной красоты кулон — тонкая серебряная вязь, в центре которой поблёскивает глубокий сине-голубой камень каплевидной формы. А рядом закреплены точно такие же серьги на удобных клипсах.

— Охренеть… — шепчу сама себе.

— Мряу! — многозначительно вторит мне Блик, успевший запрыгнуть на кровать.

Этот комплект не выглядит баснословно богатым или вычурным, но его утончённость невольно притягивает взгляд. И, что самое удивительное, гарнитур просто идеально подходит к моим глазам.

Осторожно провожу кончиком пальца по прохладному металлу. И кто же отправитель... Вряд ли Лийс. Видимо это Бертан решил озаботится тем, что его спутница не выглядела слишком просто. Я не сообщала ему цвет своего наряда, поэтому логично, что он ориентировался на мою внешность.

«Что ж, мастер мёртвых, спасибо за заботу о нашем совместном имидже»,— хмыкаю про себя, чувствуя искреннюю благодарность к коллеге. Главное — не забыть потом вернуть ему украшения, чтобы эта услуга не превратилась в тяжёлое ярмо долга.

Захлопнув коробочку, решительно выдыхаю. Так, полюбовались и хватит, пора уже мыться, чтобы волосы успели высохнуть.

С самой причёской я решила особо не мудрить, потому что банально не умею сооружать на голове сложные вавилоны. Помня, как хорошо смотрелось платье с собранным пучком, решаю повторить этот трюк, только в более аккуратной манере. Лака тут не придумали, поэтому придётся положиться на специальные тесёмки и шпильки, а если пряди вконец растреплются, то просто их распущу. Надеюсь, свободно лежащие волосы не будут считаться в высшем свете совсем уж жутким моветоном…

***

— Какая же ты красивая, Лисса! — восторженно произносит Кейден, когда я, наконец, оборачиваюсь к зеркалу, чтобы оценить его шнуровальные навыки.

И, честно признаться, я сама в восторге от результата.

Тёмно-синий шёлк струится от каждого движения, а открытые ключицы подчёркивает серебряный кулон, идеально перекликаясь с цветом моих глаз. Но главная изюминка наряда — это, конечно же, его фасон. Я действительно выгляжу благородно, словно сбросила с себя образ скромной деревенской лекарки-простушки.

Мой самодельный макияж тоже удался: угольная подводка сделала взгляд глубже и выразительнее, а волосы, собранные в элегантный пучок, из которого я специально выпустила пару вьющихся прядей, визуально делает шею длинной и статной.

— Выглядишь как настоящая аристократка, — с гордостью заявляет сын, обходя меня по кругу. — Никто и не догадается, что ты из простых!

— Спасибо, милый, — тепло улыбаюсь я, смахивая невидимую пылинку с юбки.

Спустившись на первый этаж, слышу с улицы ржание лошадей. Выглядываю в окно и вижу, что мрачная карета Бертана уже прибыла, а сам мастер мёртвых направляется прямиком к нашим дверям.

Я быстро накидываю на плечи свой старенький, потертый плащ. Выглядит он на фоне роскошного платья просто комично, но я решаю, что оставлю его внутри экипажа. Ни к чему портить первое впечатление от наряда на глазах у всей столичной знати.

Кейден открывает дверь в тот момент, когда Морвейн заносит руку для стука. Он, как я и думала, остался верен себе: на нём безукоризненно скроенный, строгий чёрный камзол с едва заметной серебряной вышивкой по вороту. И в этом наряде о выглядит просто умопомрачительно: мрачная, давящая элегантность коллеги настоящая мечта для любительниц готических мужчин.

Его взгляд скользит по моему плащу, затем задерживается на причёске и макияже. Подмечаю, как в тёмных глазах мелькает тень одобрения.

— Доброго вечера, Лисса. Ты сегодня очень красива. Готова ехать? — спрашивает он с приветливой улыбкой, преображающей его облик.

— Всегда готова, — отвечаю со смешком, переступая через порог.

— Берегите её, мастер Морвейн, — серьёзно, совсем по-взрослому произносит Кейден.

Бертан коротко ему кивает и подаёт мне руку в чёрной перчатке. Помня о правилах, я протягиваю ему свою, после чего мужчина поворачивается боком и перекладывает её себе на согнутый локоть. Перед тем, как забраться в карету, я машу Кейдену, и экипаж трогается с места, направляясь в сторону зажиточного района столицы.

— Переживаешь? — спрашивает коллега, заметив, как я нервно мну ткань плаща.

— Немного, — перевожу на него взгляд. — Мечтать оказаться на балу и попасть на него по-настоящему… Немного волнительно.

— Не стоит, — отвечает он с усмешкой. — Просто держись рядом со мной. Смею заверить, в столице найдётся мало безумцев, готовых донимать мою спутницу. Возможны лишь косые взгляд и шлейф язвительных сплетен за спиной, но не думаю, что они могут тебя задеть.

Не выдерживаю и издаю короткий смешок. Действительно, чего это я. Представлю, что это один из старых-добрых новогодних корпоративов больницы, на котором всегда собиралась вся верхушка руководства, а персонал в кои-то веки менял безликую униформу на вечерние наряды.

Расслабившись, решаю, что сейчас — самый подходящий момент выразить благодарность за посылку.

— Кстати, спасибо за украшения. Это было очень неожиданно, но они идеально подошли к моему платью.

Мужчина, до этого смотревший в окно, медленно поворачивает ко мне голову. Его густые брови хмуро сходятся на переносице, а взгляд снова падает на серьги в моих ушах.

— Украшения? — переспрашивает он с искренним непониманием. — Я ничего не посылал.

В карете повисает неловкая пауза, пока я перевариваю мысль, что кажется поторопилась с выводами относительно своего благодетеля.

— Оу… — тяну растерянно. — Неловко вышло. Посыльный сказал, что отправитель неизвестен, поэтому я подумала на тебя.

Бертан качает головой, скрещивая руки на груди.

— Если бы ты попросила, я бы, конечно, прислал тебе что-нибудь для сегодняшнего приёма, но присылать такие подарки тайно… Это говорит об определённых намереньях со стороны мужчины. Я тебя очень уважаю Лисса, но всё-таки… — начинает мяться он, явно не зная, как правильно обозначить отсутствие ко мне интереса как к женщине.

— Я поняла, не мучайся с объяснениями, — машу руками с улыбкой. — Есть у меня и другой кандидат, кто бы мог это сделать. К счастью, тоже просто друг. Но шутник ещё тот.

Как только неловкость рассеивается, я откидываюсь на спинку сиденья. Итак, если это не Морвейн... Значит, Лийс? Светловолосый весельчак точно знает толк во всех этих женских штучках. Должно быть, это очередной его вклад в наш общий «тайный план» по соблазнению его командира. Но к чему тогда эти игры в анонимность?..

Спустя полчаса езды наша карета начинает замедлять ход, вливаясь в длинную вереницу таких же дорогих экипажей.

Мы прибываем к поместью герцога Тенебриса.