Глава 5. Муж Алатар. Знай своё место, жена!

Однако эти любопытные нюансы моего скоропостижного замужества вспомнились не сразу.

Им предшествовало несколько тяжелых разговоров с Алатаром.

В самый первый раз ему удалось ненадолго поселить во мне сомнения.

Мне было больно, сердце сжималось в ледяных тисках, и я всё еще надеялась спастись от окружившего меня холода и одиночества.

Я иррационально пыталась сохранить свой брак, своего мужа. И искала всевозможные оправдания Алатару. Чтобы образ счастливой семьи, который я так лелеяла, не разбился вдребезги.

В конце концов, не в силах решить проблему, я отважилась напрямую потребовать у мужа объяснений.

— Дорогая… мне больно, — с убитым выражением лица выдал вдруг Алатар. — Как ты могла подумать подобное обо мне? — потерянно расширились его глаза. — Всё, что ты слышала — это не более, чем выдуманная история для мамы. Неужели ты настолько мне не доверяешь? Разве я давал повод??

— Выдуманная… — в смятении повторила я. — Не понимаю. Зачем? Почему ты просто не сказал, что мы любим друг друга и хотим быть вместе? — никак не вмещалась вся эта вылитая им грязь в моей голове.

Кровь стучала в висках, а мысли сновали, как бездомные зверюшки в диком желании найти опору. Кому верить? Чему? И даже, если выданное мужем оправдание — не ложь, то как можно простить такое? Алатар так цинично всё расписывал, с легкой брезгливостью и ленцой.

— Ну что ты, Нинэль! Ты ведь и сама понимаешь, что Эхиднию из рода Эльдеров не проймешь таким заявлением, — очевидно, уловив, что я начала сомневаться, продолжил муж. — Что ей любовь? Да разве она поймет то всеобъемлющее чувство, что согревает нас с тобой, будто полуденное солнце, — повело меня чуть в сторону от высокопарной речи, скользко залившейся мне в уши.

Я хотела было возразить, но забыла что именно… Алатар же мягко провел рукой по моей голове, пропуская пряди меж пальцев. И я ощутила мимолетное покалывание в глазах.

И правда, что я к нему цепляюсь? Алатару ведь лучше знать свою мать. Он просто хотел хотя бы на время отделаться от ее назойливого вмешательства в наши дела.

«И почему вообще меня всё это так беспокоило?» — внезапно поразилась я собственной подозрительности и несдержанности.

Это всё комплексы. Я настолько неуверенна в себе, что никак не могу принять любовь такого шикарного мужчины, как Алатар, за истину.

А между тем он так нежен со мной! А главное — терпелив! Молча сносит мои глупые истерики, неподобающие Эльфийке.

И это восхищение в его глазах. Алатар так влюблен, так искренен. Только со мной, ведь даже с родной матерью ему приходится играть роль. И лишь со мной Алатар настоящий.

— Конечно, дорогой. Ты прав, — ответила я, виновато улыбнувшись. Это всё из-за того, что я просто безумно люблю тебя. Мне так стыдно, что я поверила во всё это… — нечто горькое заставило меня запнуться, проникнув в сладкий привкус, ощущаемый на языке.

Но Алатар простил мне и это секундное замешательство. Он улыбнулся и произнес с придыханием:

— Ты идеальна, моя маленькая Нинэль, — и меня отпустило.

Всё хорошо. Все просто прекрасно! Я просто-напросто всё еще не могу поверить в свое счастье!

«Как же он красив!» — подумала я вслед удаляющемуся мужу, прежде чем меня затянуло в чудесный сон.

***

Проснулась с гудящей головой. Наверное, этот непрекращающийся гул и разбудил меня. Казалось, черепная коробка вот-вот треснет от шума.

Так. А почему я сплю в кресле посреди дня? У меня же столько дел! Алатар будет недоволен, если не услежу за чем-то. Алатар…

Алатар?..

Воспоминания предыдущих событий возвращались вспышками.

Болезненными, размытыми.

Мне мучительно хотелось верить, что все сказанное мужем про выдуманную историю для Эхиднии — правда.

Но другая часть меня все равно осуждала его за эту ложь.

И за это несогласие с притворством Алатара перед матерью я и ухватилась.

Эта мысль, как свет маяка, вывела меня постепенно к отравляющим сознание, но более трезвым размышлениям.

А что, если меня постоянно держали в блаженном неведении? В изящной клетке, сотканной из лжи и лицемерия. Подкупали сказками о счастливой и роскошной жизни. Цинично дожидаясь, когда же уже можно будет выбросить меня, словно ненужный хлам.

Нельзя же быть настолько наивной! И слепо доверять любимому человеку. Пусть докажет, что всё это лишь мои надуманные страхи.

