Глава 6

Когда ректор вынес меня на площадь перед Домом Правосудия, овации продолжились. Хорошо, хоть шапки в воздух не летали! Правда, в точности я не знаю. Может, и летали. Все эти хлопанья в ладоши и крики я только слышала, почти не видела. Потому что ревела в три ручья, уткнувшись лицом в каменное плечо своего мужа.

Мужа, будь ты, дракон, неладен! Мужа, вы понимаете?!

Еще утром сегодня я только и думала об экзамене по квантовой. А сейчас меня тащит куда-то незнакомый опасный муж!

Гадор спустился по ступеням и понес меня куда-то…

Я все же оторвала личико, и краем глаза заметила, что идем мы за угол. Здесь, чуть в стороне от Дома, был разбит сад. А перед ним — что-то вроде пустыря, засеянного травкой.

И тут было на редкость немноголюдно. Малочисленные гуляющие под палящим солнцем, завидев нас, спешили ретироваться в сад, словно хотели освободить Гадору место для обращения в огромного дракона. А может, так и было.

Ректор вдруг опустил меня на ноги и… крепко взял за плечи, развернув к себе.

В первый момент я пошатнулась, отвыкла, видите ли, ходить своими ножками, да и голова кружилась от слез. Поэтому инстинктивно схватилась за его руки, как за поручни.

Смачно хлюпнула носом.

— Причина? — то ли просто сказал, то ли спросил Гадор.

— Какая? — я так удивилась вопросу, что слезы прекратились. Не до конца, конечно, зависли на границе — остановиться или хлынуть новым потоком.

— Почему ты плачешь? — пожал плечами Гадор. — Причина.

Вот тут-то меня и переключило! Я еще раз хлюпнула носом, смахнула со щек обильные слезы и уставилась на него грозно и зло.

Видимо, роль моськи, лающей на слона, удается мне лучше, чем роль отважной воительница, подумалось мне…

— А вы не понимаете?! Я попала в другой мир! Здесь все по-другому! Не ясно, смогу ли вернуться! Все здесь не так! А вы, ваша милость, меня замуж забрали! Не спросив разрешения, между прочим!

— А это плохо? — удивленно поднял брови дракон, а краешек губ пополз в направлении этой его колоритной кривой улыбки. Я уже видела — очень такая интересная улыбочка-то.

— Очень! Потому что не по моему желанию! Насильно! Как дикие люди… первобытные! — рявкнула я, вырвалась из его крепкого захвата — как-то удалось вывернуться, правда, скорее это он отпустил «припадочную». — Еще и отвечали за меня, держали насильно на церемонии! За руку! Кости чуть не сломали… — я показала ему кисть, на которой по бокам медленно наливался синяк.

И… отвернула лицо. Ведь реветь больше не собиралась, а упрямые слезы сами по себе потекли снова. Так жалко стало себя, что большой сильный дракон чуть не поломал мои хрупкие пальчики… Бедненькая я, несчастная!

— Держи, — со свой кривой усмешкой сказал ректор и протянул мне неизвестно откуда извлеченный белый кружевной платок. Такой все из себя… умильный, бабушинский, обвязанный узором по краям. Прелесть какая! Ректор-дракон увлекается вязанием, мелькнула в голове сюрреалистичная мысль…

Платок я взяла (решив, что вряд ли отравлен) и принялась усердно тереть щеки и под глазами, внутренне заставляя себя перестать реветь. Теперь ведь еще и стыдно за истерику стало. Не хотелось показывать этому твердолобому драконищу свою слабость! Хотелось победить или уж, на худой конец, вести себя с ним, как холодная гордая королева. Такая, знаете, которая внешне попала в безвыходную ситуацию, а внутри сохраняет достоинство. И не показывает супостатам никаких эмоций.

— Про кости понятно, — криво усмехнулся дракон. — Буду знать, что они у тебя птичьи. Дома подлечим. А еще? Чем плохо за меня замуж? — кажется, в темно-янтарных глазах, насмешливо смотрящих на меня, появилось любопытство.

