Глава 6
— Сладко спит, да? — голос звучал тихо, почти неслышно. Перед тем, как уснуть, я видела Каила: мужчина раздавал команды, создавал магический контур, а так же выставлял стражей на определенных точках. Мне показалось или он подпитывается от них? Будто энергию для колдовства забирает…
— Да.
Звучание голоса Сирина оказалось неожиданным. Эльф находился рядом, как и остальные дроу. Я чувствовала тепло тела Мирра, кот будто обнял меня своим хвостом, накрыл сверху лапой и мурчал, убаюкивая.
— Ты так и не ответил, какого цвета ее глаза, друг, — эльфы задали вопрос с каким-то благоговением в голосе.
— Зеленые.
Наступило молчание, судя по звукам, дроу были не довольны ответом.
— Сирин, ты нам что-то не договариваешь. Я все понимаю, она тебе жизнь спасла, но… Это все очень странно. Она точно человек?
— Точно.
— Ты уверен? — из-за того, что эльфы шептались друг с другом, я не могла разобрать кому чей голос принадлежал. Судя по всему, оба сейчас сидели рядом с Сирином и допытывались до истины, в то время как я подслушивала, в надежде понять, что же означает цвет глаз в этом мире.
— Уверен, хватит задавать мне этот вопрос, лучше подумай, что будешь делать, если гранвы в наш город проникнут. Они еще никогда не создавали свои гнезда так близко.
— Ты от темы не уходи… Знаешь, что самое странное?
— Что?
— У нее глаза не меняются. Как были зеленые все время, так зеленые и остались. Разве такое возможно? Люди эмоциональны: ярость быстро сменяется страстью, а любовь глубинной ненавистью. К тому же страх этому виду наиболее характерен, чем тем же оборотням или например гарпиям с их паразитами. Почему у нее зрачки зеленые все время? Не может же она к каждому из нас испытывать одинаковые чувства, верно?
— А может и может, — я невольно дрогнула, но Мирр в этот же миг шевельнул хвостом, поэтому никто не заметил, что я не сплю. Голос Рика прозвучал чуть в отдалении. Судя по всему, колдун только проснулся, — хотя вопрос хороший. Даже в момент опасности, когда она понимала, что умрет, ее глаза не изменились…
— Во-от! Вот видишь! — судя по всему, голос принадлежал второму эльфу, что не носил очки. Как бы мне так их различить между собой? Может клички уже дать? Неудобно без имен… — Она странная. Даже для людей странная…
Сирин ничего не ответил, как и Рик. Судя по звукам, некоторые стражи уже начали сборы, тихо просыпались, проверяли оружие, начинали готовить завтрак и не будили тех, кто недавно дежурил.
Скорее всего дроу ушли, я чувствовала дуновение ветра, как от движения. Хотела уже глаза открыть, но вовремя остановилась:
- “Странная” — не то слово, — голос Сирина прозвучал у самого уха, а затем…
Затем я ощутила прикосновение к своей щеке. Мягкое, аккуратное… будто он боялся ранить или разбудить. Я чувствовала, как эльф убирает прядь волос с моего лица, аккуратно заводит ее за ухо, а потом шепчет:
— Ты не спишь, у тебя зрачки шевелятся. Все слышала?
— Что не так с моими глазами? Ты же понял откуда я… Объяснишь?
— Потом…
Сирин выглядел уставшим, но собранным. Сидел напротив меня на корточках, протянул мне руку и помог встать. Я отчаянно зевала, прикрывая рот рукой, потягивалась, разминая затекшие плечи, и почему-то вызвала при этом усмешку со сторону эльфа.
— Чего смеешься?
— Ты как Мирр, — дроу кивнул в сторону развалившегося на земле кота, вытягивающего свои лапки и выпускающего когти размером с мизинец…
— Опасная? — шепнула я, глядя на то, как на кончике хвоста проступает шип.
— Милая, пока спишь. Вставай, нам пора спускаться вниз. Магия людей и правда никого не подпустила к нам, но мне кажется, дело не только в ней.
Сирин вновь подал мне руку, со стороны деревьев тут же послышались смешки, а спустя еще несколько минут мое в меру хорошее настроение омрачил один из стражей:
— Может, ты полукровка? — не унимался Энтони, — тебе в детстве уши не обрезали? Цвет кожи ведь выбелить можно, сверху иллюзии добавить, да и клыки сточить лобзиком. Может ты замаскированная эльфийка? Иначе как объяснить то, что дроу тебя не убивает, а нашу помощь принимает со скрипом в зубах…
— Просто я миленькая, — фыркнула я, принимая из рук Каила кусок булки.
— А я что, не миленький? Когда надо, я само милашество!
Я посмотрела на Энтони, в его хитрые, не самые честные глаза, на оттопыренные уши, и выдала:
— Я же сказала, ты вкусненький. “Вкусненький” и “миленький” понятия кардинально разные. Можно водички?
Энтони скривился, глянул на Сирина довольно злобным взглядом, но воду мне все же передал, хоть и сделал вид, будто в стакане смертельный яд.
Дроу отошли от лагеря чуть в сторону, но за границу барьера не выходили. Защитный контур еле заметно сиял в свете солнечных лучей, с каждой минутой становился тоньше и когда Каил хлопнул в ладоши, а затем развел их в стороны — исчез совсем.
— Тебе лучше остаться, — Рик, как и все остальные, уже давно был готов к походу, — Сирин прав, ты свое дело сделала.
— Я с вами пойду. Тут тоже может быть опасно, к тому же я могу пригодиться.
Я дико боялась спускаться к логову, от одной мысли об этом у меня сердце готово было выпрыгнуть из груди, но так же я понимала, что оставаться одной в лесу не менее опасно.
