47

Я проснулась от настойчивого стука в дверь.

— Леди Селеста! — голос Дари прозвучал необычно взволнованно. — Вам нужно срочно одеться! Завтрак через полчаса, и его величество приказал... — она запнулась, явно подбирая слова, — приказал, чтобы вы обязательно присутствовали.

Я приподнялась на локте, щурясь от яркого солнечного света, проникавшего сквозь неплотно задвинутые шторы. Судя по углу падения лучей, было довольно рано. Слишком рано для императорских приказов.

— Дари, что случилось? — спросила я, откидывая одеяло и вставая с кровати.

Дверь приоткрылась, и моя служанка проскользнула внутрь. На её обычно бледном лице горел нездоровый румянец, а огромные карие глаза блестели от возбуждения.

— Леди, — выдохнула она, прижимая руки к груди, — во дворец прибывают невесты! Сегодня! Уже к обеду первые кареты будут у ворот!

Я замерла посреди комнаты.

Невесты.

Но ведь должно было пройти две недели, так она говорила. Две недели на подготовку, на то, чтобы кандидатки съехались со всей империи.

— Почему так рано? — пробормотала я, больше себе, чем Дари.

Служанка пожала плечами, явно не зная ответа, но её взволнованность передалась и мне. Что-то изменилось. Что-то пошло не по плану.

— Его величество ждёт вас в столовой, — повторила Дари, уже доставая из шкафа одно из новых платьев. — Пожалуйста, леди, нужно поторопиться.

Я умылась холодной водой, пытаясь прогнать остатки сна и собраться с мыслями. Дари работала быстро и молча — помогла одеться в одно из новых платьев, затянула шнуровку, уложила волосы в простой узел. Когда мы закончили, я бросила беглый взгляд на своё отражение. Выглядело достойно.

Я вышла из своих покоев и направилась в столовую, чувствуя, как с каждым шагом нарастает странное, тревожное предчувствие.

Столовая встретила меня непривычной тишиной. За длинным столом сидели всего трое: Дэонар во главе, его тётя Эйрин справа от него, и один пожилой советник, которого я видела мельком на военном совете. Все трое повернули головы, когда я вошла.

Дэонар сидел неподвижно, выпрямив спину. Безупречный мундир, идеальная выправка, абсолютно бесстрастное лицо. Но стоило мне переступить порог, как по коже пробежали мурашки — от него исходило что-то тяжёлое, давящее, ледяное. Воздух вокруг него словно сгустился, стал плотнее, холоднее. Взгляд скользнул по мне. Быстрый, оценивающий и острый как бритва. После он коротко кивнул, указывая на свободное место рядом с собой.

— Доброе утро, леди Селеста, — произнесла Эйрин, и в её голосе прозвучала та самая сладкая, ядовитая вежливость, к которой я уже начала привыкать. — Какая радость видеть вас за завтраком. И как своевременно.

Я села, стараясь не обращать внимания на льющийся сарказм, и взяла чашку с чаем, которую тут же подлила мне бесшумно материализовавшаяся служанка.

— Доброе утро, — ответила я ровно, отпивая горячий, ароматный напиток и чувствуя, как он разливается теплом по телу.

Эйрин продолжала смотреть на меня с той же неприятной улыбкой, потом перевела взгляд на Дэонара.

— Итак, племянник, — произнесла она, аккуратно откладывая вилку, — я полагаю, ты уже в курсе, что сегодня во дворец прибывают первые кандидатки?

Дэонар не ответил сразу. Он медленно отпил из своего кубка, поставил его на стол с тихим стуком и посмотрел на тётю тяжёлым, непроницаемым взглядом.

— В курсе, — коротко бросил он. — Вопрос в другом. Почему сегодня? Ты говорила о двух неделях.

Эйрин изящно пожала плечами, с той лёгкостью, которая выдавала годы аристократического воспитания.

— Обстоятельства изменились, — ответила она спокойно. — Совет решил, что нет смысла откладывать. Пять наиболее достойных кандидаток уже были готовы к отъезду. Почему бы не ускорить процесс?

— Пять, — повторил Дэонар, и я услышала, как в его голосе зазвенела сталь. — Из каких именно семей?

Эйрин достала из складок платья небольшой свиток и развернула его, пробегая глазами по строчкам.

