Глава 52
«Как дела? Не скучно на работе?»
Не прошло и пяти часов. Ай да, Светка, ай да умничка моя. Ну не только же мне «плыть» в самом деле. И какое «информативное» сообщение, ну сказка прям.
«Не скучно, Светик. Если ты интересуешься, но боишься спросить шпилился ли я с Ритой, то, конечно же, нет. Контактировал — да, но даже не обнимался, а во всем виноват вчерашний чеснок. Дела — средней паршивости. Всем резко захотелось болеть перед праздниками, прям рвут статистику. Ты уже по мне соскучилась?»
«Спасибо чесноку. И да, наверное, соскучилась, как бы мне ни хотелось это признавать. На лекции скучно, точнее мне неинтересно. Хочется поскорее на смену»
Ну предположим не на смену, а ко мне. Только хотелось щелкнуть пальцами — вот она полная победа, но следом прилетело следующее сообщение.
«Хотя позади меня сидит Олег и по-прежнему зовет меня загород. Так что не думай, что мне не на кого подышать чесноком»
Ну подышишь ты у меня. Принимаюсь строчить в ответ смс, как снова получаю следующее.
«Я просто не хочу ни на кого дышать. И загород уже не хочу. Но раз ты меня дразнишь Ритой, я тоже тебя буду»
Дите дитем. А я не лучше, возможно сейчас даже хуже. Стираю набранное сообщение и тут же отправляю другое.
«Я не буду дразнить тебя Ритой. Это было глупостью с моей стороны. На самом деле, я пытался сказать, что я с ней не шарюсь. Вот и все. И мой тебе совет — заканчивай говорить об этом тупице. Пожалей человека, ему еще мне зачет пересдавать в сотый раз»
«Он говорил, что в четвертый. Не надо его заваливать, пожалуйста. У него и так много проблем. А давай о хорошем или ты очень сильно занят?»
Охренеть как сильно, но можно и перетерпеть.
«Давай о хорошем. И чтобы об этом товарище я больше не слышал. Я занят, но специально для тебя я сделаю пятиминутный перерыв»
«А я сейчас думаю о том, чем ты меня накормишь. Мы же устроим ночной жор? Поджарим картошечки со шкварками и огурчиками солеными? Я даже не побоюсь и приду к тебе в кабинет. Посмотрим кино после, ну если не будет поступлений»
О еде она думает, вот же нахалка.
«Ну да, Светик, еда — это святое. То есть, как пожрать у меня ночью в кабинете, так это можно. А как подвезти к корпусу, то нельзя. Несправедливо это как-то. И нет, увы, ночного жора не будет. И это не моя вредность за вышеупомянутого соседа. Холодильник пуст, и я вряд ли останусь на ночь в больнице. У меня слишком много ночных смен, другим тоже надо зарабатывать на белье своим женам»
Гипнотизирую дисплей телефона в ожидании ответа, и да, я хочу ее разочарование из-за моего отказа. На желании видеть меня в ночь можно здорово сыграть себе на руку.
«А ты не дежурь. Просто переночуй тут. И старые истории болезни переберешь, и дела какие-нибудь поделаешь. Ты же сам говорил, что раньше часто ночевал на работе. А с едой тоже не проблема — обойдемся без мяса, поджарим просто картофель. Да?»
Святая простота. Почему я вижу вместо сухого «да» кота из «Шрека»?
«Да, только при одном условии — мы идет на праздниках выбирать юбку и платье. И блузку»
Молчание несколько секунд и короткое:
«Хорошо»
«И сорочку. Белую. Шелковую. Если нет, то меняю на блузку. В смысле, хрен с блузкой, хочу тебя в сорочке»
«Я подумаю»
«Нельзя отказывать старшим. Тем более в возрасте. Инфаркт помолодел»
«Напоминаю вам, что по рамках вашего любимого ВОЗ, вы молодой, Кирилл Александрович. Так что про возраст не прокатило. А сорочка будет приличной?»
Ну ты ж моя хорошая. Как она может быть приличной, если меня только после мыслей о ней бросает в жар.
«Ну, конечно, приличной. Примерно, как твой первый раз»
Ну что я творю? Надо заканчивать эти переписки и желательно убрать дебильную лыбу с лица.
«Ты уже покраснела, Зайка?»
Жду ответа, но вместо него получаю щелчок пальцами прямо под носом.
— Я, конечно, очень извиняюсь, но как бы, Кир Саныч, пора и честь знать.
