Глава 33

Мягкое прикосновение к губам, тепло, аромат мёда и сандала — запах Арендара. Более настойчивое прикосновение к губам…

Сон слетает я широко распахиваю глаза. Арендар отрывается от моих губ:

— С пробуждением, соня.

В его плетёном их золотых ветвей венце сверкают рубины, изумруды, топазы, бриллианты. Веки и скулы покрыты золотой пудрой, лицо обрамляют золотые кисти, волосы спускаются на плечи прядями, скреплёнными заколками с кристаллами.

Короткого взгляда поверх и по сторонам его венценосной головы хватает, чтобы понять: мы в палате.

И я лежу в одной сорочке.

— Мне настоятельно рекомендовали тебя лишний раз не волновать, — недовольно поясняет Арендар моё нахождение вне его покоев и выпрямляется, шурша золотой парчой камзола и накидки. — Спокойнее просыпаться в больничном крыле?

Падающий в окно утренний свет играет в драгоценных камнях, озаряет лицо. Арендар блистательно прекрасен, даже не верится, что такая красота рядом.

— Спасибо, это поддерживает надежду, что с тобой можно договориться, — улыбаюсь ему. — А ты явно не на занятия собрался.

— В Озаране меня ждёт невероятно много всяких нудных политических разговоров.

— Он передаёт мне висевший в изножье алый бархатный халат. — Я бы с куда большим удовольствием сходил с тобой на тренировку.

В ногах гигантским комком шерсти лежит Пушинка. Уши у неё теперь с мою ладонь, кисточки на них золотятся. Она приоткрывает сонные золотые глаза и, зевнув, плотнее сворачивается в калачик и прикрывает нос хвостом. Ну ничего себе она вымахала!

— А мне уже можно на тренировку? — Притягиваю халат. — Отвернись, пожалуйста.

— Ты же так хотела заниматься, — Арендар разворачивается. На золотой накидке алыми кристалликами вышиты языки пламени. — Или передумала?

— Нет, просто удивилась, что уже можно. — Откинув одеяло, оглядываю кружевную алую сорочку. Завитки её узоров тоже похожи на пламя, оно вьётся, соблазнительно подчёркивая бёдра, визуально сужая талию. А грудь узор, наверное, увеличивает, только сверху этого не понять. Прекрасная сорочка, но такая… вопиюще сексуальная, что даже неловко. Скорее прячу её под халатом.

Арендар объясняет:

— После перехода на следующий уровень не следует затягивать возвращение к тренировкам, это может замедлить прогресс. Тебе пора.

— Не ожидала, что при всех сложностях процесса мне разрешат заниматься на следующий день. Что там с переходом? Я чувствую себя отлично, всё удалось?

Арендар покачивается с пятков на носки.

— На следующий день было бы рано, но последние одиннадцать суток ты провела в восстановительном коконе. Так что…

— Одиннадцать?!

— Повернуться уже можно? — Арендар чуть разворачивает голову.

— Да. Но одиннадцать дней?

Он оборачивается.

— Мы решили, что так ты легче перенесёшь изменения.

— Но теперь всё в порядке?

— Да, твой источник перешёл на новый уровень и сохранил способность к серийной активации. Скорее всего, следующий переход будет легче.

— Надеюсь.

— Я тоже, — слабо улыбается Арендар. И убирает за спину руку, на которой проступает золотой герб. — Тебе нужно хорошо заниматься, чтобы полностью контролировать магию и останавливать повторные активации в случаях, когда они не нужны. Дарион по рекомендациям Лина доработал твою программу тренировок. Охрану я усилил. Элоранарр обещал за тобой присматривать. Завтрак в кабинете мисс Клэренс, она поможет собраться на занятия, а я… — Он вздыхает. — Мне пора.

Как-то не верится, что он отпускает меня на занятия. Просто не верится. Но и уходить он не спешит, стоит хмуро-серьёзный, пристально смотрит на меня…

Вдруг понимаю, чего он ждёт.

— Я буду скучать, — почти шепчу я. Щёки почему-то теплеют, хотя не сказала ничего особенного.

Улыбнувшись, Арендар подходит ко мне и обнимает, зарывается пальцами в волосы. Всего лишь чуть его подбодрила, а он… да ему палец дашь, он руку откусит! Или поцелует…

* * *

Выйдя на крыльцо, вдыхаю прохладный утренний воздух. Запах свободы… пьянит. В голове слегка гудит после общения с мисс Клэренс: советы беречь себя, заниматься вдумчиво, сразу обращаться в случае недомогания она перемежала рассказами о подготовке к свадьбе — о сложности выбора кружев, заказе таверны для пира и безумных идеях Огнада устроить представление с зомби. К сожалению, мероприятие пройдёт в близлежащем Нарнбурне, так что мне веселье не светит.

