44

Ее слова были легкими, почти шутливыми, но я им поверила. Власть леди Арден-старшей ощущалась в самом воздухе этого замка, в его холодных камнях и гнетущей тишине.

Мы шли по бесконечному коридору. Стены были увешаны выцветшими гобеленами, изображавшими сцены охоты и древних битв, в которых неизменно участвовали драконы. Из потемневших от времени рам на меня смотрели портреты предков Дамиана — череда суровых, темноволосых мужчин и женщин с одинаковыми, тяжелыми подбородками и пронзительными, нечеловеческими глазами. В каждом из них угадывалось что-то от моего мужа, и от этого становилось только жутче. Я шла по родовому гнезду хищников.

— Здесь, конечно, мрачновато, — без умолку щебетала Лира, ее звонкий голос казался неуместным в этой гробовой тишине. — Матушка не любит ярких красок. Говорит, они отвлекают от сути. А вот это — прадед Дамиана, лорд Каллен. Говорят, он мог одним взглядом заставить камень треснуть.

Она запнулась, бросив на меня быстрый взгляд, и тут же сменила тему.

— Вот мы и пришли!

Мы остановились перед массивной двустворчатой дверью из черного мореного дуба, украшенной искусной резьбой в виде сплетающихся драконьих тел. Лира с легкостью толкнула одну из створок, и та беззвучно отворилась, открывая вид на покои главы клана Арден.

Комната была огромной. Настолько, что вся моя квартира из прошлой жизни уместилась бы в одном ее углу. Высоченный потолок с темными балками, колоссальных размеров камин, в котором мог бы поместиться взрослый человек, и мебель — тяжелая, темная, основательная. Все здесь было создано для существа большего и могущественнее, чем простой человек. В центре комнаты, на постаменте, стояла кровать. Не просто кровать — целое архитектурное сооружение с резными столбами и тяжелым бархатным балдахином, скрывающим ложе от посторонних глаз.

— Располагайся, — Лира плюхнулась на обитое кожей кресло у камина и вытянула ноги. — Чувствуй себя как дома, хотя, признаться, это место домом назвать сложно. Скорее, цитадель.

Я осталась стоять у двери, не решаясь войти.

— Можно, я буду называть тебя Кристен? И на «ты»? — она посмотрела на меня снизу вверх, и ее улыбка была обезоруживающе искренней. — Я так рада, что наконец-то с тобой познакомилась! Я, честно говоря, все не понимала, почему Дамиан не привозил тебя раньше.

Я молча прошла вглубь комнаты и остановилась у высокого стрельчатого окна, из которого открывался вид на скалы и серое, неспокойное море. Ее болтовня вызывала смутную тревогу.

— Особенно после того, как он… все это пережил, — продолжила она, и ее голос стал серьезнее. — Когда он стал главой клана, я была уверена, что он тут же вернется за той, ради которой на все это пошел. Я ждала, что ты приедешь, что вы вместе… ну, не знаю. Что все станет хоть немного светлее. Но он вернулся один, еще более мрачный, чем прежде, и заперся здесь. А потом женился на тебе, но так и не привез в наш дом. Это было странно.

Мне стало не по себе. Каждое ее слово противоречило той истории, что я слышала раньше. Лея говорила, что дядя Дамиана погиб в поездке, и титул достался ему по трагической случайности. Но слова Лиры звучали совсем иначе. «Пережил ужас». «Пошел на такой шаг».

Я обернулась и посмотрела на нее.

— О чем ты говоришь, Лира? — мой голос прозвучал глухо. — На какой такой шаг он пошел?

Веселая улыбка медленно сползла с ее лица. Она села прямо, и ее брови удивленно поползли вверх. Она смотрела на меня так, будто я спросила, почему небо синее.

— Как… на какой? — пролепетала она, и в ее голосе прозвучало неподдельное изумление. — Подожди… а разве Дамиан тебе не рассказывал? О том, как именно он стал главой клана Арден?