Глава 7

Боль… во всем теле. Дикая, яркая… От такой конечности сводило и тошнило все время.

Голоса… Их так много… Спорят о чем-то… Кричат… Так много странным слов…

Ногу жжет… Там, где кольцо надето… Щиколотка будто в огне горит…

“Я лучше знаю” — чей-то голос… мужской…

“Наши лекари — лучшие, так что не мешай…те…”

Вновь возня…

“Она сейчас очнется из-за ваших криков! Хватит! Ей нельзя просыпаться так рано!”

Вновь тишина.

Голос Сири… Голос Лиама… Рядом с ним ребенок… Чей это мальчик? Его сын? А хотя… Хотя нет, это брат… или все же сын?

Совсем запуталась… Даже в именах запуталась…

Хочу домой. К папе хочу… Хочу обнять его… Прижаться к нему… Вновь дернуть за густую бороду…

Не хочу сражаться, хватит! Это не моя война, не мой бой…

Не моё…

Мысли метались в голове со страшной силой. Я думала, что умерла, но в итоге выжила.

Вновь и вновь я пыталась открыть глаза, но что-то не позволяло, и даже острая боль при смене повязок не помогала очнуться.

— Терпи, — шептал Лиам, держа меня за руки, — скоро станет легче.

Терплю… Легче не становится.

С меня словно сдирали кожу, боль была адской, и как бы эльф ни старался меня усыпить, я все равно очнулась:

— Больно! — стон сорвался с моих губ, переходя на крик. Стоило открыть глаза, как боль усилилась в десятки раз, — что… что со мной?

— Да так… — на стуле возле окна сидел Каин. Маг внимательно следил за тем, что и как делают… дроу…ого…Мне что, надо было умереть, чтобы они разговаривать начали? — Несколько переломов, колотые раны, пробитое легкое, трещины… Ожоги по всему телу тебе эльфы убрали, на твое счастье они в этом лучшие, а вот с переломами уже мы, люди справлялись. Твое легкое восстановилось, большая часть ран уже затянулась, но рубец на спине останется. Ах да… с твоей помощью моя жизнь уже никогда не будет прежней… Ты уничтожила наши устои, сломала моральные принципы до такой степени, что теперь этих ушастых товарищей не выгнать! И кто дернул меня им помощь предложить, а?

— Хватит уже, Каин, — тихо прошептал Рик, сидя напротив брата. Маг читал книгу, выглядел до ужаса уставшим, но был искренне рад тому, что я очнулась, — Лира, представляешь, мы эльфов к себе пожить пустили… У них много раненых, некоторые бы не дошли до их второго города… Что тут творится… Тебе все Лиам расскажет, если силы остались.

— Лиам, — я говорила с трудом, в горле будто иглы застряли. Кашлять не получалось, голова болела, но даже так я обязана была спросить кое-что очень важное, — твои глаза… Они изменились! Они же…

— Тсс, — эльф быстро прикрыл мне рот ладонью, видя, как у всех любопытствующих от жажды подробностей аж уши горели. Причем как у людей, так и у эльфов! — Потом…

— Но…

— Не сейчас. Как ты?

— Меня сломали, — выдохнула я, — а как твой брат?

— Живой… Пока что.

— А… а почему вы все друг друга понимаете? — до меня не сразу дошло, что все друг с другом спокойно разговаривают, не имея при этом каких-либо преград.

— Нас пустили в Североморье с условием, — еле заметно хмыкнул Лиам, косясь при этом на Рика, — так как здесь мы гости, то должны чтить традиции, а так же проявить уважение и говорить на всеобщем языке. Мы и не против… нам не до языковых барьеров…

— Ты остался без дома, — с печалью сказала я, не в силах встать с кровати. Голова вновь закружилась, я укуталась теплым одеялом и просто лежала, набираясь сил, — и брат твой тоже… Гранвы многих утащили?

— Многих, но мы их вернули, — вместо Лиама ответил Каил. Маг постоянно зевал, опустил плечи, немного осунулся и был бледен будто сама смерть. Он устал, хотел куда-нибудь приткнуться, но статус обязывал стоять с гордо поднятой головой и излучать при этом вокруг себя ауру сильного и могучего воина. — Мешок с мукой… Мы так тоже пробовали, но протыкали намного раньше, чем это сделала ты. Простыми словами — след исчезал примерно на середине пути. Никто из наших не рискнул бы добровольно шагнуть к гранвам… Я благодарен тебе за этот риск, но… Лира, давай договоримся — не делай так больше. Я скажу сейчас обидные для Лиама слова, но надеюсь, он поймет меня правильно: тот мальчик — его брат, не твой. Его семья, не твоя. Это он должен рисковать в первую очередь, а не ты. Повторю снова: ты не воин и все, что с тобой происходило до этого — везение. И я искренне верю, что ты больше не будешь столь безрассудна… Словно ты ничего не боишься, но так не бывает. Тебе будто жить не хочется…

Хочется, еще как хочется!

Я и сама не понимала, почему делала все эти вещи. Просто на тот момент они казались мне правильными. Видимо, я и правда такими темпами скоро совершу фатальную ошибку с летальным исходом.

Вспоминая все то, что я творила в этом мире, мне стало неловко, дурно и стыдно. Я резко закашляла, пыталась выровнять дыхание, но получалось с трудом.

Внезапно дверь в комнату открылась и на пороге застыла молодая девушка. Она смотрела на Каина огромными, полными ужаса глазами и пролепетала:

— Простите… Господин Каин… Тут послание из Ковена магов. Срочное!

Мужчина взвыл, почесал рукой затылок, лицо скривил и, пожелав всем спокойного вечера, нехотя вышел из комнаты. Его брат довольно долго косился на дверь, тоже был недоволен, но все равно остался проверять баночки и склянки, что оставили на прикроватной тумбе:

— Я удивляюсь, — рычал маг, смешивая несколько жидкостей в одной колбе, — вначале Ковен исключает его из своего состава, а чуть что, так “Каин! Помоги!” или “Как ты мог так поступить? Плохой, плохой маг! Вот тебе наказание!”… Они когда-нибудь уже угомонятся? Странно, что за тобой до сих пор не пришли, Лира…

Не пришли… За мной?

