48

День протянулся как резиновый.

Сначала — совещание. Очередное. Бесконечное. О налогах с южных провинций, о таможенных пошлинах на ввоз шёлка, о чём-то ещё столь же увлекательном, что мой мозг просто отказался это запоминать.

Я сидела на своём обычном месте — в углу, за небольшим столиком, и делала вид, что внимательно слежу за дискуссией. На самом деле я просто смотрела на министров, пытаясь понять, как они умудряются говорить так долго, но при этом не сказать ничего по существу. Талант, ей-богу.

В какой-то момент я поймала себя на мысли, что скучаю по профсоюзным собраниям. И это было симптомом. Потому что те собрания тоже могли тянуться часами, особенно когда начинались дебаты по процедурным вопросам. Но по сравнению с имперским советом они казались образцом краткости и эффективности.

Дэонар сидел во главе стола — каменное лицо, прямая спина, пальцы, сложенные домиком перед собой. Он смотрел на говорящего министра с таким видом, будто слушал что-то действительно важное. Хотя я была уверена — его мысли были где угодно, но не здесь.

Когда совещание наконец закончилось (спустя три часа!), я уже была готова благодарить любых богов за избавление.

Мы вернулись в кабинет Дэонара, и тут он сделал что-то неожиданное — послал за Рэйвом.

Рэйв появился через несколько минут. Высокий, широкоплечий, с лицом, на котором было написано: «Я видел такое дерьмо, что вам и не снилось». Верный пес императора, как я его про себя называла. Он отвесил Дэонару короткий поклон и замер у двери, ожидая приказа.

— Рэйв, — произнёс Дэонар, откидываясь на спинку кресла. — Закрой дверь. Нам нужно поговорить.

Рэйв выполнил приказ и подошёл ближе. Я сидела у окна с книгой на коленях и старалась выглядеть максимально незаметной. Что-то подсказывало мне, что этот разговор будет интересным.

— Ваше величество, — начал Рэйв, — у меня есть доклад по дому Теврейн.

Дэонар выпрямился, его внимание мгновенно обострилось.

— Слушаю.

— Закончил расследование. Они не виновны в том нападении, — Рэйв говорил ровно, без эмоций, излагая факты. — Перстень — подстава. Чистая работа. Кто-то очень постарался, чтобы всё указывало на Теврейнов. Глава дома неохотно идёт на контакт, но это скорее от страха, чем от причастности.

Я замерла, вцепившись в книгу. Значит, дом Теврейн невиновен. Кто-то подставил их. Но кто? И главное — зачем?

Дэонар медленно кивнул, его лицо оставалось бесстрастным, но я видела, как напряглись его скулы.

— Хорошая работа, — произнёс он. — Продолжай копать. Мне нужны имена тех, кто за этим стоит.

— Уже работаю над этим, ваше величество, — Рэйв склонил голову.

— А теперь у меня для тебя новое задание, — Дэонар сложил руки на столе и посмотрел Рэйву прямо в глаза. — Мне нужна информация. Тихая. Аккуратная. Без лишних вопросов и свидетелей.

Рэйв кивнул, даже бровью не повёл.

— О ком, ваше величество?

Дэонар помолчал секунду, взвесив что-то про себя.

— О герцоге Валморе. Хочу знать всё. С кем он встречается. С кем переписывается. Куда ездит. Кого принимает у себя в поместье.

Я замерла, вцепившись в книгу. Валмор. Значит, Дэонар всё-таки решил копнуть глубже.

— Что-то конкретное ищем? — спросил Рэйв, и его голос оставался таким же ровным, будто он спрашивал о погоде.

— Связи, — коротко ответил император. — Кто ещё с ним в одной упряжке. У меня есть основания полагать, что герцог не действует в одиночку.

Рэйв кивнул.

— Понял. Сколько времени?

— Чем быстрее, тем лучше, — Дэонар откинулся на спинку кресла. — Но незаметно. Валмор не должен знать, что за ним следят.

— Будет сделано, — Рэйв отвесил поклон и направился к выходу, но у двери обернулся. — Ваше величество, если найду что-то серьёзное?

— Докладывай сразу, — ответил Дэонар.

Рэйв кивнул и вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Мы остались вдвоём. Я смотрела на Дэонара, а он — в окно, сжав челюсть так, что заходили желваки.

— Ты думаешь, он найдёт что-то? — тихо спросила я.

— Рэйв найдёт, — ответил Дэонар с полной уверенностью. — Он всегда находит.

Я хотела спросить что-то ещё, но Дэонар поднялся с кресла и подошёл к книжному шкафу, доставая очередную стопку документов.

— Работа, — бросил он через плечо. — Пока Рэйв копает, я разбираюсь с этим бардаком.

Я вернулась к своей книге — сборнику законов Истэ, который Дэонар сунул мне по прибытию в его кабинет. Увлекательное чтение, ничего не скажешь. Особенно раздел об обязательствах вассалов перед короной. Я честно пыталась вникнуть в хитросплетения юридических формулировок, но где-то на середине главы мой мозг начал требовать пощады.

«Вассал обязуется предоставить короне военную помощь в размере, соответствующем его титулу и владениям, за исключением случаев, когда...»

