Глава 6. Незваный гость

Лисса

Я смотрю на хмурого мужчину и на миг теряю дар речи. Мозг начинает активно работать, ища причину, по которой лорд Вельмонт мог почтить нас своим визитом. Мне казалось, что после вчерашней вспышки гнева он будет за километр обходить этот дом.

— Рейнар? — вырывается у меня прежде, чем я успеваю взять себя в руки. — Что-то случилось?

В его тёмных глазах на секунду мелькает что-то непонятное — раздражение? Или удивление? Он молча окидывает меня взглядом, и я тут же вспоминаю о своём внешнем виде: пыльное, мятое платье, в котором я ходила уже третий день, не имея возможности переодеться, и растрепавшиеся волосы. А учитывая, что дезодорантов тут не имелось, пахло от меня тоже так себе. Не самый подобающий вид для встречи с заместителем главы Тайной стражи.

— Прошу прощения, мы не ждали гостей, — смутившись, отступаю в сторону, приглашая его войти. — Проходи.

— И тебе доброго вечера, Лисса, — наконец произносит он, переступая порог. Его взгляд цепко проходится по холлу, затем останавливается на Кейдене, который застыл у входа на кухню.

— Господин Рейнар! Приветствуем вас в нашем доме! Мы как раз собирались ужинать, — восклицает мальчик с энтузиазмом. — Для нас будет честью, если вы присоединитесь к нам.

Я мысленно аплодирую сообразительности сына. Ужин — идеальный способ разрядить обстановку и выяснить причину столь внезапного прихода.

— Да, мы будем очень рады, — подхватываю я.

Рейнар на мгновение задумывается, а затем коротко кивает.

— Тогда прошу на кухню, — говорю и указываю рукой направление, но это явно не требуется. Рейнар и без моих подсказок сразу же идёт в нужную сторону. Ну конечно, он, должно быть, осматривал дом, прежде чем снять его, поэтому знает, где и что находится.

— Еда у нас скромная, остатки того, что Торен и Маро приносили вчера, — заранее оправдываюсь перед мужчиной. Всё-таки ни первого, ни второго у нас нет — одни пироги. А я пока вообще не знаю ни местных правил этикета, ни порядков приёма гостей. Может, тут к столу нельзя приглашать, если у тебя шаром покати.

Кстати об этикете, стоит ли мне обращаться к Рейнару как-то по-другому? Всё-таки мы теперь в столице, где он большая шишка, а я ему тыкаю и по имени зову. Такое вообще допустимо? Может, говорить ему «господин», как Кейден? Или лорд Вельмонт?..

Размышляя о насущном, иду следом в обеденную зону и застываю: всё моё внимание направлено это .

Прямо посреди стола, как огромное бельмо, возвышается наш тканевый куль с одеждой. Я тут же подлетаю к нему, хватаю обеими руками и спешно оглядываюсь по сторонам, инстинктивно ища, куда бы спрятать этот вещдок нашего беспорядка, но не нахожу ни одного подходящего угла.

— Прошу прощения, — выпаливаю Рейнару, чувствуя, как начинают гореть щёки. — Мы только вернулись и ещё не успели разобрать покупки. Я на секунду!

Не дожидаясь ответа, практически бегом устремляюсь обратно в холл к лестнице.

Откуда только силы взялись? Ещё минуту назад я была готова умереть от усталости, а стоило на пороге появиться понравившемуся мужчине, как я тут же начинаю скакать по дому, как молодая козочка. Стыд-то какой.

Поднимаюсь на второй этаж, закидываю куль на кровать в своей спальне. Решаю на минутку задержаться, чтобы хотя бы переплести косу. После чего, переведя дух, спускаюсь обратно, стараясь выглядеть так, будто ничего странного не произошло.

— ...Даже не верится, господин Рейнар! — слышу я восторженный голос Кейдена, как только моя нога касается последней ступеньки.

Я вхожу на кухню и понимаю, что за то короткое время, что я отсутствовала, Кейден успел не только дозаварить чай, но и накрыть на стол. На красивых тарелках из посудного шкафа лежат аккуратно нарезанные куски сладкого пирога, а травяной отвар разлит по изящным чашкам из явно дорогого сервиза. И, как вишенка на торте, сын поставил в центр стола вазу с пышным букетом лунниц, на которые Рейнар то и дело бросает хмурый, недовольный взгляд.

