Глава 12

Маркус поджидал меня у входа в общежитие, с важным видом прислонившись к стене. Выглядел он тем не менее потрепанным и злым, форма в пыли, русые волосы взъерошены. Шесть кругов по полосе дались ему нелегко, судя по всему. При моем приближении он шагнул навстречу и бросил брезгливо:

- Топай за мной, ущербная.

Я остановилась, сжимая рукоять ножа.

- С какого перепуга мне за тобой идти? Просто говори, что хотел.

Он угрожающе приблизился. Парень оказался на полголовы выше меня. В глазах плескалось неприкрытое высокомерие, сам же он ощущался, как… страус. Точно! Такой же объемный, опасный в своем кретинизме и плохо управляемый. Были в нашем цирке эти припадочные птицы, но особой любовью к ним я не прониклась. Помнится, один так мне по руке клюнул, что синяк неделю не сходил. С Маркусом чувствовалось то же - он мог лягнуть просто потому, что его позвали.

Вот только не успел он открыть рта, как я прижала к его горлу нож. Знакомство у нас не заладилось, а делать вид, что ничего не произошло, я не собиралась.

- Что надо?! - спросила с нажимом.

- Осторожнее со своей игрушкой, - прошипел он.

Из общежития вышло несколько кадетов и отшатнулись, заметив нас. Я мило улыбнулась, всем своим видом показывая, чтобы топали дальше и не задерживались. Тут не на что смотреть.

- Я могу твой ножичек в пыль превратить, если захочу. Но так и быть, не стану забирать у жалкой уродки последнюю игрушку. Ректор к себе в кабинет вызывает. Идем.

Он отступил. Бросил злой взгляд на новых кадетов, которые на этот раз двигались с вещами в общежитие. Невысокий паренек в очках испугался, развернулся, врезался в своего спутника.

Маркус даже не удивился подобной реакции, словно такое случалось постоянно, и направился прочь. Я же засунула нож за пояс и поспешила за ним.

Парень шел быстро, а я едва поспевала, чувствуя, как ноют после недавней пробежки все мышцы. Подумала спросить, чего это его, такую важную птицу, вдруг перепутали с посыльным голубем, но сдержалась. Со страусами лучше не разговаривать. Зато когда мы вошли в кабинет ректора, все сразу встало на свои места.

Помимо Криса Таннера, здесь находились двое. Они сидели в креслах возле книжного шкафа. Мужчина лет пятидесяти, с проседью в аккуратно подстриженных волосах и уставшим, но умным взглядом. Рядом с ним - дамочка, худая, с острыми чертами лица и неприятно поджатыми губами. Она была живой копией Маркуса, только в возрасте. Его мать, не иначе.

Парень ринулся к ним, но под внезапно вздернутой бровью ректора замер на месте, сделал шаг на зад и встал по стойке смирно.

- Задание выполнено, лорд-ректор! Я привел… - он запнулся и едва заметно усмехнулся, - кадетку Край. Вообще-то она еще не кадетка, зачисления не было, так что…

Он снова запнулся, почувствовав на себе тяжелый взгляд темно-карих глаз, и умолк, вытянувшись еще прямее.

Его матушка не выдержала и вскочила с места.

- Как это так? - прозвучало немного визгливо. - Лорд Таннер, мы доверили вам нашего замечательного мальчика! А вы… вы подвергаете его опасности, заставляете дышать одним воздухом с этим… нулем! Это вопиющее нарушение всех возможных норм и правил. Мы подавали на военную академию надежды, верили, что под вашим чутким руководством вырастет новый Верховный маршал, его достойная замена. А по итогу встретили… это! - махнула она на меня рукой. Обернулась к мужу. - Арлен, скажи что-нибудь!

Я просто стояла и наблюдала, поражаясь, как сильно меня тут ненавидят. Не за поступок, не за характер. Просто за то, что я существовала.

Миленько!

И даже не обидно, почему-то.

Отец «замечательного мальчика» тяжело вздохнул и тоже поднялся.

