43

Я вскинула брови, ни капли не обидевшись на его угрожающий тон.

Серьёзно? Он думал, что я побегу по дворцу, крича "Я императрица, я императрица"? У меня вообще не возникало желания кому-то об этом рассказывать. Не то что императрицей становиться — даже упоминать об этом статусе не хотелось.

— Нужно быть полной идиоткой, чтобы кому-то в таком признаваться, — спокойно сказала я, глядя ему в глаза.

Дэонар замер, всматриваясь в моё лицо, словно проверяя, не вру ли я. А потом всё напряжение разом ушло из его тела. Плечи опустились, челюсть расслабилась, и он выдохнул.

Он откинулся обратно на подушки, снова заложил руки за голову и прикрыл глаза. В этой позе он выглядел совершенно измотанным. Тёмные круги под глазами стали ещё заметнее, а морщинки у рта углубились.

— Безумно устал, — тихо пробормотал он, и в голосе прозвучала такая истощенность что у меня сжалось сердце.

Я посмотрела на него и почувствовала, как все мои вчерашние намерения немедленно рассказать об Ордене куда-то улетучились.

Не сейчас.

Он едва держится на ногах. Что бы ни случилось во время его отъезда, это явно выжало из него последние силы. Нагружать его ещё и информацией о заговоре, о разорённых гильдиях, о системе вербовки отчаявшихся людей... Нет. Это было бы жестоко.

Расскажу потом. После того, как он проснётся. Когда хоть немного придёт в себя.

Орден никуда не денется за несколько часов.

Мы так и лежали. Он — на спине, с закрытыми глазами и руками за головой. Я — на боку, наблюдая за ним в наступающей тишине рассвета.

Комната медленно наполнялась светом. Серым, рассеянным, который делал всё вокруг мягче, спокойнее. Где-то за окном щебетали птицы, приветствуя новый день.

Я не знаю, сколько прошло времени. Минут пять? Десять? Я просто лежала и смотрела, как его дыхание постепенно меняется.

Сначала оно было ровным, размеренным. Но потом стало глубже. Медленнее. В какой-то момент между вдохом и выдохом появилась небольшая пауза — и я поняла, что он засыпает.

Ещё несколько вдохов — и его дыхание окончательно выровнялось, стало редким и спокойным. Мышцы на лице расслабились, разгладились морщинки у рта.

Он заснул.

Я ещё немного полежала, просто наблюдая за ним. За тем, как мерно поднимается и опускается его грудь. За тем, как светлеют его золотистые волосы в лучах утреннего солнца. За тем, как во сне он выглядит моложе и... беззащитнее.

Странное слово для императора. Но именно оно пришло в голову.

Медленно, стараясь не шуметь, я поднялась с кровати. Матрас предательски скрипнул, и я замерла, боясь разбудить его. Но Дэонар даже не шевельнулся, продолжая спать тяжёлым сном измотанного человека.

Я обогнула кровать и остановилась рядом, ещё раз глядя на его лицо.

Красивый.

Даже сейчас, усталый и бледный, с растрёпанными волосами и синяками под глазами, он был чертовски красив. Идеальные черты, будто высеченные резцом талантливого скульптора. Сильная линия подбородка. Прямой нос. Высокие скулы. И эти губы...

Я поймала себя на том, что смотрю на них слишком долго, и поспешно отвела взгляд.

Господи, Марина, ты что творишь? Любуешься спящим тираном, как школьница?

Нет. Конечно, нет. Просто... эстетическое наблюдение. Он красивый — это факт, который невозможно отрицать. Ничего личного.

Я развернулась и направилась к двери, ведущей в свои покои.

Пока он отдыхает, я вполне могу заняться делами. Тем более что их накопилось достаточно.

В своих покоях я умылась холодной водой, пытаясь прогнать остатки сонливости. Вода была ледяной, обжигающе холодной, и я несколько раз плеснула ею в лицо, чувствуя, как кожа покрывается мурашками.

Потом я позвала Дари.

Она появилась почти мгновенно, бесшумно проскользнув в комнату, словно призрак. Всё так же тихая, покорная, с опущенными глазами.

— Доброе утро, леди, — прошептала она, склоняя голову.

— Доброе утро, Дари, — я попыталась вложить в голос как можно больше тепла. — Помоги мне, пожалуйста, одеться.

Она молча кивнула и направилась к стоявшей у стены вешалке с платьями.

Я выбрала одно из новых — простое, но элегантное, тёмно-синего цвета с серебряной вышивкой по рукавам и подолу. Ничего вычурного, но достойно. Именно то, что нужно для визита в архив.

Дари помогла мне одеться быстро и профессионально, затянув шнуровку на спине ровно настолько, чтобы платье сидело идеально. Потом уложила волосы в простой, но аккуратный узел на затылке, закрепив несколькими невидимыми шпильками.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале и осталась довольна. Выглядело прилично. Даже больше, чем прилично.

— Спасибо, Дари, — сказала я, поворачиваясь к ней.