— Да потому что замуж без любви, за незнакомца — всегда плохо! У нас другой мир, там все по-другому. И еще я вас боюсь! — почти крикнула я в ответ.

Он что, совсем деревянный, раз не понимает? Ах, нет, не деревянный — каменный. Это еще хуже.

И кстати! На поверку, оказывается, у него есть время. Не так уж он и спешит, раз нашел возможность на разборку с только что приобретенной супругой.

— Сказки про любовь мне не нужно рассказывать. А боишься — это нормально. Многие боятся. Почти все, — непринужденно пожал плечами он. — Почему, кстати, боишься? — в голосе прозвучал откровенный интерес.

Я вздохнула… Ну не дурак ли? Он действительно не понимает? Или издевается? Очень похоже, что здесь имеет место сочетание этих двух моментов. Немного «троллит» меня, но и понимает действительно не до конца.

— Потому что не знаю, зачем я вам понадобилась. Может, вы меня мучить будете. Вот скажите мне, для чего я вам. Скажите, успокойте меня. Тогда перестану — и реветь, и паясничать, и все остальное. — подобно ему пожала плечами я.

— Захотел жениться, зашел на рынок, понравилась — купил, — непринужденно ответил дракон со странным блеском в глазах.

А губы снова сложились в кривой улыбке… Паразит.

— Не верю! — бросила я в ответ. — Так говорил Станиславский!

И я назидательно подняла палец вверх.

И тут ректор сложил руки на груди, запрокинул голову и расхохотался. Так же, как совсем недавно на ступенях Дома Правосудия.

Вот уж не думала, что его можно пальчиком рассмешить!

— Не веришь, значит, — отсмеявшись спросил он, искоса глядя на меня. — А почему, кстати, не веришь?

— А вот, смотрите! — я снова подняла вверх палец. Раз уж ему это смешно, пусть лучше хохочет, чем «жестит» и ломает мне кости. — Логика. Вы дракон и ректор. Очевидно — человек…

— Не человек, как ты верно заметила, — криво усмехнулся он.

— Хорошо, дракон. Очевидно — дракон богатый. И влиятельный. Значит, если уж вам приспичило срочно жениться (что я тоже подвергаю сомнению), то вы имеете возможно приобрести самую красивую дорогую жену у родителей. Средства позволяют. Более того — можете менять жен, как перчатки! Жениться, разводиться, снова жениться…

— По закону более пяти раз нельзя, — строго сообщил Гадор, но губа поползла в направлении улыбки, и он добавил: — Либо нужно давать большую взятку чиновникам.

— Уверена, со взяткой у вас тоже не было бы проблем. Иными словами, непонятно, зачем вам понадобилось идти на рынок и покупать себе дешевую попаданку. Я у вас тут красоткой не числюсь. И особыми навыками, вроде бытовой магии, не владею. А значит, возникает подозрение, что я нужна вам вовсе не для благостной супружеской жизни и даже не для украшения интерьера. А для чего — неясно. И это пугает. Вы, должно быть, ученый. Кто знает, вдруг хотите ставить на мне эксперименты?

— Логично… кхм… — сказал Гадор. И… может, конечно, мне просто показалось — в его янтарных глазах мелькнуло что-то вроде легкого уважения.

Вдруг понял, что не дуру купил?

Помолчал пару секунд, оценивающе разглядывая меня, потом уже без тени веселья, строго сказал:

— Однако, мои дела никак тебя не касаются, Анечка. И никак тебя не затронут. Поэтому пока… рекомендую полагать, что я оказал тебе честь, взяв тебя в жены. Просто считай, что тебе очень повезло. Возможно, если ты не будешь провоцировать меня, твой статус даже доставит тебе некоторое удовольствие.

…На этом месте мне, должно быть, следовало запрыгать от радости.

«И никак тебя не затронут…» — конечно, сильно утешало. Не затронут — значит, можно жить спокойно? Он не будет засовывать мне иголки под ногти или сажать в особо циничную волшебную установку, чтобы проверить устойчивость попаданок к какому-нибудь жесткому магическому излучению?

