Глава 13. Невозможное возможно

Очнулся я быстро — тигр как раз укладывал меня на кровать. Открыл глаза и, игнорируя правителя, уставился в потолок. Охуеть… Приплыли. В голове как-то не укладывалась озвученная новость, но врать у Лайса причин не было. Только от осознания этого я всё равно не начинал верить и понимать, как возможна беременность у мужчин. Он что-то там говорил про кокон?

— Что такое кокон?

Лайс задумался.

— Кокон? Это… кокон. Ну, как яйцо, только полностью магическое. В нём происходит зачатие и развитие детёныша.

Ну естественно, магия. Только понятнее от этого процесс не становится.

— А подробнее?

— Льеш, давай, об этом ты поговоришь с Кавиасом? Он лучше меня сможет объяснить. Ты в порядке? Ведёшь себя странно.

Да ну? Правда, что ли? Я всегда считал, что главное выжить, а всё остальное можно перетерпеть. Только как быть с произошедшим? В голове не укладывалась картинка меня с животом. А как рожать? Через жопу, млин? И где вообще этот детёныш может развиваться в организме мужчины?

— Ты говорил, что шансы на оплодотворение есть. Это значит, что они велики и на то, что подобного не произойдёт?

Надежда оставалась.

— Конечно. С тобой ничего точно сказать нельзя. Но и в случае с нашими унарами зачатие не всегда происходит, хотя самцы пустуют реже самок. И очень надеюсь, что у тебя кокон тоже оплодотворится. Мне так хочется, чтобы у нас было общее дитя!

Это как так? Но ладно, потом у целителя узнаю, в самом деле. А сейчас хотелось высказать всё накопившееся. Убить Лайс меня всё равно не убьёт, хотя порой это осознание вызывало сожаление. Но терпеть и молчать дальше… Крыша не монолит, точно может поехать.

— А я очень надеюсь, что со мной ничего не получится! Тебе хочется? А меня ты спросил? Хочется ли мне? Впрочем, тебе же всё равно, чего я хочу. Ты берёшь то, что принадлежит по праву, не обращая внимания ни на мои чувства, ни на желания…

Лайс выглядел озадаченным и расстроенным. Не всё же мне страдать? Хотя я очень сомневался, что мои слова слишком уж его поразят.

— Льеш! Как ты можешь так говорить? Любой унар счёл бы честью…

Тут меня понесло. Никогда раньше не кричал на Властителя, но сейчас прорвало.

— Любой?! Любой ваш унар, Лайс! А я не ваш, и вообще не унар!!! Для меня возможность родить ребёнка мужчиной — нонсенс и эмоциональный шок! Да кому я говорю? Существу, которому плевать на мои чувства и ощущения? Ты в своём праве, ведь я принадлежу тебе. Дхиаришь как, когда и сколько хочешь, не интересуясь моим желанием. Захотел использовать в качестве инкубатора — сделал, а на моё отношение плевать. Я же вещь, без права голоса и выбора, так?

Прооравшись, выдохся и обратил внимание на шокированную морду тигро-волка. Ну да, обычно я спокоен как танк, только внутри язвлю про всё происходящее. Но когда накапливается и крышку срывает паром… После злости наступила апатия: я высказал наболевшее, теперь пусть поступает, как хочет. Тихие слова Лайса звучали горько.

— Я никогда не плевал на твои ощущения, как ты выразился. Напротив, старался сделать так, чтобы тебе наша близость была приятной. Да, один раз сорвался и сделал больно, но очень жалею об этом. Не моя вина, что твоё тело не поддаётся на ласку.

Бедненький. Только во мне горечи не меньше.

— Не твоя, моя. Но почему было просто не оставить меня в покое, раз всё видел и понимал? И я говорил не про ощущения тела, а про душу. Ты же не мог не видеть, что мне не нравится близость с самцом! Но упорно тащил к себе в постель и дхиарил до потери сознания.

Господи, пусть за эту истерику Властитель просто прикажет меня казнить? Сообщение о возможном зачатии оказалось последней каплей. Вот только следующая фраза Лайса развеяла надежды, и так скудные. И вызвала невероятное удивление.

— Я уже не могу по-другому. Ты же знаешь значение дефсора? Льеш, ты стал слишком дорог мне, чтобы я мог отказаться от близости с тобой. Прости.