Я хотела было задать вопрос, но Лиам меня остановил. Мягко касаясь моей ладони, он дал понять, что лучше промолчать на сей раз. Конечно же от Рика это не укрылось, мужчина сложил перед собой руки и не выдержал:

— Я не понимаю… Почему ты нам не доверяешь? Мы даже не знакомы, ты ничего не знаешь обо мне или моем брате, но уже заранее не принимаешь нашу сторону. После всего, что произошло недавно… Лира, я не знаю, что с тобой случилось, но прошу все же быть осторожной, иначе как и Каил попадешь в немилость…

После этих слов Рик поставил рядом со мной стакан, налил в него смешанный раствор и молча попросил Лиама заставить меня его выпить.

Дроу спокойно принял лекарство, так же безмолвно кивнул в знак согласия и после этого мы остались с ним совершенно одни.

— Выпей, на вкус гадость, но тебе станет лучше, — эльф дрогнул ушами, передал мне стакан и попросил осушить его до дна, залпом.

Вот чую какую-то подставу…

Принюхавшись к зелью, я не почувствовала никаких запахов, даже тонкого еле уловимого аромата не было. С виду простая вода, прозрачная, без каких-либо примесей…

Я уже заранее скривилась, сделала глубокий вдох и, видя, с каким ужасом на лице за всем наблюдает Лиам, выпила лекарство одним махом…

— На вкус как… — все тело резко передернуло, большей дряни я в жизни не пробовала! — сейчас вырвет…

— Нельзя, терпи, — эльф подставил мне маленький тазик, невольно сжал губы, пока меня вело из стороны в сторону. Я боролась с тошнотой, но казалось, содержимое желудка скоро из ушей пойдет… — живая?

— Что это такое? — говорить я смогла не сразу. Лиам будто отсчитывал необходимое время и только после этого дал попить обычной воды. Горечь мгновенно пропала, как и привкус болотной жижи.

— Североморье славится своими лекарствами, настойками. Это один из видов промысла в этом месте. Между дроу и людьми был заключен договор — мы снабжаем вас редкими ингредиентами, а вы в ответ делитесь вот этим самым зельем. Рецептура неизменна многие столетия, но эльфийский народ так и не смог разгадать формулу. Все же алхимия и лечебное дело сильно отличаются от таковых среди наших народов. Тебе станет лучше, не беспокойся об этом. Раны затянутся, но шрамы останутся, хоть и неглубокие.

— Каина из-за этого исключили из ковена? А что за ковен?

Лиам рассмеялся, устало посмотрел на меня, затем не выдержал и забрался ко мне на кровать. Эльф лег рядом, поверх одеяла, запрокинул руки за голову и выдохнул с облегчением:

— Я знал, что ты спросишь… Тебе историю покороче или долго, нудно и со смыслом? И давай ты сразу все вопросы мне задашь, какие вспомнишь.

— Со смыслом, но короткую… Для начала… А вопросов много… Очень много…

— Начинай, — эльф зевнул, потом повернулся ко мне лицом, причем его ухо прижалось к уголку подушки и выглядело это до ужаса забавно.

— У меня так много вопросов, что я даже не знаю, с чего начать… Давай… Давай тогда с того, кто вообще есть в вашем мире? Нечисть, нежить… Само устройство…

— Не самый удачный вопрос, — Лиам нахмурился, — наши с тобой миры очень отличаются, тут лучше выкроить время и пойти в библиотеку. Есть много книг об устройстве природного мира и ландшафта. Вспомни хотя бы грифа — понятие одинаковое, но птицы-то разные.

Лиам был прав, я тяжко вздохнула и решила идти от последнего:

— Тогда про Каина расскажи. Мне кажется, ты его знаешь…

— Я слышал о нем… — эльф поправил ухо, с трудом сдержал зевок и начал свой рассказ: — Начну с ковена… Ковен магов имеет в своем составе примерно двадцать человек. Суть в том, что между ними идет распределение власти, а так же выделяется земля по уровню силы. То есть чем сильнее маг, тем он важнее для нашего мира, а значит более ценная единица. Таких колдунов чаще всего оставляют при дворе в Академии Магии. Что бы ты понимала, академия — это не просто замок, где обучают ворожбе, а огромный, невероятных размеров город, где проходит обучение. Он разделен на сектора по уровню силы, а самый главный у людей — архимаг. Именно он управляет ковеном, но в тоже время сам ковен имеет много власти над миром людей. Академия Магии занимает не только участок земли, но и воздушное пространство… Парящие острова, где так же проходит обучение, всегда меня привлекали, но я никогда не видел их в живую. Туда не пускают представителей других рас, если они не являются учениками академии. Как-то так.

— То есть выходит, что Каин раньше входил в ковен?

— О да, причем о нем даже дроу передавали рассказы… — Лиам на время задумался, подбирая правильные слова, затем потянулся, разминая затекшие плечи и вновь продолжил: — Каин обладает очень высоким уровнем огненной магии. То, что ты видела — лишь часть того, на что он способен, но как и любая сила, этот вид энергии имеет особенности в использовании. Я думаю, Каин не может долго сражаться с помощью огня, он будто сам при этом сгорает… Но исключили его из ковена не из-за этого, а из-за инакомыслия.

— Что за инакомыслие? В этом понятии много составных частей.

— Верно. Простыми словами — Каин, как и ты, пытался изменить мировой порядок. Мирным путем. До эльфов он не дошел, но его часто ловили на общении с представителями других видов нечисти, что дико не нравилось ковену. Вообще-то, Каину пророчили место архимага, но думаю, сам архимаг был от этого не в восторге… Так что магистра первой степени быстро сослали в самый дальний, самый опасный уголок нашего мира. Тут и соседи — злобные дроу, на побережье целое семейство грифов, а в лагуне вообще много кто живет… К тому же в наших лесах водится невероятное количество опасных хищных видов…

— Почему мне кажется, что ковен просто рассчитывал на то, что Каина съедят, а?