Но как-то не прыгалось. Вот совсем! Напротив, стало зло и тоскливо.

Паразит! Все же не сказал, какая у него цель моего приобретения!

— Не скажете, ваша милость? — наклонив голову на бок, едко переспросила я.

— Не скажу, — ответил дракон мне в тон. — И перестань называть меня на «вы» и «ваша милость». Ты вроде как моя супруга. А правила нужно соблюдать.

— И какие же правила для супруги? Как я должна вас называть, ваша милость? — все так же подчеркнуто едко поинтересовалась я.

— На «ты». И, например, «мой почтенный супруг». Можно и «мой господин». Даже лучше всего. Правила нужно соблюдать… Анечка.

— Ах, «мой господин»! Вот как! — пробурчала я. — И что прикажешь, «мой господин»? Так лучше?

— Перестань паясничать! Напоминаю — лучше не дергать дракона за хвост, — рявкнул он. Как будто до этого он мне только и говорил, что об опасности сего действия.

А я представила, как сейчас он обратится, я подбегу так сзади, и ка-а-к давай дергать его за кончик неподъемного хвоста! Очень милое зрелище. Хоть и понимала, что «мой господин» выразился фигурально.

— Привыкай. Правила закона и мои правила нужно исполнять неукоснительно, — припечатал меня дракон. Видимо, сомневался, что поняла с первого раза. От его веселости не осталось и следа. Наверно, я опять зря «паясничала». — Сейчас либо ты возьмешь себя в руки. Кстати… платок отдай… Хорошо. Либо будешь спать до самой академии. Полетишь тогда в лапе, — он с угрозой нахмурил брови.

— А если «возьму себя в руки», то где полечу? — спросила я аккуратно.

— На шее полетишь, — усмехнулся дракон, пристально глядя на меня. Как-будто выискивал что-то в моем лице. — Все же законная жена. Хоть еще ни одной женщине не удавалось сесть мне на шею, — задумчиво закончил он и посмотрел на свои ноги. Видимо, устремился взглядом в прошлое, в котором выстроилась череда дам, неспособных оседлать его ректорскую шейку.

«Все когда-то бывает в первый раз, мой хвостатый «господин»!» — подумала я и снова назидательно подняла палец — на этот раз мысленно.

А в сердце сверкнул лучик радости. Слабый, но резкий…

Нет, ну а что? Кто не мечтал полетать на драконе — поднимите руки!

Все же статус законной жены, видимо, дает преимущества. Иначе мне явно пришлось бы трястись в жесткой когтистой лапе. И, дай Бог, долететь живой при таком раскладе.

— Все поняла? — осведомился дракон.

— Да, ваша милость.

— «Мой почтенный супруг».

— Да, «почтенный ректор-дракон».

— «Мой почтенный супруг ректор-дракон». Попробуй.

— Сложно и длинно.

— Да, «мой господин»-то покороче, — усмешка. — Отойди вот в тот угол. Мне нужно обратиться. Убежишь — получишь квазитромедовой молнией… пониже поясницы.

— Хорошо, «мой супруг ректор-дракон», — угроза этой самой молнии возымела эффект, и я решила больше не нарываться.

Ой! А ведь сейчас действительно все случится! Я увижу дракона, настоящего. И даже смогу потрогать.

Тогда я впервые немного порадовалась, что попала в эту историю. За такие впечатления многое можно потерпеть. А еще…

Я потянулась к боку, чтобы достать из сумочки мобильник и сфотографировать дракона. Но… сумочки по-прежнему не было.

— Мой господин! А сумка-то, сумка! — крикнула я.

— Я сказал — доставят в академию — значит, доставят в академию! — рявкнула Гадор и…

Видимо, начал обращаться. А я вжалась в угол пресловутого Дома Правосудия и изумленно смотрела на происходящее. Внутренне переживала, что мой мобильничек все еще валяется на рынке, под прилавком у Симона.

Ведь я действительно могла бы снять видео превращения! А потом… сделать селфи с драконом. И пусть однажды (если вернусь, конечно) люди гадают, как удалось состряпать такой хороший монтаж. А поклонники драконов и другой фантастики пусть победно заявляют: вот, посмотрите, они бывают!