— Ты о чем вообще? — перевожу взгляд на сидящую за постом медсестру.
— Нет, это вы о чем? Отомрите уже, в конце концов.
— Чего тебе надо, Женя?
— Я жду назначения. Вы уже пять минут стоите на посту и нависаете надо мной с телефоном в руках.
— И? Так, а что я здесь делаю вообще?
— Мда… вы собирались писать назначения новенькому, которого недавно приняли. Но стоите с пришибленным лицом и очень странной улыбкой, — оглядываюсь по сторонам — действительно стою с недописанным листом назначения. Да уж…
— Я не понял, ты мне дерзишь что ли? Нормальное у меня лицо, и я консультировал важного человека по телефону.
— Нет, Кирюша, не дерзит. Вежливая медсестра констатирует, что ты стоишь с пришибленным лицом, видимо с девочкой переписываешься, — доносится хорошо знакомый голос и я тут же перевожу взгляд на…
— Матерь Божья!
— Ну не Божья, только твоя.
— Ты что здесь делаешь, мама?!
— К тебе пришла. Что же еще? Давай дописывай быстро назначения и пойдем скорее в твой кабинет. У меня прям трубы горят, надо срочно поговорить. Там прям такое… такое случилось.
* * *
Всякое я мог ожидать, но точно не то, что вместо продолжения переписки увижу собственную мать, наполняющую мой холодильник. Что вообще творится или я просто сплю?
— Ну может ты уже присядешь, мам?
— Да, вот только холодильник тебе забью. Смотри, значит: вот тут у нас колбаска сыровяленая пяти видов, все по одной штуке. Ты видишь куда я кладу?
— Вижу.
— Хорошо. Вот тут у нас будет лежать бастурма, карпаччо из курицы, мы с папой, кстати, его уже попробовали. Вкусное, правда чуть соленое. Вот сюда я кладу…
Кстати, о соленом и любительнице «покушать». Беру телефон и открываю входящее сообщение.
«Не покраснела, но стало жарко. В аудитории нечем дышать. И еще у меня новость — я беременна»
— Что за…
— Что не так? Ну не хочешь есть кровянку, так котикам бездомным отдашь. Тоже мне, привереда. Подумаешь, что дешевая, зато вкусная. Разбаловали тебя деньги от благодарных пациентов.
— Ой, мама, я вообще не об этом. Спасибо за кровянку и все остальное, ну может ты уже присядешь?
— Да, сейчас. Ну и сало осталось с домашними колбасками. Куда лучше, в морозильник?
— Да, мама, давай туда, — небрежно бросаю я, набирая сообщение.
«Как ты это проверила? На картах или святой воде? Если это проверка меня любимого, то неудачная, слишком быстрая и неправдоподобная. К тому же, я тебе уже говорил, что будешь рожать»
«Я и не думала тебя проверять. Ты только не злись, это новость не для тебя, а для моей бабушки. Я репетирую в своей голове наш с ней разговор. И, к сожалению, кроме как ляпнуть, что я беременна, в голову ничего не приходит. Ну, зачем ей беременная «падшая» внучка? Правильно — незачем. Смысл ей меня позорить, если я уже согрешила и встала на грешный путь»
Господи, что мне с тобой делать, дите?
— Ну может быть ты уже обратишь внимание на мать? Мне очень приятно наблюдать за красивыми людьми, особенно, осознавая, что этого красивого людя создала я, но все же.
— Да, прости, мам, у меня тут важный разговор был.
— С моей будущей невесткой? Тогда поговори, я подожду, — усаживается за стол напротив меня и выжидающе смотрит.
— Мам, у меня куча дел, давай я вечером приеду и все… нет, завтра приеду и все обсудим. Ты только скажи, что ты вообще здесь делаешь, вы же должны были приехать только завтра?
— А у нас перенесли вылет на день раньше. Не бойся, все оплатят. Ну и не ждать же нам было поезда. Закупились и полетели уже на самолете. Кстати, вот сгущенка и конфеты. Покорми мою будущую невестку сладким. Это заменяет некоторые физиологические процессы. Может тебе тоже надо поесть сладкого, а Кирюша? Как там обстоят дела на этом фронте?
— Я не понимаю о чем ты говоришь.
— Ну как там дела?
— Там это где?
— В Караганде. Давай хоть ты не раздражай меня, и так твой папаша за двадцать дней мне все нервы вымотал своим занудством. Убила бы.
— В Караганде все спокойно.
