Глава 20

 Паника грозит перерасти в истерику: крылья не убираются, они тяжёлые, они дёргаются, они застряли между столбиков балдахина, и мне просто не выбраться с кровати.

Ещё и Пушинка бегает вокруг:

– Охни-нахни! Охни-нахни!

Откуда крылья? Откуда у меня крылья? Я кровь Арендара не пила!

Что происходит?

Покусав запястье, прихожу к выводу, что это ни разу не сон, а какая-то сумасшедшая реальность.

«Лера, что с тобой? – звучит в голове голос Арендара. – Открой портал. Лера!»

– Пушинка, пусти Арена! – вскрикиваю я.

Она бросается к коврику на портале. Судя по грохоту, вписывается в стену.

– Лера, откуда у тебя крылья?! – задаёт Арендар этот необычайно животрепещущий вопрос.

– Это ты мне скажи!

Крылья, судорожно хлопая, подкидывают меня на кровати.

– Спокойно. – Арендар придавливает меня, нажимает в основании шеи, и крылья опускаются. – Всё… э… нормально.

– Да-да, я это по твоему голосу слышу!

– Ты мою кровь пила?

– Нет, откуда я её возьму?!

– Да мало ли… – Арендар поглаживает меня вдоль позвоночника, слегка надавливая то в одном месте, то в другом, и крылья слабо подёргиваются.

– А ты не подливал мне кровь? – бормочу в подушку.

– Я бы не стал так с тобой поступать.

После его попытки представить моё обучение здесь благородным порывом, звучит не слишком убедительно. Но, ладно, не буду параноить.

– Но это… крылья у меня сейчас – это ведь ненормально?

Арендар проводит по ним пальцами. Почёсывает их основание, и от этого по телу разбегаются мурашки.

– Они очень красивые, Лера, – восхищённо произносит он и наклоняется, целует крыло. – Как чистое золото. И форма такая изящная…

Арендар их поглаживает, целует меня в основание шеи, прикусывает с тихим урчанием.

– Арен, ты что?!

Когда он прижимается, понимаю, что. Прочувствываю основательно. Логично, конечно, что драконищу должны возбуждать девушки с крыльями, но… Он томно урчит в шею, наглаживает крылья.

– Арен, они тяжёлые. Арен, мне…

– Красота-то какая, Лера, – мурчит он.

– Арен, возьми себя в руки! – Я дёргаюсь, и крылья вновь судорожно трепещут. – Почему мои крылья выросли так рано?

– Не знаю, – признаётся Арендар.

***

– Не знаю, – удивлённо заключает Линарэн полчаса спустя и щелчком пальцев отзывает с меня пауков-анализаторов. – Крыльев быть не должно.

– Но они есть! – Указываю на крылья за своей спиной, они вздымаются вверх, чуть не опрокидывая меня с кушетки. Ткань халата трещит.

– Я так-то не слепой, вижу. – Только символы на его гогглах в этот момент потухают, и из-за тёмных стёкол кажется, что не видит.

Пушинка зло следит за ним из угла комнаты, куда он отогнал её, чтобы не мешала снимать показания.

– Лера, что ты переживаешь? – Арендар даже не пытается изобразить сочувствие: сияет, как начищенная монета. – Они всё равно должны были вырасти. Выросли раньше. Красиво. – И смотрит, как кот на сметану.

– А вдруг я чешуёй обрасту?

– Не должна, – авторитетно заверяет Линарэн.

– Крылья тоже не должны были вырасти. – Повожу плечами, пытаясь их сложить, но крылья складываться не хотят, только судорожно подёргиваются.

Оба драконища наблюдают за мной. Почувствуй себя мышкой подопытной, причём один из наблюдателей – сумасшедший учёный, а другой – голодный котяра.

– Может… Лера денея? – с придыханием произносит Арендар, и у меня сосёт под ложечкой от надежды в его голосе. – Ты же не можешь сказать, не было ли у неё близкого родства с кем-то из Эёрана, а я рано начал её чувствовать…

– Арен, я понимаю, ты хочешь заполучить денею, но всему этому есть более простое объяснение: ты быстро её почувствовал как раз потому, что у Леры близкое родство с Эёранцами, а крылья… возможно, ей досталось немного твоей крови при страстном поцелуе или ещё каким способом. Поверь, эти варианты куда более вероятны, чем то, что наш родовой артефакт по какой-то неведомой причине не опознал денею и не наполнил её необходимым для быстрого резонанса с тобой объёмом магии. Я проверял артефакт и до, и после отбора. Он исправен, он был заряжен под завязку. У него нет причин сбоить.

– Но…

– Два варианта: либо было случайное попадание твоей крови, либо наш родовой артефакт работает некорректно. Как думаешь, какой из них более вероятен?

– Случайность вероятнее, но вдруг…

– Связь между денеей и драконом может сформироваться и без посторонней помощи, просто медленнее. Даже если Валерия состоит в родстве с кем-то из Эёрана, достаточное для резонанса источников насыщение её тела магией произойдёт не скоро. Время покажет, кто из нас прав.

– А если обменяться кровью?

– Кровь меняет тело, но не насыщает магией, это никак не повлияет на процесс, только даст возможность зачатия. Как повлияет зачатие – не спрашивай, я не специалист по денеям. Но если вдруг Валерия окажется ею, – Линарэн многозначительно смотрит на меня, – с удовольствием её изучу.

Пушинка выскакивает из угла и встаёт между нами.

– Тебя я бы тоже изучил с удовольствием, – таким тоном произносит Линарэн, что хочется обнять Пушинку и спрятать за собой.

Она и не думает пугаться, лишь нахохливается сильнее.