Но да, не выйдет. Я могла лишь смотреть, изумленно смаргивая, не всегда веря своим глазам.

Читала много разного фэнтези. Драконы там превращаются в людей (и наоборот) разными способами. Но то, что произошло здесь, было круче любых ожиданий.

Гадор исчез. Вернее, он начал как-то истончаться, таять, и я уж подумала, что избавилась от своего навязанного супруга даже раньше, чем рассчитывала. Но вскоре этот расплывчатый образ просто превратился в облако из темных частиц.

Ага, победно подумал физик во мне! Скорее даже биофизик — ведь своей специализацией я выбрала эту отрасль. Вроде как и не совсем физика, к биологии близко.

Конечно, он должен был распасться на атомы, чтобы снова собраться драконом. Ведь не может человек просто преобразиться в существо столь большое, как дракон — материи не хватит!

Хотя и тут непонятно — ведь количество атомов в составе драконьей ипостаси в любом случае должно быть больше числа атомов в составе человеческой…

Облако закрутилось вихрем, начало разрастаться… Что же там происходит внутри, подумала я. Зрелище завораживало, но в то же самое время мой рациональный (хоть и шкодливый) мозг искал объяснения происходящему. Неужели там, в этом вихре, атомы делятся, умножаются в количестве, чтобы потом собраться в тело дракона? Это же как не знаю что, даже не термоядерный реактор, а какая-то… магия, что ли!

Не знаю, насколько верны были мои предложения, но вскоре вихрь и верно начал как-то уплотняться, собираться в силуэт дракона…

Ах, какой же ты красивый-то, подумалось мне. И в то же самое время стало страшно. Гадор не был пушистым зайчиком в человеческом обличии. А уж в образе хищного огромного дракона — вообще не знала, чего от него ожидать!

Дракон был очень большой. Просто невероятно. Его габариты ошарашивали, и сам ты на его фоне начинал казаться себя просто крошечной букашкой. Вот наступит на тебя своей когтистой лапой — и поминай как звали. То есть Анечкой поминай, как еще…

Черный, как ночь, как смоль, как вороново крыло, как уголь, в конце-то концов! Каждый может выбрать милый его сердцу эпитет. Лично мне ближе всего «как ночь». Это романтично. Темная, беззвездная ночь.

Тело его было мощным, под гладкой, сверкающей на солнце чешуей бугрились исполинские мускулы. Морда — хищная, со множеством шипов. Такие же шипы составляли что-то вроде шейного гребня (может, драконы все же динозавры?). Но главное — крылья! Черные, блестящие, способные, казалось, закрыть все небо.

Словно просыпаясь от долгого сна, Гадор подвигал этими великолепными крыльями, раскрыл их — кончик крыла оказался выше стоявшего неподалеку огромного дерева. И вдруг изящно так изогнул шею и опустил голову вниз.

Поближе ко мне. Ой, мамочки!

Меня обожгло и чуть не снесло его мощным дыханием. Страшно. Ему же один раз клацнуть челюстью — и все. Так и закончится попаданка Анна Вячеслава.

Я инстинктивно отшатнулась, впечаталась в стену (бежать-то некуда, за нами — стена!) и хотела судорожно прижать к себе сумку — в качестве защиты. Но проклятой сумки опять же не было.

Огромный янтарный глаз с вытянутыми зрачками, по форме напоминающими песочные часы, поглядел на меня как-то лукаво и одновременно — очень строго.

И тут я чуть не упала, настолько ошарашило меня то, что произошло дальше…

Потому что дальше у меня в голове прозвучал голос.

«Стала шизофреником. Может, мне вообще все это чудится, раз уж голос в голове появился?» — подумала я мельком.

Сперва это был даже не голос, а как будто чужая (уже хорошо знакомая!) усмешка прямо в моей черепной коробке. А потом Гадор сказал, пристально глядя на меня своим огромным глазом:

«Залезай!» — и исполинская лапа вытянулась в сторону, образуя этакий скат, по которому мне предлагалось забраться ему на шею.