Мужчины были против, их даже Сирин поддержал, но я нутром чуяла, что мне нужно идти с ними. Странное чувство, какое-то глубинное. Интуиция меня довольно часто подводила, мне с ней не везло, но сейчас я ощущала странную потребность быть рядом с дроу и остальными.
Хотя может все намного проще — мне страшно остаться одной. Страшно стоять тут, на скалистом выступе и смотреть, как они сражаются и умирают.
Спорить дальше смысла не было, мой выбор приняли, напомнили о последствиях, и отговаривать не стали.
— Зря, — Рик проверил браслет на лодыжке, что-то сделал с ним, из-за чего металл стал холоднее, а вокруг моей стопы вся трава резко пожухла, — там может быть крайне опасно. Я понимаю, что это твой выбор, но и смотреть, как тебя съедают зрелище то еще… Ты ведь понимаешь, что если тебя поймают, мы вряд ли сможем тебя спасти? И это не только к тебе относится, а к каждому из присутствующих стражей.
— Брат прав, мы же не сражаться идем, — Каил давал указания своим стражам жестами, говорил тихо, перестал пользоваться магией и не терял дроу из вида, — мы просто изучим местность, поставим точку на карте и вызовем отряд для помощи в битве. Нас мало, мы не выстоим в прямой схватке.
Я ничего на это не ответила. Просто знала, что мне нужно с ними.
Мы спускались медленно и очень аккуратно. Разговоры прекратились, все общались жестами и даже дроу больше не перешептывались друг с другом.
Лесополоса резко закончилась. Мы вышли на скалистый берег, следили за каждым шагом. Со слов Рика тут много морских ежей, а так же других опасных острых тварей.
Все это время стражи сменяли друг друга в построении. Каил отдавал приказ, и маги тут же еле заметно подсвечивали мутную воду, разгоняя взвесь из песка. На дне и правда было много ракушек, а так же остроконечных раковин небольшого размера — наступи голой ногой на такую и все, это будет конец отпуску, хорошему настроению, а в этом мире еще и жизни.
Мы осторожно вышли из воды, тихо и незаметно крались к линии высокой травы, которая при свете дня действительно выглядела иначе. Она потеряла цвет: сочный зеленый стал темно-коричневым, стала хрупкой и ломалась с каждым резким порывом ветра. В воздухе тут же возник неприятный запах и чем ближе мы подходили к границе, тем ярче эта вонь становилась.
— Тут явно где-то кого-то закопали, — Рик прикрыл рукой нос, кривил лицо, но из-за вони даже у дроу глаза слезились. Мирр не хотел идти дальше, начинал чихать, поэтому коту пришлось остаться на том самом месте, где он и подобрал нас с Сирином.
— Держись за моей спиной, — шепнул дроу, — если что — беги к Мирру. Поняла?
Я лишь согласно кивнула, натянула тетиву лука и медленно пошла вместе с отрядом.
Трава будто питание перестала получать, словно кто-то пуповину обрезал и все… Она погибала. Из-за этого стало хорошо видно землю — почва была рыхлой, но покрытой каким-то тонким темным слоем грязи, высохшим на солнце. Я стояла у границы, рассматривала эту гадость, еле заметно прикоснулась кончиком стрелы, так и не поняв, что же это, а вот дроу…
Эльфы побледнели. Как и люди. Все смотрели на землю и были готовы убежать, наплевав на межрасовые распри и конфликты.
Тишина напрягала, меня передергивало, я пыталась справиться с внутренним страхом, но чуяла, что все только начинается.
“Что это?” — я молча кивнула в сторону земляного покрова, но ни Сирин, ни Каил с Риком мне так ничего и не ответили.
— Не трогай землю, — печально шепнул Энтони, опуская глаза, — я тебе потом скажу, что это…
Да я, кажется, уже сама догадываюсь, что служило подпиткой для этой сочной зеленой травы…
Начало тошнить, но я сдержалась. Теперь идти вперед мне стало еще труднее, внутри каждая клеточка тела орала “беги!”, но тем не менее я шла вперед, аккуратно наступая на пустые участки земли.
Трава при прикосновении с чем-либо тут же рассыпалась, а с очередным резким порывом ветра практически полностью превратилась в прах…
— Это засохшие лианы, — шепнул Сирин, отодвигая в сторону носком ботинка отростки этого странного растения, — гнездо пустое. Они ушли…
— Или все умерли, — заметил Рик, — вы же убили кого-то, верно? Может у них как у пчел — если королеву убить, весь рой гибнет?
Надо же, какие у них пчелы… Я старалась не думать, что у меня под ногами и молча шла вперед, надеясь на лучшее. Я искренне желала увидеть все еще живых стражей, которых просто оставили.
Отряд рассредоточился, каждый кусочек периметра внимательно просматривался, ни один из стражей не отвлекался на посторонние звуки, если они исходили не с их участка. Каил четко раздавал команды, оружие наготове, каждый шаг продуман до мелочей, а роль прописана от и до.
Дроу не мешали, стояли чуть в стороне — они и не должны были лезть, но Сирин шел со мной рядом, что дико не нравилось остальным эльфам. Они не хотели принимать участия в битве, но за своим товарищем все же пошли.
— Только ради тебя, ушастый! — шепнул тот, что в поломанных очках, — ты сошел с ума! Тут одна сплошная могила! И ты лезешь в самую гущу!
— Гнезда там, — Сирин проигнорировал эльфа, указал рукой в сторону тропы, что вела выше в гору, и стоило нам подойти к ней, как в нос тут же ударил умопомрачительный запах разложения.
С непривычки меня почти что вырвало. Ком в горе не просто застрял, казалось, все содержимое желудка скоро из ушей потечет.