— Верно кажется, — хмыкнул эльф, а потом пододвинулся ко мне чуть ближе. Я видела, как слипаются глаза Лиама, но в тоже время в них все еще горел интерес к разговору. — Рик — его брат. Он раньше тоже в ковене состоял, но при этом они умалчивали о своем родстве… Они не родные братья, родители у них разные, но на удивление оба очень похожи друг на друга. Так вот совет магов очень рассчитывал на то, что Рик окажется более сговорчивым, а тот взял, да и последовал за братом в Североморье. Просто представь, в одночасье Академия лишается двух очень сильных, и самое главное, верных своему делу магов, способных повлиять на многие решения при заключении союзов. Что к Рику, что к Каину всегда прислушивались. Именно поэтому дроу в основном и согласились принять помощь… Тут было несколько составляющих: ты и твоя внутренняя сила, а так же братья, с похожим образом мышления, как у тебя. Я думаю, ты можешь доверять этим двоим, если честно. Хотя странно, что я вообще о подобном говорю.

Надо же, оказывается эти братья и правда очень сильные… Увидеть бы академию… Хоть одним глазком… и что это за парящие острова? Уверена, что видела подобное в телевизоре, но тут в живую!

— Лиам, а почему ты не говоришь свое имя? Да и вообще все дроу так же делают…

— Эм… Не совсем верно… — эльф нахмурился, было видно, что это не самая приятная для него тема, — нам при рождении дают два имени. Первое — то, которое мы используем при общении друг с другом, а вот второе — имя души. Имя души называть нельзя, чернокнижники научились пленить нас, ставить оковы, заставлять подчиняться против воли. Простыми словами — эльфа можно пленить, если знать как. Я назвался именем брата просто потому, что не доверяю людям… Да и Лиам — это не имя души… Пойми, дроу очень редко, когда общаются с людьми, потому что вы больше всех остальных способны причинить вред нашему виду. Одно дело когти и стрелы, а совсем другое — глубинная, черная магия, против которой нет лекарства. И кстати, к слову… Каин — чернокнижник. Как и все в его отряде. И Рик тоже. Прежде, чем мы вошли в этот город, он поклялся на крови, что наш народ не тронут. Клятва на крови нерушима — если он пойдет против нее, то умрет. Это закон мироздания, его не изменить, поэтому мы в какой-то степени уверены, что можем провести в Североморье немного времени. Дроу скоро покинут эти земли… Мы уйдем…

— Вы… — я нервно сглотнула, — далеко вы уйдете?

— Три дня пути верхом до переправы, в море пять дней, а затем еще день в дороге.

Далеко. Очень далеко…

— Три дня пути верхом до переправы, в море пять дней, а затем еще день в дороге.

Далеко. Очень далеко…

— И мы… Мы с тобой…

— Что мы с тобой? — Лиам перебил, посмотрел на меня пристально, замер, будто хотел сказать нечто странное, что-то, что его пугало, — я же эльф, а ты человек. К тому же… к тому же из далекой… страны…

Он не произносил вслух то, что я пришла из другого мира, будто и сам этого боялся, но и не допускал возможности того, что об этом узнают, если будут подслушивать.

Я замолчала, испытывая боль в груди. Смотрела на Лиама, чувствуя, как в горле комок образуется, а затем сменила тему:

— Объясни мне про ваши глаза. Я же все равно узнаю… Почему они цвет меняют?

— А у вас не так? — изумился Лиам.

— Нет. Я как родилась с серо-зелеными глазами, так с ними и живу. Цвет можно изменить, но искусственным образом, а не как у вас: капля гнева и вместо окуляров пылает жерло вулкана…

Эльф посмеялся, вновь удачно поборол зевоту. Он явно подбирал слова, для него это было чем-то сложным.

— Глаза — зеркало души. Что ты чувствуешь, они покажут. Зеленый — принятие, спокойствие, отсутствие ненависти и злого умысла. Желтый — подозрение, алый — гнев и ярость… Красный ближе к закатному — страсть, а если яркий будто пламя — ненависть. Градаций много.

— А синий? — с сомнением поинтересовалась я, видя, как дроу явно уходит от этого оттенка.

— А что синий?

— Твои глаза были синие… В них словно тысячи звезд сияло… Что это значит?

Лиам молчал, я начинала злиться, хотела повторить вопрос, но не успела.

Дверь с шумом раскрылась, на пороге застыл разозленный Каил… с грифом на голове…

— ЛИРА! Эта тварь меня общипывает!

“Ищу блох” — гордо заявили мне в ответ, раскрывая огромный клюв.

— Блох ищет, — повторила я, наблюдая, как гриф огромными когтями аккуратно копается в густых черных волосах магистра, — что у вас за пергамент в руках?

— ЗАВЕЩАНИЕ! — рявкнули мне в ответ, — я ж думал, он меня сейчас порвет, сожрет и переварит, а тут… блох, видите ли, ищет… да нет у меня никаких паразитов, чтоб тебя!

Гриф резко сорвался с плеча магистра, оставив на коже глубокую, немного кровоточащую царапину. Каил тут же взвыл, показал нечисти неприличный жест, на что птица разобиделась, тут же стрелой вытянулась, тонко намекая, что еще шаг и маг останется без сердца.

— Я тебя сожгу еще в полете, — Каил даже не смутился, — можем проверить. Помрем оба, значит такова судьба!

— Я тебе помру! — за спиной магистра стоял его брат. Рик выглядел не менее печальным и… Обслюнявленным, — прошу вас, Лиам, заберите вашу мантихору! Он с людьми как с мышками играет, того и гляди хвостом заденет кого, а меня, судя по всему, вообще переварит…

— Он тебя слюной покрывает для защиты, — смутился Лиам, явно не ожидая такого отношения от Мирра, — чтобы другие мантихоры тебя не съели.

— М-м-м… — протянул в ответ маг, — надо тогда с ним еще поиграть… Какая полезная слюна, хоть и вонючая… Чего лежим? Отдыхаем? А у нас проблемы! Мы тут позаимствуем из личных запасов кое что и уйдем, а вы дальше спите… Общайтесь… Знакомьтесь…

— Что случилось? — я прекрасно поняла намек мага, что знакомство дроу и человека не самый лучший выбор в этом мире. Такую дружбу вряд ли примут, еще и на кол посадят…

— ГАРПИИ! — взревел Каил, намешивая за столом какую-то гадость, — мы почти всех прогнали, так они умудрились упасть прямо в коровник! В коровник! Чтобы эти твари все облысели! Нет, ну это нормально? Стащили трех коров, а своими вошками тридцать голов попортили! Нам теперь еще и их хоронить!

Мужчина не выдержал, с силой ударил кулаком по столу, опустил голову, тяжело вздохнул, а потом выдал:

— Так… ладно… Я магистр, я сильный мужик… я со всем справлюсь… Рик, а где там мой топор? И яда надо больше набодяжить! Больше яда Богу Яда!