Вновь глубоко вдохнув, спускаюсь по лестнице. Пушинка на отросших лапах легко следует за мной. Она размером с рысь, но тело длиннее и хвост как у лисы, в сумку не спрячешь. Ветерок приятно овевает лицо. На аллеях почти никого нет, шанс столкнуться с изумлёнными взглядами мизерный. Жаль, я не могу затеряться среди студентов: не в сопровождении Пушинки и четырёх гигантских гвардейцев.

Академия… как приятно идти по ней, смотреть на шпили административного здания, слушать шелест обрамляющих аллеи деревьев. Здорово, что ректор Дегон не выполнил угрозу на всякий случай срезать все деревья…

Свобода… она обостряет ощущения, наполняет счастьем: я отвоевала право идти на занятия здесь и сейчас. Такую же гордость я испытывала, когда, несмотря на угрозы родителей оставить меня без помощи, собрала вещи для переезда в соседний город.

Только теперь всё не так трагично: учёба отношениям с Арендаром не помеха. Наоборот: обучившись магии, в его обществе я перестану чувствовать себя наивной неумехой. Жаль, из-за всех этих происшествий упустила четырнадцать, нет, даже пятнадцать дней занятий!

Страшно представить, сколько времени потребуется, чтобы всё нагнать.

Задумавшись, я не замечаю окружающего, и от внезапного шипения Пушинки вздрагиваю.

С соседней аллеи, шагая по газону, ко мне приближается Элоранарр.

— Обидчива твоя мохнатая козявка сверх меры, — кивает он на Пушинку. — Хотя это уже не козявка, а целая козявища. Хорошо, что она больше не пытается залезть мне на голову.

— Доброе утро, — продолжаю путь к корпусу боевых магов. — Я спешу на занятия.

— Знаю-знаю, просто выполняю обещание младшенькому. Он так просил присматривать за тобой, так просил, что я не мог не внести пункт проверки тебя в список дел. Сейчас уверюсь, что ты справилась со сверхсложной задачей пройти по территории академии без опасных для жизни приключений, и отправлюсь выполнять менее значимые дела вроде управления академией в гордом одиночестве.

— Одиночестве? А ректор Дегон?

— Боюсь, он уходит от дел. Заперся в сокровищнице и отказывается выходить.

Жаль, если так: я надеялась позже выведать у него о своём особом даре, а если он не выходит из сокровищницы, сделать это затруднительно.

— Как самочувствие? — с нарочитым беспокойством уточняет Элоранарр. — Голова не кружится, слабости нет? Упасть не собираешься?

Пушинка отзывается глухим рычанием.

— Выросла, зверюга, — с улыбкой ворчит Элоранарр, — больше не нужны тебе большие добрые драконы, можно теперь характер показывать. Вся в хозяйку. — Он косится на меня. — Страшно представить, какой ты станешь, когда полностью овладеешь магией.

— Спокойной и уверенной в своих силах. — Прибавляю шаг, чтобы скорее зайти в показавшийся впереди корпус боевых магов. — Спасибо, что проводил, дальше сама: не хочу отвлекать тебя от действительно важных дел.

— Передам тебя с рук на руки, во избежание… всякого.

— Фффф. — Пушинка втискивается между нами и высоко вздёргивает хвост.

Элоранарр, усмехнувшись, тоже произносит грозное «Ффф!» и, посмеиваясь, идёт до самых дверей в корпус.

— Береги себя, — просит на прощание. В ответ на мой изумлённый взгляд поясняет:

— Если с тобой что-нибудь случится, Арендар разнесёт академию к Бездне, а я соректор, должен беречь вверенное имущество.

— Буду беречь, — торжественно обещаю я и скрываюсь от его пытливого взгляда в здании.

Гвардейцы бесшумно шагают за мной, лишь слегка шелестит одежда. Сегодня я поздно, так что парни уже снаружи.

В раздевалке у меня теперь не занавеска, а массивная ширма.

Лишь переодевшись осознаю, что робею перед тренировкой: как теперь всё будет? Сильно ли я отстала от остальных?

Под ложечкой сосёт, но я решительно направляюсь к выходу на стадион под открытым небом.

— Ровнее, ровнее держать, — басит снаружи Дарион.

Уже разминаются! Плохо, что опаздываю, но ничего не изменишь. Два гвардейца выходят первыми и пропускают меня к остальным.

В первый миг не сразу осознаю увиденное, а потом чуть не хохочу в голос: парни бегают с громадными брёвнами на плечах. Некоторые шатаются. С треском сталкиваются концы брёвен Ингара и Бальтара, обоих громил относит друг от друга. Гаддака под его бревном почти не видно.

— А вот и ты, — радостно восклицает наставник Дарион.