Знаю. И что означает рост зверика — тоже. Но до сих пор не мог поверить, что это не просто привязанность к любимой игрушке. Так и начинаешь понимать истинный смысл поговорок про злость и слепоту любви. Пусть Лайс и не сказал прямо, но между строк читается. И что мне-то делать? Одно ясно — никто меня не казнит.

— Не можешь? А я, по-твоему, могу эти твои чувства спокойно воспринимать? Лайс, ты хоть понимаешь, что почти сломал во мне меня?

Блин, а как пафосно звучит-то! Но захотелось наконец донести до кьярда то, что со мной происходит. Недоумение в жёлтых глазах было мне ответом.

— Но ты же никогда не сопротивлялся, хоть и не испытывал удовольствия без ритамия!

— Я что, идиот? Мне хватило того, первого насилия, которое вы все упорно называете неудавшимся ритуалом! Ты раз в десять сильнее меня, зачем я буду нарываться на жестокость? Мне достаточно популярно объяснили, что бывает с сопротивляющимися наложниками.

Передёрнувшись от представленной перспективы, что когда-то нарисовал Таркут, обратил внимание на какого-то поблёкшего и потерянного тигра. С одной стороны, я могу его понять: когда кого-то любишь и хочешь до звёздочек перед глазами, многое не замечаешь. А есть и такие индивиды, которым плевать, что думает и чувствует объект их «любви» — на Земле такое далеко не редкость. Лайс, скорее просто не замечал, так-то, как разумный, он совсем не плох, не монстр, по крайней мере. На несколько минут повисло тяжёлое молчание.

— Льеш… Я тебе обещаю, что если подтвердится неудачность вязки, буду брать тебя на ложе… раз в неделю. Реже я просто не смогу выдержать, прости. Может, со временем… Но пока не подтвердилось, дхиар должен быть ежедневным, для подпитки возможно оплодотворённого кокона. Это примерно месяц. Я постараюсь ограничиться только одним разом за ночь.

В голосе кьярда была такая боль, что на мгновение стало его жаль. Ведь какими сильными оказались чувства. Но потом всё затмила радость — мне обещали со временем фактически свести к минимуму наше интимное общение! И Лайс просил прощения, причём несколько раз! Неужели до него наконец-то дошло? А месяц, да один раз за ночь, как-нибудь перетерплю, коль до этого больше полугода вынес. Осталось только надеяться, что шанс на совместимость останется призрачным. Занятый своей радостью, даже не заметил, когда Властитель исчез из спальни, а очнулся только от недовольного голоса целителя:

— Ну, и что такого произошло, что Лайсорант мечется сам не свой?

Кратко пересказав содержание нашего разговора — мне скрывать нечего, — даже не стал заморачиваться неодобрением, отразившимся на морде проциса. Я-то всяко больше от них натерпелся, пусть и Лайс немного пострадает, хоть и морально. Радует уже то, что он на такое вообще способен. А вот вопросов к целителю было много.

— Кавиас, объясните мне, пожалуйста, ваш процесс зачатия, а то я просто не понимаю, как такое физиологически возможно для мужчины. Властитель сказал к вам с этим обращаться.

Целитель задумчиво шевельнул носом.

— Физиология тут ни при чём. Чистейшая магия. Зачатие может произойти только во время гона альдера. И если унар может принять кокон в любой момент, то у унары тоже должна быть течка. Созревший кокон предварительно сутки выдерживают в семени унара, пропитывая им, — понятно теперь, для чего меня заставляли в бокалы кончать, — и лишь на следующую ночь его помещают в организм унара во время очень активного дхиара. Альдер проводит вязку несколько раз за ночь, наполняя кандидата на вынашивание детёныша семенем под завязку, — о да, это-то я прекрасно помню. — После чего и происходит оплодотворение кокона.

— Разве такое возможно? Чтобы ребёнок родился от двух мужчин? Я не слишком хорошо помню нашу генетику, но, кажется, для зачатия обязательны женские яйцеклетки, а не только сперма.

Целитель смотрел удивлённо, как на ребёнка, что пытается выяснить прописные истины.