— Мне уже страшно, — шепнув, я тихонько слезла с кровати. Лиам помог удержаться на ногах, спросил, хочу ли я посмотреть, что происходит из-за гарпий со скотом и повел к выходу, помогая сохранить равновесие.

Каждый шаг давался с трудом, голова все еще кружилась, но мне заметно стало легче, как только я вышла из комнаты в…

Замок.

Я не особо замечала раньше, просто было не до этого, но замок Североморья имел длинные коридоры, каменные стены, множество вбитых в них держателей для факелов. С потолков свисали кованные люстры с вставленными в них восковыми свечами, а на одиночных тумбах — канделябры. Много гобеленов, огромные панорамные окна, магические знаки в арках, неизвестные колдовские печати на полу в каждом огромном зале, через который мы шли к главной лестнице, ведущей к выходу из замка.

Широкие ступени были одинаковой высоты, застелены ковровым покрытием темного бордового цвета. Они вывели нас на улицу, где во всю наступило адское пекло, а жара стояла настолько невыносимая, что мне резко стало плохо.

— Вода, — Рик передал мне флягу, — можешь всю выпить, она колодезная, с немного ржавым привкусом, но близ Северного моря другой пресной воды нет. Уверена, что хочешь идти с нами?

— Уверена, — согласно кивнула я, и меня тут же передали Рику. Маг запрыгнул на огромного гнедого коня, схватил меня за руку и поднял в седло, словно я ничего не весила.

Лиам остался стоять в тени, махнул на прощание рукой и скрылся, явно желая убежать от темы разговора! Повезло эльфу, ничего не скажешь…

— Рик, — я верхом раньше ездила, но это было очень давно и неправда, как принято говорить у меня на родине. Простыми словами, я за каких-то пять минут отбила себе не только полупопия, но еще и зубами клацала, спину потянула и в пояснице что-то хрустнуло… — Рик, а куда мы… Ого!

Говорить на бегу я не могла, боялась язык себе откусить, но стоило магу остановить нас, как все вопросы отпали разом.

Огромное поле было полностью устлано коровами. Точнее тем, что от них осталось.

Я видела, как в тени деревьев спрятались малочисленные эльфы, с каким ужасом они смотрели на животных, с трудом сдерживая слезы на глазах. Одна из эльфиек решила помочь Каину. Она что-то спрашивала у мага тихим голосом, затем приняла из его рук несколько склянок и позвала своих друзей. Те хоть и нехотя, но стали помогать разливать раствор из склянок по большим ведрам с водой, а затем выливать его на мертвых коров…

Вокруг каждого тела прыгали огромные, чтоб тебя, блохи! ОГРОМНЫЕ! Тонкие лапки быстро передвигались, твари прыгали от одной туши к другой, вгрызались в них, а затем… затем Каин щелкнул пальцами, пустил искру и…

Все поле воспламенилось разом.

— Чертовы гарпии, — рычал маг, — грязные, отвратительные твари с их мерзкой вошкарой… Энтони! Ты каким местом смотрел? Тебе что, гранва глаза на филейную часть натянула?

— Простите, — стража, судя по всему, отчитывали уже не первый час, — больше не повторится.

— Рик, а что произошло?

Маг с недоумением посмотрел на меня, затем вспомнил, что я “потеряла” память и начал разъяснять причину катастрофы:

— Гарпий ты видела, они в горах живут, а там мяса мало. А мясо они любят. В основном раз в семь дней они слетаю в низины, охотятся на живность, но в последнее время повадились лезть на наши земли.

— Они воруют скот?

— Только скот, людей не трогают… Пока не трогают, — Рик спешился, передал мне поводья, оставив сидеть верхом в седле, — ладно бы они просто воровали, так их паразиты после такого набега почти все стадо убивают! Вошкара проедает тонкую кожу, она догрызает их до костей! У гарпий кожа плотная, прочная и грубая. Очень толстая — такую стрелой не всегда пробить выходит, но даже ее эти твари умудряются проесть! И от них никак не избавится, понимаешь? Людей вошки не трогают, наша кровь им не годится, хвала богам, а вот коровы и овцы… Черт… Зима уже совсем рядом — через пару месяцев ударят морозы, а мы лишились тридцати голов… Гарпии к нам в город не могут проникнуть из-за барьера, но после битвы с гранвами защита сильно ослабла… Черт… И ведь не скоро восстановим!

Я смотрела, как в огромном высоком пламени сгорают большие, размером с ладонь букашки, как темные эльфы собираются вместе и…

Медленно, осторожно гасят пламя, замещая его странными, непонятными мне потоками энергии. Все, что осталось от тел животных — исчезло. Оно впиталось в землю, покрылось ровным слоем зеленых ростков, и в конечном итоге поле осталось простым полем.

— Я так не умею, — печально заметил Рик, рассматривая силу дроу, — ускорять процесс разложения, превращая его в удобрение… Хорошо, что с живыми они так делать не умеют, верно?

Да уж… не то слово…

Гарпии… кстати, о гарпиях… Я ведь совсем забыла о своей идее, как выйти с этими полуптицами на контакт.

— Рик, а ты помнишь, еще в начале похода я попросила собрать обрубленные части лиан?

— Помню, — мужчина вновь запрыгнул в седло позади меня, — мы собрали несколько после последней битвы, чтобы исследовать яд. Впервые получилось собрать так много!

— Хорошо, а можно мне…

Договорить я не успела, откуда-то со спины послышался дикий рев, а так же женский пронзительный хохот…

В этом мире будет хоть один день, когда никто ни на кого не нападет, а?

***

— ГОНИ ЕЕ! — Каин вышел за барьер, создавая огненные пульсары. Он направлял их в гарпий, пытаясь прогнать нечисть, но тех было слишком много.

— Где… Ну где… — слышала я скрежет женского голоса. Гарпии будто что-то искали, хлопали крыльями, теряя по пути мелких вошек, — где коровы, Кайка? ГДЕ? Ты же сказала, что они все скопытились!

— Я те чего, провидица? — рычала в ответ гарпия, которую я недавно спасла. — замолкни и ищи! Не сожгли же они их! Воняло бы!

