Глава 31

– …в общем-то теперь после упорных тренировок у меня неплохо получается разбираться в потоках магии при усилении дара Видящей, – стискиваю ладонями колени. – Но всё равно страшно, что не получится, ведь все так рассчитывают на меня.

Поднимаю взгляд на капсулу с дедулей. Его телескоп окутан ровным алым сиянием. Магия тонкими ручейками перетекает из призванного предмета в дедушку и обратно, иногда подпитывается кристаллами из гнёзд в изголовье и изножье.

– Так что твоё пожелание удачи мне не помешает, – заканчиваю я, но дедушка спит.

Целители говорят, он вот-вот проснётся, это может случиться в любой момент, особенно если близкие будут с ним разговаривать, только всё не случается, хотя я каждый день рассказываю ему о своих делах.

Об опыте работы в ИСБ, прерванном ради тренировок, и о том, как усиленно занимаюсь с Ланабет, чтобы отследить связь между исчезнувшим Тордосом и его работницами. О самой Ланабет – мягкой и строгой одновременно.

О жёстких тренировках с Дарионом, Рассекающей и Пронзающим, успехах в фехтовании и стрельбе, о молчании малого пистолета.

Даже о том, как во всех странах изымали из магазинов и складов наборы для маговыпечки, рассказала. И о том, что под заводом нашли лишь сгоревшее и оплавленное оборудование да тоннели, выводящие за город.

Поведала о достижениях Линарэна в исследовании способа, которым травили магические источники: выделяемое вестником вещество было неактивно. Когда его выпекали с использованием магии, микрочастички Бездны настраивались на источник их создателя и ему подобных. То есть если выпечку создавал человек – она вредила только людям и полулюдям, как было с Валарионом, отведавшим печенье человека Герда. У Линарэна есть несколько идей, как использовать эти данные для лечения заражённых Бездной. Жаль, пока это только идеи.

Мои разговоры не помогают, но ведь я не единственная его близкая здесь. Возможно, надо позвать кого-нибудь из Флосов? Жену дедушки, например? Но Арен видеть их во дворце не жаждет, а мне немного страшно: вдруг он очнётся при ней, и она представит ситуацию с Элидой в таком свете, что дедушка во мне разочаруется? Это было бы больно.

– Ладно, дедуль, я пошла. – Поднявшись, ещё некоторое время стою, прижимая ладонь к прозрачной крышке капсулы. – Удачи нам.

В коридоре ждёт наставник Дарион. И как всегда, в какое бы время ни зашла, здесь что-то происходит. Обычно это Элоранарр и одна из его драконодев с очередным спором об отношениях и планах на будущее. Раз был гость со свадьбы, категорически возражавший против того, чтобы его признавали полностью здоровым. Сегодня выяснениями на повышенных тонах занимаются император, Элоранарр и Линарэн. Последний, прижимая к груди планшет с бумагами, повторяет:

– Я не поеду в Новый Дрэнт королём, нет у меня времени на такую ерунду!

Он меряется грозным взором с отцом, а Элоранарр, почуяв возможность сбежать, крадётся к дверям с лекарской территории.

Да, пока я занималась с ИСБ расследованием, империя Эрграй завоевала Новый Дрэнт. Как объяснил Арен, это получилось случайно: они не знали, что король, чтобы никто не мешал его союзу с Культом, избавился от всех ближайших кандидатов на свой престол, а так как сместили короля Аранские, то им и править теперь в королевстве, отделённом от империи несколькими государствами.

Элоранарр от короны отказался, сославшись на слабое здоровье, Линарэн – на занятость, но император пытается хоть кому-нибудь из старших сыновей вручить бразды правления.

– Я устал повторять, – отвечает император, – что сажать на трон представителя вассальных родов – значит в будущем потерять эту территорию, а терять её, раз уж получили, глупо.

Драконье хомячество в императоре сильно.

– Отдай королевство Элору, – Линарэн указывает на открывающего дверь Элоранарра, но тот и не думает останавливаться.

Пока император смотрит на уходящего старшего, Линарэн с потрясающей скоростью скрывается в одной из комнат.

