Глава 27

– Видим, – подтверждает шатен, которому, судя по выражению лица, хочется протереть глаза.

Блондин, продолжая лежать на полу, оглядывает меня с явным удовольствием:

– Девушка в форме – это та-ак… будоражит.

– Ты осторожнее будоражься, – предостерегает орк, – перед тобой – избранная наследного принца.

– Ой! – Блондин подскакивает, поднимает стул и вытягивается по стойке смирно. – Приветствую вас, леди Валерия. Я младший лейтенант Рульф. Рад видеть вас в нашем… э, кабинете. – Он протягивает руку.

Я тоже протягиваю, собираясь пожать, но Рульф пытается притянуть мои пальцы для поцелуя. Я настойчивее обхватываю его ладонь и трясу.

– Мощно, – кивает Рульф, демонстративно потряхивая пожатыми пальцами. – Приятно познакомиться. Это, – он указывает на поднявшегося с кресла эльфа, – лейтенант Ниль. – Кивает на вставшего орка. – Тот громила – лейтенант Фергар. А там…

Шатен, захлопнув папку с магической печатью на обложке, поднимается и кивает:

– Капитан Зинарр. – Его светлые глаза прикованы к моему нагрудному знаку. – Вы – Видящая?

Огромные глаза эльфа становятся ещё больше.

– Тук-тук!

Дверь приоткрывается. Возбуждённо сверкнув глазами, худенький мужчина невинно интересуется:

– Кто-нибудь может одолжить перо? Нет? Точно нет… ну, тогда я пошёл.

Он выскальзывает в коридор. До нас доносится шёпот:

– Ну что там?

Створка закрывается, не дав нам дослушать ответ.

– Да, Видящая. – Оглядываю стену с прикреплёнными записками, схемами и довольно большой картой Академии, утыканной разноцветными флажками.

– Генерал Элоранарр обещал нам сегодня пополнение, – у капитана Зинарра почти неприятно пытливый взгляд. – Это вы?

– Да, – киваю.

Рульф присвистывает.

– А мы – охрана, – Дарион указывает на себя, Линарэна. И на Пушинку. – С ней осторожнее – затоптать может.

– Ойнуу, – она покачивает головой и втискивается на небольшой диван, приставленный к стене у двери.

Диван пронзительно скрипит, подлокотник с треском отламывается, и зад Пушинки свисает до пола.

– Перекормили, – мрачно заключает Дарион. – Ладно, оставим это. У леди мало времени, так что вводите её в курс дела.

– Я схожу за кофе, – сразу подрывается эльф Ниль, но уходить не спешит.

– Было бы во что вводить, – Зинарр, подтолкнув папки к краю стола, направляется к шкафу у стены и раскрывает створки: там всё забито коробками и папками. – Точнее, вводить есть во что, только всё это – бесполезная информация. Ни предыдущая группа, ни наша, не смогли найти ничего полезного, если не считать обнаружения многочисленных мелких нарушений. – Он поворачивается ко мне и указывает на переполненные полки. – Здесь данные на всех обучающихся, служащих и гостей Академии за текущий учебный год. Интересует?

– Может, в общих чертах расскажете, что нашли? – сцепляю пальцы. – Есть рабочие версии? Или сразу отправимся в Академию? Мне кажется, это самый простой вариант, ведь в документах я ничего не особенного не увижу.

В дверь снова стучат. На этот раз заглядывает мужчина в сединах:

– У меня тут бумага закончилась, не одолжите? – смотрит при этом только на меня. – Нет? Ну, тогда в другом месте попрошу.

Он прикрывает дверь.

– Да. – Зинарр захлопывает шкаф. – Пожалуй, лучше сразу отправиться на место. Всей командой: посмотрим, как работают Видящие. Заодно побудем ходячими справочниками.

Эльф закатывает глаза.

– Кстати, а где Геринх? – оглядываю столы. На всех разложены бумаги, но по-настоящему обжитыми выглядят только четыре.