— Леди Кассандра из дома Терсайд, леди Изольда из дома Норвент, леди Элария из дома Вэстмор, леди Розалинда из дома Эшфорд, и леди Виктория из дома Гренвилл, — перечислила она, и каждое имя прозвучало как насмешка. — Все из знатных родов, все с безупречной репутацией, все... — она сделала паузу, и её взгляд скользнул на меня, — подходящие для роли императрицы.

Я сжала чашку так сильно, что побелели костяшки пальцев. Месседж был принят. Громко и ясно.

Дэонар откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и я увидела, как на его скулах заходили желваки.

— Совет торопится, — произнёс он холодно. — Интересно, почему?

Эйрин встретила его взгляд без тени смущения.

— Потому что империи нужна стабильность, Дэонар. Наследники. Союзы. Всё то, что ты упорно игнорируешь уже слишком долго.

Она снова посмотрела на меня, и в её серых глазах плеснулось что-то неприятное, острое.

— К тому же, — добавила она почти небрежно, — нет времени ждать, пока ты... разберёшься со своими приоритетами.

Воздух в столовой словно сгустился. Я почувствовала, как Дэонар напрягся рядом со мной, как его дыхание на мгновение задержалось.

— Мои приоритеты, — медленно, отчеканивая каждое слово, произнёс он, — не твоё дело, тётя.

— Твои приоритеты становятся делом совета, когда они угрожают будущему империи, — парировала Эйрин, и в её голосе не осталось и следа вежливости. — Ты тянешь время. Отказываешься от предложенных партий. Прячешь... — она снова посмотрела на меня, — сомнительных особ в своих покоях, вместо того чтобы думать о династии.

Я почувствовала, как от злости вспыхнули щёки. Сомнительная особа, значит.

— Осторожнее, — тихо, почти шёпотом произнёс Дэонар, и от звуков его голоса пробрало дрожью до костей. — Ты переходишь границы.

Эйрин усмехнулась.

— Какие границы, племянник? Я лишь озвучиваю то, что обсуждают все при дворе. Твоя... помощница... — она произнесла это слово так, будто оно было ругательством, — появилась из ниоткуда. Живёт в покоях, смежных с твоими. Присутствует на советах. И при этом никто толком не знает, кто она такая и что здесь делает.

Я сжала кулаки под столом, чувствуя, как внутри закипает ярость. Хотелось встать, посмотреть этой женщине в глаза и сказать всё, что я о ней думаю. Но я сидела, вцепившись пальцами в складки платья, и заставляла себя дышать ровно.

Не сейчас. Не здесь.

— Селеста здесь, — отчеканил Дэонар, — потому что я так решил. И этого достаточно. Или ты сомневаешься в моих решениях?

Тишина затянулась. Эйрин и Дэонар смотрели друг на друга — она с холодной решимостью, он с едва распознаваемой яростью.

Наконец Эйрин отвела взгляд первой. Она аккуратно свернула свиток и положила его на стол.

— Разумеется, нет, — произнесла она ровно. — Я лишь выполняю волю совета. Кандидатки прибудут к обеду. Официальный приём состоится завтра вечером. Полагаю, ты будешь присутствовать?

— Буду, — коротко бросил Дэонар.

— Прекрасно, — Эйрин поднялась из-за стола, изящно отряхнув юбки. — Тогда до завтра.

Она направилась к выходу, но у самой двери остановилась и обернулась, глядя прямо на меня.

— Кстати, леди Селеста, — произнесла она с той же ядовитой улыбкой, — вы тоже приглашены на приём. Будет интересно посмотреть, как вы справитесь с... конкуренцией.

И вышла, оставив за собой гнетущую тишину.

Советник поспешно доел свой завтрак и тоже удалился, бормоча какие-то извинения. Мы остались вдвоём.

Дэонар сидел неподвижно, глядя на закрытую дверь. Он был зол. Очень зол.

— Она это специально, — тихо сказала я, нарушая тишину.

Дэонар перевёл на меня взгляд.

— Что именно?

— Ускорила отбор. Призвала невест раньше срока, — я отпила чай, который уже успел остыть. — Она хочет показать мне моё место. Напомнить, что я здесь никто.

Дэонар резко выдохнул и провёл рукой по лицу.

— Эйрин всегда была... настойчивой, — произнёс он устало. — Когда она чего-то хочет, она добивается своего. Любой ценой.

— А чего она хочет сейчас? — спросила я, глядя ему в глаза.

Он помолчал, взвешивая слова.

