Глава 11

 Зарычав, Арендар крепче прижимает меня:

– Лера от меня не отойдёт!

– О, – уголки губ Заранеи скорбно опускаются вниз, и от этого так печально.

– Дорогая, мы во всём разберёмся, и Валерия тебя навестит, – император, не обращая внимания на рык Арендара, вновь целует руки Заранеи и мягко подталкивает её к выходу. – Я всё решу, не волнуйся.

– Когда ты так говоришь, – она поглаживает его по щеке, – сразу ясно, что случилось что-то серьёзное. Не буду тебе мешать. Удачи, дорогой.

Поднявшись на цыпочки, Заранея целует его в щёку и, улыбнувшись нам, выходит из кабинета.

Затворив двери, император оборачивается к нам и холодно требует:

– Подробности.

– Вестник собрался из посуды и еды, которую нам оставили на нижнем ярусе башни. У Леры был всплеск магии, поэтому мы не успели это попробовать.

– Тут потребуется консультация Линарэна. Халанхар…

– Я уже объяснил ему, чем заниматься.

– Один он не справится. Валерию так и будешь носить с собой? – император многозначительно поднимает бровь.

Заглядываю в лицо Арендара, расчерченное золотыми прожилками сосудов. Пушинка прижимается невидимой мордой к моей щеке. Арендар хмурится:

– Я вернусь через некоторое время.

Нас окутывает золотое пламя. Оно держится дольше обычного, а когда опадает, кругом – тьма. Несколько слетевших с руки Арендара искр озаряют полки с ящиками. Один он со скрипом выдвигает. Внутри отсвечивают золотом монеты. Глухо звенят, когда в них погружаются пальцы Арендара. Первую горсть он засовывает в карман, тянется за второй и замирает. В дрожащем свете огненных искр кажется, что его пальцы тоже дрожат.

– Нет, – странным тоном произносит Арендар и обнимает меня этой рукой тоже, крепко-крепко прижимает к себе.

– Оюшки… – Пушинка, вытянув лапы, обнимает нас обоих.

Пламя вспыхивает вокруг нас. Его тревожный рёв сменяется стуком копыт и скрипом колёс, далёким протяжным мяуканьем спорящих котов.

Опомниться не успеваю, как Арендар, подхватив меня на руки, выскакивает из тупика между зданиями. За сверкающей витриной промелькивают платья. Арендар врывается внутрь.

– Нам нужна одежда, срочно, – рявкает читающей за прилавком женщине.

Подскочив, та растерянно моргает.

– Одежду, платье. Вон то, – Арендар кивает на манекен в бордовом платье с розовыми рюшечками. – Живо!

Поставив меня на пол, крепко прижав к себе, он запускает руку в карман и бросает на прилавок золотые монеты. Две слетают на пол. Выронив книгу, женщина ошарашено смотрит на деньги, потом на нас. Кивает:

– Сейчас. Миссис нужно пройти в примерочную…

– Со мной! – На скулах Арендара проступают золотые чешуйки.

Побледневшая женщина вытягивается по струнке, снова моргает. А потом с судорожной поспешностью бросается стягивать с манекена платье.

Тревога и спешка Арендара передаются мне, жмусь к нему, сердце стучит в такт заполошному биению его сердца, и в примерочную мы влетаем вчетвером. Зашедшая с нами Пушинка материализуется, и женщина охает, хватается за сердце.

– Работай, – взрыкивает Арендар, вцепляясь в меня.

Она бледнеет так, что вот-вот упадёт.

– Не бойтесь, – прошу её, а сама поглаживаю Арендара. Пушинка спрыгивает с меня на столик. А я заглядываю в его сияющее капиллярами лицо. – Отпусти меня, всё нормально, всё в порядке.

Поглаживаю его по вискам, скулам, тёплым чешуйкам.

– Всё хорошо, – повторяю тихо.

Он судорожно всматривается в моё лицо и медленно разжимает руки. Чешуйки вплавляются в кожу.

– М-может, я п-пойду? – лепечет женщина.

Но я разворачиваюсь к ней:

– Мне нужно это платье.

Опустив взгляд, женщина протягивает его мне. Переодеться помогает Арендар, он же и застёгивает на спине пуговицы.

– Если навредишь ей магией, – глухо предупреждает он через моё плечо, – убью.

Кивая, женщина вынимает из кармана платья небольшой стержень с белой сферой на конце и постукивает по лифу платья. То подтягивается, аккуратно усаживается по фигуре.

Подхватив меня на руки, Арендар стремительно покидает магазин. Пушинка скачет за нами.

– Что ты делаешь? – Я оглядываясь по сторонам: незнакомый город в духе старомодных Европейских городков.

– Нам надо одеться и поесть.

Испугав вспышкой пламени лошадь, Арендар наискосок перебегает дорогу и врывается в обувной магазин. Тоже бросает золото на прилавок.

Это же повторяет и в магазине мужской одежды, только на этот раз Арендар вываливает все оставшиеся монеты и просит сдачу.

– Но вы дали слишком много, – чуть не заикается продавец с залысинами.

– Так дай сдачу, несколько серебряных! – Тревожно оглядываясь по сторонам, Арендар прижимает меня к себе. – Что в этом сложного?!

От него пахнет новой тканью и шалфеем, мешочки с которым висят по углам магазина. Тело Арендара раскаляется, запах усиливается, как и привычный медово-сандаловый.

Трясущимися руками продавец вываливает на прилавок серебряные и медные монеты. Потянувшись к ним, Арендар останавливается.