— Конечно, есть и яйцеклетки. Для любой унары честь отдать их для оплодотворения в коконе. А для Властителя отбор особенно тщательный. Ему нужен наследник, и предпочтение получит та, у кого в роду постоянно рождается два и больше альдера и прослеживается магическая линия. Даже в этом случае не всегда гарантировано рождение альдера, как и успешное оплодотворение всех коконов. В худшем случае, через пару десятков лет процедуру можно повторить, но не позже. Сейчас для Лайсоранта идеальный период — пик силы. Ещё лет пятьдесят и начнётся спад, дети родятся более слабыми, чем могли бы быть.

— Подождите, Кавиас. А почему так долго-то, до следующего возможного зачатия? Чем это обусловлено?

— Созреванием коконов. Это совсем не просто — вырастить вместилище для детёныша. Магу требуется на одно такое семь-восемь лет! А потом лет пять отдыхать, набирать силы, иначе перегорит. И самих магов, способных на подобное очень мало. Лайсорант начал готовить коконы пятьдесят лет назад, и лишь последние двадцать из них над задачей трудились целых два мага. А ещё это очень не дешёвое удовольствие.

— И сколько коконов оплодотворил Властитель?

— Семь. Мы надеемся, что хотя бы четыре из них — успешно. Это если все три унары не пропустуют, с ними сложнее.

Вот этого я не мог понять. При чём тут женщины? С мужиками всё ясно — магическая беременность. Но чего бы самок не оплодотворить обычным способом?! На мой вопрос целитель вновь удивился. Как же тяжело, оказывается, понять друг друга при таких различиях в культуре и физиологии!

— Без кокона беременность у кьярдов невозможна, независимо от пола. Процесс зачатия сложный и не всегда заканчивается удачным оплодотворением. Особенно в случае с самками. В коконы унаров изначально закладывается яйцеклетка, и семя самцов одновременно её оплодотворяет. Проблема может возникнуть лишь в несовместимости, что крайне редко. А с самками-унарами иначе: сначала в кокон попадает семя, и уже после того, как он проникнет в матку — яйцеклетка. А тут существуют варианты.

Мозги кипели.

— Что значит «после того, как проникнет в матку»? Откуда?

— Оттуда же, откуда и у унаров, из кишечника.

Подняв руку в защитном жесте, я продышался и заставил себя успокоиться. Сумасшедший мир! Поняв, что готов воспринимать новые сведения, попросил Кавиаса продолжать. Что сказать? Гениальный сплав физиологии и магии! Как уже известил целитель, естественным путём тут не могут забеременеть даже женщины. Во время гона, вычислив наиболее подходящее время, альдер выбирает наиболее подходящих наложников или супругов, трахает всю ночь, и где-то в середине действа вводит в кишечник кокон. Далее трах продолжается, пока у оплодотворяемого сперма в ушах булькать не начнёт, как и было со мной.

А на следующий день наступает самое невероятное: кокон из кишечника сквозь все ткани мигрирует. У самок в матку, где дожидается яйцеклетки, у самцов в нижнюю часть живота, прикрепляясь изнутри к брюшине и отгораживаясь от внутренних органов магической оболочкой. В матке происходит то же самое, после попадания в кокон яйцеклетки. Это своеобразная защита потомства, чтобы не навредила весьма активная половая жизнь кьярдов, не прекращающаяся почти до родов.

Вот эта самая миграция и прикрепление и сопровождаются той дикой болью, что мне довелось испытать на себе. И обычно она не так сильна. Но зато означает, что оплодотворение кокона произошло. Хотя в первый месяц нельзя ни в чём быть уверенным. Это пограничный срок, после которого становится известно, начал ли развиваться детёныш. И в этот первый месяц ежедневный трах необходим для поддержки магического баланса кокона. Я невольно поржал про себя: бедолага Лайс, это ж ему еженощно семерых трахать придётся! Впрочем, с его темпераментом, думаю, это не проблема.

Если плод не начинает развитие, к концу месяца магический кокон рассасывается, без каких-либо последствий для организма. А если нет… Беременность длится семь месяцев, после чего заканчивается закономерными родами. А меня волновал такой же закономерный вопрос:

— Кавиас, как проходят роды у самок, в принципе понятно. А что с самцами?

— Там всё просто — кокон точно так же протаивает, как и при миграции по организму.