Я ещё не справилась со смехом и широко ему улыбаюсь. Ровно до того момента, как наставник поднимает с земли бревно.

— Иди сюда, оно тебя заждалось.

И улыбается так широко и радостно, словно всю жизнь мечтал меня этим бревном прибить.

Но я же сама хотела учиться, значит, надо соглашаться. Оглядываюсь на Пушинку: она укладывается возле стены, поблёскивая золотыми кисточками на ушах.

На охрану тоже смотрю: они невозмутимо выход на стадиончик охраняют.

Оюшки, оёёюшки.

Понуро бреду к наставнику.

— Что-то ты как-то невесело выглядишь, — хмыкает он. — Бегать с бревном — это же так полезно.

— Поверю на слово. Только не раздавите.

— Не бойся, ты уже освоила укрепление тела, усиление имеет сходный принцип действия, только магия подаётся не на поверхность тела, а в мышцы, усиливая их рабочий импульс. — Он поднимает бревно и надвигает на меня. Попав в тень бревнища, невольно пригибаюсь. Дарион оглядывает меня сверху и цокает языком.

— Мелкая, какая же ты мелкая, косточки могут не выдержать.

С явным неудовольствием он ставит бревно вертикально и, придерживая ручищей, оглядывает меня с головы до ног. Покачав головой, приказывает:

— Отойди на шаг.

Бревно он переламывает рубящим ударом ладони. Придерживая нижнюю, самую большую часть бревна, Дарион опускает верхний кусок на землю. Снова оглядев меня, вздыхает и отсекает ладонью ещё добрых полметра. Только на этом движении замечаю, что ладонь в миг соприкосновения с бревном становится алой, как раскалённый металл.

Остаток бревна мне всего до плеча.

— Ты кушай хорошо, ладно, — поднимая обломок надо мной, просит Дарион.

— Б-буду. — Всё равно попав в тень бревна, рефлекторно приседаю.

— Не бойся, я медленно стану опускать. А ты осторожно вливай магию в мышцы спины, ягодиц, бёдер и икр. По аналогии с укреплением, только маленькими порциями. И осторожно, вдумчиво. Если почувствуешь прилив повторной активации

— постарайся направить не в тот же участок мышц, а в следующий, чтобы не было перекоса в одну сторону.

— А если будет перекос, чем мне это грозит?

— Мышцу сведёт. Давай, я буду переносить вес медленно. И подстрахую.

Бревно Дарион держит без малейшего напряжения. Я уточняю:

— А так легко крутить брёвнами получается с помощью магии? Или мышц хватает?

— И то, и другое. Когда отработаешь приём, усиление используешь неосознанно, постоянно, кроме случаев расслабления с теми или там, где ощущаешь себя в безопасности. Даже драконы в человеческом обличии так сильны и крепки во многом благодаря тому, что осваивают эту технику с детства.

— Значит, со временем я могу стать такой же крепкой? — Заметив насмешливый прищур наставника, уточняю: — Сама. Если артефакт выберет не меня.

Это звучит нереально. Неужели уверенность Арендара так на меня действует?

— Сосредоточься, — тонко улавливает мои посторонние мысли Дарион.

Я неожиданно привычно сосредотачиваюсь и, активировав источник, направляю тонкие потоки магии в мышцы, благо я их хорошо представляю: земной тренер познакомил нас с необходимыми анатомическими подробностями. Получается легко, естественно, словно мышцы всю жизнь ждали, когда их наполнит магия.

Бревно опускается мне на загривок, а когда Дарион убирает от него ручищи, тяжесть неподъёмной не кажется. Увесисто, но терпимо.

— Посылай магию в мышцы импульсами, по ходу движения, помогая им на подъёме.

И это тоже получается очень естественно. Да и Бальтар первый раз, сама видела, очень быстро с бревном побежал.

— Вот так, хорошо, — подбадривает Дарион. — А теперь потихоньку набирай скорость, но не слишком, тебе нужно следить за ритмом.

Последние слова он говорит мне уже в спину. Бежать не спешу, просто иду, неверяще ощупывая бревно на плечах. Лишь его текстура и запах смолы помогают верить, что несу бревно, а не муляж. Мышцы послушно наполняются магией.

Парни меня обегают, ловко уводя концы своих длинных брёвен. Так неловко, что мне поблажку сделали. Перехожу на быстрый шаг. Грустный Валарион проносится мимо, не глянув на меня. Странно…

Поддерживать ритмичное движение довольно просто. К концу разминки я бегу, но пока не решаюсь резко менять скорость. Мне единственной Дарион помогает снять бревно и откладывает его под навес в углу стадиончика.

