Глава 3. Рано расслабляться

Я проснулась на мягкой постели под восхитительный аромат кофе. Нет, погодите! Я проснулась? Я была жива?

Я открыла глаза и осторожно огляделась. Комната была знакомая — ректорская спальня. Сам господин ректор стоял в расстёгнутой рубашке у окна и варил кофе на парящем прямо в воздухе огне.

— Лежи, — бросил он мне, не оборачиваясь. — Тебе пока нельзя вставать.

— И это всё, что ты скажешь женщине, проснувшейся в твоей постели? — рассмеялась я. Воспоминания будто поднимались из мути. К щекам прилила краска.

— Кажется, я вчера злоупотребила служебным положением, — смущённо хихикнула я.

— Скорее, им злоупотребил я, — отозвался Вадим. — Но у меня не было выхода. Без моей силы ты бы погибла.

— Ты отдал мне свою силу? — Я даже приподнялась на постели.

— Самую малость. Только чтобы пробудить к жизни твою.

Я осторожно села. Голова кружилась, но в целом я чувствовала себя не хуже, чем после хорошего праздника.

— Я хочу кофе, — заявила я. — А потом ты расскажешь мне, как это всё работает. Ну, наш обмен магией.

Вадим взмахом руки отправил ко мне дымящуюся чашку, заново наполнил турку и небрежно ответил:

— Работает, как всегда в истинной паре. Наши силы резонируют и взаимно усиливают друг друга. Ирина?

От неожиданности я выплеснула кофе на одеяло. Вернее, чуть не выплеснула — Вадим жестом поймал его и вернул в чашку.

— Это сорт кофе не создан для таких потрясений, — сказал он. — Будь осторожнее.

— Да пропади ты, чурбан! — не выдержала я. — Мы — истинная пара? И ты так спокойно об этом говоришь?

Вадим наконец закончил священнодействовать со второй порцией кофе и присел на постель, держа свою чашку.

— Ирина, я годами, десятилетиями жил в уверенности, что остался последним из Истинных драконов и никогда не найду себе пару. Когда увидел тебя — пришёл в ярость, что ты решила использовать мою мечту, мою боль. А когда наши силы слились, там, у детектора, я понял, что ты не лгала.

— И раскаялся, — подсказала я и отхлебнула кофе.

Напиток был потрясающий. Крепкий, густой, словно бы бархатный. Похожий на тот, каким меня угощал Джеймс, но гораздо более ароматный. И бодрил на порядок лучше.

— Я не сразу поверил. Убеждал себя, что это ошибка. Но потом ощутил, как меняется моя сила. А она не могла обмануть.

— Моя сила тоже изменилась, — сказала я. — Иначе я бы не рискнула бросить вызов Джеймсу.

— О нём мы ещё поговорим, — нахмурился Вадим. — То, что он сделал — предательство, измена и использование магии в разрушительных целях. Он предстанет перед судом и, конечно, попытается если не оправдаться, то хотя бы утащить нас вслед за собой. Но не волнуйся об этом. Сначала ты должна поправиться.

Я допила кофе одним медленным долгим глотком. Откинулась на подушки и прикрыла глаза, наслаждаясь пряным послевкусием.

— У этого кофе есть один секрет, — негромко проговорил Вадим, забирая у меня чашку и магией отправляя на стол. — Его нужно варить самому и самому же подать. Тогда тот, для кого ты варил, ощутит вложенные в напиток чувства.

— Тебя не учили показывать свои чувства, верно? — спросила я. — А тем более говорить о них. Что ж, твой кофе был весьма убедителен. Убедительнее, чем слова.

Я потянулась к Вадиму, а он — ко мне. Вкус кофе на его губах был острее и крепче, чем в чашке. А когда наши силы сплелись, я ощутила, будто за спиной вырастают крылья.

Спустя неделю я стояла на балконе в спальне Вадима и любовалась городом. Если смотреть прищурившись, сквозь ресницы, портовые сторожевые башни можно было принять за многоэтажки. Мне нравилось думать, что здесь, на балконе находится такой же портал в наш мир, как на балконе в кабинете Вадима — в этот.