– Младший лейтенант Геринх Дольф? – уточняет Рульф. – Из прошлой команды?

– Да.

– Они все отстранены от службы до завершения расследования по делу старшего лейтенанта Вейвера.

– То есть его до сих пор не вернули на службу? – изумляюсь я.

– Покушение на члена императорской семьи – дело серьёзное, – Фергар опускается в массивное кресло, раскладывает бумаги по ящикам.

Перед глазами так и стоит радующийся службе Геринх: как он показывал символ ИСБ, хвастался званием… От обиды за него сжимается сердце.

– Сейчас вернусь, – разворачиваюсь к двери.

Дарион приподнимает бровь. Понял, что я задумала? Пушинка радостно подскакивает. Хрустнув, ножки дивана подламываются, и он грохается об пол.

– Нея-я, – Пушинка округляет глаза. – О-он с-сам.

Линарэн, отвлекшись от черчения в блокноте, констатирует:

– Прогресс.

Пушинка бросается к двери, распахивает её. Под лапы ей падает мужчина в красно-чёрной форме. Толпа отшатывается. Застывает на мгновение. Кто-то отступает, кто-то пытается сделать вид, что читает документы в папках. Остальные начинают что-то обсуждать, но бормочут невпопад.

Глубоко вдохнув, выхожу за Пушинкой. Дарион и Линарэн сразу отправляются следом. Пушинка раздувается, прикрывая меня от любопытных, так идти намного проще, да и недалеко – кабинет Элоранарра всего на этаж выше.

– А что она делать будет?

– Сейчас господина Элоранарра инфаркт хватит.

– Вот бы посмотреть на его реакцию…

– Думаешь, он не знает?

– Одно дело знать, а другое – видеть, как она тут в форме ходит.

Говорят почти шёпотом, но всё равно слышно. И крылья зудят – вот бы закрыться ими ото всех.

Пушинка вваливается в кабинет без стука, я тактично постукиваю по створке и быстро захожу внутрь.

Элоранарр сидит, запустив пальцы в волосы. На бледном лице невыносимо ярко выделяется абсолютно чёрный узор.

Перед носами любопытных Дарион закрывает дверь.

– Что? – сипло спрашивает Элоранарр. – Кого-нибудь поймала уже? Или наигралась в следователя?

– Ты… в порядке?

– О да. У меня теперь острая непереносимость службы. Как сюда явлюсь – так сразу… Валерия, может, меня проклинает кто? Давай-ка, проверь здесь всё своими чудо-глазками.

Оглядываюсь внимательно, но ничего связанного с Бездной в кабинете нет, все печати и линии золотого цвета магии Аранских. Заглядываю в смежный кабинет Риэль: там магические печати мерцают золотом и серебром.

– Ничего подозрительного, если только… – Вытащив блокнот из комплекта Видящих, спешно зарисовываю имеющиеся в кабинетах печати. Что удивительно, после прорисовывания основных направляющих печати дочерчиваются сами. Показываю цветные картинки Элоранарру.

– Защитные чары, – он потирает влажные от пота виски. – Просто защитные печати. Так что ты хотела?

– Чтобы Геринха вернули на службу.

– Хочешь работать с этим мохнатым?

– Да.

– Обещаешь ничем больше не донимать?

– Обещаю не донимать.

Вздохнув, Элоранарр подтаскивает первый попавшийся лист бумаги, не глядя хватает перо. Пишет.

Линарэн щёлкает пальцами. Из-под одежды у него выбираются два паучка. Цок-цок-цок – стучат маленькие лапки по полу. К столу они приклеиваются золотистыми искорками магии.

– Убери их, – ворчит Элоранарр и вытирает лоб, но паучки взбираются на его руки, проползают к шее. Один прижимается к чёрному узору, другой взбирается на макушку. – Лин, отстань… Явились на мою голову, в перья лезут, в дела вмешиваются, в волосы лезут…

Паучки спрыгивают на стол и, цокая, бросаются к Линарэну. Он строго произносит:

– Элор, тебе нужно вернуться во дворец.