- Лорд-ректор, мы понимаем, что у вас свои методы. Строгая дисциплина, закалка… Но поймите и наши опасения. Маркус - наше продолжение. Надежда семьи. Единственный, кому дарован красный спектр в нашем роду.

Ректор, до этого хранивший молчание, сдержанно кивнул.

- Я понимаю, лорд Клифт.

В этот момент дверь кабинета открылась, и внутрь ворвался Элрик Прай. Он учтиво поклонился.

- Прошу прощение за опоздание, - произнес он и обменялся красноречивыми взглядами с ректором.

Проходя мимо меня, положил ладонь мне на локоть, сжал его. Но этот жест был до того быстрым, что я ненароком подумала, не показалось ли. Декан сразу расплылся в обаятельной улыбке, обратившись к родителям парня:

- Лорд Клифт, леди Клифт, яркого звучания! - поклонился в приветствии. - Позвольте узнать, что привело вас в нашу академию? Надеюсь, Маркус не доставляет хлопот? Талантливейший юноша, спешу заверить, просто жемчужина вашего рода.

- Он и не доставлял никогда. Мы здесь по поводу этой беззвучной! - женщина ткнула в мою сторону пальцем. - Мы не допустим, чтобы она находилась рядом с нашим мальчиком!

Элрик поднял руки в умиротворяющем жесте.

- Не нужно переживать. Уверяю вас, кадету Клифту ничего не угрожает. Все под контролем. Взгляните. - Он указал на мои наручи. - Это наши последние разработки, о которых мы особо не распространяемся, чтобы не вызвать резонанс. Они полностью нейтрализуют любые… побочные эффекты беззвучия. Эта девушка согласилась помочь нам в испытаниях. Все цивилизованно и безопасно.

- Безопасно? - женщина с размаху ударила ладонью по столу. - Я не собираюсь рисковать будущим сына из-за ваших дурацких испытаний! Выбросьте ее вон! Сейчас же!

Ректор прочистил горло, и дамочка опомнилась. Она сразу прижала ладонь к груди и отступила к своему мужу.

- Леди Клифт, - произнес Крис, нахмурившись. - Я лично курирую вашего сына. И я сам более чем заинтересован в том, чтобы из него вышел превосходный полководец красного спектра. - Он перевел взгляд на отца Маркуса. - Посудите сами, есть ли у меня хоть одна причина, чтобы намеренно уменьшать силу его вибраций?

- Нет, - тихо ответил лорд Клифт.

- К тому же подписаны бумаги. Я отвечаю за него! Следовательно, вы можете быть абсолютно спокойными, потому как девушка не повлияет на вашего сына. Я ручаюсь.

А вот я не ручалась бы. Мы с Маркусом были совсем немного знакомы, и мне уже хотелось как-нибудь на него повлиять, притом не в самом хорошем смысле.

Кто знает, как скоро сорвусь?

Леди Клифт еще попыталась возмущаться. Она говорила что-то про долг и предназначение ее мальчика. Были брошены и в мою сторону нелестные слова. Вот только я замкнулась. Слышала, да, но не реагировала. Все было шумом, пустым. Взгляд уперся в крепкие пальцы ректора, которыми он неторопливо постукивал по поверхности своего стола.

Медленный, четкий ритм. Я в какой-то момент поняла, что начала дышать в этот такт, подстроившись, словно он загипнотизировал меня.

Очнулась, когда за четой Клифт закрылась дверь, а Элрик Прай усмехнулся:

- Ожидаемо.

- Ожидаемо, - недовольно повторил ректор, и его темный, обжигающий взгляд упал на меня.

Стало зябко. Я каждой клеточкой тела почувствовала его недовольство. Где-то на задворках сознания появились звуки, как если бы таинственный незнакомец снова разговаривал с хранителем, готов был указать на него, будто тот находился здесь, в этом кабинете. Или же за стеной. Рядом, в общем. И я хотела бы оторваться от глаз ректора, рассмотреть здесь все, найти коллекцию и необычный экспонат, тот самый, который не самый выдающийся, но особенный. Но я не смогла отвести взгляд.

