59

Остаток пути прошел в спокойном, почти умиротворенном молчании. Мы вернулись в наше поместье ближе к вечеру, когда солнце уже начало клониться к закату, окрашивая небо в багровые тона.

Карета остановилась у парадного входа, но, на удивление, никто не вышел нас встречать. Ни конюха, чтобы принять лошадей, ни дворецкого, чтобы открыть дверь. Тишина.

— Странно, — глухо произнес Дамиан, и я увидела, как его лицо снова стало напряженным.

Он вышел первым и помог спуститься мне. Извозчик удивленно замер, не зная, что ему делать, и Дамиан указал ему на конюшню.

Мы поднялись по лестнице и подошли к массивным дубовым дверям. Они были не заперты. Мы вошли в холл, и нас встретила та же оглушающая, неестественная тишина. В огромном доме не было ни звука. Не слышно было ни суеты слуг, ни их шагов. Ничего.

— Где все? — прошептала я, и мой шепот прозвучал в тишине оглушительно громко.

— Наконец-то вы приехали!

Голос Леи, раздавшийся с вершины лестницы, заставил меня вздрогнуть. Она стояла наверху, одетая в красивое домашнее платье, и улыбалась. Но ее улыбка казалась мне натянутой, а в глазах плескалась какая-то лихорадочная тревога.

— Я вас и не ждала сегодня! — она легко сбежала вниз по ступеням. — Я так рада, что вы вернулись!

Она подошла к нам, но не стала, как раньше, бросаться Дамиану на шею. Она держалась на расстоянии.

— Лея, что здесь происходит? — голос Дамиана был низким и суровым. — Где прислуга?

— Ах, это! — она беззаботно махнула рукой, но я видела, как напряжены ее пальцы. — Сегодня же Праздник цветущей луны! Я совсем забыла вам сказать. Я отпустила всех на гуляния в деревню. Решила, что и сама способна позаботится один вечер.

Праздник цветущей луны? Судя по лицу Дамиана, он о таком и не знает. Атмосфера в холле стала мрачной и тяжелой.

— А Герта? — спросила я сестрицу.

В ответ она виновато улыбнулась.

— А Герта вчера уехала навестить кузину, они очень давно не виделись. Но она обещала вернутся завтра утром.

— Не припомню, чтобы у Герты была кузина. Она никогда не покидала особняк по семейный обстоятельствам.

— Просто не было повода, — улыбнулась Лея. — Я накрою нам ужин, — продолжала щебетать она, не замечая или делая вид, что не замечает нашего настроения. — Слуги приготовили заранее. Вам, наверное, нужно освежиться с дороги? Располагайтесь, а потом спускайтесь в малую столовую.

Дамиан ничего не ответил. Он просто взял меня за локоть и повел к лестнице. Его хватка была твердой, почти болезненной.

Я поднялась в свои покои. Тишина в коридорах давила на уши. Я быстро умылась холодной водой и переоделась в простое платье, все время прислушиваясь к звукам. Но дом молчал. Это молчание пугало.

Спустившись вниз, я не сразу пошла в столовую. Я услышала тихие голоса и, ведомая любопытством, заглянула в приоткрытую дверь гостиной.

Лея стояла, крепко обнимая Дамиана за шею и уткнувшись ему в плечо.

— Я так по тебе скучала, — ее голос дрожал от сдерживаемых рыданий. — Эти дни без тебя были вечностью. Я думала, ты никогда не вернешься.

Дамиан не обнимал ее в ответ. Его руки безвольно висели вдоль тела, но одна ладонь машинально, почти безразлично, поглаживала ее по плечу.

— Я и раньше уезжал, Лея, — его голос был усталым и лишенным всяких эмоций. — По делам клана, на охоту. Иногда на несколько недель. Но так отчаянно ты вешаешься на меня впервые. Что случилось?

Лея не ответила, лишь крепче вцепилась в него. А Дамиан поднял глаза. И его взгляд встретился с моим поверх ее головы. Он не удивился, увидев меня. Казалось, он знал, что я стою здесь и все слышу. И в его взгляде я прочла немой вопрос, адресованный мне: «Ты тоже чувствуешь какой-то подвох?»