50

Сад был тихим.

После того обеденного безумия тишина казалась почти физически ощутимой: плотной, обволакивающей, успокаивающей. Я шла рядом с Дэонаром по усыпанной гравием дорожке, слушая, как хрустят камешки под ногами, и пыталась привести мысли в порядок.

Воздух пах цветами и свежескошенной травой. Где-то вдалеке пели птицы. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки розового и золотого.

Идиллия, одним словом.

Если бы не то, что происходило в моей голове.

Что это только что было?

Я всё ещё чувствовала тепло его руки на своей ладони. Всё ещё видела эти взгляды, полные непонимания. Всё ещё ощущала этот ком в груди, который никак не хотел рассасываться.

— Что это было? — наконец выдавила я, не выдержав молчания.

Дэонар бросил на меня быстрый взгляд. В его глазах мелькнула насмешка.

— А как ты думаешь? — спросил он, и в его голосе звучало явное веселье.

Я сбилась с шага.

Как я думаю?

Ну, я думала... то есть, мне показалось... вернее...

Чёрт.

Я почувствовала, как краснею. Конечно, у меня была теория. Более того, у меня была вполне конкретная интерпретация того, что произошло. Но озвучивать её вслух? Особенно если я ошибаюсь?

Нет уж, увольте.

— Не знаю, — пожала я плечами, старательно изображая безразличие. — Потому и спрашиваю.

Дэонар усмехнулся — тихо, почти беззвучно, но я услышала.

— Я не имею привычки делать что-то просто так, — произнёс он, остановившись возле высокой изгороди из подстриженных кустов. — Всё, что я делаю, имеет причину.

Я тоже остановилась, повернувшись к нему лицом. Сердце колотилось где-то в горле.

— И какая причина была у... этого? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я перевёл внимание невест с себя на тебя, — ответил он просто, как будто говорил о погоде. — Как раз то, что делала Эйрин на обеде. Только в обратную сторону.

Я замерла.

Несколько секунд я просто стояла и смотрела на него, пытаясь осмыслить услышанное.

— Ты... — начала я и осеклась. — Ты специально сделал меня мишенью?

Дэонар шагнул ближе. Я инстинктивно отступила спиной к кусту, но он продолжал двигаться, пока не оказался совсем близко.

Слишком близко.

Я подняла голову, встречаясь с ним взглядом. Его лицо было совсем рядом, и я могла разглядеть золотистые искорки в его тёмных глазах, едва заметные морщинки в уголках губ, отдельные пряди волос, упавшие на лоб.

Дыши, Марина. Просто дыши.

Он протянул руку и мягко, почти нежно, коснулся пальцами моей щеки. Его прикосновение было тёплым, и я почувствовала, как по плечам побежали мурашки.

Моё сердце грохотало так громко, что я была уверена — он слышит его.

— Хочешь, чтобы они пытались меня устранить? — выдавила я, и мой голос прозвучал хрипло. — Это твой план?

Дэонар покачал головой. Его пальцы всё ещё лежали на моей щеке, большим пальцем он медленно провёл по скуле.

— Никто тебе вреда не причинит, — произнёс он тихо, но в его голосе звучала абсолютная уверенность. — Я прослежу за этим.

— Тогда зачем? — я старалась сосредоточиться на разговоре, а не на том, как близко он стоит, как тепло его руки на моей коже, как сильно колотится моё сердце.

Его губы изогнулись в лёгкой усмешке.

— Мне нужно, чтобы невесты сами себя дискредитировали, — объяснил он. — Чтобы они показали своё истинное лицо. Чтобы у Эйрин не осталось аргументов, когда я скажу, что ни одна из них мне не подходит.

Я моргнула.

— И ты думаешь, что они... что они начнут действовать против меня? — спросила я, всё ещё пытаясь понять логику его плана.

— Не все, — Дэонар убрал руку, и я почувствовала странное разочарование от потери контакта. — Но некоторые — да. Те, кто недостаточно умён, чтобы контролировать себя. Те, кто позволит эмоциям затмить разум.