- Кадетка Край, наказана. Минус десять баллов из общего зачета.

- С чего вдруг? - вырвалось у меня.

- За непослушание. Я приказал шесть кругов по полосе препятствий вместе с остальными. Остальные выполнили, а ты проигнорировала мои слова.

Маркус едва слышно усмехнулся.

- Кадет Клифт, - голос ректора заставил его вздрогнуть. - Минус десять баллов. И передай остальным участникам утреннего инцидента, что им по минус пять.

Тот пораженно открыл рот, собираясь возражать, но Крис резким движением головы пресек любые возмущения.

- Точное выполнение приказа, кадет Клифт! Если я сказал, что нужно прибежать вместе с ней, значит, вы должны были прибежать вместе с ней! Меня не волновало, как именно. Хоть на спине тащите, хоть на руках несите!

Он начал грозно подниматься из-за стола, а эхо его слов словно сконцентрировалось во мне, продолжая еще звенеть, будто физически воздействуя на тело. Это ощущалось все отчетливее. Я не понимала, есть этому какое-то объяснение или просто обычный эффект, мой внутренний «трепет», такое звучащее беззвучие?

Спросить бы у кого-нибудь.

Я посмотрела на Элрика Прая, который стоял в стороне и явно не собирался участвовать в разговоре.

- Свободны! - отрезал ректор.

Я поспешила к выходу, едва переставляя онемевшие ноги. Маркус подрезал меня возле дверей, едва не задел плечом. Пришлось немного задержаться, и только поэтому я расслышала:

- Крис, зачем так строго с девчонкой?

В ответ последовало лишь гробовое молчание. Я обернулась и встретилась взглядом с ректором. Он смотрел прямо на меня, пристально, прожигая насквозь, напоминая о словах во время поступления, что каждая отработка будет у него лично, и он не даст никаких поблажек. Уверена, приложит руку, чтобы мой общий зачет не поднимался выше нуля.

Потрогала наручи, которые стягивали запястья. Они будто дышали, да, и мне немного не нравилось это ощущение.

Заставила себя все-таки выйти из кабинета. В коридоре я увидела Маркуса в окружении родителей. Мать суетливо поправляла ему воротник, разглаживала ладонями складки на форме.

- Перестань, матушка, - буркнул он, отстраняясь. - Не надо.

Как только я вышла, на меня обернулись все трое.

Женщина моментально подобралась. Ее тонкие губы презренно скривились, но сказать она ничего не успела, потому что рядом со мной возник Элрик.

- Рэная, идем, - коротко бросил он и, кивнув на прощание семейству Клифт, двинулся по коридору.

Я послушно последовала за ним. Мужчина держался немного холодно, плечи были напряжены, исчезла легкость. Невольно зародилось ощущение, будто я вправду виновата во всем, что и повлияло на его настроение. Словно с моей стороны была провокация, из-за чего шайка недоумков решили воспользоваться комнатой Страха. А еще из-за меня начались «ожидаемые» разборки с родителями, которые оказались возмущены присутствием беззвучного нуля рядом с их «золотым» ребенком. Пришлось отогнать все эти глупости прочь и будто бы сбросить с себя, чтобы не липло тут всякое.

- С ректором нужно дружить, Рэная, - сказал декан, когда мы вышли на улицу. - Дружить - значит, делать все возможное, чтобы его не злить. Иначе ты не продержишься здесь и месяца.

- А ничего, что он решил извести меня чужими руками? - спросила я. - Как с таким дружить, скажите на милость, лорд Прай? Очевидно же, что сейчас меня возненавидит та четверка за это дурацкое наказание. Хотя… меня и так ненавидят. Даже без причины, просто так. Просто потому, что я есть, - все-таки высказалась. - Вы знали, что компания во главе с Маркусом Клифтом закинула меня в комнату Страха?

Элрик не сбавил шаг, лишь недовольно покачал головой.