Я почти полностью оправилась от битвы в Зазеркалье. О пережитом напоминали лишь небольшие приступы головокружения и пара незаметных шрамов. Зато моя магия словно бы расцвела. Она текла по телу легко и свободно.

Едва ушла головная боль и мушки перед глазами, я потребовала подобрать мне книги и всё свободное время зубрила заклинания и училась сосредотачиваться. А времени у меня было много. Вальден запретил мне вообще выходить из его покоев, опасаясь, что у Джеймса могут быть сторонники и они могут причинить мне вред. Я скучала взаперти, но не спорила. Я слишком хорошо помнила, как смотрела на меня Кассиопея. И пусть она не решится рискнуть положением и репутацией, но сколько ещё таких Кассиопей бродит по Академии!

Вадим вышел из ванной в роскошном шёлковом халате, и я невольно улыбнулась. Уже неделю моё утро начиналось с красивого вида за окном, великолепного кофе и красивого мужчины. И магии.

— Ты позавтракала? — спросил Вадим, кивая на поднос с едой.

Я мотнула головой:

— Ждала тебя.

— Зря. Тебе нужны силы.

Я не сразу привыкла, что со мной Вадим так же немногословен и сдержан, как раньше. Я понимала, что служба вытравила из него всё искреннее. Приучила быть непробиваемым, затянутым в безупречный футляр. Иногда с ним было сложно. Зато ночами он будто отпускал себя. Эти воспоминания грели меня весь день.

— Что там Джеймс? — спросила я, поднимая серебряную крышку. Под ней оказался кальмар, фаршированный креветками в сливочном соусе. Он был обложен запечёными кореньями и корнеплодами.

— В Зазеркалье его никто не тревожит, — Вадим ловко нарезал кальмара на кольца, два положил мне, третий уверенно подцепил сам. — Заседание назначено на следующую неделю. Совет наконец изучил все материалы и готов обсуждать дело. Сразу как разберёмся с Джеймсом, поставим вопрос о нашей свадьбе.

Я прожевала нежное мясо на автомате, почти не заметив вкуса.

— Это было предложение?

— Предложение? А разве у нас есть варианты?

Я промолчала, опустив взгляд в тарелку.

— Нет, если тебе важно, я включу это в программу церемонии.

— Обсудим это позже, — отмахнулась я. — Какого приговора ты будешь требовать?

Джеймс обошёлся со мной ужасно, едва не убил. Но мне всё-таки не хотелось, чтобы он получил излишне жестокое наказание.

— Только не проси понять его и простить, — мрачно ответил Вадим.

— Ни в коем случае! — я взмахнула вилкой, едва не забрызгав скатерть соком. — Но он всё же хорошего рода, у него есть семья, близкие. Если ты настроишь их против себя, мы рискуем расколоть Совет. А ещё я не хочу быть причиной вашего разрыва. Джеймс всё-таки долго был твоей правой рукой…

— Ты рассуждаешь как заправский политик, причём не нашего мира, а этого, — усмехнулся Вадим. — Не волнуйся. Я всё просчитал и знаю, на чём строить обвинение.

— Я тебе верю, — вздохнула я. — Но ситуация от этого не становится менее неприятной.

— Кто спорит. Поверь, мне тоже не доставляет радости, что мой первый заместитель и помощник оказался предателем. Я всегда знал, что он не в меру честолюбив и завидует моей силе. Но даже не предполагал, что он опустится до заговора. Джеймс — сильный маг. Мне не хотелось бы его потерять.

— Он был уверен, что ему удастся победить тебя.

— Так и случилось бы, если бы его первый план сработал. Соединение тел влечёт соединение сил. Если хотя бы один из партнёров хорошо контролирует свою магию, такой союз становится источником почти неисчерпаемого ресурса. Но если его намерения дурные, а второй партнёр наивен и доверчив, его можно полностью лишить силы. Особенно если соединение добровольное.

Меня передёрнуло. Наивный и доверчивый партнёр — это прямо обо мне. В точку.