Да уж, хозяйка из меня, по меркам этого мира, явно хреновая. Гостя как следует не встретила, за стол не усадила, даже еду и чай — и то приготовил ребёнок! А Рейнар ещё переживал, что за мной мужчины бегать будут. Скорее уж от меня.

Я прекрасно понимаю, что женщина здесь — и жнец, и швец, и на дуде игрец. Должна и хозяйство вести, и мужа ублажать, и детей воспитывать, а в перерывах ещё и поле вспахать. А мне, с моими «современными» руками, только помощницу и нанимать, если не двух! Дома у меня была и посудомойка, и моющий пылесос, про стиралку я вообще молчу. А круглосуточная доставка еды берегла мой и без того кипящий мозг от тягот готовки. Какие котлеты, когда стоишь у хирургического стола по десять часов, уставая так, что даже перспектива поспать в тихом и прохладном морге кажется не ужасом, а настоящим благом?

Я, наконец, присаживаюсь за стол, и Рейнар тут же переводит свой тяжёлый взгляд с цветов на меня.

— Красивый букет, — произносит он, и в его голосе нет ни капли тепла. — Подарок?

— Да, — киваю, чувствуя себя немного неловко. — Маро и Лийс поздравили с новосельем этим утром, перед тем, как мы в ратушу поехали...

— Это Лийс подарил! — с гордостью вставляет Кейден. — Сказал, что лунницы дарят только самым дорогим женщинам, тем, кто озаряет всё вокруг своим светом!

От этих слов челюсти Рейнара сжимаются так, что на скулах проступают желваки. Я вижу, как темнеют его глаза, а у меня самой начинает дёргаться глаз. Вот надо же было Кейдену ляпнуть такое!

— Понятно, — цедит мужчина сквозь зубы. — Мои люди, оказывается, не только документы помогают оформлять, но и в цветочных лавках подрабатывают. Очень похвальное рвение.

Я напрягаюсь, уловив едкий сарказм. По всей видимости, он, как командир, беспокоится, что его люди тратят рабочее время на посторонние дела.

— Мы постараемся больше не отвлекать их от службы, — отвечаю, добавив в голос максимум убедительности. — Уверена, у них есть задачи поважнее, чем возиться с нами с утра до ночи.

Рейнар молча кивает, словно мой ответ его удовлетворил. Он берёт чашку с чаем, делая вид, что тема закрыта, но я замечаю, как он снова бросает короткий, злой взгляд на проклятые цветы.

Кейден, заметив напряжение, воцарившееся за столом, мгновенно переводит тему:

— Лисса, представляешь, господин Рейнар сказал, что уже завтра Торен отведёт меня в Академию! Там проверят мои навыки и сразу определят на нужный круг обучения.

— Верно, — подтверждает мужчина, немного расслабляясь. — Учебный набор в этом сезоне уже закрыт, но нет смысла ждать следующего. Кейден — парень смышлёный, быстро догонит остальных.

Я тоже мгновенно приободряюсь.

— Спасибо, — искренне благодарю. — Огромное тебе спасибо, Рейнар, это невероятный шанс для него!

К тому же, если Кейден начнёт посещать Академию, у меня наконец-то появится время на себя. Можно будет без опаски изучать купленный букварь, продолжать систематизировать свои медицинские знания и даже поэкспериментировать с готовкой.

Я всё ещё стесняюсь спросить про своё собственное «трудоустройство». Неуместно как-то и дальше клянчить помощь. Поэтому приступаю к еде. Но Рейнар, словно прочитав мои мысли, сам заводит разговор на эту тему.

— Твоим вопросом я тоже занялся, — говорит мужчина, поворачиваясь ко мне. — На следующей седьмице у тебя будет лицензия лекаря.

Чуть не подавившись куском пирога, я удивлённо приподнимаю брови, активно работая челюстями.

— Провернуть такое в обход Гильдии практически невозможно, — продолжает он, пока я пытаюсь проглотить еду, чтобы ответить. — Поэтому я просто запишу тебя в список работников Тайной стражи как вольнонаёмного лекаря. У тебя также будет старший наставник. В таком случае, если у кого-то из Гильдии возникнут вопросы, их можно будет смело отправлять к нему или ко мне. Разговор будет коротким.