Гарпии летали над городом, барьер не пропускал их мелких паразитов, при этом некоторые из крылатых женщин резко падали на землю и начинали чесаться, разрывая старые нарывы до крови.

От их вида становилось дурно, а сил делать что-либо просто не было.

— Лира, умоляю, не мешай, — тихо шепнул Рик, вновь оставив меня верхом на коне. Сам при этом он вышел за пределы барьера, присоединившись к брату и его отряду. Они не подпускали гарпий близко к городу, но те не сдавались. — Да что вам всем надо, а? Вам тут что, медом намазано?

— Еще как намазано, красавчик! — хохотали в ответ полуженщины, — гранвы всех поели, мы к вам и пришли! Эй, Кайка, а давай человечинку возьмем? Смотри, опять тот бородатик вышел! Ну вкусно же получится, я постараюсь!

Хвала богам, Рик и Каил не понимали ни единого слова. Гарпии этим нагло пользовались, поливая весь род человеческий грязью и похабными фразачками.

Я стояла за барьером, смотрела, как нечисть передергивается, бросается на землю, затем взлетает вновь и…

— Каил! — прокричала я, — ПОЙМАЙ МНЕ ОДНУ ИЗ НИХ!

— СДУРЕЛА? — хором прорычали все и гарпии в том числе, — на кой леший нам это надо?

— Вам этого не надо! Вообще не надо! — тут же запротестовала Кайка — та самая гарпия, что ближе всех к нам стояла. Ей тоже стало больно, поэтому и приземлилась недалеко от барьера.

— Как зачем? — удивилась я, — они из нас суп сварить хотят, а чем мы хуже? Скот же погиб! На зиму запасов нет, так гарпией закусим!

— Эй, Кайка… Смотри вон… верхом которая, — рядом с гарпией приземлилась ее подруга, крыльями хлопала, лапами когтистыми землю взрывала, да магов к себе не подпускала, крича на них благим матом, — я ее съесть хотела… давай не будем, а то отравимся!

— Дело говоришь, — хмыкнула в ответ вторая полуптица, — давай лучше дроу сожрем, они наверняка вкуснее!

— Слушай, а чего эти эльфы к людям пришли?

— Да чтоб я знала… Хватай кого и потащили! От голода живот сводит!

— Вот эту хватай, — рыкнула я, указывая на Кайку, — они дроу хотят съесть…

Ох, зря я это сказала…

Замерли все, даже конь подо мной, казалось, обалдел от одной простой истины: я понимаю, о чем говорят гарпии. Гарпии, между прочим, тоже были не в восторге, а уж как дроу обрадовались их шикарной идее пообедать кем-то из них!

Каилу даже делать ничего не пришлось! Под командованием Лиама дроу активно воспользовались магией: земля под лапами гарпий забурлила, толстые прочные корни близко растущих деревьев будто бы ожили и в считанные секунды оплели тело орущей, несчастной, бранящейся на весь белый свет Кайки. “Подруга” ее тут же бросила, крикнув, что черт с нами со всеми, а “эту пусть сами едят”. Думаю, не нужно говорить о том, что Кайка была не рада такому раскладу?

— ТВАРЬ! — рычала та гортанным низким голосом, — и ты тоже так еще стер…

Гриф мигом заставил гарпию умолкнуть. Ему было достаточно сесть на мое плечо и ничего не делать.

— Спасибо, — Каил обратился к Лиаму, — а то я кроме как все сжигать уже ничего не умею…

— Суровые времена требуют суровых решений, — тихо заметил эльф, благодаря своих товарищей за помощь. Те тихо кивнули, хмыкнули, глядя на то, как гарпия извивалась в путах, намекая на то, что эльф эльфа не предаст, и шла бы она лесом со своими гастрономическими идеями прямиком в желудок к гранве. — Но я все равно не понимаю, зачем она тебе?

Я спешилась, размяла хрустящие суставы в пальцах, заметила, как испугалась Кайка, глядя на то, как горят мои глаза от предвкушения, а потом…

— Несите лианы, что еще с ядом!

— ЧЕГО? — Кайка взвилась, стала рвать корни когтями, но дроу держали крепко, — ДА ЛУЧШЕ СРАЗУ СДОХНУТЬ! Я гранве не дамся! Не дамся живой!

— А кто говорит о живой гранве? — я слегка нагнулась, попросила Лиама с помощью корней приподнять насильно крыло гарпии. Тот тихо сглотнул, явно ничего не понял, но ориентировался по жестам. Видимо, говорила я на каком-то другом языке, раз все так остолбенели.

Под огромным грязным крылом копошились мелкие твари. Чтобы они не разбежались, Каил довольно быстро возвел вокруг гарпии барьер:

— Когда она статична, я могу так сделать, — пояснил маг, — но в движении это бесполезно. Рик, принес?

— Несем, — нервно заметил маг, заставляя всю грязную работу делать Энтони, — чего ревешь, парень? Эти лианы почти померли, они связаны цепями и точно никуда тебя не утащат.

— Вы уверены? — шептал страж, теряя на ходу сознание, — а вдруг они мне сердце вырвут? А если голову проткнуть? За что ж вы так со мной…

— За тридцать сожженных голов, — холодно объяснил Рик, приказывая кинуть отростки мне под ноги.

Я взяла из рук Лиама клинок, с силой резанула по лиане. Из разреза тут же пошел яд, я смазала им кусок ткани (нашла его на земле, недалеко от гарпии), а к клинку примотала маленький обрубок с чистым ядом.

— Держите ее, — холодно заметила я, готовая на все, лишь бы проверить свою идею.

— А может не стоит? — Рик сомневался, — она живая, как ни как… душа там в ней есть…

— ЕСТЬ! ЕСТЬ ВО МНЕ ДУША! ОГРОМНАЯ ДУША! ПРЯМ ВСЕ ДУША ДУША!

— Держите, — глаза гарпии готовы были из глазниц выпасть. Она орала, визжала, посылала меня в несусветные дали, пыталась вырваться, но я была непреклонна.

Стоило смоченной в яде тряпке прикоснуться к паразитам, как те… Иссыхали. Они не просто пугались этого яда и разбегались в сторону — нет, они при контакте лопались! Проблема была в том, чтобы не причинить гарпии боль, но удавалось не всегда.

— Ты что задумала? — Энтони стоял в стороне, как можно дальше.