Она молча склонила голову, и я в очередной раз подавила вздох. Когда же эта девочка наконец оттает?

Завтрак прошёл на удивление спокойно.

Я вошла в столовую, уже готовая к очередной словесной дуэли с тётей Дэонара, но... её там не было. Вообще. За столом сидели только те две женщины, что были в прошлый раз, и один пожилой мужчина в тёмном мундире, который сосредоточенно поглощал омлет и даже не поднял на меня глаз.

Я села, и молодая женщина — та самая, с каштановыми волосами — мило мне улыбнулась.

— Доброе утро, леди Селеста. Как вы спали?

— Прекрасно, спасибо, — соврала я, отпивая чай. — А вы?

Она что-то ответила, но я уже не слушала, машинально кивая и думая о своём. Где Эйрин? Неужели она решила больше не являться на завтраки, чтобы не встречаться со мной? Или просто занята чем-то другим?

Впрочем, какая разница. Мне и лучше без её колкостей.

Я быстро доела — омлет, свежий хлеб с маслом, несколько долек апельсина — и поднялась из-за стола.

— Прошу прощения, но мне нужно заняться делами, — сказала я, обращаясь ко всем присутствующим. — Приятного аппетита.

И вышла, не дожидаясь ответа.

Императорский архив я бы сама ни за что не нашла.

Выйдя из столовой, я остановилась в коридоре и огляделась. Дворец был огромным, с бесконечными переходами, лестницами и поворотами. Я могла бродить здесь часами, так ничего и не найдя.

Нужна помощь.

Я огляделась и заметила слугу — молодого парня в серой ливрее, который как раз выходил из одной из боковых дверей с подносом в руках.

— Простите, — окликнула я его.

Он вздрогнул, чуть не уронив поднос, и резко обернулся. Увидев меня, поспешно поклонился, едва не расплескав содержимое чашки.

— Леди! Чем могу быть полезен?

— Мне нужен императорский архив, — сказала я, стараясь говорить уверенно. — Не подскажете, как туда пройти?

Слуга замялся, переминаясь с ноги на ногу.

— Архив... это в восточном крыле, леди. На нижнем этаже. Только... — он замолчал, явно сомневаясь, стоит ли продолжать.

— Только? — подтолкнула я.

— Только там легко заблудиться, — выпалил он. — Коридоры все одинаковые, и если не знать дороги... — Он покосился на меня. — Может, мне проводить вас? Я как раз закончил и могу...

— Будь так добр, — с облегчением кивнула я.

Слуга поставил поднос на ближайший столик, вытер руки о фартук и кивнул мне.

— Тогда прошу за мной, леди.

Мы шли по коридорам, спускались по лестницам, сворачивали то направо, то налево. Я пыталась запомнить путь, но уже через пару минут окончательно запуталась. Всё выглядело одинаково — те же каменные стены, те же факелы в бра, те же гобелены.

— Вот здесь, леди, — наконец сказал слуга, останавливаясь перед массивной дубовой дверью с выцветшей медной табличкой "Императорский архив".

— Спасибо большое, — поблагодарила я.

Он поклонился и поспешно удалился обратно, оставив меня одну перед этой дверью.

Я толкнула её. Дверь скрипнула, открывая длинный, уходящий во тьму коридор, уставленный по обе стороны высокими стеллажами. Пахло пылью, старой бумагой и чем-то ещё — сладковатым, затхлым ароматом времени.

— Есть кто-нибудь? — позвала я, шагая внутрь.

Тишина. Только далёкое эхо моих шагов по каменному полу.

Я прошла дальше, всматриваясь в полумрак. Свет сюда почти не проникал — лишь узкие окна под самым потолком пропускали тусклые лучи, рисующие бледные прямоугольники на пыльном полу.

— Кто здесь? — вдруг раздался резкий, недовольный голос откуда-то справа.

Я обернулась и увидела мужчину, появившегося из-за одного из стеллажей. Низенький, сутулый, в заляпанном чернилами сером халате. Седые волосы торчали во все стороны, как будто их никогда не расчёсывали, а на носу сидели странные очки с толстыми стёклами, увеличивающими глаза до размеров блюдец.

— Леди Селеста Грандэ, — представилась я, делая лёгкий реверанс. — Личная помощница его величества. Мне нужна ваша помощь.

Мужчина недоверчиво прищурился, разглядывая меня через толстые стёкла очков.

— Помощница, говорите? — протянул он недовольно. — А документ есть? Печать? Как я узнаю, что вы действительно имеете право здесь находиться?

Я моргнула. Документ? Печать? У меня и в мыслях не было брать какие-то бумаги.

— Его величество не выдавал мне никаких документов, — сказала я как можно более уверенно. — Но если хотите, можете послать за ним запрос и убедиться в моих словах лично.

Архивариус помолчал, явно взвешивая варианты. Потом махнул рукой.

— Да ладно, некогда мне с этим возиться. Чего вам надо?

Вот так просто? Ну ладно.

— Мне нужен налоговый указ для гильдий, — сказала я, шагая ближе. — Тот, что был издан в прошлом году.

