*30* Узоры

Рита попыталась подняться с кольчужного гамака, но мир тут же накренился. Память возвращалась обрывками кошмара. Вспомнился гигантский червь, изрыгающий её и Лео с тошнотворным хлюпаньем — так дворовый кот выплевывает комок шерсти. Следом — липкий шёпот ослепляющих огней: «Кожаные… кожаные…». Вспышка, чей-то хриплый выкрик: «Защита! Руны!», укус боли в плечо — и провал в пустоту.

Теперь к раскалывающейся голове добавился ожог, который очень хотелось расчесать, и, сбивающая с толку… нагота. Да, Рита была голой. Абсолютно. Словно кто-то почистили её от одежды, как картофелину от кожуры, прежде чем бросить в суп.

Бр-р-р, аж передернуло от мысли стать чьим-то ужином.

Рита потёрла глаза и таки поднялась. Пространство вокруг представляло собой комнату, сложенную из плотных стеклянных плиток, которые подчёркивали щепетильное положение девушки.

— Это ещё что за извращенский калейдоскоп, — пробурчала она подходя ближе к одному из отражений. Не показалось. На неё и вправду смотрела взъерошенная голая девица с синяками под глазами. В добавок, по её телу, переплетаясь и закручиваясь у бёдер, бежал сложный фиолетовый узор. Он светился, вспыхивая при каждом ударе сердца и делая наготу вызывающе яркой.

— Ну просто блеск! — Сотни её копий в стенах синхронно шевельнули губами. — Мало того, что меня выплюнул червь, так теперь я ещё и сияю, как вывеска дешевого борделя с лозунгом «всё включено».

— Рита?

Она обернулась — и дыхание перехватило. Перед ней стоял эльф. Бледная кожа, атлетичный разворот плеч и те же причудливые отметины, что и у неё, только пылающие ярким, жарким оранжевым цветом. Они вились по его телу, подчеркивая каждую мышцу, потому что скрывать их было нечем — он тоже был обнажён.

Шок на мгновение парализовал обоих.

— Почему?

— Как?

И они порывисто развернулись спиной друг к другу, но бежать было некуда: повсюду, куда ни брось взгляд, множились их отражения — переплетения обнаженных плеч, длинных ног и ярких меток на коже. Рита впопыхах прижала руки к груди, чувствуя, как по коже бегут мурашки — и вовсе не от холода.

— Эм... что ж, — выдохнула она, пытаясь унять дрожь в голосе. Даже её вечно острому языку сейчас не хватало слов, чтобы сбросить это вязкое, интимное оцепенение. — Кажется, у меня закончились шутки.

В зеркалах их взгляды встретились. Вздох. Смущение. Им оставалось только закрыть глаза, вот только темнота запоздала: разум запомнил и помогал воображению рисовать детали куда ярче, чем было на самом деле.

— Признаться... я тоже совершенно растерян, — Леонтал звучал сухо. Ему бы водички.

— И всё таки, нам обоим нужно понять, куда нас забросило и что происходит, — Рита закусила губу. — И раз уж твои правила и эти благородные традиции запрещают тебе видеть меня без одежды, то осмотрюсь я. — Она осторожно приоткрыла один глаз, стараясь фокусироваться исключительно на трещине в полу. — Стой смирно, а я буду озвучивать всё, что вижу.

И тут Рита на практике поняла, что быть навигатором в комнате, полной зеркал и обнаженных эльфов — это работа, требующая либо святости, либо полного отсутствия гормонов.

Главное правило выживания сейчас гласило: описывай обстановку, а не то, как оранжевые руны на его правой лопатке изгибаются при каждом вдохе, словно живое пламя. И уж точно не стоит упоминать, что магические завитки на его ягодицах, плавно стекающие к щиколоткам, выглядят как искусная каллиграфия, которую хочется изучать... очень медленно и, желательно, тактильно.

— Здесь всё из стекла, — констатировала Рита, стараясь, чтобы её голос звучал по-деловому, а не как у человека, внезапно обнаружившего себя в центре эротической галлюцинации.

— Это я успел заметить, — отозвался эльф. — Что ещё? Окна? Двери? Одежда, в конце концов?

— Окно, — выдохнула она.

— И что там?

Рита сделала шаг к панорамному остеклению, но её взгляд, вероломный и жадный, застрял где-то на полпути. Примерно там, где зеркальная плитка предъявляла ей неопровержимое доказательство эльфийского смущения: густой вишневый румянец, захвативший точёные скулы и победным маршем добравшийся до самых кончиков заостренных ушей. Рита улыбнулась. И на этой ноте она была уже готова выполнить доверенную ей миссию, как на неё было совершено следующее визуальное нападение. Зеркало коварно подставило под удар её самообладания рельеф эльфиского пресса. Он не был вызывающе-мускулистым, как у заядлого посетителя тренажёрного зала, но обладал какой-то магической притягательностью, привязав к себе внимание.

— Мне это будет сниться, — случайно озвучила она мысли в слух.

— Рита, — он говорил шёпотом и отозвался у неё в животе. — Ты... действительно смотришь в окно?

— А ты как думаешь? — В голосе прорезались нотки сладкой мести за отказ от её предложения ранее. Приличия? Хорошо-хорошо. Будут ему приличия. — Мне так стыдно. Воспитанные леди должны смотреть в потолок, если перед ними стоит обнаженный эльф, судорожно прикрывающий самое сокровенное.