Глава 12. Нападение

Солнце еще не позолотило верхушки домов, а Эрвин и Соня уже шагали по безлюдным улочкам города. Парень был встревожен.

— Заберем Горыныча — и прочь отсюда, — сказал он. — Вся эта шумиха вокруг тебя мне не нравится. Ильза неспроста появилась. Эта ищейка может сильно испортить жизнь.

Соня вспомнила главу Совета Меры и ее передернуло. Жуткая особа, эта тетка в змеином платье с острым подбородком и ледяными глазами.

Где-то через минут сорок они очутились около королевского стойла драконов.

— Иди первая, — шепнул Эрвин, — я за тобой. Держись уверенно.

Соня, гордо вскинув голову, вошла в помещение. Вооруженный охранник преградил ей путь.

— Асанна Идепиус, — звонко представилась она. — Я за драконом.

Охранник окинул ее взглядом, поклонился, пропуская в стойло. Соня прошла мимо него, Эрвин шагнул следом, но гвардеец преградил ему путь.

— Нельзя, — сказал коротко, — только она.

Соня оглянулась, Эрвин замялся у входа, не зная, что предпринять.

— Забирай Горыныча и улетай. Встретимся на башне. Здесь недалеко, — сказал он и пошел прочь.

Еще бы не перепутать башню

Ощущение тревоги нарастало с каждой минутой, Соня нервно оглядывалась, ища признаки притаившейся опасности. Она быстро нашла денник Горыныча, окинула взглядом проход — никого нет. Вошла внутрь. Дракон встрепенулся, встал на короткие толстые лапы и уже открыл пасть, чтобы рыкнуть, но его порыв был мгновенно остановлен предупреждающим жестом.

Стараясь не шуметь, Соня вывела Горыныча из стойла и повела в атриум, куда они накануне приземлились. Взбежав по его спине, девочка удобно устроилась в седле, Дракон легко поднялся в небо. Теперь оставалось найти ту самую башню, откуда они стартовали в день знакомства, забрать Эрвина и отправиться в Межгорье.

Оглядевшись, Соня направила Горыныча к старой крепостной стене на краю города. Но, делая разворот в нужном направлении, заметила черного дракона без наездника, который на всех парах мчался к ним. Вид у дракона был устрашающий, и Соне на секунду показалось, что она знает его. Не успела вспомнить, как тот кинулся на них.

Соня вскрикнула от ужаса. Черный дракон в два раза здоровее Горыныча!

— Вниз! — завопила Соня.

И Горыныч свалился практически в вертикальном пике, резко затормозив при посадке на каменную мостовую огромной площади. Сверху на них уже пикировал неприятель. Маломерка задрожал, понимая, что ему не уйти от взбесившегося зверя.

Соня не успела ничего предпринять, как Горыныч бросился к высокому стрельчатому окну старинного помпезного здания. Со всего маху он выломал раму окна и ввалился в помещение, благо комплекция позволила проскочить в образовавшийся проем. На Соню посыпались осколки слюды и щепки деревянной рамы.

Огромный черный дракон настигал их. Промедление грозило смертью, Горыныч ринулся дальше. Он вбежал в полукруглый зал, где перед возвышением поднимались амфитеатром красные бархатные кресла. За спиной в проеме рычал черный монстр, круша стены и ломая остатки окна. Он тоже хотел попасть в здание и настигнуть беглеца.

Горыныч, тяжело дыша, затравленно озирался по сторонам. Сильнейший удар черного дракона в окно, от которого во все стороны по стене пошли трещины, заставил Горыныча принять безумное решение. Он со всех ног бросился к огромному камину у стены.

— Стой! Стой! — закричала Соня, спрыгнув с дракона и больно ударившись коленкой об пол.

Но Горыныча было не остановить: он влез в камин и начал протискиваться в трубу, скребя когтями по кладке. Из дымохода посыпалась сажа. Соня, хромая, подбежала к камину, заглядывая внутрь. Сажа полилась, как вода. Девушка чихнула раз, второй, третий. Этот отвлекло от происходящего, и она не сразу сообразила, что звуки у разбитого окна смолкли.

Шум крыльев и грозный рык преследователя заставил её броситься обратно к месту, где они вломились в закрытое здание. В небе ревел черный монстр. Он кинулся в сторону крыши. Сердце Сони болезненно сжалось. Ей представилось, как чудовище убивает Горыныча.

