Глава 7

Летели мы достаточно долго. Часа полтора, наверно… Точнее я сказать не могла, потому что давным-давно не носила наручных часов. Смотрела время на мобильном. А мобильный — известно где, мы это давно знаем.

Сначала я разве что песни не пела от восторга. И пела бы, и орала бы — если бы не был дракон таким строгим. Еще решит, что я опять «паясничаю».

Потом… постепенно я начала ощущать, как затекают ноги, как попа принимает форму драконьих чешуй. И магия, которой Гадор защищал меня от сдувания с шеи, от затекания членов не помогала. Вот совершенно!

Чтобы отвлечься от ощущений в теле, я решила попробовать поговорить с ним. Навести мосты, как говорила Машка. Вдруг «мой господин» окажется столь любезен и поддержит беседу. Заодно узнаю, что полезное.

— Почтенный Гадор… — обратилась я к нему.

Дракон мысленно поморщился, видимо, это обращение ему совсем не понравилось.

Да, дракон. «Мой господин» — это будет наше лакомство. Сладость, которую я буду тебе выдавать за особые заслуги перед отечеством (то есть передо мной).

…Лишь бы ты мои мысли не услышал… Очень прошу тебя, не слушай, что я тут думаю!

Дракон и верно не услышал. Или не обратил внимания. Или его не интересовал мой «комариный писк». Или я хорошо его попросила не слышать…

Он даже не поправил меня.

И я продолжила…

— А ты в который раз женат, если не секрет?

Это, кстати, интересный вопрос.

Может, он женится в шестой или седьмой раз. Или в какой еще незаконный… Сто двадцать первый, например. И решил потихоньку прикупить на рынке попаданочку, дабы не привлекать внимания к своим незаконным действиям. Или по «взятке» жену только на рынке берут.

Дракон помолчал. Потом не слишком охотно ответил.

— В первый.

И замолчал, как «рыба об лед» (так говорил мой отец, рыбак со стажем).

Ого, подумала я. Но как так? Если здесь модно жениться, дорогая жена — показатель твой состоятельности (наверняка ведь так) — то совершенно непонятно, почему долгоживущий дракон женился лишь в первый раз!

И заставляет еще больше подозревать его в опасных скрытых целях на мой счет! Ведь это насколько ему приспичило, раз он решил даже жениться — впервые в жизни!

Ах… Было бы здорово поверить, что умудренный жизнью дракон увидел меня, влюбился впервые в жизни… и потащил под венец, пусть насильно, но со всей своей мрачно-прекрасной драконьей страстью… Впервые отважился связать себя узами брака ради большой любви…

Но поверить в это я не могла.

Тогда что же такое ему от меня понадобилось!

Дракон, явно прочитавший мои мысли, хмыкнул. При этом я начала краснеть, осознавая, что он лицезрел все картинки, сопровождавшие мои романтичные мысли.

Дракон хмыкнул еще раз.

— Не скажешь, да? — спросила я, чтобы поддержать беседу и выкинуть из головы романтический бред.

— Не скажу. Пригнись немного, сейчас будет крутой вираж. А я слишком спешу, чтобы вылавливать тебя в полете.

Я, конечно, послушалась. В том, что касалось вопросов аэродинамики и техники полета он и верно стал «моим господином».

Но беседу продолжила. Мысленная ведь — можно вести такую беседу в любой позе.

— А жаль. Я была бы спокойна и довольна, если бы знала всю правду. А так мне только и остается, что гадать на кофейной гуще…

— Гадать на чем? — с неожиданным интересом спросил дракон.

— На кофейной гуще… Это напиток такой… — вздохнула я и вкратце обрисовала ему, как пьют кофе, как потом смотрят «образы» в гуще. Сопроводила рассказ визуальными образами. И «обонятельными тоже» — попыталась максимально четко представить аромат свежезаваренного кофе. Дракону, кажется, понравилось. — Не знаю, есть ли у вас кофе. Но, подозреваю, может подойти другой рассыпчатый напиток… — закончила я.

Все это время дракон никак не прерывал меня, не глумился, не ставил на место. В общем — слушал с большим интересом.

— И ты хорошо гадаешь на кофейной гуще, раз решила выяснить мои цели именно этим способом? — с еще большим интересом спросил он.

— Да нет! Это я образно выразилась. У нас просто есть такое выражение — а я перевела его на ваш язык.