– Не хочу, – отмахивается Элоранарр. – И не мешай писать приказ.

– Я предупредил отца, что тебе надо срочно к целителям, а ты отказываешься.

Элоранарр бросает на него душераздирающий взгляд и буркает что-то на драконьем.

***

Кажется, моё появление парализовало работу столичного ИСБ. Если только сотрудники не умудряются делать её, карауля меня в коридоре и подслушивая под дверями кабинетов.

Даже кадровик обнаруживается не на месте, а среди толпы. С трудом протискивается между коллег, попискивая:

– Да пустите, пустите же, она ко мне! Я всё потом расскажу!

Уже в кабинете, пугливо на меня посматривая и оттягивая воротник, сменивший прежнего кадровика мужчина перечитывает приказ Элоранарра о возвращении Геринха на службу и ввода его в нашу группу.

– Сегодня же будет на службе, – обещает кадровик.

– Вы сначала Геринха на службу верните, а потом всем рассказывайте, что тут было, – прошу я.

– Да я, да что вы, – кадровик негодующе раздувает щёки. – Служба прежде всего!

Встретив за дверью всё ту же любопытствующую толпу, я в его утверждении сильно сомневаюсь. Но… остаётся утешаться тем, что я их воодушевляю на подвиги – по мнению императора, затеявшего публичное приставление меня к делу.

К залу телепортации приходится идти сквозь зрителей. Но вроде их теперь поменьше. Внутри самого зала и вовсе лишь четвёрка из моей команды. Они моментально умолкают.

Нарастающую неловкость прерывает взметнувшееся золотое пламя.

– Где он? – рявкает император с неистово пылающими глазами.

Мои коллеги отшатываются в стороны.

– В кабинете, – Линарэн указывает вверх. – Если не сбежал.

– Я ему сбегу! К целителям он не хочет! Нет! Во дворец он не хочет к девицам своим! Развёл непонятно что! – император вылетает в коридор и натыкается на подслушивающих офицеров. – Что здесь происходит? Почему вы все не на службе?!

Коридор от служащих очищается молниеносно. Золотым вихрем император несётся дальше. Шаги его стихают вдали, а мы всё смотрим вслед…

Первым в себя приходит капитан Зинарр:

– Кажется, пора отправляться в Академию.

Офицеры отбывают первыми – четыре разноцветных вихря, отсветами меняющие оттенки друг друга. В зелёной вспышке исчезает Дарион, до последнего настороженно следящий за Пушинкой. Похоже, совместное с ней путешествие пришлось ему не по душе.

Линарэн вытаскивает из выемки в поясе магический кристалл и со вдохом вытягивает из него золотую магию.

– Надеюсь, ты не собираешься путешествовать слишком много, я не Арен, мне носить тебя так далеко сложно.

– В идеале мне бы хотелось решить проблему с Академией в один заход.

– Вы с Ареном похожи. – Линарэн встаёт вплотную ко мне. – Проблема в том, что враги знают о твоём даре и теперь действуют исходя из этого знания. На их месте я бы убрал все следы деятельности в Академии, потому что её проверят в первую очередь.

– Надеюсь, наши враги глупее тебя. Или просто самонадеянные.

Пушинка обнимает нас за секунду до того, как поднимается огненно-золотой вихрь…

Небо над Академией драконов сумрачно-серое, низкое. Местами пробитое, точно копьями, золотыми лучами света. Но самое прекрасное – переливающиеся всеми цветами радуги стены и купол щита. Дух захватывает от этого образца совместной работы многих магов по защите студентов.

Рульф зябко потирает плечи. Бледность эльфа Ниля перешла в зеленовато-синие оттенки, словно в его жилах течёт немножко оркской крови. Зинарр и Фергар уже переговариваются с охраной.