— Самый эффективный обмен энергией происходит, если хотя бы один из партнёров не имел опыта с магами. Для Джеймса ты была лакомым кусочком.

— Он поэтому бросается на девушек с отбора?

— Девушки с отбора сами на него бросаются, — усмехнулся Вадим. — И они, как правило, имеют весьма богатый опыт с магами всего спектра. Брать из них силу — всё равно что пытаться наесться семечками. Бесполезно и несолидно.

Я улыбнулась, но на душе вдруг стало гадко. Я смотрела, как умело Вадим режет кальмара на мелкие кусочки, как ловко накалывает на вилку, отправляет в рот. Редкий мужчина, который даже ел красиво. Видимо, для этого нужно родиться драконом. Но сейчас я не столько любовалась его манерами, сколько думала, что ещё умеют эти пальцы и губы. Да что там думать. Я знала.

Я глубоко вздохнула и посмотрела Вадиму в глаза:

— А ты. на тебя девушки с отборов тоже бросались?

Спросила — и закусила губу. Потому что знала, что он ответит.

И не ошиблась.

— Конечно, — усмехнулся он. — Официально-то пару выбирают не Джеймсу, а мне. И всем плевать, что пара эта — до следующего года. Девушки из кожи вон лезли, чтобы привлечь моё внимание.

Я положила вилку. На что я вообще рассчитывала?

Истинных выбирают по силе. Не по любви. Я это знала.

— Ирина, ты же не опустишься до сцен ревности?

Вадим вскинул брови, и я невесело улыбнулась:

— Разумеется, нет. Первая леди должна держать лицо, чтобы ни случилось, верно?

Он хотел ответить, но в дверь постучали.

— Я занят! — бросил Вадим.

— Простите, майнере Вальден, дело срочное. — Дверь приоткрылась, в щели замаячил гвардеец в серой форме. — Послание от Совета.

Тонкий свиток порхнул через комнату. Вадим сломал печать и через секунду его лицо напряглось. Одним жестом он отослал гвардейца, вторым — заставил мундир взмыть в воздух и лечь ему на плечи.

— Проблемы? — спросила я как можно любезнее. Да, первая леди должна держать лицо. Даже перед своим мужчиной.

— Да, — коротко бросил он. — Расскажу за ужином. Никуда не выходи.

Я кивнула — уже захлопнувшейся двери.

Конечно, я потерплю до ужина. Конечно, я никуда не выйду! Как удобно иметь женщину, которая молча выполняет приказы! И даже не спрашивает, куда сорвался её благоверный!

Обида и ревность захлестнули меня с головой. Да сколько можно быть драконьей пленницей! В конце концов, я сама дракон!

Я могла надеяться на прочные отношения с Джеймсом, пока не изучила его поближе. Но Вадима-то я знала давно. Нечего и думать, что с ним удастся создать семью. Такие если и женятся, то ради статуса и потомства. Чувства здесь не при чём.

Я поднялась. По комнате будто пронёсся ветер. Шелохнулись бумаги на письменном столе, надулись занавески, словно приглашая в полёт.

Жаль, я не могла оборачиваться в этой реальности. Я бы стартанула с балкона и плевать, что там не портал. Зато в моём распоряжении было заклинание телепортации, и я отлично помнила расположение подземных коридоров.

Мгновение — и я пролетела сквозь перекрытия вниз, оказавшись перед усыпальницей Основательницы.

— Прости, тёзка, — коротко поклонилась я белому мрамору. — Твоё имя оказалось слишком тяжёлой ношей.

Отсюда я выбралась бы и без заклинаний. Но с магией будет быстрее. Извини, Вадим. Всё-таки твоя настоящая сущность — надменный Вальден. А значит, нам не по пути.

3.2

Сразу после восхода солнца на портовом пирсе можно было увидеть просто одетую девчонку. Она прошла весь пирс и села на краю, свесив ноги. Волны лизали подошвы её башмаков. Порт уже просыпался. На корабли и с кораблей тащили тюки и ящики с товарами, торговались, ругались, по чьей вине сломан грузовой подъёмник. На девушку никто не обращал внимания. Подумаешь, отработала ночь и теперь смотрит безжизненным взглядом на неяркое ещё солнце, слишком усталая, чтобы лечь спать.