- Попытайся быть незаметной, Рэная. Ты знала, куда шла? Знала же. Это столичная военная академия! Здесь крайне важны вибрации, притом высокого спектра. Все жестко и строго, соответственно, и нравы не такие мягкие, как в других школах.

- От вас не дождешься жалости? - уточнила я, обгоняя и заглядывая ему в глаза.

- А тебе жалость нужна? - он усмехнулся. - Ты не выглядишь той, кто будет пускать слезы, если его ударят. Я могу бегать за тобой, как папочка, и отгонять всех негодяев, но что это даст? Это военная академия, Рэная, - с нажимом повторил он, и я отчетливо поняла, что помогать мне никто не станет.

И дело не в том, что декан не хочет этого делать, а потому что иначе кадеты не будут воспринимать меня всерьез. Это как в дикой природе. Если не можешь постоять за себя, то сожрут живьем. Поэтому нужно прятаться или нападать в ответ.

Я коснулась своего ножа за поясом и поняла, что впредь никогда с ним не расстанусь. Более того, в каждом комплекте формы сделаю карманы, чтобы можно было носить с собой сразу несколько. У меня нет вибраций, да, но я не молчаливая овца, которая подставит бок на съедение волкам.

- О чем и речь, - словно прочитал мои мысли декан. - Ты точно справишься. Я в тебе не сомневаюсь.

- И чем же я заслужила такую уверенность?

- Своим броском, Рэная, своим броском туда, куда нужно. Могла же напасть на Маркуса, когда он шел выполнять приказ лорда-ректора.

- Просто я понимала, что нужно устранять главного злодея.

- Злодея, - усмехнулся Элрик и остановился неподалеку от плаца. - Я тебя не ограничиваю, Рэная. Возьми самые непопулярные предметы и вообще не встречайся с алыми и золотыми мундирами. Это тебе важный совет.

- Прятаться? - удивилась я. - Вы бы прятались?

- У меня другая ситуация. Тебя же, как ты сама сказала, ненавидят просто потому, что ты есть. Это военная академия. Военная академия, - повторил он чуть ли не по буквам. - Здесь поблажек не дают, понимаешь? И еще, по поводу общего зачета. Будь осторожнее. После начала обучения будет вестись список успеваемости. В первые пару месяцев, до официального принятия в ряды кадетов, обычно человек двадцать из общего потока отсеивается. Их отчисляют раз в неделю или две в зависимости от набранных ими баллов.

Я обвела взглядом плац - огромный, мрачный. Жуткое понимание накатило на меня. Все было гораздо сложнее, чем я полагала. Нужно не просто найти способ, как снять клеймо, а выжить. Я ведь в чужом мире, по-прежнему ничего о нем не знала, наивно верила, что где-то за стенами этой академии есть что-то светлое для меня, а здесь… просто временная неприятность, которая вскоре окажется за спиной. Но куда повернет жизнь?

Правда, уже через мгновение я мысленно встряхнулась. Нет уж. Меня не отчислят. Я воспользуюсь своим шансом по максимуму. Натренирую это тело, найду дисциплины, которые окажутся полезными в этом странном мире. Узнать о нем подробнее было крайне необходимо.

Я подготовлюсь!

А дальше… найду способ, как заставить ректора убрать это проклятое клеймо. Если он не согласится… Мелькнула дикая мысль: снять наручи, пробраться к нему ночью в спальню и провести там несколько часов, чтобы перестал быть красным. Это была бы месть. Но какая-то примитивная, грязная. Я слышала где-то, что если обвинили незаслуженно, то нужно вернуться и заслужить. Но я не хотела быть злом. Не хотела превращаться в ту, кого меня все видят.

Значит, придется придумать другой способ. Честный или хитрый. Не важно. Я заставлю Криса Таннера пожалеть за свои слова и убрать проклятую отметину на моей шее. Я справлюсь. У меня… получится!

Попрощавшись с деканом, я вскоре вернулась в общежитие. Толкнула дверь своей комнаты и замерла на пороге. Сосед стоял спиной ко мне и как раз снимал штаны.

Хм, трусы в горошек. Чудно!