Боже. Это же надо было так написать. Я перечитала предложение три раза и всё равно не уверена, что поняла его смысл.

Дэонар работал молча, изредка делая пометки на полях документов. Я наблюдала за ним краем глаза — сосредоточенное лицо, нахмуренные брови, пальцы, уверенно скользящие по бумаге. Он был в своей стихии. Император за работой.

Время тянулось медленно. За окном солнце поползло к зениту, и где-то в коридоре пробили часы, возвещая о приближении обеда.

Дэонар поднял голову, отложил перо и потянулся, разминая затёкшую спину.

— Обед, — констатировал он без особого энтузиазма. — Пора идти.

Я захлопнула книгу с таким облегчением, будто меня освободили из тюрьмы.

— С удовольствием, — ответила я, поднимаясь с кресла.

Мы вышли из кабинета и направились в столовую. Я шла рядом с Дэонаром, пытаясь настроить себя на предстоящее испытание. Обед. С невестами. С Эйрин. С половиной двора, которая будет пялиться на меня и шептаться за моей спиной.

Весело.

Когда мы подошли к столовой, я услышала шум голосов ещё до того, как открылась дверь. Громкий, оживлённый, почти праздничный. Звук толпы, которая собралась на представление.

И мы были главными артистами.

Дэонар толкнул дверь, и мы вошли.

Столовая была полна. Кажется, собрался весь дворец — или, по крайней мере, его самая знатная часть. Министры, советники, придворные дамы в ярких платьях, офицеры в парадных мундирах. Все разговаривали, смеялись, создавая этот характерный гул, который бывает только на больших мероприятиях.

Я замерла на пороге, окидывая взглядом собравшихся.

Невест я не сразу опознала. Они сидели за длинным столом справа — пять девушек в роскошных платьях, каждая красивее другой. Я бы прошла мимо, не обратив на них особого внимания, если бы не одна деталь.

Эйрин.

Она сидела рядом с ними — во главе их маленькой группы, как наседка, охраняющая цыплят. И вид у неё был довольный. Очень довольный.

Вот они. Пять претенденток на императорскую тушку.

Я быстро оценила их взглядом. Все молодые, все красивые, все одеты так, будто готовились к этому обеду всю свою жизнь. Шёлк, бархат, драгоценности, безупречные причёски. Я почувствовала себя серой мышью в своём простом тёмно-синем платье.

Разговоры стихли, как только мы вошли. Все головы повернулись к двери. К нам.

Дэонар шагнул вперёд, и я почувствовала, как атмосфера в зале изменилась — стала плотнее, тяжелее. Он не сделал ничего особенного. Просто вошёл. Но этого было достаточно.

Император в представлении не нуждался.

Все встали — почти синхронно, как по команде. Мужчины кланялись, женщины приседали в реверансах. Дэонар коротко кивнул в ответ и направился к своему месту во главе стола.

Я шла за ним, чувствуя на себе десятки взглядов. Любопытные. Оценивающие. Недоброжелательные.

Эйрин поднялась со своего места и сделала шаг навстречу Дэонару. На её лице была та самая приклеенная улыбка, от которой у меня сводило скулы.

— Племянник, — произнесла она, и её голос прозвучал слишком громко, явно рассчитанный на то, чтобы его услышали все присутствующие. — Какая радость видеть тебя! Позволь представить тебе наших дорогих гостий.

Она повернулась к невестам, и те послушно поднялись со своих мест, выстраиваясь в ряд. Как на смотре.

— Леди Кассандра из дома Терсайд, — начала Эйрин, указывая на высокую блондинку с холодными голубыми глазами. — Леди Изольда из дома Норвент, — рыжеволосая красавица с веснушками и яркой улыбкой. — Леди Элария из дома Вэстмор, — брюнетка с аристократическими чертами лица и гордой осанкой. — Леди Розалинда из дома Эшфорд, — хрупкая девушка с кукольной внешностью и огромными карими глазами. — И леди Виктория из дома Гренвилл, — высокая шатенка с умным взглядом и уверенной улыбкой.

Дэонар кивнул каждой из них. Вежливо. Холодно. Без тени эмоций на лице.

— Леди, — произнёс он ровно. — Добро пожаловать.

Девушки снова присели в реверансах, и я заметила, как они переглянулись между собой. Быстрый, почти незаметный обмен взглядами.

Эйрин повернулась ко мне, и её улыбка стала ещё шире. И ещё фальшивее.

— А это, — она сделала паузу, явно наслаждаясь моментом, — леди Селеста Грандэ. Она... — ещё одна пауза, — гостит во дворце.

Гостит.

Не «служит императору». Не «помогает с делами». Просто «гостит». Как случайная знакомая, которую пустили переночевать из жалости.

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось.

Невесты посмотрели на меня. Быстро. Оценивающе. И я увидела в их взглядах всё, что мне нужно было знать.

Конкуренция? Где? Эта серая мышь?

Дэонар повернулся к Эйрин, и я увидела, как на его лице появилось выражение, от которого у меня по спине пробежал холодок.