Он отступил на шаг, и я наконец-то смогла вдохнуть полной грудью.

— А остальные? — спросила я.

— Остальные просто покажут, на что они готовы ради трона, — ответил он. — И тогда я получу повод избавиться от них всех разом.

Я прислонилась спиной к кусту, чувствуя, как мягкие листья щекочут затылок через тонкую ткань платья.

Он всё продумал. Конечно, продумал. Ему по статусу положено.

— Ты мог бы предупредить, — пробормотала я.

Дэонар усмехнулся.

— Мог, — согласился он. — Но тогда твоя реакция не была бы настолько... естественной.

Я прищурилась.

— Ты использовал меня.

— Да.

По крайней мере, честно.

Я выдохнула и закрыла глаза, откинув голову назад. Вечерний воздух был прохладным и приятным. Птицы всё ещё пели где-то вдалеке. Пахло розами и чем-то сладким.

Красиво здесь. Спокойно.

Жаль, что в моей голове совсем не спокойно.

— Значит, теперь я — мишень, — проговорила я вслух, открывая глаза и глядя на небо. — Супер.

— Контролируемая мишень, — поправил Дэонар. — Я не позволю никому причинить тебе вред.

Я повернула голову, встречаясь с ним взглядом.

— А если они окажутся умнее, чем ты думаешь?

— Тогда мне придётся действовать иначе, — ответил он просто. — Но я в этом сомневаюсь. Люди предсказуемы, Марина. Особенно когда речь идёт о власти, деньгах или любви.

Любви?

Я сглотнула, чувствуя, как снова участился пульс.

— Хорошо, — сказала я, выпрямляясь и отходя от куста. — Допустим, твой план сработает. Допустим, невесты сами себя дискредитируют. А что потом?

Дэонар скрестил руки на груди, глядя на меня с лёгким любопытством.

— Потом они уберутся из моего дворца, — ответил он. — А Эйрин потеряет свой главный козырь.

— И она просто... отступит?

Он усмехнулся.

— Нет, конечно. Она попытается найти другой способ. Но у неё будет меньше рычагов давления. И больше времени у меня.

Я кивнула медленно, переваривая информацию.

Логично. Хладнокровно. Расчётливо.

Дэонар подошёл к проблеме так, как будто рассматривал шахматную партию.

Очень в его духе.

— И сколько мне нужно быть твоей приманкой? — спросила я с лёгкой иронией.

Дэонар посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом.

— Столько, сколько потребуется, — ответил он. — Но я постараюсь, чтобы это не затянулось.

Как великодушно.

Я вздохнула и снова посмотрела на небо. Солнце стояло высоко, заливая сад ярким послеобеденным светом. Где-то в кронах деревьев щебетали птицы, наслаждаясь теплом дня.

— Знаешь, — сказала я тихо, — в прошлой жизни я всегда старалась держаться подальше от интриг. От политики. От всего этого... дерьма.

— И как это работало? — спросил Дэонар.

Я усмехнулась.

— Не очень. Интриги находили меня сами.

Он кивнул, как будто это подтверждало его собственные мысли.

— Невозможно остаться в стороне, — произнёс он. — Особенно если ты — часть системы. Ты можешь игнорировать политику, но политика не будет игнорировать тебя.

Умные слова.

И чертовски правдивые.

Я снова посмотрела на него. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел куда-то вдаль. Профиль его лица был чётким на фоне темнеющего неба. Сильная линия подбородка. Прямой нос. Чуть сжатые губы.

Я отвернулась, чувствуя, как снова начинает краснеть лицо.

— Пойдём, — сказал Дэонар, разворачиваясь к дорожке. — Нам ещё многое предстоит обсудить.

Я кивнула и последовала за ним.

Мы шли молча, слушая хруст гравия под ногами и пение птиц в кронах деревьев. Послеобеденное солнце пригревало спину, и я подставила лицо его лучам, прикрывая глаза.

Что я делаю? Куда я вляпалась?

И главное, почему мне это начинает... нравиться?