Послышался глухой удар, треск, что-то с шумом упало на крышу, покатилось, и кусок каменной трубы с грохотом приземлился на мостовую. Черный дракон грудью налетел на трубу и сбил ее. Он чувствовал Горыныча внутри каменной кладки и напал на него извне.

Раздирая руки в кровь, Соня вылезла из разбитого окна на улицу, сердце ее бешено колотилось. «Горыныч, там же Горыныч!» — стучало у нее в висках. О том, что там же беснуется сумасшедший дракон, она не думала. На площади валялись куски каменной трубы, но Горыныча не было. Со всех сторон на шум бежали люди, появились гвардейцы.

Народ задирал головы, смотрел вверх, но черный дракон, увидев, какой он вызвал переполох, поднялся ввысь и ринулся вон из города. Покинув любопытствующую толпу, Соня вновь бросилась в здание через разбитое окно, крикнув гвардейцам, последовавшим за ней.

— Там… дракон в камине…

Соня подбежала к камину, заглянула в дымоход, пытаясь что-то разглядеть в его утробе. Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Застрявший в дымоходе Горыныч хрипел где-то вверху. Гвардейцы начали обсуждать, как вытащить дракона. Они светили фонарём внутрь, не забывая хохмить.

— Неужели камин рушить?

— Я хвост вижу. Можно зацепить.

— А если оборвём? Дракон… не обгадит?

— Кто первый полезет к дракону в… задницу?

Входная дверь заскрипела, все обернулись. К группе гвардейцев подходил человек в мантии. Шутки смолкли.

— Почему посторонние в ратуше?

— Так дракон сюда залез, уважаемый старейшина.

— Ваше имя. — Представитель власти посмотрел на Соню, безошибочно определив, к кому обращаться.

— Асанна Идепиус из Межгорья. Дракон Горыныч. На нас в небе напал чёрный дракон. Мы спасались от него.

— В ратуше?

— Дракон… испугался…

Жалобный рёв Горыныча стал подтверждением слов наездницы. Больше ни о чём не спросив, старейшина принялся командовать гвардейцами.

Горыныча тащили вниз за лапы, привязав к ним веревку. Соня была в ужасе, она боялась, что дракону переломают крылья. Когда кряхтящего, стонущего Горыныча, черного от угольной сажи извлекли на свет, вид у него был такой жалкий и нелепый, что Соня не знала, плакать ей или смеяться.

Но смеяться мгновенно расхотелось, когда старейшина дал команду и на Горыныча накинули цепь и повели уже в распахнутые настежь двери. Соня не верила своим глазам. За что схватили Горыныча? Это несправедливо! За драконом и гвардейцами следовали зеваки, они показывали пальцами, судачили, кричали вслед. Она бежала за гвардейцами, пытаясь объяснить им, что произошло недоразумение, но ее не слушали. Постепенно любопытные сплетники отстали. Человек в мантии отдал указание, и процессия ускорилась.

— Куда вы его ведете? Он ни в чем не виноват! Отпустите его! Не дергайте за шею, ему же больно! — Соня следовала за конвоирами, стараясь не отставать.

Отвечать ей не собирались, служивые молча исполняли приказ.

Несчастный Горыныч испуганно крутил головой, с надеждой оглядываясь на Соню, но гвардейцы без сожаления волокли его за собой. Минут через двадцать показалось большое серое здание: высокая мрачная громада с узкими бойницами-оконцами. Горыныча затащили внутрь.

— Тюрьма для драконов, — сказали ей, преградив путь, — здесь он будет до выяснения обстоятельств.

Слезы непроизвольно брызнули из глаз Сони, это было выше ее сил. Мало того, что на них напал черный дракон, Горыныч застрял в трубе, так еще его во всем обвинили и утащили в тюрьму. Жалобный крик дракона стих где-то в недрах неприступного здания. Перед носом девушки захлопнулись ворота.

Ноги Сони подкосились, она села на землю и ухнула куда-то вниз. В ушах послышался гул, издалека, как сквозь вату, прорывались чьи-то голоса, но победительницу гонок они окончательно перестали волновать.

