31

Почему-то захотелось взвыть. Честно, сама себе не смогла бы объяснить это взявшееся из ниоткуда истеричное желание, но оно было. И была нервная я, которой срочно требовалось успокоиться.

Его не спросишь, как бывшего «Что тебе понятно?! Ну что понятно?!». Он одним взглядом предупреждает, что порвет. На британский флаг.

В дверь кабинета снова постучали. Дэонар коротко разрешил войти, и началось.

Паломничество министров.

Один за другим они входили, кланялись, докладывали, получали указания и уходили, освобождая место следующему. Словно конвейер. Отлаженный, безостановочный, утомительный.

Я стояла у стены и чувствовала, как мои глаза начинают слипаться от скуки.

Государственная казна. Налоговые сборы. Торговые пошлины. Квоты на зерно. Ремонт дорог в западных провинциях.

Боже, как же это нудно.

Мой взгляд машинально скользнул по стеллажам с книгами. Ряды корешков тянулись до самого потолка. Кожаные переплёты, золотое тиснение, старинные фолианты и тонкие современные томики.

А что, если...?

Я медленно подошла к ближайшему стеллажу и наугад выдернула несколько книг. Ощутила на себе взгляд Дэонара — тяжёлый, оценивающий. Но он ничего не сказал. Просто продолжал слушать очередного министра.

Я вернулась на своё место у стены, прижимая книги к груди, и попыталась сосредоточиться на том, что говорил пожилой человек в тёмно-синем мундире.

— ...доходы королевства Истгольд за последний квартал составили двести сорок тысяч золотых, что на восемь процентов ниже запланированных показателей, — монотонно тянул он, водя пальцем по какому-то свитку. — Доходы королевства Нортрейн — триста десять тысяч, что соответствует плану. Королевство Вэльсар...

Его голос был похож на жужжание мухи. Усыпляющий. Бесконечный.

— ...однако, ваше величество, должен выразить своё крайнее возмущение тем фактом, что отдельные королевства систематически нарушают требования по срокам предоставления финансовых отчётов! — в голосе министра наконец появились живые интонации, хотя и недовольные. — Королевство Терсайд задержало отчёт на три недели! Три недели, ваше величество! Это недопустимо! Как я могу вести учёт, если...

Слова вырвались раньше, чем я успела их остановить:

— А вы пробовали ввести систему штрафов?

Тишина.

Министр замер с открытым ртом. Дэонар медленно повернул голову в мою сторону. Его взгляд был непроницаемым.

Твою мать. Опять.

Но отступать было поздно.

— То есть, — я поспешно продолжила, чувствуя, как начинают гореть щёки, — если отчёт задерживается на неделю — штраф один процент от квартального налогового сбора королевства. Две недели — два процента. И так далее. Деньги идут в общеимперскую казну. С одной стороны, это стимулирует вовремя сдавать документы. С другой — компенсирует ваши административные издержки на сбор просроченной отчётности.

Министр моргнул. Потом ещё раз. Он явно не ожидал услышать что-то подобное.

— Это... — он замялся, — это весьма... прагматичное предложение.

Дэонар не сводил с меня взгляда. В его глазах плескалось что-то между любопытством и раздражением.

— Продолжайте, — коротко бросил он министру, но я чувствовала, что слова были адресованы мне.

Молчи. Больше. Не. Говори.

Я кивнула и уткнулась носом в книги.

Министр, всё ещё слегка ошарашенный, попытался вернуться к своему докладу, но сбивался и путался в цифрах.

Открыла первую книгу. Какой-то философский трактат. Скучно. Вторая — сборник указов столетней давности. Ещё скучнее.

А вот третья...

«Краткая история империи Истэ».

Вот это уже интереснее.

Я быстро пролистала первые страницы, пробежавшись глазами по оглавлению. Территория. Климат. Население. Династии. Войны.

Стоп. Войны.

Я нашла нужную главу и начала читать.

«...противостояние между империей Истэ и империей Санти насчитывает более трёхсот лет. Истоки конфликта датируются 1247 годом, когда наследная принцесса империи Санти Элиара Сол Терайн была выдана замуж за наследного принца империи Истэ Дарона Кай Элторэ в рамках мирного договора между державами. Через восемь месяцев после свадьбы принцесса Элиара скончалась при невыясненных обстоятельствах. Империя Санти обвинила дом Элторэ в убийстве принцессы. Империя Истэ настаивала на естественной причине смерти — осложнениях после выкидыша. Расследование не было проведено ввиду отказа обеих сторон допустить независимых свидетелей. Обе империи объявили друг другу войну, которая продолжается по сей день..».

Трагедия одной женщины. Триста лет войны.

Я читала дальше, жадно впитывая информацию. Наконец-то хоть что-то начало проясняться. Две империи. Вечная вражда. Мёртвая принцесса, чья смерть стала отправной точкой… что, кстати, очень странно.

Шерше ля фам. Классика. Никто не знает правды, но все уверены в своей правоте.

Про самого Дэонара в книге не было ни слова. Логично. Судя по потрёпанному состоянию переплёта, книга была написана давно. Ещё до его восхождения на трон.

Но вот про его мать...

Я замерла, перечитывая абзац второй раз.

«...императрица Инорет Софоро была казнена по обвинению в детоубийстве. Следствием было установлено, что она регулярно принимала отвары, прерывающие беременность на ранних сроках. Данное преступление, согласно священным законам империи, карается смертью...».

Я медленно подняла глаза от страницы.

Казнили. За аборты.

Это было... дико. Абсурдно. Я попыталась представить себе такое в своём мире. Не смогла.

Я вернулась к тексту, листая страницы дальше. И чем больше читала, тем больше удивлялась.

Оказывается, империя относилась к детям с какой-то маниакальной заботой. Нет, даже не заботой. Фанатизмом.

Аборты запрещены. Любые. На любом сроке. Даже на самом раннем. Наказание — смерть.

Бросить ребёнка, оставить сиротой — смерть.

Убийство ребёнка — медленная, мучительная смерть.

Но даже это было ещё не всё.

« ...оскорбление, нанесённое женщине, которая ведёт ребёнка за руку, приравнивается к оскорблению самого Неба и карается публичной поркой либо тюремным заключением сроком до трёх лет.. ».

Я хмыкнула.

Серьёзно?

Нельзя даже нагрубить матери на улице, если рядом ребёнок? Это уже выглядело как параноидальная гиперопека на государственном уровне.

— Что-то забавное? — тихий голос Дэонара заставил меня вздрогнуть.

Я подняла голову.

Министр уже ушёл. Мы остались вдвоём. И Дэонар смотрел на меня с явным интересом.

— Я просто читаю, — пробормотала я, показывая на книгу.

Он встал из-за стола и медленно подошёл ближе. Взял книгу из моих рук, взглянул на обложку.

— «Краткая история», — прочитал он и криво усмехнулся. — Решила заполнить пробелы в знаниях?

Я машинально кивнула, всё ещё думая о законах.

— Типа того.

Слова вылетели сами собой. Рассеянно. Невнимательно.

И только когда я подняла глаза и встретилась с его взглядом, до меня дошло, что я сказала.

Твою мать.