Глава 2. Обед для двоих

Я сидела на балконе, любовалась городом и бросала взгляды в тарелку, стоявшую передо мной. Тарелка занимала чуть ли не полстола. На ней лежал огромный краб, его ноги были, наверное, по полметра! Вокруг он был обложен креветками размером с мою ладонь и аккуратными пучками зелени. В отдельной миске лежали запечёные корнеплоды, похожие на нашу картошку, только оранжевые.

— Кассиопея, быстрее! — крикнул Джеймс из глубины комнаты. — Франне Иоланта должна закончить обед к четырём, а уже половина!

Я не могла взять в толк, зачем он велел именно Кассиопее принести мне обед. Логичнее, если бы это сделала Марта или кто-то из учениц. Но именно смотрительница пятой секции Архива сейчас разрезала серебряными ножницами крабью ногу и выкладывала передо мной бело-розовое мясо. Лицо у неё было такое, как будто она с удовольствием вонзила бы ножницы мне в горло.

— Полей лимонным соком, — велела я. — Не люблю запах морепродуктов.

Свежайшие крабы не шли ни в какое сравнение с крабовыми палочками! Нежное, сочное мясо, сбрызнутое кисловатым соком, было невероятно вкусным. Я съела пять кусочков и отложила вилку.

— Джеймс, я больше не могу! Может, хотя бы разделишь трапезу со мной?

Он появился из глубины комнаты внезапно — в расстёгнутом мундире, верхняя пуговица рубашки открывала крепкую шею. Отослал Кассиопею взмахом руки и уселся напротив.

— В четыре мы пойдём осмотрим архив документов, — сказал он, накалывая на серебряную кусок краба. — Ты должна знать, что где лежит. Служба у нас не самая обременительная, если содержать всё в порядке.

Я вспомнила, как он ругал Кассиопею в нашу первую встречу, и улыбнулась. Тем временем Джеймс вытащил как будто из ниоткуда бутылку с прозрачной жидкостью и налил в узкие высокие бокалы.

— За твои таланты, — он поднял бокал и легко прикоснулся к моему.

Я отпила. Это оказалось вчерашнее шампанское — слабое, немного терпкое, с интересным букетом.

— Я едва успела протрезветь после вчерашнего, а ты подливаешь мне снова, — улыбнулась я.

Вчера после ухода с праздника Джеймс повёл меня в сад. Там мы гуляли ещё часа два, и всё это время за нами следовали официанты с подносами с напитками и закусками. Когда Джеймс наконец отвёл меня в гостевую спальню, я едва держалась на ногах. Я уже готовилась постоять за себя, но он всего лишь уложил меня в постель, накрыл одеялом и вышел. Даже раздевать не стал. И сейчас я тоже не видела в его взгляде интереса, которого следовало бы опасаться.

Он вообще интересовался мной куда меньше, чем стоило бы будущему коллеге.

— Я не спрашиваю, откуда ты, Ио, — Джеймс будто читал мои мысли, — потому что мне интересно не это, а твоя магия. Какая разница, где ты родилась, кто твои родители и чем ты жила раньше? Твоя сила — истинный бриллиант, вот что главное. А остальное ты расскажешь мне сама. Когда захочешь. Если захочешь.

Он взял мою ладонь и вдруг задержался взглядом на браслете из бусин зеленоватого стекла.

Я прикусила губу. Этот браслет я нашла на полу в Архиве. А вдруг Джеймс узнает его? Вдруг смекнёт, что это я дерзила ему, пока мы искали дневник какого-то там зельевара?

— Так мило, что ты носишь этот простой браслет, — улыбнулся он.

— Это мой амулет, — быстро сказала я. — Без него я не могу творить магию.

— Я так и понял, — кивнул Джеймс и медленно отпустил мою руку.

Я поспешила опустить на запястье широкий рукав. Когда я проснулась утром, рядом лежало чистое платье, на этот раз голубого цвета. Я вымылась, переоделась, и теперь была благодарна, что у новой одежды такие длинные и широкие рукава.

Джеймс поднялся:

— Сейчас тебе сделают причёску и пойдём. Я буду ждать тебя снаружи.

Я вошла в комнату, где уже ждали две миловидные девушки. Третья унесла остатки нашего обеда. Я опустилась в кресло и прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями к волосам.