— Принеси еще лиан, — скомандовала я, — нужно много. Сейчас мы из гарпии… гарпию сделаем, верно? Подруга?

Но “подруга” рада не была, бранилась, визжала, а ближе к вечеру сдалась.

Я вычищала ее перья, стоя вместе с ней под барьером, пока остальные крепко держали гарпию и если вначале она орала как не в себя, то потом стихла.

— Что тебе от меня надо, чудовище? — надо же, Кайка расплакалась. Она смотрела на меня огромными, полными ужаса глазами.

— Я тебя от паразитов избавляю, — устало заметив это, я еще раз проверила крыло, а затем перешла к другому, — а потом помою.

— Это невозможно… От паразитов не избавиться! — тихо стонала гарпия, — если они прицепились, то не успокоятся, пока не съедят добычу! Не мучай меня, дай ты мне уже сдохнуть!

— Вот еще, ты мне нужна, — много яда не требовалось, а вот найти мелких тварей было сложно. Одно дело, когда они уже наполнились кровью хотя бы немного, а совсем другое, когда только-только присосались к жертве, — так вы что, все-все вот так мучаетесь?

— Не все, — печально заметила Кайка, — нас из стаи выгнали. Мы же теперь заразные. Наши гнезда сожгли, и всех со скалы скинули. Я и еще несколько выжили… А толку-то? Нас все равно каждый день постепенно съедают…

— Так, основных тварей я убрала, — сев на землю, я готова была выть от усталости, — я вычистила места, где уже рана нагнаивается. Лиам… Каил… А у вас скипидар есть?

— Что, прости? — не поняли мужчины, и я взвыла еще сильнее, — ну… от паразитов средство… Оно из хвойных деревьев делается… смола такая… Как бы объяснить…

— Я понимаю, о чем ты, но в случае с вошкарой это не поможет, — заметила гарпия, — мы чем себя только не мазали…

— Каил…

— Да, мое маленькое чудовище, — прошептал маг, сидя на земле и косясь на меня как на истинное зло, — повторяю в третий раз — от этих гадов спасения нет. Их либо огнем либо ничем. Ну… теперь вот этим ядом можно… К тому же я не уверен, что твоя работа не напрасна. Эти твари откладывают яйца глубоко в ранах.

— И долго вызревают? — я была на грани, воняла грязью, хотела есть и в туалет.

— Семь дней примерно. И тут же откладывают новые…

А-а-а-а-а-а…..

Хотя не так…

А-А-А-А-А-А-А…

— Слушай, а перья у тебя долго отрастать будут?

Мы смотрели с Кайкой друг на друга. Молчали.

А затем гарпия разревелась:

— ОТПУСТИИИИ!

— Даже я понял, что она хочет быстрой смерти, — с сомнением заметил Лиам, — ты о чем у нее спросила? Небось про перья, да? Если их сжечь, то уже не отрастут. Не успеют, точнее. Гарпия без крыльев уже не гарпия — ей конец придет. Это тоже самое, как у грифа клюв обломать — свои не примут уже никогда.

— Мне нужен перерыв, — я выползла из барьера, но далеко пройти мне не дали, — вы чего?

— Как чего? — возмутились все, — раздевайся! Тебя не едят, но ты теперь носитель. Одежду сжигаем, тебя в кипяточек окунаем… Спиртиком тебя всю натираем… И на лысо бреем…

— Они в воде долго не живут, — подсказала Кайка, — так как людей не кусают, можно просто в бочку с водой нырнуть… Но сидеть долго придется…

Я подсказала мужчинам идею, те ее мигом одобрили, тут же мне ширму организовали, бочку подогрели, я устало разделась и с превеликим удовольствием нырнула в нее с головой. Сидеть, судя по всему, мне нужно примерно десять минут. Десять минут под водой не выныривая. Мне дали трубку деревянную, полую внутри. Через нее я и дышала.

У воды очень хорошая проводимость, кстати, так что я слышала всю брань, относительно того, сколько с моей одежды этих гадов посыпалось. Да и с самой меня тоже. Каил предварительно меня барьером окружил. Крикнул, чтобы я трубку под воду убрала на минуту и, судя по всему, щелкнул пальцами…

То есть простыми словами — я сидела в бочке посреди кострища… Голая…

Почему-то стало смешно, так что когда огонь успокоился, бочка еще и булькала.

булькала.

На следующий день все повторилось, но уже с некоторыми изменениями. Я стала натирать раны гарпии мазью — бесполезно, потому что новые твари тут же переползали на другие участки кожи. Пришлось и Кайку в бочку засунуть, подогреть слегка… Ну… Так, чтоб прям пекло хорошо… И яд лиан в воду добавить…

Гарпия вначале от такого предложения чуть сознание не потеряла, но потом решила, что ее, видимо, и так убьют. А так хоть быстро…

На удивление способ подействовал — из бочки мигом повалила огромная орава паразитов. Открытые раны у гарпии безумно болели, полуженщина орала на весь лес, как всегда посылала меня далеко не в райские кущи, но терпела при этом.

— Ты как? — тихо поинтересовалась я, сидя в соседней бочке. От усталости я готова была плакать, если честно.

— Как, как… — ныла Кайка, — живая… Странно, что не сдохла…

— Ну, еще не вечер, — подсказала я, а потом добавила, — да шучу я! Шучу! Понимаешь, идея у меня есть, как вам еды добыть честным путем и при этом не портить людям жизнь. Но нужно найти способ, как избавить тебя от паразитов…

Кайка на это ничего не ответила, долго на меня смотрела, а потом не выдержала:

— А тебе оно зачем надо вообще?

— Я жить хочу, — зевнула я, прикрывая рот рукой, — а не сражаться каждый день. Надоело уже…

— А-а… Ты как этот ваш… как его… Каил… — хмыкнула Гарпия, — тот тоже все дружбу водить пытался с гномами… Потом с русалками… даже нимф искал, то те его выставили вон, даже на глаза не показались. Че, дочь его, что ль? Большевата чего-то, поди…

Да какая дочь? Я ему в жены гожусь, а тут дочь… Тоже мне… Интересно, а Лиаму я в жены тоже гожусь? Или в дочери?

— Слушай, Кайка, — спросила я, отмокая в бочке, — а можно спросить кое о чем?

— Меня? — ужаснулась гарпия.