– Нет, и это не поможет, ничего не поможет… – пятится. – Пушинка!

Соскочив с диванчика, она прижимается к нашим ногам. Золотое пламя уносит нас куда-то ещё… На побережье моря. Волны кипят бурунами, шуршат. Увлекая меня за собой, Арендар отступает на несколько шагов по песку. На месте, где мы только что стояли, вспыхивает костёр золотого огня, а вокруг нас тоже поднимается пламя. Накатывает смолянисто-хвойный запах. Громадные сосны тихо шелестят далёкими иголками, стучит дятел. Ноги утопают во мхе. Вновь отступив и воспламенив прежнее место перемещения, Арендар уносит нас на уступ скалы. Холодный воздух обжигает лёгкие. На этот раз золотое пламя вспыхивает одновременно и вокруг нас, и рядом, а нас переносит на галечный пляж спокойного моря. Снова пламя, и вот мы уже в степи, тяжёлый жар солнца давит сверху, рвётся в нос раскалённым воздухом. Несколько шагов в сторону – и снова два костра, нас телепортирует в сумрак помещения. Всё стремительно, почти мгновенно.

– Лера… – Арендар обхватывает моё лицо горячими ладонями, загораживает всё собой, сияющими глазами. – Лера-Лера-Лера.

Обнимает крепко-крепко.

– Арен, что?..

– Я не могу тебя защитить, даже во дворце, в сокровищнице. Это чудовищно, это невыносимо!

– Ты защитил меня, Арен, всё нормально, – глажу его по плечам, задевая разметавшиеся волосы, сыплющиеся с них не обжигающие меня искры. – Арен, всё обошлось.

– Нет, нет и нет, – повторяет он, дрожащими руками гладя меня по спине. – В самом безопасном месте ты в опасности, я даже покормить тебя не могу, потому что там может оказаться эта дрянь.

– Можешь, вот об этом можешь не беспокоиться, я уви…

Арендар так резко отталкивает меня за плечи, что сбивает дыхание.

– Арен, я…

– Научи её управлять пламенем, – говорит он кому-то поверх моей головы. Обращает на меня взор пылающих глаз. – Прости. – Арендар сдавливает меня в таких крепких объятиях, что невозможно вдохнуть. – Прости, что не могу тебя защитить.

– Арен, я Ви…

Он с хлопком исчезает.

– …дящая.

– Оздно, – вздыхает Пушинка.

Сжимаю метку Арендара на запястье, зову, но… Ни хлопков, ни ревущего золотого пламени. Арендар не откликается.

Сзади меня скрипит старческий голос:

– Он чувствует, что с тобой всё в порядке, поэтому не придёт, чтобы лишний раз не рисковать возможностью выдать место своего перемещения. Да и силёнки может уже не хватить, вы же знатно по империи попрыгали.

Медленно разворачиваюсь. Мы с Пушинкой не просто в помещении, мы в камере с решётками, пол которой посередине выложен чёрным камнем, как места для телепортации в Нарнбурне.

Из-за массивных прутьев за мной наблюдает сутулый старичок с тростью. Настолько древних на вид людей я не встречала. В полумраке на его коже слабо поблёскивают тонкие золотые росчерки, будто нарисованная чешуя.

– В-вы кто?

– А ты кто? – насмешливо скрипит старичок и, постукивая палочкой о серые плиты, приближается к решётке. – Что избранная Арена – вижу, что Видящая – слышал, что террианская студентка академии драконов – знаю, а так, в целом – кто?

О, знаю этот коварный философский вопрос! Его часто всякие особо мудрые создания в книгах и фильмах спрашивают.

– Я это я, – с готовностью отвечаю я.

– Самостоятельная, значит, – покачивает головой старик. – Арену можно только посочувствовать.

– Вы можете его вернуть? Надо сказать, что я Видящая, чтобы он не волновался.

– Ха, ты думаешь, узнав о твоих способностях, он станет беспокоиться меньше? – скрипуче засмеявшись, старик утирает проступившие слёзы. – Да и… расслабились они там все, считают свою норку самой безопасной, забыли, как Культ в этой самой норке убил Карита Второго, его жену и троих сыновей. История любит повторяться, сейчас она идёт на второй круг, а эти слепцы всё лелеют заблуждение о неприступности дворца. Может, хоть Арен из страха за тебя глаза откроет.

– Но он переживает, он же…

– Все его переживания от неопытности. Чем быстрее он наберётся ума, тем больше у вас шансов выжить.

– Но я Видящая, я могу помочь.

– Это спорный вопрос, а когда о твоей способности узнают, начнётся охота. Если Культ не достиг уже того уровня, когда никакие Видящие не страшны.

Что, если он прав? Культ фактически разрушил академию драконов, достал нас с Арендаром в императорском дворце.

– Ты это, сильно-то не огорчайся, – хрипловато просит старик. – Может, всё не так плохо. Открывайте, они мои гостьи.

В темноте за его спиной вспыхивают дюжина алых глаз. Механический скрежет и цокот напоминает звуки, издаваемые Степаром. Из темноты выходят два голема-паука выше старика ростом. Поднявшись на задние лапы, они передними шуршат над потолком камеры.

Мне остаётся только наблюдать их стальные брюшки с заклёпками и чеканным узором. Что-то щёлкает. Огромные прутья опускаются в пол.

Механические голоса в унисон сообщают:

– Тип доступа: гостевой. Время пребывания: не ограничено. Предупреждение: любые попытки выяснить секреты города и его обитателей караются смертью. Добро пожаловать в Пат Турин.