— Хм… И, тем не менее, сегодня вечером покажешь мне, как это делается. Это может оказаться важным, — сообщил мне он.

— Почему? Чем важным?

— Посмотрим… — уклонился от ответа он. — Замолчи. Дай подумать. А то спать уложу.

А я в очередной раз поразилась несправедливости жизни. Вот ведь! Он легко читает мои мысли. А я не могу проникнуть в голову этому ящеру и выковырять из нее нужные мне сведения. Он еще и «спать меня уложить может» — загипнотизировать, видимо!

— Драконы — не ящеры! — бросил Гадор. Конечно, он все мои мысли прочитал. И именно это возмутило его больше всего! — Не имеют никакого отношения к пресмыкающимся. Мы — живородящие. Не несем никаких яиц. Запомни это навсегда! И держись. Мы прилетели.

Я вцепилась в шип и пригнулась, как учил он. Потому что мы резко пошли на снижение…

Закладывая круги, Гадор спускался. Очень красиво, плавно и быстро одновременно.

А внизу… внизу был целый город. Кварталы, состоявшие из дворцов и обычных корпусов, полигонов для тренировок на улицах и красивых террас. Сверху это все смотрелось просто великолепно! Как очень интересный цветной макет. А вот там, кажется, пивной ларек… В смысле, ларек, где студенты покупают всякую снедь, чтобы перекусить на перерыве. И, конечно, крошечные фигурки, взяв в руки стаканчики, тут же садились на травку, скрестив ноги. Прямо как у меня дома, в Университете!

Ах вот ты какая, Академия Магии, подумала я!

И мне неожиданно стало спокойно. Вот уж где я чувствовала себя дома — так это в высшем учебном заведении. Главное, чтобы в нем не водилось всяких Эйнштейнов.

Впрочем, рано радуюсь, подумала я. Гадор ведь не учиться меня сюда привез (а я бы не отказалась!), а… Вот это и неизвестно, зачем. Все еще неизвестно…

* * *

В общем, спускались мы, спускались. Хорошо так было, приятно, как будто американские горки — только замедленные и без спазмов в животе.

И вдруг грянул гром.

Непонятно откуда взялась страшная темно-лиловая туча. Словно голубое небо превратилось в нее. Сверкнула молния, другая… Гром начал оглушать. Налетел ураганный ветер. Хлынул такой ливень, что я подумала — сейчас меня смоет.

Нет, конечно, не смыло. Гадор мысленно поморщился — зло да раздраженно, и вокруг меня вдруг появилось нечто вроде невидимой сферы, через которую не пробивались ни струи воды, ни порывы ветра.

Ах какая магия, подумала я! Мне бы такую…

И мысленно поблагодарила Гадора. Ничего не могу сказать — физически он меня берег. Правда, ногу и руки так и не подлечил пока. Да и косточки мои тогда в Доме Правосудия…

— Долго кости будешь припоминать? — очень зло рявкнул дракон.

И… взревел (так, что я чуть не оглохла!) да стрелой устремился вверх. Я судорожно вцепилась в свой шип, американские горки внезапно стали самыми настоящими.

Что происходит-то, в панике подумала я. Может, на нас напали?

Аа-а! Только попала — и уже в магической битве участвую. Нет, очень интересно, конечно. Но так не договаривались!

А в следующий миг, вытянувшийся дракон изрыгнул… не пламя, нет, а голубую молнию. Прямо в центр пугающей тучи.

Туча задергалась, как будто ее ранили в самое сердце, пару секунду ее крючило, а потом она взорвалась бесчисленным множеством лиловых капелек.

Гром затих. Молнии больше не сверкали. Внизу красиво блестели на ярком солнце мокрые крыши.

Я одобрительно похлопала дракона по шейке. С таким защитником, видимо, ничего не страшно! И осеклась. Как бы гордый драконище не счел мои поглаживания панибратством.

Но Гадору было не до меня. Он взревел снова, спикировал вниз (ой, мамочки, как круто-то, вот теперь и спазмы в животе в полном размере!) и заложил угрожающей круг прямо над Академией.

Студенты и всякие другие люди внизу даже начали пригибаться, с опаской поглядывая на разозленного дракона. Но никто не убегал. Они тут, видать, к такому привычные…

Видимо, Гадор счет демонстрацию своей мощи достаточной и быстренько приземлился возле стоявшего в сторонке особняка с белыми колонными.