На земле, под ногами, валялось много высохших отростков лиан, они хрустели под ногами. В первый раз мы перепугались, что на нас нападут, ждали этого момента, но в итоге ничего не произошло.
— Вот тут мы и висели, — стоило подняться на площадку, окруженную высокими деревьями, как я мигом узнала местность. Коконы… десятки коконов…
И все пустые.
— Они и правда бросили свое логово, — Каил тихо опустил меч, но при этом был начеку, — там, за густым кустарником, пещера в скале. Нужно подняться. Судя по следам от острых когтей, забирались в нее часто.
Маг создал руками прямо в воздухе неизвестную мне печать и весь наш отряд медленно начал подниматься. Участок земли оторвался от основного пласта и начал подъем. Некоторые обломки корней с шумом падали на землю, но мы продолжали движение, пока не приземлились на уступе возле пещеры. Дроу при этом запаниковали, явно не ожидая, что маг способен на такое. Каил при этом хмыкнул, Рик гордо выпрямил спину и весь отряд направился в неизвестность.
Пещера не была глубокой, но вонь стояла отвратительная.
Стены черные, пропитаны какой-то слизью, в которой запутались мошки, мухи и прочие гады. Энтони шел впереди меня, как и несколько стражей, а затем…
Затем все замерли.
Кого-то стошнило. Страж припал к земле, зажал рот руками и… Выскочил из пещеры, дав увидеть то, что лежало на алтаре.
Обглоданные кости… Куски мертвых тел и…
Одежда. Много вещей…
И вещи Антона в том числе.
Я не могла на это смотреть. Вышла из пещеры, упала на колени и пыталась дышать, но не выходило. Руки тряслись, сердце стучало с такой силой, что будто вот-вот, и вырвется из груди. Глаза мгновенно наполнились слезами, и я уже не понимала, что со мной происходит.
Вещи Антона, его ботинки и ободранная кофта — все это застыло перед глазами, я продолжала задыхаться, теряясь в пространстве.
Я все это время сдерживала внутри себя панику и ужас. Глубинный страх, проедающий внутри меня путь наружу, но после увидено…
Стон сорвался с моих губ, я взмахнула рукой, пытаясь не упасть и тут же почувствовала крепкую хватку.
— Дыши… Глубоко дыши, иначе сознание потеряешь.
Сирин сел рядом, на колени, держал меня за руку, вторую положил на плечо. Рик замер чуть в стороне, не сводил с меня печального взгляда и хоть и мысленно, но тоже поддерживал.
Я не могла говорить, со мной подобное происходило впервые.
— Лира, тебе стоит уйти, — маг говорил тихо, но проникновенно. Его слова были мною услышаны, — я поэтому и не хотел, чтобы ты шла сюда. Ты можешь сражаться, но…
— Ты не воин, — за Рика закончил Сирин, — маг прав. Садись на Мирра и уходите. Мантихора тебя не бросит, ты сможешь дойти до города и…
Я наконец-то избавилась от слез, продолжая часто дышать, я уставилась на эльфа, схватила его за воротник и притянула к себе. Чуть коснулась лбом его груди…
— Можно… можно немного… просто посидеть вот так?
Эльф молчал, но не отстранился. Он положил ладонь мне на голову, я немного успокоилась, чуть отстранилась, а затем…
Я услышала лишь легкий шелест… Еле заметное движение…
Сознание не успело сработать как надо — тело опередило мысли. Я видела, как что-то подбирается к нам, успела резко вдохнуть и…
— СЗАДИ! — голос сорвался, я с силой оттолкнула Сирина в сторону, и в этот же момент острый отросток вонзился в скалу между мной и дроу…
А дальше все как в замедленной съемке. Как в фильме ужасов…
Сирин мгновенно подскочил на ноги, рванул за мной, но не успел. Лианы, словно тысячи ядовитых змей, накрыли наш отряд со всех сторон. Они хлестали по каменной площадке, частично разделив стражей: те, что остались в пещере, оказались заперты в ней. Отростки создали что-то вроде прочной стены, но все же были уязвимы: стражи рубили их острыми клинками, пронзали магическими атаками, заставляя с каждым ударом рушить сцепление между отростками. Яд обжигал открытые участки тела, но люди не сдавались.
Каил атаковал со всей силой — огненная магия охватила большую часть лиан, но с каждой новой сожженной веткой приходили новые. Сирин отбивался клинками, рубил их снова и снова, тут же возник гриф — он спикировал с неба, но ударил врага чуть поодаль пещеры. В это мгновение лианы замерли, словно что-то пронзило их сердце, и успокоились…
Выход из пещеры был открыт, стражи мгновенно выскочили из ловушки, смотря на всех огромными, полными ужаса глазами. Да, они боялись, но не бежали. Они стояли насмерть за своих товарищей, держались рядом с дроу, а Рик помогал одному из них перевязать рану на руке. Эльф хоть и шипел, но дотронуться до себя позволил.
Мы вместе с Сирином подошли к краю обрыва, благодаря Каилу все разом спустились и тут же застыли.
Гриф стоял посреди того самого поля, где опала вся трава. В его клюве было зажато что-то странное, похожее на комок грязи, истекающей темной жижей. Птица при этом резко мотала головой, впивалась когтями в куски этой дряни, и в конечном итоге порвала на несколько частей.
Как только это произошло, за нашими спинами что-то вздрогнуло, множество лиан резко устремились к небу, а затем замерли, иссыхая прямо на глазах.
Я сделала шаг вперед на трясущихся ногах.
Потом еще один… И еще…
Гриф с силой бил клювом в комок грязи, при этом даже не кричал и с каждым ударом мир вокруг будто сходил с ума.