– Элор не… – император разворачивается и озадаченно смотрит на место, где только что стоял средний сын. Моргает. И тяжко-тяжко вздыхает. Кивает нам с Дарионом. – Валерия, удачи с расследованием.

Я сбиваюсь с шага: он же последние дни в мою сторону даже не смотрел, и вдруг такое пожелание. Поспешно отзываюсь:

– Спасибо, постараюсь найти того человека.

Кивнув, император направляется именно в ту комнату, в которую улизнул Линарэн.

Я же в сопровождении Дариона шагаю дальше. В коридоре вне крыла целителей спрашиваю:

– Как там мои ребята в Академии?

– Тренируются, – даже тихий его голос звучит грозно. – Очень усердно.

За прошедшие пять дней со своей личной гвардией я виделась лишь однажды – на совместной тренировке. Нам всем было немного неловко (мне от того, что они защищают меня, им – из-за наблюдавших за нами гвардейцев). У ребят плохо получалось работать в команде. Хотя они старались, и Ника была очень чутка, Иссена старательна, а Бальтар отлично выполнял команды, Ингар слишком индивидуалист, а Вильгетта чересчур вспыльчива. И со своим оружием и предметами они, кроме Ники, ещё не сработались, ведь у них меньше возможностей тренироваться из-за занятий в Академии. Так щит прекрасный Иссены постоянно падал, Инагр свою секиру вовсе отложил, а алебарда Бальтара чуть не порезала Вильгетту, в ответ поколотившую Бальтара своим посохом. Рассекающая показала себя покладистым и сообразительным оружием, а вот Пронзающий подзуживал меня проделать в ком-нибудь маленькую дырочку, и не уверена, что это была только шутка. Но начало положено.

– Хорошо, – киваю я.

На улице нас охватывает сладкий аромат цветов – благодаря магам земли они цветут практически круглый год. В парке мы доходим до дремлющей на солнце Пушинищи и останавливаемся в ожидании Арена. Атака на Пат Турин послезавтра, армии собираются вокруг закрытого города големов, и он с трудом выделил время на расследование.

Дарион оглядывается по сторонам. Деликатно не отвлекает меня разговорами от настройки на работу с даром Видящей. Только у меня всё внутри подрагивает от волнения, и я лишь стараюсь успокоиться. Вспоминаю ободряющие слова Ланабет: «У тебя есть дар, всё что нужно – просто быть внимательной и аккуратной. Это ты сможешь, я уверена». При ней мне было стыдно так бояться.

Пушинка приоткрывает золотой полумесяц глаза, и кажется, смотрит в самую мою душу, переполненную страхом ошибиться и напрасно всех отвлечь.

– По-лу-чит-ся, – с натугой ворочая языком, произносит Пушинка.

– Надеюсь.

– Если даже нет, – небрежно произносит Дарион, – Арен разомнётся, а кое-кто получит незабываемые впечатления. Даже самые богатые аристократы не могут себе позволить кататься на драконе правящего рода.

Нервно усмехаюсь. О да, Арену придётся побыть личным транспортом. И всё почему? Потому что внезапно у него взыграла ревность, и он запретил капитану Зинарру участвовать в вылете. И другим драконам запретил собственник чешуйчатый, а грифоны не вариант: они долго привыкают к новым всадникам и не выносят существ с большим числом магических печатей – а таких у осуждённых полно, да и у офицеров хватает. Так что пусть теперь Арен катает нас всех.

– Не обижайся на него, – улыбается Дарион, будто прочитав мои мысли. – У вас долгая помолвка, с каждым днём Арена всё сильнее будут раздражать драконы в твоём окружении. Ты же заметила, что Карит и Элор стараются с тобой не пересекаться, даже Лин при всей его нечуткости к настроениям окружающих держится от тебя подальше.

От сердца отлегает: я уж думала, что раздражаю их, а дело в Арене.

Золотой вихрь окутывается языками пламени и выпускает Арена на каменную дорожку.

– Оиии, – Пушинка улыбается во все острые зубы.

