48

Я заставила себя продолжить раскладывать вещи. Простые, монотонные действия помогали успокоиться, привести мысли в порядок. Я не смотрела в его сторону, но чувствовала его взгляд на своей спине. Он тоже молчал, и эта тишина была тяжелее и страшнее любых криков. В ней было все: его разбитая любовь, его ненависть, его растерянность и осознание того, что он заперт в этом браке так же, как и я.

В дверь деликатно постучали.

— Войдите, — глухо бросил Дамиан.

Вошла та же бесшумная служанка, что приносила наши вещи.

— Милорд, леди Арден, — она низко поклонилась. — Леди Элара просит вас спуститься в малую гостиную. Гости собрались, и она желает представить им невестку перед ужином.

Я внутренне содрогнулась. Представить невестку. Я должна была выйти к этим людям, к его клану, и играть роль его жены. Хорошо, что никто из них до сих пор не был знаком с Кристен.

— Будь готова через полчаса, — сказал Дамиан, когда служанка вышла.

Он не стал дожидаться моего ответа, взял какие-то вещи из шкафа, обдав меня своим горячим дыханием и вышел через другую дверь, ведущую, по всей видимости, в его кабинет

Я осталась одна. Полчаса. Полчаса, чтобы надеть доспехи.

В моем распоряжении было всего несколько платьев, которые мы привезли с собой в дорожных сундуке. Все они были темными и строгими. В моей прошлой жизни я любила яркие и светлые вещи, но сейчас этот скромный гардероб оказался как нельзя кстати. Правда, выбор был невелик.

Я выбрала платье из плотного, матового шелка глубокого, почти черного, синего цвета. Без вышивки, без кружев, без лишних деталей. Строгий, элегантный крой, длинные рукава и закрытый ворот.

Оно село на меня идеально. Я подошла к зеркалу. Из отражения на меня смотрела незнакомая, высокая женщина с бледной кожей и темными, серьезными глазами. Холодная и неприступная. Леди Арден.

Я посмотрела на повязки на руках и решила их снять. Кожа на руках, благодаря мази, была нежной и увлажненной, но главным было то, что ожоги быстро зажили. Несмотря на нежность рук, я уже могла ходить без повязок, хотя должна быть осторожной, чтобы не повредить их.

В этом мире не было ни духов, ни помад. Последним штрихом был аромат. Я достала из своего саквояжа крошечную склянку с драгоценным лавандовым маслом. Я нанесла всего одну каплю на запястья и слегка коснулась шеи. Этот чистый, спокойный запах был моим якорем. Он напоминал мне, кто я на самом деле, даже в этой чужой оболочке.

Дверь кабинета открылась, и вышел Дамиан. Он тоже переоделся. На нем был черный камзол, который делал его плечи еще шире, а фигуру — еще более монументальной. Если бы мы были в моем мире, я бы описала его, как дьявола. Такой же опасный и соблазнительный для женского взгляда.

Он остановился, увидев меня. Его взгляд медленно прошелся по мне с головы до ног. Он ничего не сказал о платье, но я видела, что мой строгий вид не стал для него сюрпризом. Ведь это не мой гардероб.

Но затем он подошел ближе, и я невольно напряглась. Он слегка наклонил голову, принюхиваясь.

— Лаванда, — констатировал он, и в его голосе прозвучало что-то новое. Не злость, не ирония. Удивление. Его брови едва заметно сошлись на переносице.

Он знал, что это не запах Кристен. Жасмин, розы, сладкие, тяжелые ароматы цветов из сада — вот что он привык с ней ассоциировать. А этот чистый, прохладный запах был чужим. Это был запах Марии. И это было еще одним доказательством, еще одной деталью, не вписывающейся в его картину мира.

Он ничего больше не сказал.

— Идем, — бросил он. — Мать не любит ждать.

Я шла рядом с ним по бесконечным коридорам замка. Я чувствовала себя королевой, которую ведут на эшафот. У дверей в малую гостиную, откуда уже доносились приглушенные голоса, он остановился и посмотрел на меня.

— Что бы ты ни услышала там, — его голос был тихим и жестким, — молчи. Твоя роль сегодня — просто быть моей женой. Красивой и безмолвной. Ты справишься?

Я посмотрела ему прямо в глаза и холодно кивнула.

— Не сомневайся.

Он толкнул тяжелую дверь, и мы вошли в логово драконов.