Еще ближе…
— Лира, лучше не надо, — голос Энтони дрогнул. Он, как и все вокруг, не горел желанием приближаться ни к птице, ни к тому, что она уничтожала, — пойдем отсюда. Я жить хочу…
Я замерла рядом с грифом, смотрела на разорванные ошметки, перемешанные с листвой, шелухой, ветками деревьев и елочными иголками. Внутри всего этого находилось нечто маленькое, круглой формы: оно пульсировало, но с каждой секундой частота ударов становилась меньше, а затем и вовсе пропала.
В это же мгновение лес изменился.
Все, что росло на скалистых выступах, на высушенной земле и даже рядом с гнездом гранв стало гнить. Оно опадало, разрушалось прямо на глазах, превращаясь в грязную массу, смешанную с пеплом. В конечном итоге осталась лишь горная порода, следы запекшейся крови и отвратительная вонь.
Неужели… Неужели на этом все? Мы что, правда можем уйти? Мы же не пойдем искать дальше, верно?
Я развернулась в сторону отряда, смотрела на Сирина, на то, как он протягивает мне руку, а затем…
Замирает, как и двое эльфов, что стояли рядом с ним.
Со стороны леса раздался взрыв.
Следом за ним земля дрогнула.
Дроу изменились в лице, резко развернулись и мгновенно, никому ничего не объясняя, сорвались с места…
— СИРИН! — я кричала, но это было бесполезно, — ЧТО ПРОИСХОДИТ?
Каил побледнел, он растерялся, что для всех было чем-то новым, странным. Рик тоже молчал, глядел в сторону лесной части, смотря на то, как к небу поднимается черное облако пыли.
— Барьер дроу пал, — тихо, еле слышно прошептал Энтони, стоя со мной рядом, — невероятно… Это конец. Им всем…
Город… Город дроу? Дом Сирина? Гранвы напали на…
— Это так близко, — шепнула я, с силой сжимая чудом уцелевший лук.
— Да, Североморье стоит почти на границе с землями нечисти, — Рик схватился за голову, — это катастрофа, но нам нужно возвращаться домой. Им конец, их уже ничто не спасет.
— Пал только первый барьер, — тихо заметил Каил, — осталось еще два.
Стоило произнести эти слова, как в небе возникла еще одна вспышка. Ярко-синее облако пыли приняло форму гриба, затем стало осыпаться и в этот же миг все услышали крики отчаяния и ужаса.
— Мы слышим их голоса — пал второй барьер, — Энтони нервно сглотнул, закрыл лицо руками, — если гранвы способны уничтожить защиту такого уровня, то наш город тоже не выстоит. Мне трудно признавать, но наша магия ненамного сильнее их…
— Наша магия имеет другой источник, — заметил Каил, отдав приказ возвращаться в город, — у нас больше шансов, к тому же есть я.
— Тогда помогите им, — мой голос дрогнул, стал ледяным, будто целый айсберг, — почему вы не идете на помощь?
— Они ее не просили, — сухо заметил Рик, — дроу ненавидят людей, презирают нас. Они ни разу за всю историю существования не позволяли войти в их город. Все переговоры велись на отдельной земле, и если хоть один из нас случайно ступит за границу, то все — это смерть… Эй… ЭЙ! ТЫ КУДА? Идиотка…. ДУРА! Ты что творишь? Да что ты можешь сделать, одна? Лира, мы не пойдем за тобой, даже не проси!
— Я и не просила, я хочу видеть. Я хочу знать, что происходит.
— Ты умрешь там!
— Когда гранвы съедят их город, — рычала я, глотая горючие слезы, — они придут и в Североморье. Насколько я понимаю, у вас каждый сам за себя и даже если вы позовете помощь, она явится с опозданием. Сколько выживет при этом людей?
— Нам нужно наращивать силу, а не тратить магию на дроу! — рычал Энтони, схватив меня за руку.
— Не трогай меня. Ты можешь просто стоять в стороне и слушать, как там умирает целый вид. Как новые гнезда гранв наполняются едой, как эти твари становятся сильнее и в следующий раз, когда придется вступить с ними в бой, ты не будешь знать, что делать. Потому что испугаешься. Потому что будешь знать, что никто не поможет.
— Ты ошибаешься, — Рик ходил из стороны в сторону, большая часть стражей была против похода, мужчины крутили пальцем у виска, но с каждой новой волной крика вздрагивали, замирая на месте, — они не придут к нам на помощь, если мы им поможем. Эта вражда длится многие столетия, Лира, и такой помощью этого отношения не изменить.
Я выхватила руку, отошла от Энтони, развернулась на пятках и рванула в сторону леса, где раздавались крики эльфов и отчаянные вопли о помощи.
Я видела, как летел за мной гриф, как со стороны белых скал покидали свои гнезда огромные черные птицы, как взмывала их стая в небеса, боясь того, что происходит сейчас в этом мире.
Сирин…
Его глаза в момент осознания — боль и страх, дикий ужас и паника. Я неслась вперед, понимая, что их город стоит катастрофически близко, пробегала через густые заросли ельника, перелетала овраги, проносилась мимо огромных полей, не чувствуя под собой ног, а затем меня что-то подняло в воздух…
— Каил! Я не пойду с вами! Мне надо…
— Я знаю, — магия сковала меня за талию, подняла над землей, а затем унесла в сторону источника криков, — я предупреждал тебя, Лира. Нас не пустят. Мы увидим их гибель, но помешать не сможем…
Плевать. Нужно найти Сирина!
Маг колдовал непрерывно, снова и снова разводил руками, воссоздавал связи и держал нас с Риком и еще несколькими стражами в воздухе.