– Отправляемся немедленно, – хмурится Арен, и Пушинка молниеносно обнимает его.

– Я го-то-ва.

– Я понял, – Арен протягивает мне руку.

Едва коснувшись её, оказываюсь в его жарких объятиях, и нас окутывает золотой огонь.4f7b7c

Перекидывает на просторный задний двор столичного ИСБ. Клетка с мощными ручками под драконьи лапы возвышается рядом с чёрным камнем для телепортации. В окнах за линиями защитных печатей белеют лица сотрудников. Опять я их от работы отвлекаю.

Четыре работницы с завода Тордоса стоят в тени массивных ворот под присмотром Геринха и Фергара – единственных из группы, кого Арен согласился взять с собой. Причём волкооборотень ещё и флиртовать с ними умудряется. Женщины выглядят бодрее, чем в нашу последнюю встречу. Надеюсь, Элида тоже в порядке. Смуглая шатенка, с которой я сняла клятву крови, мне улыбается.

Арен поглаживает меня между лопаток, и это как сигнал к действию.

Кивнув, закрываю глаза и накладываю на себя печать усиления способности.

– Девушки, соберитесь поближе друг к другу, – командует Арен.

Да, чем ближе они будут стоять, тем больше шанс увидеть связывающие их с Тордосом узы – если тот ещё жив.

Громкое хлопанье крыльев возвещает о вылете грифона с площадки на крыше.

Вдохнув и выдохнув, открываю глаза.

Эёран магический мир и это не преувеличение, здесь всё кипит и пенится, пронизано разноцветными потоками, мерцает, искрит. Поэтому так трудно заметить тонкие фиолетовые нити, утекающие от четырёх покрытых магическими печатями фигур. Есть и другие нити – белого цвета, связывающие осуждённых с теми, к кому по решению суда они не имеют права подходить, и те уходят в разные стороны. Но фиолетовые тянутся в одном направлении.

Развернувшись всем корпусом, вытягиваю руку параллельно движению этой связи и накладываю на себя печать временного заглушения дара.

Мир теряет в красках, даже глаза Арена отливают лишь тусклым золотом.

– Туда, – взволнованно сообщаю я. – У всех есть общая связь с кем-то там.

Прищурившись, Арен щёлкает пальцами и кивает.

– По местам.

– Дамы, прошу, – Геринх раскрывает перед ними двери клетки.

– Какой галантный кавалер, – миниатюрная женщина грозит ему пальцем. – Соблазнитель.

Их берём с собой, чтобы я корректировала направление поиска. Через сотню километров приземлимся, чтобы проверить, не пролетели ли мы мимо Тордоса. И так до тех пор, пока его не найдём.

Фергар заходит в клетку и запирает засов. Геринх помогает последней из непристёгнутых пассажирок разобраться с ремнями. Арен обещал во время полёта прикрывать их щитом ветра и согревать пламенем, но даже так их путешествие вряд ли будет комфортным.

– Пушинка, – Арен смотрит на неё исподлобья. – Своим ходом.

– Мимяю, за что? – она хлопает ресницами.

– За хороший аппетит. – Он обращается в огромного дракона, золотая чешуя вспыхивает, переливается на солнце.

И вся эта мощь, вся эта сила склоняется передо мной, чтобы мне удобнее было залезать на его холку.

Ворча, Пушинка выпускает золотые крылья.

Убедившись, что я хорошо устроилась, Арен нависает над клеткой с существами.

Смотрящие в окна сотрудники ИСБ, точно малые дети, показывают на нас пальцами. Кто-то бледен, кто-то кусает губы.

Арен рывком поднимается над землёй, подхватывает клетку и, подталкиваемый искусственным вихрем, мгновенно взмывает в облака. Благодаря контролю над ветром, золотые драконы так же быстры, как и воздушные. А я из-за этой дикой скорости так и не успеваю толком разглядеть с высоты круглую площадь с золотой статуей дракона и серебряными медведеоборотнями.

В считанные мгновения огромная столица оказывается позади, и под нами расстилаются поля, дороги, леса и реки империи Эрграй.