Сейчас, когда Джеймс вышел, меня охватили сомнения. Чёрными змеями окутали разум, оплели сердце. Браслет напомнил мне о нашей первой встрече. Да Джеймс тогда чуть не обесчестил меня!

— Держите голову выше, франне, — вежливо попросила одна из девушек, что меня причёсывали. Я осознала, что пытаюсь уткнуться лбом в сложенные на коленях руки.

Внутренний голос твердил — верить Джеймсу нельзя. Он напал на меня в архиве, он пустил по моему следу гвардейцев… Но он же дал мне богатую и сытую жизнь. Глупо было ожидать, что в этом мире мужчины будут предупредительны к женщинам!

К тому же со вчерашнего вечера Джеймс вёл себя безукоризненно. Он был сама галантность и предупредительность. Мог ли он в самом деле меня не узнать? А почему нет? Одета я была совсем по-другому. Да и наверняка он не ждал, что у девчонки, уронившей на него шкаф и сломавшей детектор, хватит наглости заявиться на отбор! А в том, что моя магия стала другой, я не сомневалась. Я же много тренировалась, и сама ощущала, как моя сила растёт.

Что ж, я хотела устроиться в этом мире и я это сделала! Пожалуй, теперь мне и детектор не страшен. Я была уверена — он сломался лишь потому, что моя магия была разбалансирована. Сейчас я ощущала себя гораздо более цельной. Сильной. Уверенной. Если Джеймс захочет меня обидеть, я смогу за себя постоять.

Жаль только, своей магии я по-прежнему не видела.

— Серьёзно? Всё, что мне надо делать — это разбирать письма?

Я в изумлении смотрела на огромную кучу бумаг. Они заняли весь стол, пара даже упала на пол. Я подняла, осторожно положила с краю, но куча снова вздрогнула и на пол покатились новые свитки.

— Тебе что-то не нравится? Это важная и нужная работа. Академия получает тысячи писем со всей страны. Просьбы принять на учёбу, выслать денег на проезд, жалобы на руководство… Кто-то должен сортировать их, чтобы на стол к ректору попадало только самое важное.

Я опустила руки.

— Но почему ты назначаешь на эту должность меня? Сначала разливался соловьём, какая у меня прекрасная магия, а теперь сажаешь за работу, с которой справится любая девчонка?

— Не любая. Во-первых, среди писем может попасться секретная информация, которую нельзя разглашать на всю Академию. Во-вторых, на письмах тоже могут быть чары.

— Какого рода чары? — Мне сразу вспомнились отравленные письма из приключенческих романов. Стало неуютно. — Джеймс, я даже не умею видеть и различать эти чары!

— Научишься, — первый заместитель пожал плечами и подвинул мне стул. — Работай. Через два часа тебя сменят. Захочешь есть или пить — найдёшь всё необходимое здесь.

Он отдёрнул занавеску, за которой оказалась небольшая ниша в стене. Там стоял поднос с бокалом и закусками. Затем Джеймс бесшумно выскользнул в коридор и запер за собой дверь. Я осталась над кучей бумаг с чётким ощущением, что меня обманули.

— Ладно, Ирка, — уговаривала я себя, когда первая волна обиды схлынула. — На что ты рассчитывала? Что тебя поставят управлять Академией? Это нормально, когда начинают с работы попроще. Считай, у тебя стажировка.

Нет. Я отложила бумаги и прошлась к окну.

Что-то было не так. Не вязалась эта работа с моим нарядом и шикарной причёской. Как будто Джеймс хотел вести меня в другое место, но передумал.

Или усыплял мою бдительность? Роскошный обед, наряды, комплименты. Чего он добивался всем этим?

Я вцепилась в оконный переплёт, забыв о письмах. Сомнения охватили меня с новой силой.

Но если Джеймс хотел мною воспользоваться, то как он мог это сделать? Соблазнить меня? Что-то мне подсказывало, что он мог воспользоваться своей силой, чтобы подчинить. Но он этого не сделал. Что же у него на уме?

В конце концов я решила спокойно работать и наблюдать. В принципе, ухаживания Джеймса могли и ничего не означать. Может, у них тут принято выглядеть на работе как на балу.

Я села на подоконник и обхватила руками колени. Хотелось бы мне, чтобы Джеймс заботился обо мне только из чувства долга? Или я так обиделась только потому, что хотела большего?