— Я так долго не протяну, — нервно заметил магистр, — это не моя стихия…
— Опусти не у самого города, нужно оставаться неза… Твою… мать…
Город дроу стоял в огромной низине, окруженный невероятным множеством чертовых лиан…
Отростки хлестали по барьеру снова и снова, они рвали магические связи на части, травили ядом, заливая щели. Из-за барьера я не видела того, что происходило внутри самого города, но прекрасно все слышала: звон мечей, приказы командиров, крики эльфов…
Несколько лиан были настолько длинными, что смогли добраться почти до самой верхушки магического купола! Они рвали его на части, но барьер успевал восстановиться.
— Недолго осталось, — с ужасом шепнул Каил, — сверху скоро пробьет, но там дроу при удачном раскладе смогут их уничтожить, а вот те, что рвут защиту у земли… Посмотри…
Мужчина указал в сторону барьера, где лиан скопилось невероятное множество. Было видно, что по ту сторону защиты эльфы снова и снова восстанавливали связи, но этого было мало: барьер трещал, искрился и вскоре должен был рухнуть.
— Там центр связи? — Рик хмурился.
— Там один из главных узлов, — я не совсем понимала, о чем речь, но ясно одно: катастрофа! — Как только его сломают, лианы хлынут в дыру и доберутся уже до главного узла, полностью разрушив защиту…
— Ты сможешь помочь? — я смотрела на Каила, он на меня. Мы оба молчали, потом маг не выдержал:
— Только изнутри. Чтобы восстановить хотя бы временный барьер, мне нужно попасть в город. Сила дроу имеет природный источник, никто из эльфов не обладает огненной магией, но именно огонь является основным оружием против гранв, которые, между прочим, пока не появились. К тому же нужна будет помощь. Мало просто залатать дыру, нужно уменьшить частоту ударов лиан, иначе они разнесут барьер к чертям собачьим.
— А если ударить волной, как тогда, близ Североморья? — я начинала паниковать, не понимая, как поступить лучше, — огонь уничтожит большую часть лиан…
— И привлечет тех, до кого не доберется, — Рик отклонил идею, но потом предложил свою, — нужно дождаться, когда они прорубят окно в барьере возле земли, ударить огненной волной и дать деру так, чтобы нас видели. Это привлечет внимание оставшихся лиан, они начнут нас преследовать, и тогда у Каила будет шанс проникнуть в город, восстановив его защиту. Проблема в том, что дроу могут его убить…
— Я пойду, я ведь смогу поговорить с ними!
— Тут не до разговоров, — тихо шепнули маги, не решаясь оказать помощь врагу, — а ты можешь… можешь как-то связаться с Сирином?
Связаться с ним… А ведь если подумать…
— Гриф… Поможешь? — я резко повернулась к пернатому, чего тот вообще не ожидал. Он встрепенулся, наклонил голову набок так резко и быстро, будто шею себе сломал, а затем кивнул…
“Мирр” — услышала я имя мантихоры, и этого было достаточно.
— Он согласен, — стоило произнести эти слова, как тело предательски обмякло. Меня колотило так, что зубы стучали, а с каждой новой волной криков со стороны эльфийского города, на душе становилось хуже.
— Ты должна взять себя в руки, иначе нам всем конец, — тихо заметил Рик, положив мне на плечо руки. Он крепко меня держал, в глаза смотрел, будто пытался понять, способна ли я сражаться. — Лира. Вдох… Выдох…
Вдох… Выдох…
Твою ж…
Вдох…
Выдох…
Только не плакать… Нельзя плакать!
Я думала о том, что где-то там, внутри барьера, сражается Сирин. Он воюет за свой дом и за свою семью, и ему нужна помощь. Возможно, он уже ранен и…
Мы ждали. Каил дал своим стражам выбор — идти с нами или не влезать в битву. Это личный выбор каждого, но даже Энтони согласился помочь, хоть и было видно — боится, но меч крепко держит.
— Ждем… Почти сломали… — шептал Каил, распределив роли. Мы медленно приближались к врагу, стараясь не производить много шума. — ждем… А дроу молодцы, долго держат… Ждем…
Я видела, как барьер трещал, как искрился с каждым ударом, а затем…
— ДАВАЙ!
Мы рванули вперед, как и было условлено. Я неслась навстречу смерти, в то время как чертовы лианы пробили дыру в барьере! Каил был прав — в это же мгновение большая часть отростков рванула в сторону прорыва, пытаясь сделать его еще больше, но тут вмешался Рик…
Колдун, как и его брат возле Североморья, замер посреди широкой пустой полосы земли, выставил перед собой руки в странном жесте, упал на одно колено и…
Лианы рванули в его сторону, резко сменив направление, я видела, как огромный пучок отростков откололся от общей массы, но добраться до мага не успел.
Огромная огненная волна невероятной силы возникла из самой земли! Она сорвалась в сторону нечисти, поглощая большую ее часть! Тут же возник визг, во все стороны брызнул яд лиан— они почти задели Рика, но второй страж, что выступал подстраховкой, успел защитить их обоих. Магическая печать была создана им в считанные секунды, и когда выжившие лианы рванули в их сторону от пролома барьера, маги уже были в воздухе.
Мы бежали в сторону огромной, зияющей в пространстве дыры! Гриф влетел в нее первый и тут же все услышали гортанный вопль сошедшей с ума птицы! О да, ты точно привлек внимание Мирра, если он еще жив!
Мы ворвались в разрыв вместе с магом, затормозили почти у границы барьера, встретились взглядом с армией… АРМИЕЙ дроу! Облаченные в боевые костюмы, они держали оборону, восстанавливая барьер снова и снова, не позволяя разрушить лианам основной магический узел связи.