— Именно что тебя. Мне вот все эти мужчины не отвечают, так может хоть ты подскажешь… Что не так с моими глазами?

— Ты серьезно?

— Вполне…

— Женщина, ты с какой планеты на наши головы свалилась, а?

— С земли… — тихо прошептала я, смотря на то, как округляются глаза полуженщины, — расскажи, прошу. Что значит этот синий цвет, а? А голубой?

— О, дорогая моя, ты что, серьезно? — гарпия аж встрепенулась, мигом оживилась, да глазами своими водила так, будто сейчас соберет кучу сплетен, чтобы потом на лавочке сидеть и всем всё рассказывать, — ты синие глаза видела?

— Я слышала, что это что-то необычное, но мне не говорят толком, что в них такого…

Гарпия сделала вид, что поверила мне, скривилась, а потом выдала:

— Каждая женщина нашего мира, будь то нечисть или человеческая особь, мечтает встретить синие глаза… Синий цвет — цвет чистоты и истины. Своего рода — предназначение. Если ты видишь синие глаза, значит это твой человек… ну, и кто этот счастливчик? Каил, небось? Он ничего такой, самец прям! Или Рик? Этот тоже сильный, мясистый!

— Ни кто из них, — честно ответила я, — говорю же, для себя спрашиваю.

— Ну да, ну да, — хмыкнула женщина, но при этом так на магов глянула, что те аж поперхнулись.

— Вы что, шашлычок из нас мысленно делаете? — поинтересовались колдуны, — мы не вкусные…

— Предназначение обсуждаем, — печально вздохнула я, невольно посмотрев в сторону Лиама. Эльф тем временем с Мирром общался, вычесывал мантихору, собирал огромные клоки шерсти и складывал в мешки. Тут из этого добра потом зимние вещи валяют.

— О, вы про синие глаза, судьбу и истинную пару? — колдуны видимо такой темы вообще не ожидали, — а гарпии что, тоже так определяют? Тоже видят наши чувства и эмоции?

— Конечно, видим, колдун! — возмущенно рыкнула Кайка, — мы что, по вашему, не достойны счастья?

— Достойны, просто вы… необычные, — я переводила то, что отвечала гарпия, а мужчины в это время испытывали странные, смешанные чувства. Цвет их глаз и правда менялся, что было до ужаса непривычным и странным. — Все, вам вылезать пора. Хватит отмокать. К тому же мы в бочку к Кайке добавили еще белил, они грязь с перьев отлично выводят, проверено на курицах…

Белила в моем мире и здесь — вещь разная. Тут это скорее легкий вариант белизны, если честно. Даже по запаху похоже.

Пока я переодевалась за ширмой, Кайка отряхивалась возле бочки, а Каил уже привычно подсушивал ее белым, мягким, не обжигающим пламенем.

И когда огонь потух…

— Ого, — я была поражена увиденному, — ты такая красивая, Кайка…

Грязный серый цвет, смешанный с землей, ошметками какой-то гадости, запекшейся крови, сгнивших листьев и прочей гадости полностью исчез.

Перья Кайки сверкали чистотой… И оказалось, что гарпия изначально была белого цвета… да и волосы… Даже волосы стали другие — от грязно-коричневого цвета ничего не осталось, теперь был благородный каштановый… даже под длинными когтями грязь почти полностью ушла, а какие у нее оказались красивые крылья! С серебристым отливом!

— Хватит так на меня смотреть, че надо?

Гарпия к вниманию явно не привыкла, но даже Мирр застыл от удивления, пеерстав обращать внимание на то, как Лиам пытается вычесать огромный колтун. Эльф тоже замер, уставился на гарпию и первый нарушил молчание:

— Почаще мойся, тебе идет…

— Пошел в… — да уж, внешне она хоть и стала чистой, но вот язык так и остался грязным, хотя после этой фразы, как мне показалось, Кайке стало немного стыдно, — прости… эм… не переводи ему, Лир, не надо. Я что… Я правда раньше была такой? Я и не помню уже… Мы же белые только при рождении, а потом перья темнеют…

— Скорее просто грязнеют, — тихо прошептала я, разрушая барьер прикосновением. Каил объяснил, что делать, так что труда это не составило, — знаешь, давай я завтра тебя еще раз проверю, нужно понять, не навредил ли тебе яд и новый состав, что маги в бочку вылили. Если все хорошо, то нужно будет позвать остальных, а так же сжечь ваши гнезда. А лучше новые построить.

Кайка меня, судя по всему, не слышала. Все себя рассмотреть пыталась, потом не выдержала, села на землю и чуть ли не расплакалась.

— Каил, по поводу гарпий. Они сильно портят вам жизнь?

— Сами гарпии не очень, вред больше от их паразитов… Что ты хочешь сделать? Помыть всех? Это не реально…

Мужчина запротестовал, стал активно головой качать, явно не веря в положительный исход событий.

— Обмен — они не трогают ваш город, а вы очищаете их от этих тварей. Думаю, сами гарпии тоже не хотят быть съеденными, верно? Нужно просчитать затраты на зелье и яд… кстати, по поводу последнего… Тут без алхимиков не обойтись, лиан хоть и много осталось, но они не бесконечные.

— Вот именно, это главная проблема, с которой столкнется твоя идея — когда-нибудь лианы закончатся и нам ради гарпий придется жизнью рисковать. Ну нет, пусть лучше скот воруют.

— А если они сами его достанут? К тому же повторюсь, алхимики нужны. Если они смогут повторить формулу, то пустят этот яд в производство… эм… в общем продавать его можно. И договориться с гарпиями… Что они могут вам дать? Защиту? Может какие-то редкие ингредиенты, которые растут далеко и высоко и ни маги, ни эльфы не в состоянии до них добраться? Наверняка что-то есть…

— Мы могли бы охранять город с неба, — Кайка и сама не поняла, что вмешалась. Гарпия находилась в состоянии эйфории, ее глаза светились белым, а руки все время вздрагивали, — или доставать Белые Розы с вершин Крутого Ската…

Колдуны внимательно слушали то, что я говорила и не верили. Несколько раз они переспросили одно и тоже, переглянулись, затем посмотрели на Лиама и выпалили:

— Надо попробовать! Не обижайтесь, господин эльф, но ваши Розы стоят как наши почки — дорого что ужас как…

— Я так понимаю, Лира только что лишила мой народ оной довольно крупной ветви в торговле… — эльф нервно дернул ушами, глазами стрельнул в мою сторону, клыки оголил, но все это было больше для вида. Глаза его при этом были небесно-голубые… Кстати, о голубом…

— Кайка, — я обратилась напрямую к гарпии, чтобы остальные не поняли, о чем я спрашиваю, — а голубые глаза? Если синий меняется на светло-голубой?