— Леди Селеста, — произнёс он тихо, отчеканивая каждое слово, — моя советница. Она присутствует на заседаниях совета по моему личному приглашению. И её статус в этом дворце не подлежит обсуждению. Я надеюсь, — он перевёл взгляд на невест, потом на остальных присутствующих, — это всем понятно?

Тишина.

Абсолютная.

Звенящая.

Давящая.

Я стояла, вцепившись в складки платья, и чувствовала, как воздух в зале становится тяжелее. Будто кто-то открыл окно в ледяную пустошь и впустил внутрь арктический холод.

Присутствующие побледнели. Буквально. Я видела, как кровь отлила от лиц министров, как несколько придворных дам схватились за веера, как один из офицеров невольно шагнул назад.

А невесты...

Они стояли, уставившись на Дэонара широко раскрытыми глазами. Блондинка Кассандра выглядела так, будто её ударили по лицу. Рыжая Изольда прикусила губу. Даже высокомерная Элария опустила взгляд.

И мне самой резко стало не по себе.

Я чувствовала это — давление, исходящее от Дэонара. Не физическое. Что-то другое. Невидимое, но ощутимое. Как будто сама реальность вокруг него сгустилась, стала плотнее, тяжелее. Воздух давил на грудь, дышать было трудно.

Эйрин первой пришла в себя. Она сглотнула, выпрямила спину и кивнула.

— Конечно, племянник, — произнесла она, и в её голосе не осталось ни капли прежнего яда. — Всё предельно ясно.

Дэонар ещё мгновение смотрел на неё, потом повернулся и направился к своему месту.

Атмосфера в зале разрядилась так же резко, как и напряглась. Люди выдохнули, зашевелились, начали рассаживаться по местам. Разговоры возобновились, теперь они были тише и осторожнее, но всё же продолжились.

Я села справа от Дэонара, чуть поодаль от главного стола. Не слишком близко, чтобы не вызывать лишних вопросов, но и не так далеко, чтобы выглядеть изгоем.

Невесты заняли свои места напротив, через стол. Эйрин села во главе их группы, явно намереваясь руководить парадом.

Слуги начали подавать блюда, и обед официально начался.

Я взяла бокал с водой и сделала небольшой глоток, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Адреналин ещё не выветрился из крови, и руки слегка дрожали.

Соберись, Марина. Ты не в первый раз на подобных мероприятиях .

Хотя нет. Я никогда не была на подобных мероприятиях. Профсоюзные конференции, переговоры с руководством, даже те напряжённые собрания, где решалась судьба забастовки — это было совсем другое. Там все были свои, все знали правила игры. Можно было кричать, спорить, биться за каждый пункт соглашения. Там была логика. Были чёткие цели.

Но это... это было совсем другое. Здесь ставки были выше. Гораздо выше.

Я украдкой посмотрела на невест.

Они уже пришли в себя после шока и теперь активно пытались привлечь внимание Дэонара. Ну, или делали вид, что не пытаются, что было ещё смешнее.

Блондинка Кассандра склонила голову набок, демонстрируя лебединую шею, и что-то негромко сказала своей соседке, но взгляд при этом метнулся в сторону императора. Проверяла, смотрит ли он.

Не смотрел.

Рыжая Изольда рассмеялась звонко и мелодично, явно рассчитывая на то, что этот смех привлечёт внимание. Я даже засекла, как она бросила быстрый взгляд на Дэонара, проверяя эффект.

Эффекта не было.

Элария сидела с идеально прямой спиной, изящно орудуя приборами. Каждое её движение было воплощением аристократической грации. Посмотрите, мол, какая я утончённая, какая благородная.

Дэонар не смотрел и на неё.

Розалинда, похожая на куклу с огромными глазами, выбрала другую тактику. Она смотрела на императора открыто, с нескрываемым восхищением. Ресницы трепетали, губы слегка приоткрыты, щёки порозовели. Классический образ «влюблённой школьницы».

Дэонар ел, не обращая на это ни малейшего внимания.

А Виктория, высокая шатенка со спокойным взглядом, наблюдала. Просто наблюдала. Она не пыталась привлечь внимание, не стреляла глазками, не демонстрировала свои достоинства. Она изучала. Императора. Окружающих. Меня.

Я встретилась с её взглядом и невольно насторожилась: в этих глазах читалось слишком многое — и понимание, и холодная оценка.

Эта — опасная.

Я отвернулась и сосредоточилась на своей тарелке, пытаясь игнорировать странное чувство, которое зародилось где-то в районе солнечного сплетения.

Неприятное чувство.

Я наблюдала за тем, как эти девушки пытаются соблазнить Дэонара, и мне это было... неприятно.

Не то чтобы я ревновала. Нет. Это было бы глупо. Я знала, что Дэонар женат на мне. Я знала, что весь этот отбор — фарс. Я знала, что он не выберет ни одну из них.

Но почему-то смотреть на то, как они строят ему глазки, было неприятно.

Почему?

Я не желала разбираться в истоках этих ощущений. Сама мысль об этом пугала: если начну вникать глубже, могу столкнуться с чем-то, к чему вовсе не готова.

Дэонар повернулся ко мне.

— Ты в порядке?