Очнувшись в незнакомой светлой комнате на кровати, Соня испугалась. Вдалеке рычал Горыныч, кто-то громко спорил, скрипели створки ворот. Когда шум в ушах стих, Соня приподнялась на кровати и села.

Она находилась в просторной комнате, похожей на больничную палату. Стены окрашены в бледный салатовый цвет, потолок разрисован облаками на голубом небе. Напротив стояла пустая застеленная кровать.

В комнату бесшумно проскользнула приятная молодая женщина в светлом одеянии и такой же светлой шапочке.

— Всё в порядке? — спросила она. — Тебе легче?

— Да, — сказала Соня. — Вы доктор?

— Можно сказать и так, — улыбнулась женщина. — Вставай, надо идти. Там, — она махнула рукой на дверь, — тебя ждут.

Только сейчас Соня вспомнила: Горыныч в тюрьме, Эрвин ничего не знает, и, главное, его нет рядом. Стараясь побороть слабость, она встала. Наклонилась к красным сапожкам рядом с кроватью, нож оказался в одном из них. Женщина отвернулась, пока Соня медленно обувалась.

Девушка тянула время, но это всё равно не помогло ей собраться с мыслями. Кто ее ждет? Что делать? Как спасти Горыныча? Где Эрвин, который ей сейчас так нужен? К горлу опять подступила дурнота, Соня закрыла глаза, стараясь унять спазм. Надо держаться, она всё решит, она вытащит Горыныча из тюрьмы.

На выходе Соню ожидал конвоир в гвардейской форме. Он повел ее по коридору, потом по лестнице и вновь по широкому коридору. Наконец, они вошли в просторную комнату с большими арочными окнами. Двое мужчин в простой темной одежде разговаривали с женщиной в длинном платье со светящимся обручем на голове, которая стояла спиной к двери.

Как только Соня вошла в комнату, мужчины замолкли, устремив на нее любопытные взгляды. По спине девочки пробежал холодок. Женщина обернулась. Ильза Раструб. И ее фирменный ледяной взгляд удава под названием «смерть кроликам».

— Приветствую тебя, Асанна Идепиус из Межгорья, — негромко сказала она.

— Здравствуйте, — чуть слышно пробормотала Соня.

— Помнишь меня? Со мною члены Совета Меры: Маркус Дробина и Лавр Урсянин, — поочередно указала Ильза на коллег.

Мужчины чуть склонили головы в поклоне.

— Мы хотели поговорить с тобой о гонках. Вчера как-то не удалось, ты быстро исчезла, — Ильза помедлила. — Ты нас сильно удивила, милая моя. Никто не ожидал от равномеров такой прыти. Способности жителей Межгорья не позволяли им даже мечтать о полетах, а уж о победе…, — она вплотную приблизилась к Соне. — Как случилось, что ты стала наездницей?

— Я очень этого хотела, — пролепетала Соня, слегка отстранившись от главы Совета Меры. Как же с Ильзой страшно говорить!

— Ну, хорошо. Садись, Асанна. Члены Совета хотят задать несколько вопросов.

Ильза поморщилась: девчонка раздражала ее своим тихим голосом. Как такая мямля вообще могла участвовать в гонках, да еще и победить?

— Все мы видели, ты сумела догнать лидеров, хотя самая последняя начала гонку, — сказал толстый лысоватый Маркус Дробина, причмокивая пухлыми, как будто намазанными маслом губами.

— Мы просто летели, и всё. Избегали столкновений, — прошептала Соня.

— Ты намекаешь на то, что другие летели хуже? — вклинился Лавр Урсянин, прищурив под стеклами очков и без того маленькие, близко посаженные на узком длинном лице бесцветные глазки.

— Я не знаю. Все летели хорошо, — ответила растерянно.

— Минутку, — нетерпеливо перебил Маркус, — но ты победила, как тебе это удалось?

— Я не понимаю вопроса, вы сами всё видели.

— Почему вы решили бежать сегодня утром? — Лавр Урсянин вытянул шею, как будто носом хотел дотянуться до Сони.

Он еле слышал ответы девчонки, даже оттопыренные уши не помогали ему в этом.

— Мы не убегали, просто полетели домой, а на нас…

— Знаем, знаем. Ну, хорошо. Ты прошла Высотомер? — перебила Ильза, которой невмоготу было слушать лепет девчонки.

