Глава 38

Завтрак прошёл в напряжённой обстановке. Я не знаю, почему Амалия так разозлилась на отца. Может быть, это последствия её поездки? Она мне так и не рассказала подробностей. Но, судя по тому, какова была реакция Софии, возможно, что-то между ними произошло. Но почему она злится на Фредерика? Сын с младшей дочерью были грустными и ушли в школу, довольно холодно простившись с Фредериком. Свекровь взглянула сначала на меня, потом на Фредерика и… промолчала. Она вообще с тех пор, как вернулась из столицы, перестала отпускать колкие замечания насчёт меня. Я даже поначалу подумала, что она приболела. Мало ли, столица – всё же большой город. Может быть, она подхватила какой-то вирус? Но когда я спросила её, как она себя чувствует, она в своей обычной манере сказала мне, чтобы я не лезла не в своё дело. И я успокоилась. Поняла, что просто, может быть, у неё такой период жизни, когда не хочется каждый раз комментировать любое моё действие. Когда все разошлись из-за стола, я спросила: – Ну, Фредерик, расскажи, как ты дошёл до такой жизни? – Прости, Тильда. Я понимаю, что это выглядит странно, но всё началось… В общем, мы поругались с Софией. Он замолчал, видимо не зная, как сказать дальше. И я решила ему помочь: – Это гонки… да, Фред? Вы поругались из-за гонок? – Да. Ну, ты же знаешь, там довольно большой вступительный взнос. Но я двадцать лет не пропускал ни одной гонки, и я его оплатил. И София разозлилась… Возможно, из-за её положения она плохо сдерживает эмоции. И, в общем, мы поругались. И я сначала даже хотел не идти на гонки, но потом всё же пошёл. – Каким номером ты пришёл? – спросила я. На лице Фреда появилась радость. – София, я бы пришёл первым! Но я не справился с эмоциями. Но в этот раз я пришёл вторым. – Это здорово! Ты становишься сильнее, – сказала я. – Спасибо тебе. – Фредерик улыбнулся. – Да, я знаю, ты всегда в меня верила. Второе место – оно уже призовое, и я получил приз. И хочу оставить его тебе… То есть вам, понимаешь? Фред снова взял паузу, как будто бы пытаясь подобрать слова. – Амалия на меня злится, потому что… ну, потому что я ей тогда сказал, что не знаю, смогу ли я оплатить университет. Так вот, теперь смогу. Приз полностью покрывает все годы обучения. Я смотрела на супруга-эгоиста и не узнавала его. – А ты не боишься, – спросила я, – что твоя София об этом узнает и будет на тебя ругаться? – Узнает, конечно, – сказал он жёстко. – Но это не её дело. – Спасибо, Фред, – улыбнулась я. – Амалия это оценит. А Фредерик взглянул прямо мне в глаза и спросил: – А ты? Вот что ему ответить-то было? – Я тоже. Ты молодец. И вдруг я поняла, что от этого моего простого «молодец» у него выросли крылья. Ну, не в натуральном смысле, конечно, в переносном. Но он изменился в лице, плечи расправились, глаза засияли. А я вдруг вспомнила фразу нотариуса про счастливых мужчин. Как часто мы их хвалим? Мужчин, мальчиков? Вероятно, не так часто, как следовало бы. А ведь их надо хвалить. Иногда действительно достаточно одной скупой, но очень своевременной похвалы, и тогда вот так вот расправляются плечи. Какое-то время мы молчали, глядя друг на друга. Этот момент… Видимо, Фред ожидал, что я сделаю что-то ещё. Ну, не знаю, обниму его, поцелую. Но ничего не произошло, и момент прошёл. – Ну, я, наверное, пойду, – сказал Фред. – Иди, – сказала я. – Спасибо за завтрак. – На здоровье. Он встал и прошёл к двери. Возле двери обернулся: – Тильда? – Да, Фред? – А скажи… У нас ночью что-то было? Я усмехнулась. – А это на что-то повлияет? И супруг вдруг смутился. – Тильда, скажи: было или нет? – Не скажу, – улыбнулась я. – Как-нибудь тебе твой дракон расскажет. Я вот не ожидала такой реакции. Потому что супруг как-то странно, счастливо улыбнулся и ушёл, ничего больше не сказав. – Зачем он приходил? – раздался голос дочери с лестницы. – Он выиграл в гонках. – И что? – спросила она. – Он принёс выигранный приз. Сказал: это тебе на оплату университета. Я увидела, как недовольство на лице дочери сменилось сначала неверием, а потом радостью. – Это правда? – Правда. – А что вы меня не позвали? Я его обидела, я должна его поблагодарить. – Ну беги, он не мог далеко уйти, – сказала я дочери, а она уже выбегала за дверь. Я подошла к окну и увидела, как она догоняет Фредерика. – Папа! Папа! Он остановился, дочь налетела на него. Он её поднял, закружил. – Спасибо, папа! Фред кинул взгляд на окно, и я не успела отступить. Он увидел, что я на них смотрю, и кивнул мне. Я вздохнула. Как же всё непросто. Но мне кажется, что в моей жизни непросто. А вот в жизни клиентов конторы «Мердок и Мердок» всё ещё более запутанно. И мне надо решить, что я буду делать. Потому что, если я скрою те факты, которые узнала от барона Дерайна, это полностью разрушит меня как профессионала. Потому что я не беру заказы от других клиентов. Во-первых, я ещё не закончила обучение, не получила сертификата. Во-вторых, я работаю на мистера Мердока. Но если я расскажу мистеру Мердоку всё, что узнала, а он использует в пользу леди Эвелин, тогда это будет несправедливо по отношению к Чарльзу Ашфорду и Розе Линтон, которая, по сути, спасла незнакомого ей старика и попала в ситуацию, когда она не может жить так, как ей хочется, и вынуждена жить по другим правилам. Как бы всё это увязать? Чтобы Чарльз Ашфорд спокойно наслаждался жизнью в своём «посмертии». И чтобы Роза Линтон получила заслуженные ей средства, но жила бы так, как ей хотелось, а не старалась подстроиться под то общество, которое никогда её не примет. И чтобы леди Эвелин получила по заслугам. С этой мыслью я собралась, оделась и поехала в офис. А когда я к нему подъехала, то увидела стоящий возле офиса очень знакомый большой чёрный автомобиль барона Дерайна.