Недоумение и неверие буквально написаны у меня на лице. Это же... незаконно. Фактическое злоупотребление властью. Рейнару точно за это ничего не будет? Или во времена средневековья это норма?..

Мужчина явно улавливает мои сомнения и, прежде чем я начну задавать какие-то вопросы, произносит более твёрдо:

— Лисса, ты же не забыла, что спасла мне жизнь? Это стоит неизмеримо дороже, чем какие-то бумаги. Я всего лишь отдаю долг.

Неосознанно хмурюсь, утыкаясь взглядом в чашку с чаем. Звучит всё очень складно и логично, но... Мы находимся в чёртовом средневековье, где нравы и мораль явно ниже, чем в мире современности. Неужели здесь могут быть настолько правильные люди? Мне очень нравится Рейнар, конечно нравится. И меня тянет к нему, глупо это отрицать. Но я, сорокатрёхлетняя женщина, прекрасно знаю, что в девяносто девяти процентов случаев у людей всегда есть скрытый мотив, второй план, своя выгода...

Долг чести — действительно в духе Рейнара, но по сути я вообще ничего не знаю о нём, вообще ничего! Я больше поверю, что он захочет использовать меня как потенциального свидетеля в деле Покровителя. Это было бы прагматично и абсолютно разумно с его стороны. Да и я бы с удовольствием помогла, чай не дура. Прекрасно понимаю всю опасность и сложность этого дела. Но Рейнар не говорит об этом напрямую. Думает, что я откажусь помогать? Или у него действительно нет подобных мыслей, а я только надумываю?

«А ты, видимо, очень хочешь, чтобы у него были такие скрытые мотивы», — ядовито шепчет внутренний голос, от чего я закусываю губу.

Пауза явно начала затягиваться... По оглушающей тишине понимаю, что всё это время и Рейнар, и Кейден смотрят на меня, ожидая хоть какой-то реакции: мне только что сообщили просто невероятную новость, а я даже не сказала спасибо! Сижу, как на поминках.

Торопливо поднимаю взгляд на мужчину.

— Я... я не знаю, что сказать, — голос немного срывается, и я прочищаю горло. — Это... невероятно. Спасибо, Рейнар. Огромное спасибо.

— Лисса, это же здорово! — с восторгом восклицает Кейден. — Ты сможешь по-настоящему лечить людей, как и раньше! И, возможно, у тебя будет свой кабинет!

От его искренней, неподдельной радости и я широко улыбаюсь. Он прав. По каким бы причинам Рейнар ни помогал нам, это действительно здорово. Это шанс. Наш шанс на будущее.

После этого мы продолжаем трапезу в более спокойной и расслабленной обстановке, но я всё время чувствую, как Рейнар пристально и изучающе поглядывает на меня, ведя при этом непринуждённую беседу с Кейденом про Академию.

К концу ужина во мне начинают бороться два желания. Первое — вежливо выпроводить гостя и пойти уже наконец нагреть хотя бы одно ведро воды, чтобы ополоснуться. Второе — задержать Рейнара и расспросить о деле Покровителя. Или о поисках безымянной деревни.

Пока я собираю грязную посуду и отношу всё к кухонной столешнице, Кейден внезапно задаёт новый вопрос:

— Господин Рейнар, а кто хозяева этого дома?

Мужчина, до этого выглядевший абсолютно невозмутимым, на секунду замирает.

— А почему ты спрашиваешь?

— Я тут подумал, — деловито начинает сын. — Ванна на втором этаже — это, конечно, хорошо, но воду туда таскать, а потом вычерпывать — не с руки такое. Потому и подумал, может поговорить с хозяевами, попросить их поставить на кухне самую простую деревянную лохань, отгородив её ширмой. Так было бы гораздо удобнее. Мы с сестрицей всё-таки вдвоём живём, чужих нет. Кому какое дело, где у нас помывочная.

От его слов я готова мысленно стукнуть себя по лбу. Вычерпывать?! Я как-то совсем не подумала, что после того, как натаскаешь двадцать вёдер воды наверх, её потом придётся в тех же вёдрах таскать вниз. Да проще холодной водой прямо из колодца обливаться, стоя под кустом, чем проходить через всю эту экзекуцию!

