Глава 27

Субботнее утро началось для меня довольно поздно, а все потому, что я опять слышала во сне знакомый голос. Он будто звал меня наяву, так что проснувшись, я даже не сразу поняла, что это был всего лишь сон: «Прошу, поторопись… Помоги мне… Я рядом… рядом».

До самого рассвета я крутилась в постели, раздумывая над этими словами. Что значит рядом? Может я что-то упускаю, разыскивая его в тайных комнатах? Может искать стоит в подземельях замка, куда мне предстоит сегодня спуститься? Увы, ответа не было.

Поняв, что все равно не смогу заснуть, поднялась с кровати и, нащупав босыми ногами тапочки на полу, отправилась в душевую. Соседка, как и всегда в выходные, предоставила комнату в мое полное распоряжение, и проходя мимо ее стола, я невольно обратила внимание на коробку с деталями для артефактов, которую заметила еще в первый свой вечер в Академии.

Коробка по-прежнему стояла на своем месте, на столе царил идеальный порядок. Я посмотрела на свой стол, доверху заваленный учебниками и тетрадями, вновь перевела взгляд обратно, и крепко задумалась…

Приведя себя в порядок и переодевшись, отправилась на завтрак, где меня уже ждали друзья, приветливо мне улыбавшиеся. Аппетита не было совсем, но, кажется, его отсутствием страдала сегодня утром исключительно я одна. Парни вовсю уплетали сытный бекон с яйцами и многослойные тосты, запивая все это соком и травяным чаем.

Вокруг царило нездоровое оживление – кто-то активно комментировал ставки, явно пытаясь нарочно делать это погромче, чтобы деморализовать команду противников. Другие напротив, склонившись над столами, что-то тихо обсуждали, не желая быть услышанными. Наши противники, подозреваю, как и мы, выглядели немного бледно, но всячески пытались скрыть это за напускной веселостью.

– Что с тобой, Белла? Волнуешься? – Игнатиус наклонился к моему уху.

– У меня плохие предчувствия, – одними губами, так, чтобы никто, кроме него, не услышал, произнесла я. И это была чистая правда. В груди медленно разливалась тяжесть, как будто кто-то внутри меня был против того, чтобы участвовать в испытании. Как будто…

– Волнение – это нормально! – встрял в наш разговор Эван, по-мальчишески мне улыбаясь. Я выдавила из себя мучительную улыбку в ответ, и постаралась скорее закончить с трапезой, чтобы не заразить своей нервозностью других ребят.

Почти весь день в итоге просидела в комнате, хватая одну книгу за другой, зубря заклинания, вновь и вновь повторяя пройденное. Но, казалось, что чем больше знаний я пытаюсь уложить в своей голове, тем меньше их там остается. Наконец я сдалась и устало повалилась на кровать, поняв, что последние полчаса даже не понимала, что читаю: в голове все смешалось в общую кучу.

– Все, хватит!

– Вот и молодец, – пробурчал Альбен, до этого уже несколько раз пытавшийся уговорить меня успокоиться и просто отдохнуть. – Ты справишься, уверен.

– Мы справимся, Альбен, – поправила я его. – Это же командное испытание.

Альбен в ответ лишь смешно встопорщил крылья, став похожим на пушистую белую щетку, и я невольно рассмеялась, пытаясь сбросить напряжение последних часов.

***

После ужина пришла пора собираться. К этому моменту я немного успокоилась, воспользовавшись собственной магией, и теперь неторопливо переодевалась в плотное черное трико с фиолетовой эмблемой на груди.

– Возьми с собой карту, – посоветовал Альбен.

– Думаешь, это будет честно? – отозвалась я, скептически разглядывая свое бледное отражение в зеркале.

– Ну… правилами это не запрещено, а лишним точно не будет.

Поразмыслив, я все же решила последовать его совету и убрала карту во внутренний карман ученической мантии. Играть против правил я не собиралась, но вдруг возникнет ситуация… Впрочем, нет, о плохом лучше не думать.

В дверь комнаты постучали, и я поспешила открыть ее. На пороге стояли ребята, пришедшие за мной, а за их спинами – Беатриса. Лицо девушки немного осунулось, и мне показалось, что она нервничает даже больше, чем я, хоть и пытается это скрыть.

– Ну что, все в сборе? Тогда идем.

Мы молча спустились по лестнице, оказавшись в огромном холле первого этажа, сейчас битком набитом адептами всех факультетов и курсов. Я с любопытством осмотрелась: одну из каменных стен теперь занимала огромная интерактивная карта с изображением коридоров подземелья. Перед ней уже толпились участники других команд, и мы поспешили к ним, чтобы в подробностях рассмотреть то, где нам предстояло оказаться совсем скоро.