Я закрыла глаза и вызвала из памяти его лицо. Всё-таки хорош, зараза! Светлые волосы, голубые глаза, чистая кожа. Решительные скулы, плотно сжатые губы, широкие плечи…

А руки — тонкие, изящные, как у пианиста. Сразу видно человека, привыкшего к бумажной работе. Не работяга, не воин. Впрочем, они тут давно воюют магией, как я поняла. Интересно, каков Джеймс в бою? Его сила — светлая, чистая — отзывалась во мне сладкой дрожью. Когда мы танцевали, наша магия сплеталась и резонировала, и мне казалось, будто мы летим.

Так. Ирка, хватит. Только влюбиться не хватало в своего же начальника!

Подумаешь, хорош собой! Он чуть не обесчестил меня в первую же встречу! Быть может. Прямо сейчас тискает другую новенькую в соседней секции!

Чтобы успокоиться, я подошла к стенной нише, которую показал Джеймс, и отпила из бокала. Там оказалось игристое вино — то самое, которым Джеймс угощал меня на празднике. Я перекатывала пузырьки по языку, наслаждаясь букетом.

— Он просто переволновался, — сказала я себе. Вслух, чтобы звучало увереннее. — Джеймс не такой. Нельзя нападать на девушек и одновременно быть таким заботливым. Я наверняка что-то не так поняла.

Хватит думать. Мне поручили работу, и я с ней справлюсь. Мне не привыкать! Я разбирала столько писем для своего Вадима Ивановича, что справлюсь с этой кучей в два счёта!

Тем более, со мной магия! Я потёрла ладони, но не ощутила привычного покалывания.

Как же обидно! Но сила ни разу не подводила меня раньше. «Отключалась» только когда использовать ей было опасно. Значит, так надо. Я вздохнула и принялась разбирать письма вручную.

Я справилась быстро. Через час огромная куча бумаг уже была разложена на несколько маленьких.

— Мастерство не пропьёшь, — мрачно усмехнулась я и допила вино. Всё-таки Джеймс чертовски заботливый парень и отличный босс. Не каждый скрасит скучную работу винишком!

Попробовала бы я выпить у Вадима Ивановича! Я даже зажмурилась.

Интересно, как в офисе отреагировали на моё исчезновение. Куда вообще делось моё тело? Перенеслось сюда? И в офисе остались только проклятый старый договор и открытая на балкон дверь? Или всё-таки моя бренная оболочка лежит под капельницами в реанимации? Я вздохнула и решила, что когда освоюсь с работой, обязательно поищу в архиве информацию о путешественниках между мирами. Не может быть, чтобы я первая пересекла неведомую грань.

Я прошлась по комнате взад-вперёд. Пожалуй, надо спросить Джеймса, нельзя ли мне работать в читальном зале, где я проснулась первый раз. Там хоть с зеркалом можно было поговорить.

Дверь открылась, вошёл Джеймс. Я невольно задержала на нём взгляд. Безукоризненно одетый, с прямой спиной. Почему он показался мне некрасивым в нашу первую встречу? От него же глаз не оторвать!

— Что-то случилось? — забеспокоилась я. — Выглядишь усталым.

— Не бери в голову, Ио, — улыбнулся он. — Быть вторым человеком в городе непросто. И я благодарен, что теперь ты разделяешь со мной эту ношу.

— Я всего лишь разобрала письма, — удивилась я. — Я не сделала ничего особенного.

— Это уже не мало. — Джеймс бегло просмотрел рассортированные письма. — Очень хорошо! У тебя талант, Ио. И ты заслужила отдых.

— Кстати, Джеймс! Я почему-то не могу пользоваться магией. Я её вообще не ощущаю! Если бы я могла использовать свои силы, я бы справилась куда быстрее.

— Прости, совсем забыл сказать. Не пользуйся пока магией. Помнишь, я говорил, что твоя сила удивительно зрелая? А всё от того, что она поздно пробудилась. Дадим ей ещё немного созреть.

— Но Джеймс! Как я буду учиться?

— Ты уже учишься. Энергия академии трансформирует тебя — мягко, незаметно. Твоя магия скоро станет идеально подходить для заклинаний, разработанных в этих стенах. Не спеши, Ио, и ты станешь лучшей из всех, кто когда-то здесь учился.

Я вздохнула. Без магии было как-то скучно.

Ладно. Наверняка со временем смогу потихоньку магичить, втайне от Джеймса. Зря я, что ли, столько от него бегала!

Джеймс приблизился вплотную, взял меня за руку. По запястью до самого плеча побежали мурашки.