Попытался представить себе, как что-то огромное «протаивает» сквозь кожу. Фантазия отказывала напрочь.

— Это так же больно?

— Роды всегда процесс болезненный, но не очень долгий для унаров. Для унар всё посложнее даже.

Из прошедшего разговора я понял, что очень сильно хочу, чтобы именно мой кокон не оплодотворился, рассосался или что там ещё с ним может произойти. Я не хочу быть беременным! Но какая-то часть прослушанной информации зацепилась за подсознание и подспудно царапала. Ненадолго задумавшись, внезапно понял, что меня удивило.

— Кавиас, вы говорили, что у унара яйцеклетка в коконе оплодотворяется семенем обоих самцов. Зачем? Разве недостаточно одного только альдера? Ему же нужен наследник.

— Нет конечно! Если в развивающемся плоде не будет исходного материала носителя кокона, организм отвергнет его, как чужеродный. Это как раз одна из причин пустования унаров — если из-за чего-то его семя не слилось с яйцеклеткой.

— Но ведь… Это получается, что унар в равной степени является родителем ре… детёныша, настоящим?

— Естественно.

Невероятно! Чудны дела в бесконечной Вселенной. Целитель ушёл, а я всё переваривал наш разговор. Сегодня удалось узнать столько нового и невозможного в моём мире. Впрочем, восхищение научно-магическими достижениями кьярдов нисколько не мешало искренне желать неудачи поставленному на мне эксперименту.

Лайс не соврал. Весь последующий месяц он действительно спал со мной только один раз за ночь. В смысле овладевал. А спал я по-прежнему в его кровати, да и вообще жил в его спальне. Так что засыпал, ближе к середине ночи подкатывал тигр, тихонько будил меня, осторожно трахал, а потом мы вместе снова засыпали. И он был непривычно, просто непереносимо нежным. Настолько, что у меня даже не возникало неприятных ощущений!

Месяц подошёл к концу, меня не беспокоили никакие необычные реакции, заставляя почти расслабиться и поверить — пронесло. Но Лайсу внезапно пришлось уехать. Какие-то очередные проверки, я в подробности не вдавался. А буквально через двое суток неожиданно почувствовал себя плохо. Сначала даже не смог опознать своё состояние: уставать вроде не с чего, но это была именно какая-то тягучая усталость, разбитость что ли. И аппетит появился бешеный, но, даже сметя всё принесённое на обед, я толком не насытился.

Ощущения усиливались с каждым днём и по прошествии ещё четырёх, я потребовал позвать Кавиаса. Просто случайно глянул на себя в зеркало: сказать, что сероватая кожа, тёмные круги под глазами, впавшие щёки и красные глаза испугали, значит, ничего не сказать. Едва целитель увидел меня такого красивого, переменился в лице, витиевато выругался (вызвав временный ступор — я за всё время здесь не слышал от него ни одного неприличного слова!), полез в свою безразмерную сумку и, выудив из неё какой-то флакон, налил мне в сок несколько капель. Потом заставил выпить снадобье, от которого тут же захотелось спать.

Правда, уснуть я не уснул, а погрузился в своеобразное отрешённое состояние, с ленивым интересом наблюдая за развернувшейся суетой. Кавиас накладывал на меня слегка светящиеся руки, водил вдоль тела, на некоторое время замерев над областью живота, снова тихо ругался, обеспокоенно поглядывая на моё лицо, заставил выпить ещё какую-то гадость. А потом рысью сорвался из спальни.

Сколько прошло времени, не знаю. Не отслеживал. Но неожиданно на пороге комнаты появился обеспокоенный Лайс. В два прыжка оказавшись возле кровати, присел с краю, провёл ладонью по груди и спустился на живот. А я внезапно почувствовал умиротворение и радость. Теперь он рядом, и всё будет правильно. Самое прикольное, что это были вроде и мои мысли, а вроде и не мои. Сложно понять. Но то, что организм потянулся за теплом руки кьярда — однозначно. В жёлтых глазах светилась тревога, пополам с восторгом.