— Да ты чего-о-о? Серьезно? Ну кто, кто он? Каил или Рик? Ну кто-о-о… Не томи, подруга, я так от жажды сплетен все перья растеряю!

— Кайка… просто объясни, какого черта происходит…

— Любовь… Любовь происходит… Вот только твои глаза… Они не меняются… Неужели тебе на этого несчастного совсем плевать? Дружбу только предложить можешь? Обидно… У нас же как все устроено — истинность пары не заключается в ее взаимности. У одного существа таких предназначений может быть несколько, вот только это и так редкое явление… Сейчас сложно семью создать крепкую даже нам, гарпиям, а уж мы не так чтобы прихотливы. Главное, чтобы не страшнее обезьяны, верно говорю? И что причендал бы нужного раз…

— Я тебя поняла, — перебив гарпию, я мигом покраснела… — давай без этих подробностей…

Полуженщина на меня глянула, удивленно прыснула, да уж больно развратно на мужчин глянула. Те от такой щедрости аж побледнели, вообще не понимая, что происходит.

— Это не верное решение, — тихо заметил Лиам, — мы не понимаем, о чем вы говорите. Это неуважение к нам.

— Да вы как бы сами грешны, — возмутились маги, но все же встали на сторону эльфа, — правда в связи с последними событиями снизошли до рода людского, так что да, мы тоже знать хотим, о чем болтают эти две женщины…

— Она говорит о том, что у вас ниже пояса все в порядке… — буркнула я, — а я не хочу поддерживать разговор…

— Ч… чего?

Каил побледнел, Рик покраснел, а вот Лиам рассердился: зубами скрипнул, выдохнул резко, но потом взял себя в руки и принял невозмутимый вид.

Надо же…

Голубые глаза… Но ведь… Разве эльф и человек в этом мире могут быть вместе?

Я понимала, что если задам Кайке этот вопрос, она мигом обо всем догадается.

Я невольно смотрела на Лиама, ловила себя на мысли, что веду себя рядом с ним странно. Рискую… Спасаю… Он в ответ делает тоже самое, как будто мы давно знакомы или же близкие друзья. Сложно описать то, что я ощущала, но тепло в сердце я чувствовала однозначно.

Эльф как почувствовал, тихонько на меня посмотрел, но встретившись взглядом, быстро отвернулся.

Мирр при этом его лапой толкнул, пузо подставил, прося чесать дальше.

— Думаю, нам пора спать, — сурово заметил Каил, — скажи своей подруге, что спать она будет вновь под барьером… Я прикажу принести ей… а на чем гарпии обычно спят? Я как-то кроме их гнезд большего и не знаю.

— Попроси. Чтобы они мне чего помягче принесли, а? — взмолилась “подруга”, смотря на меня с надеждой.

— Матрас есть? Мягкое что-то…

Каил согласно кивнул, поручил дело Рику, так же отдал приказы стражам на смотровых площадках, расположенных вдоль стен и занялся делами города, подготавливая его к ночи.

Я встала рядом с Лиамом, помогла собрать кошачью шерсть, и не выдержала:

— У меня к тебе еще вопросы есть… Ты посидишь со мной в комнате? Или ты устал и…

— Хорошо, — голос эльфа немного дрогнул, — мне нужно проведать брата, я обещал ему зайти в лазарет еще раз… Иди вперед, я приду.

— Точно придешь?

— Точно…

Я тихо побрела в сторону замка, держа на плече клюющего носом грифа. Птица за весь день притомилась, устала и перенервничала из-за гарпии. Как только у меня началось с ней общение, он места себе не находил, вечно кричал, головой водил странно и был рядом. Глядя на это, я решила что пора кое-что изменить и дать, наконец, ему имя.

Так что теперь Пернатый немного успокоился, удобно уместился на плече и даже ни разу не царапнул кожу своими острыми когтями. Рик как-то подал идею хоть немного укоротить их, но птиц воспринял это как оскорбление высшего уровня, показал мужчине подхвостье и как истинное зло — нагадил в тапки. Мирр оценил, а вот Рик не очень.

Я шла по широкой мощеной дороге и глубоко дышала. С заходом солнца ветер становился холодным, местные начинали кутаться в шали или небольшие платки, а я наслаждалась такой переменой.

Голова лучше работала, когда жара спадала.

Вдоль улицы шли ряды фонарных столбов — каждый вечер фонарщик зажигал магические фитиля, которые гасли лишь с восходом солнца либо по команде самого фонарщика. Так же я видела скамеечки, на которых уютно устроились эльфы, и небольшие маленькие домики на территории замка, защищенные высокой каменной стеной. Североморье оказался огромным городом, со слов Рика одна из его частей имеет выход в море, но идти долго, да и там сейчас дико холодно. Простыми словами — это не маленький городок по типу деревни в ленинградской области, а конкретный город, в котором можно заблудиться.

Постепенно город засыпал, внутри замка большая часть слуг уже вернулась домой, а те, что остались, готовились ко сну. Я медленно поднялась на третий этаж, добрела до отведенных мне покоев и, скинув с себя обувь, с трудом переодевшись в ночную рубашку, тут же забралась под одеяло.

Я так хотела поговорить с Лиамом… Но видимо, я усну раньше, чем он придет.

Голова наливалась тяжестью, глаза слипались, я проваливалась в сон, о всякий раз вздрагивала, пытаясь заставить себя дождаться, а заодно придумать очень важные и обязательно срочные вопросы, но в голове царила пустота.

Как на зло…

Я лежала с закрытыми глазами, тяжело дышала, а потом…

Кто-то сел ко мне на кровать, но я так сильно устала, что не сразу отреагировала!

— Уже уснула, — мягкий голос эльфа заставил вздрогнуть, — спи, я не буду мешать…

Ответить не получилось, сил не хватило. Я пыталась глаза открыть, но усталость взяла свое и…

И я уснула.

Нечестно… Хочу, чтобы он был рядом…