— Слезай, как залезла! — озабоченно и сердито сказал он мне.

Ну, слезай так слезай, подумала я, и осторожно полезла вниз по ноге. Это было не легче, чем забраться наверх. Даже сложнее. Вон, с дерева спускаться тоже бывает страшнее и сложнее, чем на него взгромождаться.

На этот раз дракон был не столь терпелив, его мысленное хмыканье заставляло поторапливаться. В итоге я не выдержала — приспособилась сесть на пятую точку и последние метры просто съехала по гладкой чешуе. Как с горки скатилась.

— Оригинально! Хм… — бросил мне сердитый дракон и во мгновение ока превратился в разгневанного человека.

Схватил меня за руку и начал сверкать глазами, оглядываясь по сторонам.

И тут из-за кустов к нам бросился невысокий мужчина в сером сюртуке с почти эйнштейновской мерзкой бородкой.

— Ваша милость, простите! — заголосил он. — Никто не ожидал! Надеюсь, ваша… пассажирка не пострадала? Ой, простите, ваша… супруга… — Вот на лбу у меня что ли написано, что мы с драконом связаны скоропостижным браком?! Гадор написал угольком, пока я билась в истерике? Или просто магия какая позволяет видеть супружескую связь? — Стихийники из пятой группы, видимо, опять решили потренироваться…

— Всю пятую группу стихийников — ко мне. На ментальную проверку, кто это сделал! — рявкнул дракон, так, что дядечка вжал голову в плечи, а я вздрогнула. Суров, батька. Но в данном случае, похоже, справедлив… — Сколько раз я говорил, что правила нужно выполнять! Как будто не знают, что тренировки по стихийной магии вне занятий запрещены. Гнать их поганой метлой из Академии за подобное!

Ага, понятно, подумала я. Стало даже смешно, хоть совсем недавно вызванный стихийниками апокалипсис мог убить меня. И наверняка убил бы, если бы Гадор не обезопасил.

Молодежь неисправима. Стоило главному начальнику и поборнику дисциплины улететь, как они устроили хулиганскую тренировку. Правда вот, начальник вернулся слишком быстро…

— Ваша милость, не извольте беспокоиться! — заголосил дядечка. — Все высушим, все уберем… Сейчас ребят соберу…

— Если вдруг не пойдут на отчисление, — чуть спокойнее, но все также сурово бросил дракон. — Будут сами и убираться. Чтоб ни капельки нигде, ни ручейка, ни огрызка поваленного дерева! Пойдем, жена, — кинул он мне. — Быстро. Сейчас разберусь с этими бешеными. А потом у меня ректорское совещание. До самого вечера, похоже!

И за руку потащил меня ко входу в белокаменный особняк. Очень такой классический, кстати, красивый.

Вот, значит, куда ты спешил, ящер мой чернокрылый, подумала я. На ректорское совещание. Это — если вдруг кто не знает — такое совещание, где собирается весь «главный командный состав» учебного заведения. То есть ректор, проректоры по разным направлениям и деканы факультетов. А собравшись, обсуждают дела насущные да важные.

Очень мило. Утречком перед ректорским сгонять в отдаленный город, на рынок заглянуть, поглядеть на новеньких невест. И жениться там. Между делом.

Какая прелесть! Чтоб тебя, Гадор, деканы своими отчетами замучили!

А мне что прикажешь все это время делать? Мучить новыми домыслами и страхами, зачем я тебе понадобилась? Гадать на кофейной гуще?

Но вслух я ему этого не сказала. Ведь, во-первых, мой тиран был очень сердит. Лучше не лезть к нему. А то заставит еще махать лопатой вместе с провинившимися студентами.

А во-вторых, может решить, что я… хм… привязалась к нему. И боюсь соскучиться до вечера.

Фиг ему, а не соскучиться! Мало один раз девушку покатать на драконе, чтобы она на шею бросилась! Хотя… это смотря что за девушка… Может, Гадору просто не повезло со мной (а я ему говорила!).

В общем, домишко у дракона был очень даже ничего — и снаружи, и внутри, где я чуть не открыла рот от представившегося мне классического великолепия. Нет, все эти залы, лестница наверх, изысканная мебель были не столько шикарны, сколько исполнены безупречного вкуса.