— Спокойно? Как может быть спокойно двадцатилетней девочке с тридцатипятилетним мужчиной вроде тебя?
— Спасибо, что скинула нам обоим по году, но у меня правда нет времени. Давай завтра. Я приеду и все обсудим, ну кроме моей личной жизни, конечно.
— Ну просто скажи, как твои дела с этой девочкой.
— Мам, ты ничего не заметила?
— Ну ты красивый.
— Нет, не это. Я таким всегда был.
— А что?
— Я не девочка, вот что. Ты меня вечно путаешь с дочкой, которой у тебя все же нет. И я не Маша. И пора бы запомнить, что я не лялька, которая будет делиться с мамой вопросами сексуального характера.
— Ой, все. Неужели так сложно сказать — да, мама, я наконец-то обесчестил свою девочку. У нас все хорошо, и скоро мы сыграем свадьбу. И все. Нет, нужно столько словесного дерьма вывалить на меня, ну весь в Сашу. Ну?
— Что ну?
— Баранки гну? Если ты не скажешь, то я не просто на тебя обижусь, я не расскажу тебе историю, от которой ты обалдеешь. А это очень важно, поверь мне. И не уйду отсюда.
— Ну пусть будет да.
— Я так и знала! Вот, кстати, очень важная история: мы, когда вчера летели, попали в жуткую турбулентность, я думала — все. Ни свадьбу не увижу нормальную, ни внуков, ни с невесткой не познакомлюсь. Правда, попрощалась мысленно со всем.
— И? Где логическое завершение этой важной истории?
— Эээ… вспомнила, я повернулась в окошко, и сказала про себя, «Боженька, дай мне знак, что у Кирюши все хорошо и он налаживает контакт со своей девочкой».
— И?
— И самолет тряхануло так, что я вырубилась до самой посадки. Это, наверное, в этот момент вы так хорошо налаживали контакт.
— Ты только что это придумала?
— Да, — как ни в чем не бывало бросает мама, поправляя бумаги на моем столе. — Но нас реально потряхивало. Можешь у папы спросить, хотя… он в это время дрых.
— Мир потерял великую актрису.
— Я жива еще, типун тебе на язык.
— Хорошо, типун мне на язык, но все же у меня очень много дел. Давай завтра я приеду к вам.
— Со Светой?
— Конечно, нет.
— Почему?
— Потому что рано еще, что за бред вообще?
— Сексом заниматься не рано, а с родителями почему-то знакомить рано. Хорошо устроился, Кирилл. Нет, так не пойдет, — меняя тембр голоса заканчивает она и встает из-за стола. Ох ты ж Боже мой, еще и нависает надо мной.
— Считай, что мне страшно.
— Будет страшно, Кирилл. Я не уйду отсюда до тех пор, пока ты не пообещаешь, что в течение трех недель придешь с ней к нам домой, — поднимаю на нее голову и становится дико смешно. В тридцать шесть лет меня отчитывает мать. Ну кому скажи- не поверят. — Тебе смешно? Что-то ты не смеялся, когда в прошлый раз приходил к нам домой. А сейчас, получил то, что хотелось и все? Можно теперь не стараться и легко обидеть, сделав своей любовницей?
- Боже, что за…. за словесный понос, мама? В каком месте я ее обидел?! Да я пылинки с нее сдуваю, чего ты ко мне пристала?
— Ну если пылинки сдуваешь, тогда пообещай, что познакомишь нас в течение… максимум трех недель.
— Знаешь что, мам, я не папа, мне не страшно от твоего вздымающегося носа и изменившегося голоса. Оттачивай свое мастерство на нем. У меня до хрена работы, вот без шуток.
— Неужели ты не понимаешь, как важно для девочки, тем более такой как эта Света, показать важность своих намерений?
— Обещаю, что познакомлю в течение месяца, все?
— Да, все. Не нервничай так, Кирюша.
— Знаешь что?
— Знаю. Все, мой хороший, — кладет руку мне на плечо, легонько сжимая. — Не обижайся. Просто я хочу, чтобы у тебя было все хорошо. Возможно, если бы я не подслушивала ваш с папой разговор, мне бы жилось лучше и спокойнее, но так уж получилось, что я все знаю. И мне очень хочется познакомиться с твоей девочкой, я с ней подружусь. Вот увидишь. Еще спасибо мне скажешь.
— Хорошо. Теперь на этом все?
— Пока все. Жду тебя завтра. И помни о своем обещании.
— Обязательно.