— Контроля, — наконец ответил он. — Она хочет контролировать меня. Через брак, через наследников, через императрицу, которую сама выберет. Эйрин не привыкла, что кто-то принимает решения без её одобрения. Так было даже при правлении моего отца.

Я усмехнулась без особой радости.

— Значит, я ей мешаю.

— Ты ей непонятна, — поправил Дэонар. — А Эйрин не любит того, чего не понимает.

Он встал из-за стола и подошёл к окну, глядя на внутренний двор, где уже сновали слуги, готовясь к прибытию гостей.

— Пять невест, — произнёс он ровно. — Совет постарался. Отобрали самых подходящих кандидаток по всем критериям.

Я подошла к нему, встав рядом, и тоже посмотрела вниз. Внизу слуги расстилали красные ковровые дорожки, расставляли цветочные композиции, полировали уже и так блестящие перила. Всё для встречи дорогих гостей.

— К обеду начнут прибывать, — констатировала я, наблюдая за суетой.

— Цирк начнётся раньше, чем я думал, — поправил Дэонар сухо.

Я фыркнула.

— Знаешь, что самое смешное во всей этой ситуации? Император ищет себе невесту, устраивает отбор, а его жена стоит рядом и наблюдает, как готовят встречу её... конкуренток? Если бы кто-то написал об этом книгу, никто бы не поверил.

— Посмотри на эту подготовку, — я кивнула на двор. — Красные дорожки, цветы, вся эта показуха. Для девушек, которые приедут завоёвывать императора. А они даже не подозревают, что место уже занято.

— О нашем браке никто не знает, — напомнил Дэонар. — Для них я свободен.

— Технически, — я покосилась на него, — ты собираешься продолжать этот спектакль? Улыбаться им, делать вид, что выбираешь? А потом что? «Извините, девушки, я пошутил, я уже женат»?

Дэонар усмехнулся — коротко, без особой радости.

— Примерно так. Только без извинений.

— Какой у тебя план вообще? — я повернулась к нему. — Эйрин явно не отстанет. Совет давит. Рано или поздно они потребуют выбора. И что ты им скажешь?

Он помолчал, глядя на слуг, которые продолжали украшать двор.

— Скажу, что ни одна из кандидаток мне не подошла, — ответил он наконец. — Что мне нужно время для принятия решения. Что я не готов жениться на первой встречной, даже если она из знатного рода.

Я хмыкнула.

— Ирония в том, что технически ты уже это сделал.

Он бросил на меня быстрый взгляд, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на признание.

— И они поверят?

— Нет, — он покачал головой. — Но доказать обратное не смогут. Я император. Меня нельзя заставить жениться силой.

— Но могут сделать твою жизнь невыносимой, — заметила я. — Эйрин будет давить. Совет будет настаивать. Они устроят новый отбор, притащат ещё десяток невест...

— Пусть притащат хоть сотню, — отрезал Дэонар. — Я уже сделал свой выбор.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание.

Мы стояли слишком близко. Я видела золотистые искорки в его серых глазах, чувствовала знакомый запах кедра и дыма.

В дверь резко постучали.

— Ваше величество! — раздался взволнованный голос. — Управляющий спрашивает, в какое время назначить официальный приём невест? Сегодня вечером или завтра утром?

Дэонар не отвёл от меня взгляда.

— Завтра утром, — бросил он в сторону двери. — Передайте управляющему, что сегодня я занят.

— Но, ваше величество, госпожа Эйрин настаивала...

— Завтра, — голос стал ледяным.

Шаги за дверью поспешно затихли.

— Эйрин уже пытается всё контролировать, — я усмехнулась. — Ещё невесты не приехали, а она уже распоряжается твоим расписанием.

Дэонар фыркнул.

— У меня есть дела поважнее, чем танцевать под её дудку.

— К обеду они все будут здесь, — заметила я, глядя, как во дворе устанавливают последние цветочные композиции. — Пять прекрасных невест. Одна роскошнее другой, наверняка. Все из знатных семей, все с безупречными манерами.

— Как думаешь, какую из них выберет Эйрин? — спросила я.

— Ту, которой легче всего манипулировать, — ответил Дэонар без колебаний. — Тихую, покорную, готовую кивать на любое её слово.

— Значит, точно не меня, — усмехнулась я.

Он посмотрел на меня — долгим взглядом, в котором читалось одобрение.

— Определённо не тебя.