На громадных воротах ярче вспыхивают алые магические печати, и двери медленно отворяются. Я поспешно миную гулкий переход надвратной башни и оглядываю Академию, залитую радугами магических переплетений.

Признаюсь честно, во мне горела надежда, что тьма проявит себя сразу, привлечёт внимание чёрной кляксой где-нибудь на территории, но на первый взгляд Академия чиста от проявлений Бездны.

Ну, ничего. Не получилось с первого взгляда, буду копать, пока не выясню, как культисты травят студентов. У меня просто нет другого выбора.

– Ну, раз не видишь явных проявлений, – без энтузиазма отзывается на моё известие Зинарр. – Начнём проверку сотрудников Академии. С охраны. Досмотр устроим в их комнате отдыха, сейчас они разденутся и можно приступать.

– Что? – Заливаюсь румянцем, а глаза лезут на лоб.

– Культ знает о тебе, – поясняет Линарэн. – Значит, прячет свои заклинания, а многие слои ткани, особенно если она специально обработана, глушат магическое свечение.

– Совсем разденутся? – в ужасе уточняю я.

– Им выдадут тонкие портки, – снисходительно отзывается капитан Зинарр.

Я всё равно в шоке. Но надо, значит, надо. Понятно, зачем Арена убрали подальше: он бы такого непотребства не допустил.

Вместе с капитаном и Линарэном я поднимаюсь в комнату отдыха с уютными диванчиками, картинкой-вышивкой на стене, буфетом и пачкой газет и книг на столике. Поминутно заливаясь румянцем, осматриваю заходящих по одному охранников. Только на них я истратила бы весь блокнот, если бы он не позволял двойным ударом обратной стороной карандаша по листу очищать его от записей.

Чары на охранниках бытовые и служебные, ничего подавляющего волю или отдалённо похожего на это. Лишь у одного на сердце алеет след клятвы крови.

– Это для жены, – смущённо поясняет мужчина.

Пока Фергар отправляется за его супругой, я заканчиваю с остальными охранниками.

Приехавшая с Фергаром светленькая, пышущая здоровьем женщина подтверждает, что стребовала с него клятву не изменять. Из-за двери доносится гогот остальных охранников.

– Вот дурак, – басит кто-то.

Сидящий на диване «Виновник торжества» ниже склоняет голову. На мой взгляд, такая клятва – отличная практика, и я ободряюще киваю его румяной супруге. И мужа поддерживаю:

– Вы молодец. Это поступок, достойный настоящего любящего мужчины.

– С охраной закончили, – констатирует Зинарр. – Теперь проверим периметр на слабые места.

Но перед этом в этой же комнате отдыха охранников приходится проверить магистра Саториуса. От увиденного у меня перехватывает дыхание. Слухи не лгали, сражение, погубившее его отряд, и его чуть не убило. Ноги и одна рука у него – протезы. Требуется немало времени, чтобы разобрать связывающие плоть и механические части заклинания, но среди них ни одного подозрительного.

После, когда мы идём вдоль стен, мне ещё немного не по себе от увиденного, и даже мысли том, что жертва Саториуса не была напрасной и помогла спасти многих людей, не может полностью сгладить жутковатого впечатления.

В охранных чарах стен есть пара слабых мест, но магистр уверяет, что прорывов не было. Прощаясь со мной, он как-то снисходительно улыбается, будто понял мои переживания.

Следом за ним на осмотр является помощник Эзалона – волкооборотень Алаиз.  На нём только заклинания, поддерживающие чистоту, приятный запах, напоминающие списки. Он водит нас по всем хозяйственным помещениям, увешанным всякими сохраняющими чарами. В конце приводит в одну из аудиторий, где уже установлена ширма, и приводит на осмотр служащих и преподавателей.

Сотрудники усыпаны магией: печати, осколки заклинаний студентов, косметически-лечебные чары, клятвы крови. Один толстячок клятвой крови борется с алкоголизмом. Нервный худощавый профессор повязан клятвой крови за карточный долг (Рульф уводит его выяснять, кому он должен и сколько). Клятва крови есть и у Имораны – клятва-запрет на сладкое.