Их глаза… Их безумие…
Каил кивнул мне прямо в движении, развернулся к эльфам спиной, из-под его ног вырвались клубы пыли, а с кончиков пальцев срывались искры. Он выставил перед собой руки и…
Нет, он не успел создать защиту, но вовремя заметил летящую в нас лиану. Огненная магия сорвалась с его рук, дотла сжигая врага, а затем маг начал движение. Стоило пламени ослабнуть, как структура барьера начала меняться, дыра стягивалась огненными нитями и стоило лианам коснуться их, как те получали ожоги.
— МЫ ПОМОЖЕМ! — закричала я, стоило дроу направить на нас боевые копья! — МЫ НЕ ВРАГИ!
— Ты… Знаешь наш язык? — один из эльфов уже замахнулся, он почти выпустил копье, но мой голос его остановил. Я не видела самого движения, осознала опасность момента как только металлический наконечник сверкнул в свете солнца.
Страшно…
— Знаю, — кивнула я, — если ваш город падет, нам всем конец. Мы уйдем, как все закончится. Мы…
Дроу и так были в ярости, но наше появление стало последней каплей. Они не слушали.
Столько злости и глубинного, искреннего презрения в глазах. Их лица исказились, словно они видели перед собой нечто отвратительное, прогнившее насквозь.
— Люди… На нашей земле… — рычал один из воинов, натягивая тетиву. Он почти спустил стрелу, но вмешался…
Гриф.
Птица спикировала дроу прямо на руки, но не причинила особого вреда, лишь выбила оружие, не позволяя меня ранить. Пернатый запрокинул назад голову, раскрыл свой обломанный клюв и закричал… Закричал так, словно призывал самого дьявола из преисподни…
Крик птицы заставил многих прикрыть уши ладонями. Его звучание оказалось настолько болезненным, что дроу невольно выпустили оружие из рук и упали на землю. Они скалились и кричали, не в силах выдержать этот звук, но стоило нечисти привычно уместиться на моем плече, как повисло очередное гробовое молчание.
— Я долго не удержу! — Каил нарушил паузу, — я понятия не имею, о чем вы рычите, но если не восстановите сейчас свой чертов барьер, я рисковал зря!
Внезапно еще одна часть барьера была прорвана. Я видела, как лиана рванула в сторону дроу, и чисто инстинктивно выпустила стрелу. Острие вошло в отросток, сбило его направление, а затем лиану обрубили другие дроу. Снова и снова я выпускала стрелы, уклоняясь от атаки. Вновь и вновь Каил латал барьер, не позволяя ему пасть. Дроу не понимали, что мы делаем, но не тронули нас — сейчас не до этого.
— Ой, зря мы помогаем, — шептал Каил, — зря… Нас или казнят сразу, или будут долго и упорно убивать… Все из-за женщин… Вообще все! Пригнись!
Каил замахнулся, выпустил несколько огненных пульсаров, сбив очередные отростки и спасая тем самым жизнь одному из дроу. Тот никак на это не отреагировал, тут же поднял с земли клинок и продолжил бой.
— Где Мирр? — рядом с нами находился тот самый эльф, что почти выпустил копье, — где мантихора?
— Откуда ты…
— ГДЕ МИРР?
— Он и его хозяин должны быть на главной площади, они должны защищать свою семью, если еще живы…
Семью… Если живы…
— ГРИФ! — прокричала я птице, вошедшей во вкус. Война привлекала это существо, оно упивалось битвой, наслаждалось ей, с радостью разминая огромные крылья. Услышав мой голос, он тут же сменил направление полета практически у самой земли, рванул в мою сторону и приземлился возле ног, — ты видел Мирра и Сирина?
Птица согласно кивнула.
— Отведешь? — меня трясло, но и грифа тоже, вот только причина такого состояния у нас явно разная.
“Тебе не понравится. Отведу.”
— Какого… — глаза дроу округлились, он испуганно сделал шаг назад, — ты что, его понимаешь?
— Так же, как и вас… Сирин… Он так себя назвал… тот дроу, что вместе с Мирром… Я не знаю, как это объяснить, но…
— Идем, — дроу и сам не понимал, зачем это делает, но осознавал, что происходит нечто важное и значимое для этого мира. — Защищать мага! Огонь нам нужен! Не дайте расширить прорыв!
Каил не понимал ни единого слова — дроу говорили не на всеобщем языке, а на своем родном. Я кивнула магу, дав понять, что все идет по плану и что его не тронут, а затем…
Затем в барьере появилась еще одна дыра.
Огромная… На вершине купола…
— Прямо над площадью, — в ужасе шептали эльфы, теряя всякую надежду на спасение. Над площадью? Там, где Сирин? Над той самой? — СТОЙ! ТЫ КУДА? МЫ ПРОИГРАЛИ!
— Еще не проиграли! — я и сама не ожидала столь яростного рычания в голосе, а затем, как по волшебству, прямо посреди широкой мощеной дороги возник Мирр.
Я сразу узнала мантихору — кот искал меня огромными, полными ужаса глазами, он паниковал, растерялся и не понимал, что делать. Стоило мне крикнуть, как существо рвануло в мою сторону, будто я та последняя соломинка, за которую еще можно ухватиться. Преодолев расстояние в несколько прыжков, мягко приземлившись на лапы, он послушно позволил запрыгнуть себе на спину, от чего у увидевших это эльфов чуть припадок не случился, и сорвался с места.
“Все плохо. Тебе не понравится”.
“Я это уже поняла”, — мысленно крикнула я, отвечая грифу.
Я не видела ничего вокруг, не замечала самого города. Везде царила паника и хаос, посреди дорог лежали раненые, кто-то бесперебойно кричал, хватаясь за голову, а кто-то молча смотрел на то, как рушится барьер. Многие дома разрушены, под обломками лежали еще живые эльфы, их пытались вытащить свои же, но лианы…
Лианы будто команду получили… Они стали оплетать эльфов, стягивать свои узлы, лишая возможности выбраться.