— Э… да. Я хочу, чтобы мне вернули Горыныча. Он ни в чем не виноват. Почему его заперли в тюрьме?

— Дорогое дитя, ничего плохого твоему дракону не сделают. Лучше скажи свой результат на Высотомере.

Ильза Раструб улыбнулась так, что холод скользнул по спине девушки.

— Я… точно не помню, — Соня сглотнула подступивший к горлу комок.

— Не помнишь показатели? — Ильза напряглась, как змея перед прыжком, и не мигая уставилась на нее.

— У меня как у всех, — быстро проговорила Соня, поняв, что сморозила непростительную глупость.

— Ты уверена? Такой срыв мало кто выдержит. Это очень болезненно, если не сказать смертельно, тем более со средними данными.

Соня старалась дышать глубже, чтобы успокоиться. Члены Совета Меры ждали от нее ответа.

— Но Ариадна и Иолана летели в эстафете похожим образом, — победительница нашла хороший аргумент в свою пользу. — И я много тренировалась. Я могу терпеть боль, — добавила она еще убедительнее, сама удивившись своим актерским способностям.

— Дитя мое, они летели так безрассудно всего один створ перед финишем. А ты делала такие спуски постоянно, — Ильза, не задумываясь ни на секунду, поставила двойку с минусом лицедейству Сони.

Присутствовавшие переглянулись. Что-то не сходилось. Ильза хмурилась. Она не зря столько лет возглавляла Совет Меры, чтобы ее можно было провести вокруг пальца. Этим длинным гибким пальцем она поманила мужчин, которые придвинулись к ней, словно по команде. Троица тихо заговорила между собой.

Соня напрягла слух, но разобрать ничего не получилось. Девушка так и сидела с вытянутой шеей, пока леди Удав не повернулась к ней. Вопрос, словно выстрел, прозвучал с убийственной точностью.

— Кто был твоим помощником?

— Ларри Идепиус, мой брат, — мгновенно ответила Соня.

— Это его ты выбрала королем бала?

Ледяные иголки ввинчивались в самое сердце девочки.

— Да.

— Брата?

— Я плохо танцую. Не хотела кому-нибудь отдавить ноги, — Соню начало потряхивать от допроса. Она чувствовала приближающуюся опасность почти физически.

— Надо же, какая предусмотрительность, — Ильза скривила губы в подобие улыбки. — Симпатичный у тебя братец. Вы с ним прекрасно смотрелись в паре.

Воспоминание о вальсе накрыло Соню с головой. Она, действительно, смотрела на партнера совсем не по-родственному. Только слепой мог этого не заметить, не то, что Ильза, которая, наверное, с головы до ног просканировала их. На балу Соня допустила серьезный прокол и сейчас даже не знала, что ответить.

Члены совета переглянулись. Затянувшуюся паузу прервал Маркус Дробина, которому Ильза дала отмашку, указав взглядом на девчонку.

— Асанна Идепиус, ты должна еще раз пройти Высотомер, — сказал он. — Мы думаем, тебя это совсем не затруднит, ведь ты, — он издевательски улыбнулся своими толстыми масляными губами, — много тренировалась.

— Но я уже прошла Высотомер и больше не хочу, — Соня поднялась со стула.

— Ты же знаешь, в этом нет ничего страшного. Зачем ждать, раз мы все здесь? — по-отечески мягко, как будто уговаривая капризного ребенка, сказал Лавр Урсянин.

Жаль, что он не видел себя со стороны, от его заботы хотелось бежать на край света.

Члены Совета Меры вместе с Ильзой вышли из комнаты, дав понять, что разговор окончен. Соня испугалась по-настоящему. Что с ней будет? Эрвин неспроста хотел избежать Мерки. С другой стороны, Ларри и Асанна прошли Высотомер. Конечно, они с неохотой рассказывали об этом, но, судя по их состоянию, ничего страшного там не произошло, и последствий после испытания у них не наблюдалось.

Соне хотелось одновременно кричать, ругаться и плакать. От нервного срыва победительницу спасли гвардейцы. Они вывели ее из комнаты и приказали следовать за ними. Теперь конвой Сони состоял из трех стражей. Видимо, Совет Меры посчитал, что девчонку нужно стеречь тщательнее.