Архивариус нахмурился, почесав седую бороду.

— Налоговый указ для гильдий? — переспросил он задумчиво. — А какой именно? Их за прошлый год штук пять было. Может, больше.

Я растерялась.

— Тот, который... — я запнулась, пытаясь вспомнить, что именно говорил Фирен. — Который вышел внезапно. За три дня до срока уплаты налогов. Из-за него многие гильдии разорились.

— Ааа, — протянул архивариус, и лицо его просветлело. — Этот. Указ о досрочной уплате с повышенным коэффициентом. Да, помню. Шуму было... — Он покачал головой. — Но документ вполне законный. Все печати на месте, подписи тоже.

— Можете показать? — попросила я.

Он посмотрел на меня с сомнением.

— Это займёт время. Документы за прошлый год хранятся в дальнем зале, а там... — он неопределённо махнул рукой, — полный бардак, если честно. Никто толком не разбирал после зимней ревизии.

— Я подожду, — твёрдо сказала я. — Или лучше — помогу искать.

Архивариус смерил меня долгим взглядом. Потом пожал плечами.

— Как знаете. Меня, кстати, зовут Эрвинн. Главный архивариус его величества. — Он кивнул в сторону тёмного прохода между стеллажами. — Пойдёмте. Только не отставайте, а то заблудитесь. Здесь легко потеряться, если не знаешь дорогу.

Я последовала за ним.

Мы шли через лабиринт стеллажей, и с каждым шагом воздух становился всё плотнее, тяжелее от пыли и запаха старой бумаги. Эрвинн бормотал себе под нос что-то неразборчивое, изредка останавливаясь, чтобы сверить что-то с пометками на полках.

— Вот здесь, — наконец сказал он, распахивая очередную дверь.

За ней открылся большой зал, уставленный стеллажами до самого потолка. И на каждой полке — горы документов, свитков, книг, сваленных в хаотичные кучи без видимого порядка.

Я присвистнула.

— Бардак — это ещё мягко сказано.

— Говорил же, — буркнул Эрвинн, потирая переносицу. — Ладно. Документы за прошлый год должны быть... — он огляделся, — где-то вон в том углу. Или вон в том. Чёрт, не помню уже.

И мы начали искать…

Несколько часов.

Я провела в этом пыльном, душном зале несколько чёртовых часов, копаясь в бесконечных стопках бумаг, чихая от поднимающейся пыли и проклиная всё на свете.

Эрвинн оказался на удивление терпеливым и методичным. Он перебирал документы один за другим, бормоча себе под нос даты и названия, откладывая ненужное в сторону и складывая потенциально подходящее в отдельную кучу.

Я помогала как могла, хотя половину названий даже не понимала. "Указ о пошлинах на ввоз серебра из западных провинций", "Постановление о регулировании цен на зерно", "Распоряжение о выплатах военным"...

Боже, как же это скучно.

Но я упрямо продолжала копаться в бумагах, просматривая одну за другой, пока глаза не начали слезиться от напряжения.

И наконец, когда я уже была готова плюнуть на всё это дело, Эрвинн издал торжествующий возглас:

— Есть!

Я подскочила к нему.

— Нашли?

— Нашёл, — он протянул мне пожелтевший свиток с красной восковой печатью. — "Указ о досрочной уплате налогов гильдиями с повышением коэффициента на двадцать процентов". Датирован прошлым летом, за три дня до срока основной выплаты.

Я взяла свиток дрожащими от волнения руками и развернула его.

Текст был написан чётким, каллиграфическим почерком. Длинный, изобилующий юридическими формулировками и оборотами, которые я с трудом понимала. Но суть была ясна: все гильдии обязаны были уплатить годовой налог не в установленный срок, а на три дня раньше, причём с повышением суммы на двадцать процентов.

Двадцать процентов!

Для гильдий, которые работали год в обрез, это был смертный приговор.

Я пробежала глазами дальше, и взгляд уперся в подпись внизу документа.

Размашистая, уверенная, с витиеватым росчерком.

"Лорд Тибус, казначей империи".

Я замерла, уставившись на это имя.

Лорд Тибус.

Значит, это он подписал указ. Он разорил сотни людей. Он создал армию отчаявшихся, которых потом завербовал Орден.

Сознательно или нет — это ещё предстояло выяснить.

Но его имя было здесь. Чёрным по белому.

— Это то, что вам нужно? — спросил Эрвинн, с любопытством глядя на меня.

Я медленно кивнула, не отрывая глаз от подписи.

— Да, — хрипло сказала я. — Именно то, что нужно.

— Могу сделать копию, если хотите, — предложил архивариус. — Займёт минут двадцать, не больше.

— Да, пожалуйста, — я протянула ему свиток обратно. — Мне очень нужна копия.

Эрвинн кивнул и удалился куда-то в глубину зала, оставив меня одну.

Я опустилась на пыльный стул у стола, заваленного бумагами, и уставилась в пространство перед собой.

Лорд Тибус.

Теперь у меня было имя.

Оставалось только выяснить, что с ним делать.