Один из отростков почти добрался до нас, но Мирр среагировал быстро — он хлестнул хвостом, обрезая шипом лиану, а гриф принял удар на себя, с другой стороны.
Наконец мы добрались до площади…
Огромная, разрушенная… прямо над ней зияла дыра в барьере. Я видела огненный поток Каила, как пламя поднимается к отросткам по остаткам барьера, а так же Сирина, что защищал окровавленным мечом…
Ребенка.
Маленький мальчик не переставал выть, смотрел на все огромными, лишенными рассудка глазами, хватал эльфа за плечи и постоянно дергался, не понимая, что мешает.
Лианы окружили их…
— Ему… Не выжить, — слышала я вокруг, — наш капитан… Лиам не выживет…
Так его настоящее имя Лиам?
— Он умрет, как и его брат… Сирина уже не спасти…
Сирина? Так он назвался именем брата, и…
— СВЕРХУ! — крикнула я, видя, что лианы волной набросились на эльфа. Мирру не подойти ближе — от площади нас отрезали эти чертовы путы, они хватали любого, кто выходил на каменную кладку и тут же обматывали в свой кокон!
Сирин… точнее Лиам, услышал мой голос, вздрогнул, развернулся, выставив лезвие, но мальчик помешал: он начал верещать, орать мужчине прямо в ухо, не понимая, что это приведет к смерти.
Дроу услышали меня, застыли, не в силах осознать, что я сижу верхом на мантихоре. Они готовы были свернуть мне шею, но их остановил эльф, что встретил нас с Каином возле разрыва:
— Он не бросит его… Они оба погибнут… Я не знаю, что вас связывает, но тебе стоит уйти и забрать мага, пока остальные вас не убили. Город не выстоит, мы уходим.
— Да вас всех в гнезда утащат! — рыкнула я, и тут же выпустила стрелу, не позволяя лиане пронзить грудь Лиама насквозь. Тот увидел меня, не верил своим глазам, и продолжил бороться.
Мирр пытался подойти, но его почти тут же схватили. Всех жителей пытались вывести из города, это обернулось катастрофой — судя по воплям, в гнездах гранв будет много… много запасов пищи!
Город не просто пал… Город уничтожен… он стерт с лица земли! Он и все его жители!
Огонь Каила тем временем почти добрался до разлома, в это же время оставшиеся эльфы закрывали трещины в других, более доступных для них разрывах. Им уже было плевать, кто оказывает помощь. Главное — выжить.
— Уходи! — Лиам крикнул мне, отбивая очередную атаку.
Я молча выпустила стрелу, понимая, что их у меня осталось всего три.
— Ты еще можешь уйти!
— Только с тобой! — вновь стрела и вновь в цель. Это дало возможность мантихоре резануть по узлу, обрезая огромный кусок лиан. Некоторые из дроу пускали клинки, попадали в цель, но оружие заканчивалось, а себя защищать тоже нужно. В это же время в бой вмешался и гриф — он снова и снова врезался прямо в разлом на вершине купола, проходил насквозь отростки и возвращался к нам на невероятной скорости. Птицу не успевали схватить — гриф быстрее.
Когда огонь Каила добрался до разлома, многие лианы стали биться в конвульсиях, из их ран потек яд, и это позволило Лиаму вырваться из ловушки.
Он бежал в нашу сторону, эльфы тянули к нему руки, Лиам пытался бросить к нам мальчика, мы почти схватили ребенка за руки, как…
Лианы в мгновение ока опутали Сирина, вырвали его из наших рук и утянули вверх, создав прочный кокон… И не только его… Еще с десяток жителей города…
Я видела, как коконы, словно виноградные гроздья, со свистом устремляются вверх…
Лиам застыл, открыв рот. Тяжело дышал… В глазах ужас и паника. Он не верил в то, что произошло, не мог осознать трагедию.
С губ эльфа сорвался стон… такой, от которого жить больше не хотелось…
Будто весь мир из-под ног ушел…
Время замедлило ход, все вокруг разрушалось. Деревья трещали, каменные строения превращались в руины…
Я видела, как сотни пленных уносит в гнездо гранв, которые даже не появились…
— Его, — шепнула я, — всех нужно найти…
— Никто никогда не находил логово гранв, — эльфы плакали, не могли сдержать слез. Женщины держали детей, мужчины истекали кровью, но до последнего защищали свои семьи, — никто и никогда…
— Лиам… Лиам, — я села рядом с эльфом, — ты найдешь… найдешь ведь?
— Оставь его, — тихо шепнул дроу с копьем в руках, — он тебя… он не слышит…
Вокруг нас все еще шла битва. Звон мечей и отблеск металла в свете солнца… Рычание и крики, смешанные с плачем и чьим-то воплем…
Приглушенные звуки битвы сменялись звенящей тишиной, затем шорох спущенной тетивы вновь врывался в сознание.
Я смотрела на то, как по щека эльфа текли слезы… Как дрожали его руки, как медленно он поворачивался в сторону пойманного гранвами брата.
Лиан почти не осталось, они не успевали хватать эльфов и образовывать коконы, но вот разрушать дома у них получалось отменно. Рядом с площадью остались руины торговых лавок, а среди них было то, что нужно…
— Лиам…
— Лира, я…
Руки эльфа дрогнули, голос сбился.
— Лиам, ты ведь вернешься за мной? — я плакала от осознания того, на что готова решиться, — придешь?
— О чем… что ты собралась… ЛИРА!