Тренировать щит и атаку Дарион встаёт со мной сам. Отчасти потому, что парни тренируются группами, атакуя друг друга внезапно, а не после того, как оппонент поднимет щит. Решение Дариона заняться мной лично оказывается правильным и по другой причине: почти все заклинания получаются сдвоенными. Не думаю, что кто-нибудь из парней смог бы, как наставник, легко отражать повторные выплески атакующих заклинаний и атаковать вторые слои моих щитов дополнительными ударами.

Бодренько тренировка проходит, так бодренько, что к концу почти подгибаются ноги.

— Молодец, — кивает Дарион. — Будешь продолжать в том же духе, скоро всех нагонишь. После обеда сходи к профессору Иморане за письменными заданиями по стихиям. С трёх занятие у профессора Санаду. В шесть — инструктаж у Элоранарра. Больше ничего в твоём расписании быть не должно.

— Да: там ничего больше нет. — Потираю лоб. Казалось, он влажный от пота, но он сухой. — Буду стараться, очень хочется ребят догнать.

— Догонишь. Завтра с утра в то же время.

Похоже, моё расписание Дарион будет проговаривать отдельно. И это к лучшему.

Валарион ждёт на лавке в тени деревьев. Подходит, не обращая внимание на охрану. Привык или слишком увлечён своими явно невесёлыми думами?

— Собираешься обедать? — Валарион косится на разглядывающую его Пушинку.

— Да. — Продолжаю путь к столовой.

— Можно с тобой?

— Конечно.

Сдаётся мне, он не только ради компании со мной идёт, и шагов через сорок Валарион вздыхает:

— Почему… твоя соседка вдруг превратилась в вампира? У неё отношения с профессором Санаду?

— Нет, — мотаю головой, — или я об этом не знаю.

— Тогда как удалось её обратить? Такую молодую, явно вне очереди…

— Это была вынужденная мера. И превратили её благодаря вмешательству Арендара, это он за неё просил.

— Аа, — тянет Валарион и трёт подбородок. — А почему вынужденная мера? Это из- за того, что случилось на полигоне?

— Да.

— Что же там произошло? Столько слухов, а официальное сообщение ничего не объясняет.

— Культ.

— Опять, — вздыхает Валарион. Опускает взгляд под ноги. — Значит, Никалаэде досталось… жаль, меня с вами не было.

— Хорошо, — улыбаюсь я, — не знаю, что бы со мной было, если бы вы оба оказались из-за меня на больничной койке.

— И всё же плохо, когда девушки вынуждены сами себя защищать. Неправильно.

— Ты это говоришь будущему боевому магу и по совместительству девушке.

— Не думаю, что ты доучишься до получения этого звания. — Оценив недовольное выражение моего лица, Валарион торопится пояснить: — Я верю, что ты могла бы его получить, но зачем оно избранной или любовнице принца?

А я ведь только успокоилась.

— Я не буду любовницей принца, — чеканю я. — И избранной стать боевым магом не помешает, учитывая, какие у вас тут дела творятся.

— Прости, если обидел, — сразу идёт на попятную Валарион. — Виной всему разница понятий: по меркам нашего мира я не сказал ничего предосудительного.

Хочется фыркнуть, но вместо меня это делает Пушинка. Валарион отступает от неё на полшага.

— Ты боишься животных? — уточняю я.

— Она странная.

— В смысле?

— Это существо странное, и это не животное.

— Только магическим паразитом её не называй, — чуть наклонившись, поглаживаю Пушинку между ушей с золотыми кисточками.

— Не буду, но это не животное, животные… они иначе ощущаются. Она больше похожа на демонического кота.

Оглядываю Пушинку, она в ответ внимательно смотрит на меня.

— Надеюсь, характер у тебя не как у демонических котов.

— Фьюнь, — она качает головой.

М-да, пора признать, что она понимает человеческую речь больше, чем животное. Это должно настораживать, но почему-то я абсолютно спокойна, словно так и надо. Так действует наша связь? И стоит ли бояться того, чья жизнь зависит от твоей собственной?

До самой столовой Валарион не произносит ни слова, лишь задумчиво разглядывает тех, кто на меня пялится. Тут, возможно, норма беззастенчиво глазеть на окружающих, а мне неуютно.

Дверь перед нами открывает гвардеец, двое заходят внутрь, разрешают:

— Можно.

Почувствуй себя суперзвездой называется. И не каждая суперзвезда ходит с такой охраной.

Ника сидит за одним из столов и уминает пирожки. От неожиданности останавливаюсь. Хотя, теоретически, вампиры местные в крови не нуждаются, значит, что-то обычное едят. С ней сидит парень из магкалиграфов, когда-то подсветивший женские имена в списках распределения по курсам. Как же его зовут?.. Тарлон! Точно: Тарлон. Оба улыбаются мне и приглашают на место рядом с собой.

— Валарион… — оборачиваюсь, но его опять нет рядом.

Да что такое?