39

Я отступила на шаг, освобождаясь от его прикосновения. Мне нужно было думать, а близость императора действовала на мозг как мощное отвлекающее средство.

— Погоди, — сказала я, хмурясь. — У меня вопрос. Как вообще так получилось, что невесту императора пытали в подвале? И почему, чёрт возьми, свадьба прошла тайно? Об этом до сих пор никто не знает!

Дэонар задумчиво посмотрел на меня. Несколько секунд молчал, явно взвешивая, стоит ли отвечать. Я видела, как в его голове идёт расчёт — что сказать, что утаить, насколько мне можно доверять.

Наконец он выдохнул.

— Наша помолвка тоже была тайной, — произнёс он спокойно, но я уловила нотку напряжения в голосе.

Я моргнула.

— Что?

— Моя мать была инициатором этого союза, — продолжил Дэонар, скрестив руки на груди. — Я узнал об этом только недавно. Поднял старые архивы, нашёл несколько документов. В них было сказано, что я...

Он резко оборвал фразу.

Взгляд скользнул к стеклянным дверям, ведущим в комнату совета. Там, у самого входа, стоял Рэйв. Он ничего не говорил, только смотрел на императора выжидающе. Нашего разговора он явно не слышал, но сообщение было предельно ясным: время перерыва закончилось.

Дэонар коротко выдохнул, не скрывая легкого раздражения.

— Поговорим позже, — бросил он мне и направился к дверям.

Я постояла ещё мгновение на балконе, глядя ему вслед, а затем последовала за ним.

Военный совет продолжился ровно с того места, на котором остановился.

Рэйв вернулся к своему месту у стола, разложив перед собой несколько карт. Остальные мужчины сидели, уткнувшись в документы или глядя на огромную карту империи, развёрнутую в центре стола.

Дэонар занял своё кресло во главе стола. Я села рядом, стараясь не привлекать внимания.

— Итак, господа, — начал император, и все мгновенно подтянулись. — Продолжим. Генерал Тайрон, доложите о ситуации на северной границе.

Пожилой мужчина с сединой в волосах и шрамом через левую бровь поднялся.

— Ваше величество, — начал он хрипловатым голосом, — последние донесения от разведки подтверждают движение войск вдоль перевалов. Примерно три тысячи пехоты, возможно, больше. Точные цифры получить сложно — наши наблюдатели фиксируют искажения в воздухе. Похоже, они используют артефакты сокрытия.

— Артефакты? — переспросил кто-то из сидящих справа, молодой офицер с рыжеватой бородой. — Значит, у сантис появились деньги на такую роскошь?

— Похоже на то, — кивнул Тайрон мрачно. — Классические признаки работы артефактов. Их магия — чисто ударная, сами скрываться они не умеют. Но если кто-то финансирует закупку артефактов... это меняет расклад сил.

— Кто-то с очень глубокими карманами, — добавил Рэйв, сдвинув брови. — Артефакты сокрытия стоят целое состояние. Для массового применения нужны огромные средства.

Я слушала вполуха, пытаясь разобраться в том, что только что услышала на балконе.

Помолвка была тайной.

Почему? Зачем скрывать помолвку наследника престола? Обычно такие вещи объявляются с помпой — празднества, балы, официальные заявления. А тут... тишина.

И Дэонар узнал об этом только недавно. Значит, от него тоже скрывали. От самого жениха!

Его мать — Инорэт. Она была инициатором. Зачем ей понадобилось всё это прятать?

Очевидно, она опасалась чего-то. Или кого-то. Может быть, боялась, что Селесту втянут в интриги? Что её используют против императорской семьи?

Учитывая, что в итоге меня — в теле Селесты — действительно пытались заставить шпионить... похоже, опасения Инорэт были обоснованы.

— ...необходимо усилить гарнизоны в Крайских укреплениях, — продолжал Тайрон. — Если они попытаются прорваться через перевалы, нам нужно быть готовыми.

— Сколько времени потребуется на переброску подкреплений? — спросил Дэонар, не отрывая взгляда от карты.

— Две недели, ваше величество. Может, десять дней, если форсировать марш.

Я прикусила губу, возвращаясь к разговору.

— Что насчёт флота? — вмешался другой военачальник, моложе, с острыми чертами лица. — Если они атакуют с севера, нам нужно прикрыть восточное побережье. Нельзя исключать диверсионные операции с моря.

— Адмирал Кейл уже получил приказ о мобилизации, — ответил Рэйв, не поднимая глаз от карты. — Три эскадры патрулируют прибрежные воды. Если заметят что-то подозрительное, мы узнаем в течение часа.

