*42* Допрос

Ночь, но палуба тонула в вязком красном тумане, похожем на разлитое вино или кровь. Матросы суетились, как муравьи перед грозой, но для Саманты они были лишь фоновым шумом. Сейчас её волновал только один конкретный человек.

— Эй, вы! — Саманта вихрем взлетела по ступеням на квартердек, едва не споткнувшись. Капитан выглядел так, словно собирался как минимум на битву с Кракеном. Но Саманту это не остановило.

— Вы… вы бесчестный, коварный, абсолютно беспринципный пират! — выпалила она, переходя в наступление.

В этот список она вложила всё: и подозрения в пьяной близости, и позор от возможной порки, и общее похмельное унижение. Для пущей убедительности Саманта ткнула пальцем ему в бицепс. Плечо оказалось настолько твёрдым, что она едва не выбила себе сустав.

— Ваша проницательность делает мне честь, — Валериан даже не соизволил повернуть головы, сосредоточенно удерживая штурвал. — Но не могли бы вы просветить мою скромную персону: в чём конкретно заключается моя вина на сей раз?

— Вы ещё и спрашиваете?! — Саманту едва не захлестнуло волной возмущения.

Капитан таки удостоил её взглядом. В его глазах застыло нечто среднее между научным интересом и искренним желанием её отправить на все четыре стороны для протрезвления.

— Вы меня одурманили! Напоили до беспамятства! — продолжала Саманта. — Воспользовались моей беспомощностью, да ещё и… и выпороли! В моем мире за такое дают срок! Вы бы до конца дней видели небо только в клеточку! Уж я позаботилась бы об этом.

— Так, госпожа Саманта, притормозите на поворотах, — Валериан чуть довернул штурвал, заставляя судно качнуться. — Во-первых, здесь не ваш мир, а мой корабль. И закон здесь тоже я. А во-вторых… разочарую вас, но «пользоваться» вами я не соизволил. Можете выдыхать.

— Да чтоб у вас член отсох! — Саманта ткнула пальцем в сторону его ручки. — Чтоб больше раза в неделю не выходило! И то — через силу и со слезами на глазах!

Валериан аж поперхнулся воздухом.

— Погодите… — до Саманты начал доходить смысл его слов. — Что вы сказали?

— Сказал, что между нами ничего не было, — Валериан расхохотался, запрокинув голову, и этот смех был полон искреннего, негодяйского восторга.

— Как это — ничего? Ни поцелуя, ни секса?

— Расстроены?

— А весь этот разгром? — проигнорировала она подколку. — А то, что мы в одной постели проснулись?!

— Вынужден нанести сокрушительный удар по вашему самолюбию: я не так податлив хмельному коварству, как вы. И, к вашему сведению, я вполне способен выдержать пять раундов за ночь без малейшей потери боевого задора.

— Это к чему сейчас было сказано?

— Да так, вспомнил один из ваших аргументов к соитию. Вы можете быть очень убедительны, госпожа Саманта.

— Мы сейчас точно о сексе говорим? — выдавила она, чувствуя, как лицо превращается в спелый помидор.

— Нет, я говорю про жёсткий, зубодробительный трах, — Валериан посмотрел на неё так, что перехватило дыхание. — По крайней мере, именно этого вы требовали утром с завидным упорством.

— Я не могла такое сказать, — она готова была поклясться на чём угодно.

— О, вы ещё и не такое выдавали, — заверил он её.

— Вино было слишком крепким...

— А вы — нет, — парировал Валериан с убийственным спокойствием.

— И почему же вы проявили такое благородство? Разве пираты упускают то, что само идёт в руки?

— Видите ли, Саманта, — он небрежно провел ладонями по отполированным ручкам штурвала. — Женщина — она как рояль. Если не умеешь играть — не садись за инструмент. Играть-то я умею, и весьма недурно, но пока не совсем уверен, какого рода инструмент попал ко мне в руки.