– Ладно, спасибо за бесценную помощь, – я сползаю с кушетки и рукой пытаюсь сложить крыло. – Но мне пора на занятия. Наставник Дарион опозданий не любит.

– Лера, а может… – Арендар подходит ко мне и поглаживает крылья. – Не будем их складывать. Ведь прелесть же.

– Арен, я с этой прелестью ходить пока не могу. – Запрокидываясь на спину, вцепляюсь в него и только благодаря этому сохраняю равновесие. – Они красивые, очень, но к ним нужно привыкнуть. Меня немного пугает, что они двигаются сами по себе.

– Это пока идёт соединение нервных окончаний, – поясняет Линарэн, что-то вписывая в блокнот. – На это, теоретически, нужно несколько дней. Потом можно будет тренировать полёты.

Дополнительные занятия, значит. Ладно, и на них время найду.

– Как их убрать? – Я глубоко вдыхаю и выдыхаю, пытаясь почувствовать крылья. Но, похоже, Линарэн прав, и нервные окончания ещё не соединились. Снова вдыхаю и выдыхаю, пытаясь хотя бы равновесие удержать, но крылья оттягивают спину, выкручивают мышцы, ещё и дёргаются. Эта красота требует жертв. – И как их выпускать, чтобы потом можно было потренироваться ими управлять?

– Ох, Лера-Лера, – Арендар, придерживая за руку, обходит моё крыло и встаёт за спину. – Расслабься и представь… э… честно говоря, каждый дракон представляет выпускание крыльев и их втягивание по-своему, я представляю их цветами, Элор – пламенем. Как Лин представляет, не знаю, и спрашивать не решусь.

Арендар массирует основание крыльев. Закрыв глаза, представляю их… расплавленным золотом, которое втекает в спину. Может, неоригинально, зато они легко, как по маслу, затекают внутрь. И я снова покачиваюсь, привыкая к тому, что спину ничего не оттягивает.

– Быстро и бесследно. – Арендар целует меня между лопаток. – Идеально для первого раза, даже крови не было.

Боюсь, пробуждения с крыльями и в крови моя тонкая душевная организация не выдержала бы.

Браслет вибрацией намекает, что пора отправляться на тренировку. Арендар тяжко вздыхает на него. Я напоминаю:

– Мне пора.

– Ора-ора. – Пушинка, по дуге обойдя наблюдающего за нами Линарэна, встаёт рядом со мной.

Дверь в лабораторию открывается, и входящий Элоранарр при виде нас чуть не спотыкается. Халэнн натыкается на него. Мы с ним растерянно смотрим друг на друга, моё сердце опять испуганно подпрыгивает. Халэнн отступает на шаг, и между ней и Элоранарром промелькивает белая дымка, срываясь с неё, всасывается в него.

Что это такое?

Ещё несколько полос дымки успевают перетечь из Халэнн в Элоранарра, прежде чем золотое пламя уносит нас с Арендаром к воротам академии.

Зомби бегают, молотки стучат, строительство идёт, стена уже наполовину построена.

Какая-то мысль ускользает из головы…

Очень разумно, что внутри академии теперь особо не поперемещаешься, но это значит, мне опять придётся идти по территории в халате. Арендар прикрывает меня крылышком и смотрит так… довольно.

– Они правда красивые. Не терпится увидеть тебя в полёте.

– Придётся подождать несколько дней, – прижимаюсь к нему поближе и невольно тоже улыбаюсь: крылья – просто невероятно!

Только сейчас, успокоившись, начинаю осознавать, что у меня появились крылья. Я смогу летать!

***

На тренировку почти опаздываю: в окружении шестерых гвардейцев сразу в тренировочном костюме пробегаюсь по территории и влетаю в корпус боевых магов. В коридоре эхом шлёпают наши шаги.

Я вырываюсь на внутренний стадион ровно в тот момент, когда наставник запускает волшебные часы.

Группа дружно спотыкается. Гаддак растягивается на дорожке. Громила-Ингар подхватывает коричневеющего от гнева приятеля за шкирку и поднимает на ноги. Валарион и его друг Бальтар (не эльф, что после рассказа Ники кажется очень хорошим вариантом) приветливо мне машут.

– Ну, что встали? – басит Дарион. – Бегом!

Я со всех ног бросаюсь в строй. И знаю, что не стоит сразу так налегать, но хочется бегать, хочется прыгать, тело распирает от энергии, мышцы радуются тренировке. Бежать! Бежать! Это так здорово!

И посередине этого «здорово» трещит ткань костюма, надо мной вздымаются золотые крылья. Миг – и ноги уже болтаются в воздухе.

– Аа! – вскрикиваю я и закусываю губу.

Так, спокойно, просто спокойно… Надо спуститься. Но крылья, как назло, только выше поднимают. Гвардейцы бегают в панике, одногруппники смотрят изумлённо, и только Дарион… ох, что-то не нравится мне выражение его лица.

– Валарион, поймай-ка нашу птичку растительным лассо.

Валарион, оглянувшись на остальных, складывает ладони. Из земли выскакивает плеть, обхватывает меня за лодыжку, не давая упорхнуть слишком далеко.

– Отлично, – Дарион потирает ладони. – Итак, наше сегодняшнее задание: парни – вы тренируете удары по летающей мишени. Валерия – ты учишься прикрывать щитом себя и крылья. Ну и не падать, конечно.

Про падать – это он зря, я сразу так забеспокоилась, и крылышки нервно дрыгаются, болтают меня в разные стороны. Как их щитом-то прикрывать?

– Итак, все готовы? – интересуется Дарион.

– Нет! – вскрикиваю я.

– Так готовься. Начинаем на счёт три. Раз, два… три!

Я набрасываю щит.