Мой расчёт оправдался. Никто не искал меня, никто не спросил, что я делаю в порту. Все видели девчонку из таверны, настолько обычную, что глянешь разок и через миг уже не вспомнишь, как она выглядела.

Вот и хорошо.

Вадим не станет меня разыскивать, в этом я была уверена. Разозлится, конечно, что его собственность ускользнула. Как разозлился бы из-за пропавшей ручки со стола. В конце концов, зачем я ему нужна? Дать показания против Джеймса — это я сделаю. Что ещё?

Я поёжилась. Ясное дело, придётся родить ему наследника. И, похоже, не одного, чтобы восстановить популяцию древней крови. Ладно, это я тоже переживу. В конце концов, я всегда хотела детей. Только к Вадиму буду являться только ради зачатия. Да, ещё не забыть о спектакле-свадьбе.

Мда, всё равно невесело получается. Но лучше, чем жить в золотой клетке.

Подумав, я решила сесть на любой корабль и отправиться куда угодно. Магия была со мной, а больше ничего не нужно. Правда, на каждом корабле был свой погодный маг, но я твёрдо помнила слова Тамизы, приютившей меня в порту в прошлый раз: «Магия — вода, а мы в ней рыбы». Любой капитан охотно возьмёт на борт сильного мага — чтобы матросы работали сноровистее, рыба лучше ловилась, а припасы в трюме не протухли. А если такой маг ещё и денег не берёт за своё присутствие, а всего-то просит подвезти, не побрезговав грузовым кораблём, — это и вовсе находка.

Морской круиз на недельку — то, что нужно, чтобы проветриться. А там можно будет пережить и суд над Джеймсом, и свадьбу и что там ещё приготовила мне судьба.

Но пока суда не собирались отплывать и стояли со спущенными парусами. Я сидела такая же поникшая и болтала ногами над водой. Стоило прыгать от радости — я отправлюсь в настоящее морское путешествие! Но я-то понимала, что просто бежала.

Из размышлений меня выдернул шум за спиной. Я обернулась — гвардейцы.

Я усмехнулась. Где-то я это уже видела. Но на этот раз мне было нечего бояться. Во-первых, я сильнее любого гвардейца. Во-вторых, никто не посмеет пойти против Истинного дракона. А в третьих, сам Вальден не позволит навредить своей Истинной.

Люди в серых мундирах оцепили порт и обыскивали дома. Я стояла на пирсе, не прячась. А вокруг сжималось серое кольцо.

На пирс вышли три гвардейца и приблизились ко мне.

— Ты чья? — бросил один из них.

Я молча сбросила капюшон. С минуту он вглядывался в моё лицо и наконец изобразил некое подобие улыбки:

— Франне Иоланта! Вы тоже участвуете в поисках? Это может быть опасно для вас.

— В поисках?

— Да. Вас послал сюда не майнере Вальден?

Я сама послала майнере Вальдена далеко и надолго. Но, пожалуй, гвардейцу этого знать не стоило.

— Нет, мы не успели поговорить, — сказала я. — Но я почувствовала, что в порту неладно. Докладывайте, что стряслось.

Прежде чем заговорить, гвардеец промедлил секунду. И за эту секунду я поняла, что случилось что-то очень и очень плохое.

— Майнере Джеймс выбрался из Зазеркалья, — сказал он. — Его засекли по вспышкам магии. Но в порту следы оборвались. Мы проверим корабли и пошлём магические запросы на те, что успели отплыть.

— С утра ни один корабль не отплыл, — выговорила я. — Джеймс никуда не уплывёт. Я чувствую, он где-то здесь.

— Полагаемся на вашу силу, франне Иоланта.

Гвардеец отвесил мне поклон и, щёлкнув каблуками, покинул пирс. Я видела, как они всё же пошли по кораблям: расспрашивали, допрашивали, обыскивали.

Я медленно опустилась на просоленные доски.

Джеймс был на свободе. И я была уверена — он вернётся, чтобы отомстить. Мне и Вальдену.