– У меня от сладкого прыщи… – краснея, шепчет грозный профессор. – Но я просто не могу остановиться.

Из кабинета она вылетает пунцовая.

Старичок-эльф магистр Игнасиус основательно увешан клятвами крови.

– Следы сотрудничества с ИСБ, – поясняет многозначительно.

И вместе с капитаном Зинарром отправляется в столичное отделение проверять, кому давались эти клятвы.

Новая кухарка вовсе оказывается потерявшей имя и внешность преступницей, выпущенной после отработки наказания. Её на проверку уводит эльф Ниль.

Мисс Глория, владелица лавки на территории Академии, тоже не без магических печатей. Когда я перерисовываю светящуюся на её груди печать, Фергар хмуро требует:

– Объяснитесь.

Бледнея и заикаясь, мисс Глория выдавливает:

– Я так долго одна…

– Пишите повинную, – приказывает он.

Кивая и невнятно извиняясь, она молниеносно натягивает платье и выскакивает наружу.

– Что это за печать? – запрокидываю голову, чтобы заглянуть в суровое лицо Фергара.

– Соблазняющая. Разрешена только для семейного использования с обоюдного согласия супругов и настраивается только на них.

Интересно, откуда Фергар об этой печати знает? На нём вроде такой нет. На видимых частях тела нет…

Больше сотрудники и профессора ничем не шокируют, хотя приходится обратиться к сменщице миссис Клэренс, – пожилой человеческой женщине, – чтобы определить некоторые целительские печати.

Закончив с последним сотрудником, я осознаю, что зверски голодна.

– Вам обязательно надо поужинать, – волкооборотень Алоиз явно помнит о приказе меня откармливать. – Профессор Эзалон ждёт вас у себя.

– А ректор и профессор Эзалон почему не явились на проверку? – спрашивает Фергар.

Только Дегона с Эзалоном в подштанниках не хватает для полного счастья. Спасает меня наставник Дарион:

– Они прошли проверку в частном порядке.

Да, и, к счастью, проверили их делом, а не досмотром в моём исполнении.

– Тогда поужинаем, – кивает Фергар. – Я племянничка проверю и к вам присоединюсь, куда приходить?

Племянника… Округляю глаза:

– Ингара?

– Да, принцесса, – впервые за всё время улыбается Фергар.

***

Эзалону выделен один из роскошных особняков в зоне домов для высокопоставленных студентов.

Ниль, Рульф, Зинарр и отлучавшаяся Пушинка догоняют нас на крыльце, как раз в тот миг, когда дверь отворяет многоногий голем.

Единственное, что выдаёт в доме присутствие демона – лёгкие следы тёмной магии. В остальном обстановка очень светлая, воздушная, а стены украшены картинами-вышивками: пейзажи, натюрморты, животные. Даже котята имеются.

Голем ведёт нас в большую столовую с сервированным столом. Эзалон как раз выходит из противоположной двери: бледноватый, с лихорадочно блестящими глазами.

– Валерия, поздравляю с назначением. Прошу! – он указывает на стол. – Безмерно рад принимать вас у себя. Это такая честь.

Он целует мою руку, кивает Линарэну. Тот отрывает взгляд от блокнота, глаза его темнеют, и по телу пробегает дрожь.

Садится Линарэн на самое дальнее от Эзалона место, лишний раз подтверждая слова о том, что взлом ментального щита правителей дело крайне неприятное.

– Как результаты расследования? – Эзалон взмахивает рукой, с кончиков пальцев срываются чёрные искорки и утекают в стену.

Через несколько мгновений появляются сразу два голема с подносами.

– Пока никак, – недипломатично сообщает Зинарр.