Судя по всему, под замком был настоящий лабиринт: разветвляющиеся во все стороны ходы сходились друг с другом и вновь расходились, опускаясь на уровни ниже и снова поднимаясь наверх. Эта карта не была копией той, что лежала сейчас в моем кармане – на ней не было отмечено ни тайных ходов, ни потайных залов, ни символов.

Взгляд сам собой прикипел к крошечной золотистой точке, мигающей в отдалении. «Кубок!» – поняла я, и тут же помрачнела, оценив расстояние до него от входа в подземелье, и путь, который нам предстояло пройти. Добраться туда без приключений будет едва ли возможно: ведь, помимо соперников, одни из которых рванут в подземелье первыми, а другие будут дышать нам в затылок, есть еще задания, которые приготовили для команд деканы факультетов. И лишь одни боги ведали, какие сюрпризы нас там ждут.

– Уважаемые участники испытания! Уважаемое жюри! Болельщики! Прошу минуту вашего внимания, – раздался громкий голос, многократно усиленный магией, и толпа адептов безмолвно расступилась, когда вперед вышел ректор Гриффин.

– Итак, для тех из вас, кто впервые присутствует на испытании, я еще раз напомню его основные правила… По этой карте наше многоуважаемое жюри и болельщики будут следить за ходом испытания, – ректор коротко кивнул стоявшим невдалеке от него преподавателям.

Я обратила внимание, что жюри состояло из деканов всех семи факультетов. Габриэль Даркел стоял чуть поодаль от остальных, и был мрачнее тучи – казалось, что все происходящее ему сильно не нравится. Не успела я обдумать эту мысль до конца, как ректор продолжил свою речь:

– Каждая команда будет обозначена на карте цветом, соответствующим цветам ваших факультетов. Напоминаю, вы начинаете испытание в той последовательности, что определилась в результате жеребьевки, и это единственная фора, которая получит каждая из команд… кроме одной. – Ректор скосил взгляд на целителей, что должны были идти последними, и теперь стояли, насупившись.

– Ваша задача – первыми добраться до кубка победителей. В момент, когда он окажется в руках одного их вас, испытание будет считаться завершенным, а команда, нашедшая его – выигравшей.

– Посягательство на жизнь, умышленное причинение вреда здоровью, использование запрещенных заклинаний и иных нерегламентированных действий строго запрещено, – строго произнес ректор, обводя всех нас тяжелым немигающим взглядом, заставившим меня невольно вздрогнуть. Теперь передо мной был совсем иной человек – жесткий, требовательный, опасный. Но он лишь на мгновение показал нам свою истинную суть, и продолжал дальше, как ни в чем не бывало. – Я рассчитываю на честную конкурентную борьбу и, надеюсь, вы меня не разочаруете. Вопросы?

– Господин ректор, сэр, а я… имею право закончить испытание досрочно, если захочу? – тихо спросила одна из девушек в зеленой мантии и, судя по всему, на это ушли ее последние силы.

На удивление, никто не улыбнулся и не поднял ее на смех. Наоборот, все взгляды вновь переместились на ректора.

– Боюсь, что нет, адептка Грэхем. Начав испытание, ваша команда становится единым целым. Но Вы можете отказаться от него сейчас, пока оно не началось. Ваше решение? – ректор требовательно смотрел на девушку в ожидании ответа.

Адептка, побледнев, отрицательно покачала головой.

– Итак, – ректор вновь обратился к нам. – Судить испытание будут наши многоуважаемые деканы, которых вы все, без сомнения, знаете.

Я вновь повернулась к жюри, и тут же столкнулась с немигающим взглядом. Даркел смотрел на меня, но выражение его лица я так и не смогла расшифровать. Как будто на нем была маска с завораживающими темными омутами глаз.

– Помогать, следя за четким соблюдением правил, им будут…

Я уже не слушала ректора, не в силах разорвать этот странный зрительный контакт. Его глаза манили меня, утягивая все глубже, на самое дно. Обещая что-то неизведанное, совершенно новое. Искушая, заставляя мечтать о…

…прошу вас! – ректору громко зааплодировали, и я скинула с себя странное оцепенение, овладевшее мной в последние пару минут.

– Команда, строимся! – раздался под сводами зала громогласный голос Ройса, созывая к себе боевиков, и я поняла, что наше время пришло. Испытание началось.

***

Первыми в подземелье отправились некроманты, и глядя на их бледные, бесстрастные лица, я невольно подумала, что у этой команды, наверняка есть какой-то план. Следом за ними, как только их объявили, бросились боевики, напутствуемые грозным рыком своего декана, требовавшего вернуться с победой. Мы продвинулись вперед, встав прямо перед темным зевом древнего коридора, из которого вдруг пахнуло холодом.

– Факультет темных искусств! – разнеслось по огромному холлу.

– Удачи, адепты! – негромко произнес наш декан, оказавшись рядом, и, кивнув ему, мы бросились вперед, не мешкая ни минуты.

