46

Эта новая тайна легла тяжелым камнем поверх всех остальных. Голова шла кругом. История, которую я считала простой трагедией о предательстве, обрастала новыми, кровавыми подробностями, и я все глубже увязала в этом чужом, страшном прошлом.

Лира, кажется, почувствовала мое состояние. Она встряхнулась, отгоняя от себя тяжелые воспоминания, и на ее лице снова появилась легкая, хоть и немного вымученная улыбка. Она поднялась с кровати.

— Ладно, хватит о грустном, — сказала она, стараясь говорить бодро. — Тебе нужно отдохнуть перед ужином, Кристен. Дорога была длинной, а вечер предстоит еще длиннее.

Она подошла к окну и посмотрела вниз.

— Сейчас в замок съезжается весь клан. Совет глав семейств. Я должна идти, матушка велела мне помогать ей встречать гостей.

— Весь клан? — переспросила я. Мысль о том, что мне придется предстать перед толпой незнакомых драконов, не радовала.

— Ну, не весь, конечно. Только главы родов, — отмахнулась Лира. — Но и их будет достаточно, поверь. А мне нужно быть рядом с матерью, если я хочу перенять у нее навыки хранительницы очага.

Она произнесла эту фразу с такой гордостью, что я невольно заинтересовалась.

— Хранительница очага? — спросила я. — Что это значит?

Лира тут же повеселела. Кажется, эта тема была ей по-настоящему приятна.

— Хранительница очага — это главная женщина в доме клана! — с энтузиазмом пояснила она. — Это очень почетная роль. Глава клана, то есть Дамиан, и другие знатные семьи могут жить в своих поместьях, заниматься делами, воевать… А хранительница живет здесь, в Драконьем Утесе, в сердце нашего рода. Она бережет дом, следит за порядком, хранит наши традиции. Она — душа этого замка. Сейчас хранительница — наша матушка. Но однажды ею стану я.

Она говорила это с сияющими глазами, полная предвкушения. А я смотрела на нее и ничего не понимала. Передо мной стояла молодая, красивая, живая девушка. И она с радостью готовилась похоронить себя заживо в этих холодных, мрачных стенах. Посвятить свою жизнь старому замку, а не живому человеку.

В моем мире это назвали бы трагедией. Здесь, видимо, это была честь.

— Но… — я запнулась, пытаясь подобрать слова, чтобы не обидеть ее. — А как же… замужество? Семья? Разве ты не хочешь этого?

Вопрос был простым, невинным. Но эффект, который он произвел, был подобен удару грома.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Лиры. Она побледнела так, что ее кожа стала почти прозрачной. Веселость в глазах сменилась испугом, почти ужасом. Она отшатнулась от меня, словно я ее ударила.

— Я… Мне пора идти, — пролепетала она, ее голос дрожал. Она теребила край своего платья, не глядя на меня. — Матушка… матушка будет сердиться, если я опоздаю.

Она развернулась и почти бегом бросилась к двери, не сказав больше ни слова.

— Увидимся за ужином! — бросила она уже из коридора и скрылась.

Я осталась одна посреди огромной, пустой комнаты. И к вороху моих проблем добавилась еще одна загадка. Что такого страшного было в простом вопросе о замужестве, что заставило эту беззаботную девушку спасаться бегством?

Каждый человек в этом замке носил в себе свою собственную тьму. И я, кажется, угодила в самое ее средоточие.