Рядом с нами лежали мешки с мукой. Гнездо найти не могли из-за травы — лианы не подпускали отряды, путали след, хватали пленных. Но ведь теперь Сири… Лиам знает об этом…
— ОСТАНОВИСЬ! ТЫ СОШЛА С УМА! — Каил выскочил на площадь, но не успел помешать. Я уже держала в руках огромный мешок с мукой, выставила перед собой клинок, как и в первый раз, а затем…
Затем почувствовала, как лианы опутывают ноги, и мир перед глазами превратился в сплошное безумие.
Как только меня подняло в воздух, я успела выхватить ногу из ботинка, согнув ее в колене. Это позволило сохранить больше пространства, да и нога осталась свободной. Лезвие ранило путы, они не стягивались так крепко, как должны были.
Меня поднимало прямо к кокону, в котором сидел мальчик. Он уже не визжал, и не дергался… Кажется, потерял сознание.
Нас вырвало за пределы барьера, лианы подняли коконы над землей на невероятную высоту, а затем резко опустили. Как в свободном падении. Я давно так не орала, думала, что с ума сойду.
Лезвие при этом вновь ранило отростки, те тут же разошлись в стороны, но меня не выпустили, пытаясь перехватить руки и ноги иным способом, но я вновь и вновь наносила удары.
Мешок с мукой был не самой лучшей идеей, но вдруг… Лианы обхватили его, держали крепко, а вот меня…
Меня они решили отпустить…
Из-за острого лезвия они ослабили хватку и будто бы выплюнули меня на полном ходу, но я успела ухватиться за отростки. Нас несло к морю, но на другую часть берега. Подбрасывало вновь и вновь, но я держалась — лианы невольно защищали меня от сильных ударов, принимая весь урон на себя.
Я видела, как множество коконов внезапно стало разносить по разным сторонам, видела, как промелькнула в небе тень грифа и, улучшив момент, когда скорость движения снизится, прыгнула в сторону кокона, в котором был заперт ребенок.
Наивная дура…
Лианы мгновенно оплели мои руки! Я не могла шевелить пальцами, держала клинок, но без толку! Форма кокона начала меняться, он будто раздваивался и я понимала, для чего!
— Очнись же… — кричала я, — ПРОСНИСЬ!
Но мальчик не реагировал.
— ОТКРОЙ ГЛАЗА! — на очередном повороте меня сильно хлестнуло ветками по спине, будто огнем обожгло, и я тут же закричала.
Мальчик дернулся, но глаза не открыл.
— Ну… Давай… ДАВАЙ! — пытаясь хоть как-то шевелить пальцами, я осознала, что лезвие не достает до лиан, которые тем временем уже почти намертво меня сковали! — Да чтоб тебя… ПРОСНИСЬ! СИРИН!
Мальчик ожил. Не знаю, что послужило причиной, но он очнулся, тут же заорал, увидев перед собой человека, но мгновенно заткнулся, осознав, что я говорю с ним:
— Лезвие! ЛЕЗВИЕ!
— Руки связаны, — прошептал в ответ ребенок, не в силах изменить свое положение.
Черт… ЧЕРТ!
Мы тем временем приближались к обрыву и я понимала, что у меня лишь два варианта: умереть от удара или спастись, но позволить себя пленить… Так себе перспектива что в первом, что во втором случае.
Гриф не успевал за нами. Я видела тень в облаках, так же слышала кошачий крик за спиной, но они не успевали!
Обрыв был все ближе…
Кокон за спиной почти сомкнулся, но я специально дернулась, как бы пытаясь проникнуть к ребенку. Навалилась всем весом, и, как только мы ощутили свободное падение, лианы и правда сомкнулись надо мной…
Дура… Меня прокляли… отняли мозг и прокляли!
Эльфу на вид было лет пять-шесть, но я понятия не имела, как развиваются дроу. Мы оба кричали, боясь удара, но его не последовало. Коконы замерли почти у самой воды, а затем резко изменили направление, проносясь вдоль скал. Сквозь зазоры в лианах я понимала, что нас несут на полуостров. Более того, нас перебрасывают от одних отростков другим! Сами путы не были столь длинными, но их было много! И все их действия были скоординированы!
— Если не выберемся сейчас — нам конец… НЕ ОРИ! — рыкнула я, смотря на то, как паника вновь захлестывает ребенка, — выпусти когти и впейся ими в лианы! Давай же!
— Мне… мне больно! Там же яд!
— Тебя съедят, Сирин… на твоем месте я бы лучше рукой пожертвовала, но выбралась живой…
Мальчик не понимал, что делать, выл. Смотрел на меня огромными глазами, но все же впился когтями в лианы. Ему было очень больно, он рыдал, но это помогло: хватка на моем запястье ослабла и я смогла перехватить нож, всадив лезвие в лианы. Тут же брызнул яд, но я не переставала рубить кокон снова и снова. Ребенок орал у самого уха, я думала, что оглохну навсегда, но вскоре многое изменилось…
— ПРОНЗИ КОКОН! — я орала, перехватив ребенка и падая вместе с ним в открытое море, — МЕШОК!
Гриф не успевал, он мчался вперед так быстро, как мог, но не успевал.
А Каин успел…
Он сидел за спиной Лиама верхом на Мирре, и пока эльф держался за кота и позволял тем самым магу держаться за себя, последний выпустил какой-то острый, тонкий световой луч… Он пронзил кокон, в котором меня держали изначально, а потом я уже ничего не видела.
Огромная волна накрыла нас с головой и я узнала, что ребенок не умеет плавать.
Мальчик схватил меня за шею, стал карабкаться вверх, путался, тянул нас обоих вниз, хватался так крепко, что я не могла от него избавиться…
Он нас утопит… УТОПИТ!
Я думала, что это конец, но ошиблась.
Кто-то с силой рванул нас в сторону, я ощутила острую боль в шее, а потом все пропало.
Мир стал черным… И наступила тишина.