– Направление запомнили? – Вард несся впереди нас так, как будто за ним гнались не менее дюжины злобных духов замка Вельфант.

– Да… Запомнили…

– Что за…

Из недр коридора раздался надрывный крик, который вдруг резко оборвался на высокой ноте. Наступила оглушающая тишина.

– А вот и сюрпризы начались, – Айк тихо выругался.

– Идемте, нет смысла ждать, когда нас догонят.

Дальше мы продвигались максимально быстро, подозрительно оглядываясь по сторонам и стараясь держаться поближе друг к другу. Коридор постоянно разветвлялся в стороны, пару раз мы оказывались перед равнозначными развилками, и все же продолжали упорно двигаться вперед. С каждой минутой тревога в груди нарастала.

«Странно, – подумалось мне, – почему нас до сих пор никто не догнал?» И я тут же догадалась сама.

– Стойте!

– Что такое, Белла? – парни тут же сгрудились рядом, напряженно всматриваясь в окружающую нас темноту.

– Это иллюзия, – я уперла руки в колени, пытаясь отдышаться, – вот почему нас никто до сих пор не догнал, понимаете? Этот путь не похож на тот, что я видела на карте в холле. Нам кажется, что мы движемся к кубку, но на самом деле, мы можем быть сейчас, где угодно.

– Я тоже так думаю, – Игнатиус внезапно меня поддержал. – Мы не увидели не одной лестницы на другие уровни за последние десять минут, а на карте они точно были.

– Тогда куда мы выйдем, если будем двигаться дальше? – Вард выглядел немного растерянным.

Мы переглянулись. В теории все казалось гораздо легче.

– Вопрос в том, чего от нас ждут, – задумчиво произнес Игнатиус. – Того, что мы поймем, что это иллюзия, и свернем в сторону? Или того, что мы, поняв это, продолжим путь дальше?

– Черт! – Вард пригладил ладонью короткие волосы. – Вот же гадство!

И я была с ним полностью согласна.

В итоге мы решили двигаться дальше, по тому маршруту, которым нас так упорно вели. Как вдруг где-то вдалеке раздался жуткий грохот камней, заставивший нас напряженно переглянуться и, не сговариваясь, броситься вперед…

…Чтобы увидеть, как коридор полностью перекрывают огромные глыбы камня, надежно завалив проход в подземелье.

– Опять иллюзия? – с тоской произнес Эван.

– Нет, они настоящие, – Айк с Вардом уже силились оттащить один из каменей в сторону, но тут же сдались, настолько он был огромным.

– Надо возвращаться назад и искать другой путь.

Мы двинулись назад, но не прошли и ста метров, как застыли в растерянности – дороги назад больше не было. Там, где раньше был коридор, скудно освещаемый факелами, теперь выросла каменная кладка стены, причем, судя по ее виду, ровесница самого замка.

Ребята ударили по ней заклинаниями, но ничего не произошло, лишь от камней отлетели несколько острых осколков. Беатриса попробовала вызвать стихию земли, чтобы сделать подкоп, но, судя по всему, это заняло бы часы, а то и дни. Я тоже попробовала, но стихия привычно не отозвалась.

– Значит единственный путь – через груду камней, – мрачно произнес Вард то, что мы и так уже поняли. – Идемте, не будем терять время.

– Наверняка это декан Беркли постарался, черт бы побрал этих стихийников, – парни, пыхтя и ругаясь, пытались сдвинуть с места громадные камни, помогая себе стихией воздуха. – Или Дагли решил таким образом отомстить за свою любимую сожженную мантию.

Я лишь покачала головой, понимая, что так мы лишь теряем время, и обернулась к Беатрисе, беспомощно застывшей рядом.

– Давай попробуем вдвоем. Я вызову воду, а ты землю. Вдруг получится сделать небольшой проход. Ребята, подстрахуйте нас!

Мы с Беатрисой вышли вперед, и одновременно призвали стихии. Вода отозвалась тут же, упругими струями врезавшись в камни, находя малейшие щели, и проникая вглубь обвала. Одновременно с этим Беатриса использовала стихию земли, пытаясь хоть немного сдвинуть каменные глыбы. Я видела, что у нас медленно, но получается – щель между камнями в одном месте начла увеличиваться, но слишком медленно!

«Нам может не хватить резерва!» – подумала с отчаянием, и тут же поняла, что стало легче. Ребята, встав рядом, вплели свои силы в наши, многократно усилив напор, призывая третью стихию, и один из камней вдруг качнулся, откатываясь вперед, и освобождая пусть узкий, но проход. Подпитав его магией, чтобы не случилось обвала, мы, не мешкая, один за другим, пролезли через него и, убедившись, что путь впереди свободен, вновь побежали.

Впрочем, пробежали мы не далеко…