— Позволь мне растить твою силу, как нежный цветок, — прошептал он, скользя пальцами по моему браслету. — Медленно. Терпеливо. Наблюдать, как она набухает, словно бутон, как раскрывается… А чтобы магия не пробудилась в самый неподходящий момент, я подержу твой амулет у себя.

Одним ловким движением он распустил узел на моём запястье и сунул россыпь зеленоватых бусин в карман.

— Ты… Стой! Отдай! Что ты наделал! — Я схватила его за локоть, попыталась отнять, но где там! — Это моё!

— Конечно, твоё, — Джеймс успокаивающе похлопал меня по ладони. — Я же сказал, я просто подержу его у себя. И верну, когда ты станешь более стабильной.

Мой браслет! Да как он мог!

— Я вообще не соглашалась у вас работать! — выкрикнула я. — Возьму и уйду! И разбирай свои дурацкие письма сам!

Джеймс обнял меня за плечи и негромко рассмеялся. Я рванулась, но не смогла освободиться.

— Что смешного? — огрызнулась я. — Думаешь, я буду держаться за платья и обеды? Да я лучше стану чистить рыбу в порту, чем позволю распоряжаться своей магией!

— Не сомневаюсь, дорогая, — дыхание Джеймса опалило мне шею. — Но уйти ты не сможешь при всём желании. Академия уже трансформирует твою магию. Знаешь, что это значит?

Я мотнула головой.

— Это значит — временно разбалансирует её и усиливает до пределов, до которых ты никогда не дошла бы сама. Мы все привязаны к этим стенам, дорогая. Мы с Вальденом и другие опытные маги научились управляться с подаренной нам силой. Но стоит тебе покинуть Академию, и твоя драгоценная магия разорвёт тебя.

Я всхлипнула. Снова попыталась вырваться, но Джеймс только крепче сомкнул объятия. Он вплотную прижался к моей спине. Я чувствовала его дыхание на своих щеках, а его руки сжимали мои запястья.

— Это не может быть, — прошептала я. — Я не соглашалась на это. Я так не хотела!

— Ты пришла на отбор, Ио. А факт участия в отборе означает принятие всех условий.

— Я не знала!

— Незнание не освобождает от ответственности.

— Я не хочу! Не хочу! Верни браслет! Верни мою магию!

Я всё-таки смогла развернуться и ударила Джеймса кулаком в грудь. Он с усмешкой поймал мои запястья, и я снова очутилась в его объятиях — беспомощная, плачущая. Затем он встряхнул меня так, что моя голова запрокинулась, и я удивилась, какие красивые у него глаза. Голубые, чистые, как небо над морской гладью.

— Ты зря кипишь, — улыбнулся мне Джеймс. — Ты отдаёшь мелочь, слабую, никчёмную магию, чтобы стать в ряду с сильнейшими. Пройдёт время, и ты оценишь этот дар.

— Ты мог хотя бы предупредить! — в отчаянии выкрикнула я. — Почему ты не сказал сразу?

— Ты могла испугаться и уйти. И потеряла бы шанс стать сильнейшей волшебницей.

— Я не хочу, не хочу!

Я кричала ему в лицо, снова пыталась бить — бесполезно. Моя магия! Моя единственная опора, мой дар! Как можно было отобрать её! Да ещё не сказав ни слова! Не предупредив, не намекнув!

— Ну тише, тише, — я вдруг обнаружила себя сидящей в кресле. Джеймс протягивал мне бокал. — Выпей это и успокойся. Поверь, за пару дней ты привыкнешь.

Я чувствовала себя так, будто из меня выпили все силы. Истерика истощила меня. Я механически глотнула. Это снова было вино. Пузырьки игриво лопались у меня на языке, только радости это не приносило никакой.

— Я не забуду, что ты меня обманул, — мрачно сказала я.

— Не забывай, сделай милость. — Губы Джеймса искривила улыбка. — Ты будешь мне благодарна, обещаю. Со временем. Когда твой дар вернётся, усиленный во сто крат. А теперь идём, дорогая.

— Куда?

Мне было безразлично, куда, я спросила на автомате. Внутри было пусто, как будто меня лишили самой моей сути. Джеймс помог мне подняться, обхватил за талию и повёл к выходу.

— Отдохнёшь, а после я дам тебе следующее задание. Выше нос, Ио! Тебя ждут великие дела!