Дэонар кивнул.

— Хорошо. Теперь вопрос снабжения. Лорд Вернон, как обстоят дела с продовольствием?

Полноватый мужчина средних лет, сидящий напротив меня, прочистил горло.

— Запасов хватит на три месяца активных боевых действий, ваше величество. Если конфликт затянется дольше — придётся реквизировать зерно у южных провинций.

— Постарайтесь обойтись без реквизиций, — сухо ответил Дэонар. — Недовольные крестьяне нам сейчас не нужны.

Я снова погрузилась в свои мысли.

Инорэт опасалась за Селесту. Скрывала помолвку, чтобы защитить её от чего-то... или от кого-то.

Но защита не сработала. Селесту всё равно использовали. Вэйзер, мать... они были частью чего-то большего. Заговора. И попытка заставить меня шпионить — это только верхушка айсберга.

— ...разведывательные группы уже на месте, — говорил кто-то из военачальников. — Если начнётся наступление, мы получим предупреждение как минимум за сутки.

— Как минимум, — усмехнулся Дэонар, и в его голосе прозвучал сарказм. — Надеюсь, на этот раз ваше «как минимум» окажется точнее, чем в прошлый раз, генерал.

Мужчина сжал челюсти, но промолчал.

Вэйзер. Мать Селесты.

Они явно были замешаны в чём-то грязном. Это не просто семейная драма. Это часть чего-то гораздо более масштабного.

Но что-то не сходилось.

Я вспомнила обрывки воспоминаний из подвала. Мать Селесты — та женщина с холодными глазами, которая расписывала «великую честь» быть инкубатором для наследников. Вэйзер, методично избивающий меня три дня подряд. Брат Остэр, трус, который любил «воспитывать» Селесту кулаками.

И... сестра. Ализ.

Младшая. Которую мать буквально носила на руках. С которой сдувала пылинки. Которой позволялось всё.

— ...необходимо отправить посланников к союзникам, — продолжал кто-то. — Герцог Арвенский обещал поддержку, но его войска ещё не выдвинулись.

— Арвенский тянет время, — отрезал Дэонар. — Ждёт, чем всё закончится, чтобы присоединиться к победителю. Типичная тактика труса.

— Может, стоит... надавить на него, ваше величество? — осторожно предложил Рэйв.

Дэонар задумался.

— Пока нет. Но держите его под наблюдением. Если он начнёт переговоры с другой стороной — я хочу знать об этом немедленно.

В этот момент дверь бесшумно открылась, и в комнату вошли слуги с подносами. Серебряные кувшины с водой, графины с вином, изящные бокалы — всё это аккуратно расставили на столе перед каждым из присутствующих.

Я машинально взяла бокал, собираясь налить себе воды, когда взгляд случайно упал на отполированную до блеска поверхность серебряного кувшина.

Моё отражение.

Точнее, отражение Селесты.

Светлые волосы, почти пепельные. Глаза — один пронзительно-голубой, другой ярко-желтый. Гетерохромия. Тонкие черты лица — изящные, аристократичные.

И тут меня осенило.

Мать Селесты — тёмные волосы, карие глаза, грубоватые черты. Вэйзер — отчим, но и он был темноволосым, кареглазым. А Ализ... Ализ была вылитая копия матери. Тёмные кудри, карие глаза. Остэр тоже — тёмные волосы, карие глаза, те же грубоватые черты лица.

Селеста не была похожа ни на кого из них.

Совсем.

Я медленно поставила бокал обратно на стол, чувствуя, как мысли выстраиваются в чёткую цепочку.

Какая мать станет спокойно наблюдать, как её дочь пытают? Как её избивают, заставляют делать то, что она не хочет? А между тем Ализ эта же женщина холила и лелеяла, буквально сдувала с неё пылинки. Остэру тоже позволялось всё.

Разве так поступают с родной дочерью?

Сердце бешено застучало.

Я тихонько наклонилась к Дэонару. Он почувствовал движение и слегка повернул голову, давая понять, что слушает.

— Ты видел родословную Селесты сегодня? — прошептала я, стараясь, чтобы никто больше не услышал. — Правильно я понимаю, что она неродная в этой семье?

Дэонар замер.

Несколько секунд он смотрел на меня — внимательно, оценивающе. В серых глазах мелькнуло что-то похожее на удивление. Или... одобрение.

А потом медленно, едва заметно, кивнул.