— Льеш, малыш, если бы я знал…

О чём? Хотя, чего это я туплю? Походу, всё же не пронесло — вон, как низ живота наглаживает. Да что ж мне так не везёт-то? Внезапно душу скрутила такая волна боли и огорчения, что я невольно опешил. С чего такая реакция? Понятно, что мысль о беременности счастья у меня не вызывает, но не до такой степени отчаяния. Наверное, этот мир в какой-то мере всё же сломал меня под себя. Было уже откровенно плевать, лишь бы меня поменьше трогали. Уйдя глубоко в невесёлые размышления, даже не сразу понял, что в спальне появился ещё кто-то. Среагировал, только услышав начавшийся разговор.

— Кавиас, что происходит?

Целитель неожиданно повалился на колени, склоняясь к полу. Чего это он?

— Властитель… Простите, это моя вина! Не смог предусмотреть, как иномирный организм отреагирует на магическую беременность.

Лайс напрягся и проскрежетал:

— Объясняй!

— К сожалению, ваш наложник не обладает даже малейшими зачатками магии, а кокон… Он уже слился с жизненной системой носителя и теперь… выпивает из него ту энергию, которая доступна, жизненную. Но её недостаточно. Беременность убивает унара, господин.

Тигр рядом закаменел и глухо застонал. А я… Отстранённо подумал, что вот и настанет конец моим мучениям. Слава Богу! И никакой тотем-татушка не спасёт. Сначала в душе поселилось спокойствие, но вдруг снова захлестнула волна полынной горечи и тоски. Да что за бабские перепады эмоций?!

— Хоть что-то можно сделать?

— Я пытался! Но унар отторгает мою энергию. Если только…

— Ну? Не томи!

— Для поддержки баланса беременности требуется регулярный дхиар. Можно попробовать возместить недостающую у Льеша энергию вашей, через семя. Но соития придётся совершать очень часто. Возможно, это выход.

Бляаадь… Кто о чём, а кьярды о трахе! А я уже было настроился, что мне дадут спокойно сдохнуть. Хрен там! Давай, Лайс, до кучи снова заёбывай меня до состояния нестояния!!! От возмущения даже нашлись силы сказать пару слов.

— Разве нельзя прервать?

У нас же делают аборты. Почему тут нельзя? Магия поможет. Если уж помереть не дадут, так пусть вернут, как было. И Лайс тогда сдержит обещание не трогать чаще раза в неделю. По нервам полыхнуло страхом. Да что… Неожиданно в голове мелькнула мысль — а мои ли это эмоции? Конечно, невероятно, чтобы на таком сроке ребёнок мог что-то вообще из себя представлять, хоть анатомию я и не особо помню. О разуме тем более говорить не приходится. Но больно уж подозрительно. Прислушиваясь к себе, краем уха улавливал и слова Кавиаса.

— Нет. Кокон сливался с организмом в течение месяца, сейчас он является твоей частью, на которую замкнуто жизнеобеспечение. Если начать прерывание, существует почти стопроцентная вероятность, что организм не справится с резким разрывом и погибнет.

Кто бы сомневался. Пальцы тигра огладили по скуле.

— Льеш, я не дам тебе умереть. Во всяком случае, сделаю всё, от меня зависящее.

С этими словами Лайс начал раздеваться, а целитель понятливо свалил из комнаты. Вот теперь эмоции были точно моими! Он что, издевается?! Я тут полудохлый лежу, а этот кобелина собирается меня трахать? Вот только возмущение захлебнулось под вдруг пронёсшимся по телу удовольствием, стоило тигру начать меня ласкать. Что за новости? Ведь ему обычно приходилось очень постараться, чтобы завести меня хоть ненадолго. А волна возбуждения набирала обороты, концентрируясь в животе и расходясь оттуда жаркими толчками. О-ху-еть! Мне хорошо?

Судя по всему, тигр уловил какие-то перемены в своём любимом наложнике, довольно рыкнул и взялся за ласки ещё активнее. А я плавился в его руках, впервые испытывая ничем незамутнённое наслаждение. Не беспокоили ни мысли, ни соображения морали, ни даже давнее отвращение к позиции принимающего. Как под ритамием, только голова абсолютно ясная, и эмоции кристально чистые, яркие. Даже когда Лайс вошёл в меня — осторожно и медленно, — возбуждение не пропало. В остаток дня и прошедшую ночь я впервые получил столько удовольствия, что казалось, оно выплеснется, взорвёт меня к чертям.