Я не могла себе места найти. Бродила по бесконечному дворцу и не видела ни одного уголка, где можно было бы расслабиться и ощутить уют. Ходила взад и вперед по помпезным покоям, отмахиваясь от ничего не понимающей прислуги и апатично заглядывая в комнаты в поисках покоя.

Горничные и лакеи будто преследовали меня. Задавали пустые вопросы и светились искусственными улыбками. Почему бы им просто не сделать вид, что не замечают моего удрученного состояния??..

Однако стоило только появиться самому Алатару, как все словно сквозь землю провалились, оставив нас одних.

— Что с тобой опять происходит, Нинэль? Отчего не сидится на месте? — начал было муж строго, но, заметив мою отстраненность, мгновенно изменил тактику. — Я волнуюсь за твое здоровье. Может, позвать целителя? — своим чарующим голосом предложил Алатар, а меня затрясло в мелком ознобе.

Что если лекарь подсыпет мне чего-нибудь? Какой-нибудь эльфийский антидепрессант, который вообще превратит меня в немую игрушку!

Эта мысль липким ужасом прокатилась по нутру. Сжала сердце, запульсировавшее в агонии страха.

— Я слышала твой разговор с матерью… Слышала, — задрожав всем телом, пролепетала я. — Ты не любишь меня по-настоящему... Когда любят, так не отзываются. Не врут. Даже ради выгоды. Зачем я тебе на самом деле, Алатар? — спросила, всматривалась я в равнодушные глаза, которые совсем недавно казались самыми родными. — Ты собираешься… использовать меня… у тебя цели, — язык прилип к пересохшему небу, отказываясь произносить всю ту грязь, что разъедала душу.

— В чем дело, Нинэль? — красивое лицо мужа исказилось злой гримасой. — Очередная истерика? Тебе точно необходим лекарь. Видно, переход в новый для тебя мир сказался на нервах.

— Нет. Нет! — воскликнула в панике, догадавшись, к чему всё идет.

Хочет объявить меня невменяемой? Залечить отравой?

Слезы горячими струйками потекли по щекам. Это не со мной. Это не может происходить на самом деле! Какой-то дурной, беспрерывный сон!

— Всё, всё, маленькая, — словно не он только что угрожал мне, елейно зашептал Алатар. — Успокойся. Мы преодолеем это. Вместе. Иди ко мне, я помогу тебе.

«Вместе?» — отшатнувшись, непонимающе уставилась я на него.

Он, правда, считает меня настолько недалекой? Думает внушить мне, что я поймала нервный срыв и нужно лишь успокоиться?

— Сколько их? Сколько у тебя наложниц, Алатар? — еле выговаривая слова, спросила я. Будто проталкивала их сквозь заледеневший ком в горле.

— Это не должно тебя интересовать, — бездушно ответил муж. — Ты жена. Тебе я подарил высокий статус и достойную жизнь. Цени это, Нинэль, — вкрадчиво произнес он, а у меня будто сердце раскололось в груди на части.

Он даже не отрицает. Больше не врет.

У Алатара есть гарем. И он не намерен отказываться от него.

Но тогда… тогда… Выходит, и всё остальное не было выдумкой?..

И мне вдруг почудилось, что его лицо пошло рябью. И что я вижу не любимого, а само зло возникшее передо мной.

— И что? Что теперь? — слабовольно спросила у того, кто больше не был моей опорой. Моим оплотом. Он за один короткий миг превратился в моего мучителя и тюремщика.

— Будь признательна за то, что есть у тебя, — спокойно ответил Алатар. — Раз не хочешь по-хорошему, скажу, как есть. Тебе придется смириться с этим, Нинэль.

— С чем? С твоими изменами?! С чем смириться, Алатар? С тем, что тебе нужен от меня лишь наследник? — вырвался из меня истошный крик. Последний вопль погибшей любви.

— Никогда. Не смей. Повышать. На меня. Голос, — отчеканил вдруг Эльф, а меня прострелило невыносимой болью. — Я и так потратил на тебя излишне много времени. Хочешь правду? Прекрасно. Ты надоела мне, — резали меня его слова как по живому. — Женой я тебя оставлю. Но да, лишь за тем, что мне нужен сын, рожденный в браке. На всё остальное можешь больше не рассчитывать. Ты меня утомляешь своими капризами. Мама была права, стоит вернуться к гарему и отдохнуть от твоего постылого общества. Твою постель я отныне буду посещать только в дни удачные для зачатия. И не играй с моим терпением, Нинэль, — добил меня Светлый лорд, безразлично наблюдая, как я корчусь от боли. — Знай свое место.

«Знай своё место», — еще долго звенело в моих ушах после ухода Алатара.