«Может, не надо?» — ляпнула я мысленно.

Передо мной внезапно открылись все пугающие перспективы. Ледяной ветер в небесах, порывы, срывающие меня с шеи дракона… И полная беззащитность. К тому же… вдруг укачает?

«Не укачает», — снова усмехнулся голос в голове.

«Ты читаешь мысли?» — ужаснулась я.

«В этой ипостаси — да», — спокойно, но ехидно ответил голос дракона.

Вот это хуже всего, пронеслось у меня… Как теперь скрыть от него свои коварные попаданские замыслы?

«Нет, хуже будет, если я не поставлю защиту, и тебя действительно сдует. Прежде я таскал упрямых девиц только в когтях. Надежнее. Хочешь так, Анечка? Способ проверенный, хороший».

«Нет-нет, я пошла! Я сейчас!».

Выдохнула и принялась отчаянно карабкаться вверх по его лапе. Чешуя была не жесткая, такая упругая на ощупь, гладкая. Но, видимо, представляла собой отличную броню.

Из-за этой гладкости я несколько раз поскальзывалась, ехала вниз. В общем «драконолаз» из меня получился не очень. К тому же мне не предоставили скальные тапочки!

Дракон терпеливо ждал… Лишь усмехался иногда — прямо у меня в голове. Странное, знаете, такое ощущение. Так точно крыша может поехать.

И как бы мне не подумать чего лишнего…Не хочется быть для дракона открытой книгой. Ладно, будем думать только о полете… А о своих домыслах, планах и прочем — не думать. Соберусь, дисциплинируюсь, попытаюсь.

«Практика не думать о зеленых камбезиках — ущербна», — тоном сурового наставника сообщил мне дракон. — «Как раз о них сразу и начинают думать».

Понятно, теперь я больше знаю о камбезиках, хмыкнула я про себя. Это, значит, местный аналог «белых обезьян».

Я попробовала устроиться там, где начиналась огромная шея. Но она была такая широкая, что я оказалась «на шпагате». Крайне неудобно.

«Ноги присогни, попаданка», — хмыкнул дракон. — «И найди за что держаться, сейчас полетим. Будешь ерзать — упадешь. Сама виновата будешь. Будешь паясничать — сброшу».

«Нет, мой господин, пожалуйста, не нужно!» — пискнула я мысленно, резко присогнула ноги и схватилась за последний шип шейного гребня.

Дракон ментально поморщился.

«Да говори ты нормально, вслух. Я услышу. Хоть буду отличать твои слова от других мыслей…».

— Хорошо, почтенный супруг! Только не бросай меня в терновый куст! — пискнула я уже вслух.

А что мне еще оставалось? У него на шее я совершенно беззащитна. И если не поставил обещанную «защиту» — сдует меня однозначно!

И тут меня обдало ветром — Гадор раскрыл крылья, взмахнул ими.

— Ай!

И мир плавно пошел вниз…

— Йю-ху! — воскликнула я, не удержалась. Потому что дальше… дальше это было восхитительно.

Никакой самолет не сравнится с драконом. Никакой аттракцион.

Даже не пытайтесь это представить — аналогов в нашем мире нет!

Деревья и проклятущий Дом Правосудия превращались в крошечные игрушки. Солнце сияло, но не обжигало. Ветер свистел, но не сдувал меня.

Передо мной расстилался огромный мир. Другой мир — полный загадок, тайн и … великолепной природы. Вскоре я могла видеть внизу горы и реки, озера и поля, водопады, каскадом срывающиеся со скалистых обрывов. А где-то далеко протянулась узкая синяя полоска — должно быть, море.

В тот момент мне впервые по-настоящему понравился этот фантастический мир. Пожалуй, если дракон будет катать меня время от времени, я многое ему прощу, подумала я. Даже буду иногда баловать «моим господином».

«Не рассчитывай, женщина!» — хмыкнул дракон. — «Для начала научись вести себя образом, достойным моей супруги».