Я хватаюсь за салфетку:

– Мы проверили сотрудников, хозяйственные помещения, периметр и не нашли ничего подозрительного. Но мы не всё проверили, так что есть ещё надежда обнаружить путь, по которому сюда попадает эта гадость.

Только для обнаружения пути мне придётся всех студентов досмотреть. Как-то не так я представляла службу Видящей.

«Как ты там?» – раздаётся в мыслях голос Арена, и я улыбаюсь. Короткое прикосновение к метке, быстрый ответ: «Нормально, а ты?»

«Скучаю по тебе. Устал объяснять, что Культ – общая проблема, а не только драконья. Нас кормят какой-то национальной гадостью. Не понимаю, как можно есть острый десерт».

«Зато море впечатлений».

«Это верно. Ты ещё не вернулась во дворец?»

«Нет, осматриваем Академию. Пока глухо».

«Жаль… Всё, отец заметил, что я отвлекаюсь. Удачи тебе с расследованием».

Фергар является, когда с мясом в сметанном соусе почти уже покончено.

– Прошу прощения за опоздание, – он ставит рядом с собой бумажную коробку. – Заболтался с племянником.

– Семья – это святое, – улыбается Эзалон.

– Бесспорно, – серьёзно кивает Фергар.

Снова мы погружаемся в молчание. Големы приносят и уносят блюда, заменяют мясо и салаты на сладости, наши тарелки – на блюдца и чашки с фруктово-ароматным чаем.

Я морально готовлюсь к осмотру студентов. К щекам опять приливает кровь. Ладно девушки, но парни… И ведь выбора нет. А если императору придёт в голову всех служащих передо мной в одних портках прогнать? Надеюсь, до этого не дойдёт.

Сняв с принесённой коробочки крышку, Фергар вытаскивает оттуда цементного цвета лепёшечку.

– Друзья племянника маговыпечкой увлеклись, – поясняет он. – Передали мне и вам, ребята, – Фергар окидывает взглядом свою команду и последней смотрит на меня.

Зинарр хмурится:

– Нам предлагают великолепный десерт, невежливо отказываться.

– Я не в обиде, – поспешно уверяет Эзалон. – Это же студенческие творения, студентов надо поощрять.

– А я не отказываюсь, – Фергар в улыбке обнажает клыки. – Просто обязан попробовать хоть одну. Тем более выглядит аппетитно.

Аппетитно? Он тоже считает это серое недоразумение аппетитным? Я бы это даже птицам скормить побоялась, хотя из вежливости поблагодарила бы дарителя, но пробовать, да ещё нахваливать…

Меня окатывает холодом.

– Фергар! – Сглотнув, продолжаю спокойнее. – Оно… печенье в твоей руке серого цвета, оно действительно для тебя кажется аппетитным, или мы видим их по-разному?

Он мгновенно разжимает пальцы. Печенье плюхается на стол.

– Оно аппетитного шоколадного цвета, – отвечает за него Эзалон. – Для нас.

***

Первым делом Фергар с Рульфом бросаются в группу боевых магов отнимать у них печенье. Эзалон, Алаиз, Иморана и завхоз Анисия устраивают досмотр общежитий и изъятие наборов маговыпечки.

Меня потряхивает от ужаса: я же видела это серое печенье! Мне показалось странным, что его называют аппетитным. Почему не спросила об этом раньше? Зачем была так глупо вежливой и боялась обидеть Герда?

Капитан Зинарр, Ниль и я с Дарионом и Линарэном подходим к лавке мисс Глории.

Запертые двери капитана не останавливают – он выносит их мощным ударом поднявшейся из газона земли. На здании вспыхивают охранные чары, обстреливают нас вспышками, бессильно разбивающимися о щиты капитана, Дариона и Линарэна. Свой огненный щит поднимать не решаюсь – вдруг кого обожгу. Ниль стоит за капитаном.

Наконец защитные чары гаснут. Оседает поднявшаяся пыль. Капитан Зинарр, окутанный зелёным мерцанием, первый заходит в тёмный проём магазина.