Ничего лишнего, и безумно красиво.

А еще почти все тут было белым. Словно Гадор подбирал интерьер (сомневаюсь, конечно, что он делал это сам) по контрасту со своей второй ипостасью. Представилось, как смоляно-черный дракон вальяжно развалился на белом ковре в ослепительно-белом холле. Забавное зрелище. Правда, он тут не поместится.

Как раз в холле нас встретил еще один пожилой дядечка. На этот раз — весьма благообразной наружности. Этакий классический английский дворецкий с аккуратной стрижкой седых волос и невозмутимым выражением лица.

— Моя жена! — кивнул на меня все еще сердитый Гадор. — Характер скверный. Пока будет в моих покоях. Кормить, но в разговоры не вступать, — велел он дядечке.

— Я бы попросила по поводу моего характера… — начала я.

Ну вот откуда этому дракону знать вообще хоть что-то о моем характере? Я вообще белая и пушистая, если меня не продавать и не покупать. Если не ломать мне косточки и не пугать страшными рыками!

Хам, однако! Тиран, деспот, дракон, еще и хам!

Но Гадор так сверкнул на меня глазами и настолько сильнее сжал мою многострадальную руку, что я предпочла не продолжать. А то вместо покоев запрет еще в чулане. Или в драконьем подземелье… брр!

Невозмутимый дворецкий коротко и почтительно кивнул ректору. Словно заправский холостяк каждый день приводил домой по законной супруге. Вот она, старая «английская» школа!

— Как его зовут-то? — спросила я у Гадора.

— Сэмуанс Крайтон Бестерлак Куанси младший. Он из почтенного рода дворецких ректоров Академии, — нейтральным тоном сообщил Гадор. — Студенты обычно его называют дядя Сэм, — добавил он с ухмылкой. — Если видят. Он редко гуляет по территории, слишком предан своей работе.

— Понятно, — кивнула я и тихонько подумала, что при случае я все же попробую допросить дядю Сэма… Вдруг его преданность приказам «его тиранейшества ректора» не столь безоговорочна!

В итоге дракон притащил меня в просторную комнату на втором этаже.

— Сиди здесь, — задумчиво сказал он и нахмурился, словно вспомнил о чем-то. — Дверь запечатаю магически. Сэм тебе обед через то окошечко подаст. И отдаст твою камбезикову сумку, когда привезут! Станет душно — выйди на балкон. Гулять пока запрещаю. Мне еще нужно… — тут он осекся.

Но я не обратила особого внимания на его осечку. Потому что меня захлестнуло возмущением.

Паразит! Он бы еще за ногу меня к батарее привязал! К какой-нибудь местной магической батарее… Дверь он, видите ли, запечатает!

Тьфу! Вернее — фу, какой противный дракон! Я ему жена или кто?

— Разве я пленница, а не жена? — я вырвала руку, гордо распрямила плечи. Пожалуй, впервые у меня получился тон той самой холодной королевы «в изгнании», которой я хотела выглядеть.

— Судя по твоей реакции — это практически одно и тоже, — со странным выражением лица сказал дракон. — Вот! — он резко подошел к шкафу у дальней стены, там стояли книги. Поводил рукой вдоль полки и извлек на свет какое-то тоненькое пособие. Потом еще одно. — Чтоб до вечера прочитала и больше не делала глупостей! Если что непонятно — задашь вопросы. Приду — проверю.

Снова нахмурился, резким движением кинул книги на журнальный столик.

…И скрылся в неизвестно направлении, хлопнув дверью.

Так я осталась одна в шикарном особняке Гадора. Могла только возмущенно поглядеть вслед его широкой спине и хлопнувшей двери.

Тут-то я, наконец, и поняла, почему его так зовут.

От слова «гад». Однозначно. Родители как в воду глядели, когда имя сынку давали. Дальше объяснения, думаю, излишни. И поведением в последнюю четверть часа она полностью оправдал свое имя.

Еще и экзамен по этим брошюркам мне решил устроить!

Ну я ему покажу… Я ему такой экзамен устрою! Не знаю, правда, как…

Кстати, что за брошюрки-то? Я присела в креслице возле столика и с любопытством взяла первую

Ох! Ну и ну! Между прочим, очень полезное издание. Вот бы мне его четыре дня назад дали его почитать… Знаете, что это было?