— Контрабас, блин, — буркнула Саманта под нос.

— Хм, не знаю такого, — Валериан задумчиво прищурился, вновь поворачивая штурвал и ловя ветер. — Но не расстраивайтесь, у нас ещё есть время. На чём-нибудь мы с вами точно сыграем. Обещаю.

— И не мечтайте!

— Правда? — Валериан улыбнулся. — Днём вы так рьяно штурмовали стол, что я до сих пор под впечатлением.

В голове Саманты что-то жалобно звякнуло. Образ «разумной и контролирующей» женщины помахал ей ручкой и скрылся в тумане.

«Что за вздор? Он блефует! Нагло врёт! Я не могла… я бы никогда… или всё-таки?»

— Кстати, просветите невежду: что такое «презики»? Вы так сокрушались из-за их отсутсвия, что сразу потеряли ко мне всякий интерес.

Удар под дых. Это слово, вырванное из её реальности, поставило жирную точку в деле. Доказательство было неоспоримым: она не просто домогалась пирата, но даже в состоянии «в дрова» умудрилась вспомнить о контрацепции.

«Что ж, спасибо подсознанию, — подумала Саманта, едва не перекрестившись на ближайшую мачту. — Хоть на это мозгов хватило».

— Презики, в смысле, презервативы — это защита, — пояснила она вслух. — От болезней и прочих незапланированных «сюрпризов».

— Что-то вроде наших «коконов»? — Валериан, заметив её замешательство, пояснил: — Магическая мембрана. Колдуны плетут такие для защиты во время соития. Весьма дорогая и дефицитная штука, знаете ли.

— Видимо, да, они, — пробормотала она.

Признаться, новость о существовании магической контрацепции была самой приятной вестью с момента её попадания в этот мир. Это почти возвращало в цивилизацию.

— Так, стоп! Не заговаривайте мне зубы своими коконами, — она тряхнула головой, стараясь не выдать облегчения. Мысль о том, что секса всё-таки не было, подействовала на неё как прохладный компресс.

— А как же порка? — Саманта скрестила руки на груди и вскинула бровь, застыв в позе прокурора, ожидающего чистосердечного признания.

— Вы — уникальная женщина, госпожа Саманта.— Капитан посмотрел на неё с искренним сочувствием. — Но я прихожу к выводу, что вам категорически, под страхом смертной казни, запрещено употреблять что-либо крепче дождевой воды.

— Без вас разберусь, что мне запрещено, а что — нет! — огрызнулась она, но от его взгляда щёки вспыхнули. От ярости? Вряд-ли. — Отвечайте на вопрос.

По правде говоря, Саманта никогда не была ценителем спиртного. Она не любила терять контроль, а алкоголь был самым коротким путём к хаосу. К тому же требовалось время и на восстановление после тусовки, а жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на похмелье. Видимо, поэтому местное вино — напоминающее по крепости ракетное топливо — так быстро пробрало её.

— Нет уж, давайте договоримся, — голос Валериана звучал спокойно. — Вы даёте мне слово, что не будете пить ни с кем и нигде без моего личного надзора. Взамен я честно отвечу на любые ваши вопросы касательно произошедшего.

— А вам это зачем? Забота о моей трезвости, — она подозрительно прищурилась, пытаясь отыскать в его словах двойное дно.

— Безопасность, — коротко бросил Валериан. — Меньше всего мне хочется, чтобы в очередном порыве пьяного откровения вы растрепали первому встречному о наших планах на встречу со Смертью. Лишние свидетели — это лишние хлопоты, а я их не люблю. Ну так что, госпожа Саманта, по рукам?

— Ладно, — процедила она сквозь зубы и вложила свою ладонь в его, чувствуя, что только что подписала контракт, где между строк мелким шрифтом было прописано нечто очень личное. — Согласна. Так как мы оказались в одной кровати, если секса не было?