Рейнар хмурится, явно не ожидая такого вопроса.

— Я... поговорю с хозяевами насчёт перестановки, — наконец произносит он. — А сегодня... я помогу натаскать воды. За ужин.

Оборачиваюсь в лёгком шоке, в упор глядя на него. Неужели лорд Вельмонт, заместитель главы Тайной стражи, собирается таскать для нас вёдра с водой? За пару кусков пирога? Но я, конечно же, не возражаю. Если мужчина предлагает помощь, отказываться — верх глупости. Особенно когда этот мужчина — Рейнар.

Именно в этот момент он переводит на меня взгляд, и я понимаю, что продолжаю пялиться на него с грязной тарелкой в руках. Мне кажется, что я вижу в тёмных глазах мужчины то, чего там быть не может. Интерес.

Всё тело мгновенно покрывается мурашками от этой шальной, нецеломудренной мысли. Да у меня вконец крыша поехала. Биологический возраст этого тела может и молодой, но родные мозги-то с памятью на месте. Видимо, из-за того, что у меня давно не было мужчины, я, уставшая от вечного стресса, готова видеть намёки там, где их нет и быть не может. Кукуха едет, Алина Викторовна, однозначно едет.

Я резко отвожу взгляд, чувствуя, как горят щеки, и неосознанно облизываю пересохшие губы.

— Тогда... буду пока мыть посуду, — выпаливаю очевидное и отворачиваюсь.

Слышу, как за спиной Кейден с Рейнаром уходят на улицу, прихватив с кухни четыре металлических ведра. Пока они занимаются водой, я, как заведённая, начинаю тереть тарелки и чашки, пытаясь этим занятием заглушить собственные мысли. Но получается плохо.

Каждые пять минут в дом возвращается Рейнар с двумя вёдрами, чтобы сразу подняться с ними по лестнице вверх. Я больше не смотрю на него. Только слышу ровное, тяжёлое дыхание, когда он проходит мимо по холлу, и размеренный скрип ступеней под его сапогами.

Я даже не спрашиваю, почему мы не греем эту воду. Я уже готова нырнуть хоть в ледяную прорубь, лишь бы сбить жар собственного тела.

В какой-то момент я так глубоко ухожу в себя, что не замечаю, как его шаги затихают не на лестнице, а прямо за моей спиной.

Я осознаю это не ушами, а кожей. Внезапно. Остро. Воздух за спиной уплотняется, становится тяжёлым, заряженным его присутствием. Я чувствую тепло его тела, хотя он не касается меня. Он просто стоит. Очень. Близко.

— Она чистая, — раздаётся над самым ухом его хриплый, низкий голос.

Меня словно прошибает током. Я замираю, вся напрягаясь до звона в ушах, пальцы до боли сжимают несчастную тарелку.

— Что? — едва слышно переспрашиваю я.

— Тарелка, — повторяет он так же тихо. — Она уже чистая.

Я опускаю взгляд и понимаю, что уже несколько минут бездумно тру совершенно чистое блюдце. Его рука накрывает мою, легко разжимая пальцы. Рейнар забирает тарелку и с глухим стуком ставит её на столешницу. А затем упирается руками по обе стороны от меня, запирая в кольце своих рук.

Я не вижу его лица. Я стою спиной, в ловушке, и от этого обстановка становится ещё более интимной. Я чувствую жар его груди у себя между лопаток, вдыхаю его запах — смесь холодного ночного воздуха, кожи и чего-то неуловимо-мужского, от чего кружится голова. Мозг кричит «опасно», а тело... тело предательски плавится от этой близости.

Он наклоняется ниже, и я чувствую его горячее дыхание на своей шее, у самых волос.

— Почему ты так напряжена, Лисса? — шепчет он, и этот шёпот вибрирует по всему моему телу.

Я не могу ответить. Я не могу даже дышать. Я просто стою, вцепившись в край столешницы, и чувствую, как земля уходит из-под ног.

И в этот самый миг тишину дома разрывает громкий хлопок входной двери.

— Лисса, мы всё! — раздаётся весёлый голос Кейдена.

Рейнар делает быстрый шаг назад, разрывая безумное напряжение между нами. А я так и стою, вцепившись в столешницу, и не могу отдышаться.