Глава 3
Через полчаса она закончила возиться с бумажными листами, отложила ручку и разогнула ноющую спину.
– Быстро справилась, – уважительно произнёс комендант, проверяя, все ли подписи поставлены, протыкая две аккуратные дырки острым шилом с деревянной ручкой и подшивая в папку с её именем. – Бумаги они порядок любят, как и начальство.
Потом он поставил на плитку пузатый чайник и достал из тумбочки сладости. При этом Денис Дмитриевич так лукаво смотрел на Степаниду Карловну, что она ответила сердитым взглядом. Потом мужчина разлил по ярким чашкам кипяток и заварку.
– Прошу к столу, дамы. Сахар кладите сами.
Лира оказалась невольной свидетельницей воспоминаний о далёкой молодости старичков. Она узнала много нового, понимая, как этот мир ни капельки не похож на невообразимо далёкое сейчас королевство Раддор.
«Совсем не уверена, что выживу здесь, если не вернусь домой, – нехотя призналась колдунья себе самой. – Жаль, что я лишилась колдовской силы. Иначе всё было бы намного проще».
Девушка лениво мешала сахар в чашке, делала вид, что внимательно слушает. Сама же продолжала думать о своих бедах. Увы, винить, кроме самой себя, ей было некого.
Наконец, когда комендант и её наставница всласть наговорились, Лиру отпустили домой, проводив до самой двери.
– Завтра у нас выходной. Поэтому отдохни, как следует. Продукты я тебе принесу. Приготовишь что-нибудь сама. Вещи разбери, что я принесла, не забудь, – добродушно сказала Степанида Карловна и, попрощавшись, отправилась к себе.
– Хорошо, Степанида Карловна, – уверила ведьмочка, закрывая дверь на замок и устало оседая на стул.
Впечатлений оказалось столько, что она уже перестала удивляться чему-либо.
Когда девушка открыла глаза, за окном уже рассвело.
«Дожили, даже до кровати не дошла! Пойти поесть, что ли, и чайник поставить? – Лира вспомнила, что так и не выполнила наказа наставницы. Если она не успеет до её прихода, разнос за лень ей обеспечен, – Да, старушка не промах! Вполне понимаю подростков, которые бледнеют при одном только упоминании её имени».
Девушка прыснула в кулак, вспоминая, как первый раз увидела Степаниду Карловн, резво гоняющую веником по палате юного пациента. Мальчишка насвинячил сразу после очередной уборки. Вопли жертвы дамского произвола слышал весь этаж.
Когда она заглянула, насупившийся нарушитель порядка с высунутым от усердия языком старательно отмывал грязное пятно от разлитого йогурта на полу. При этом он боязливо косился на упёршую в бока руки старшую нянечку, грозно хмурившую брови и периодически подгонявшую шалопая сердитым окриком.
Слопав пару кусков хлеба с колбасой и выпив чашку странного напитка под названием «чай», Лира с тяжёлым вдохом взялась за принесённую одежду. Та была увязана в небольшие тюки.
В результате гардероб оказался пополнен ворохом симпатичных вещиц. Она даже нашла брюки, в которых можно было комфортно работать, больше не ощущая себя голодранкой.
Девушка аккуратно рассортировала вещи и убрала в шкаф, чтобы те отвиселись. Померила обувь, которая также почти вся оказалась удобной. Лира только не поняла, куда можно надеть странные туфли из мягкой пушистой ткани, верх которых украшали объёмные кошачьи мордочки, но носить их дома было удобно. Как и тёплый зелёный халатик из такого же материала с теми же кошачьими мордочками вместо рисунка её совершенно покорил.
Когда на плитке закипел чайник, в дверь постучали. Пришла Степанида Карловна и одобрительно посмотрела на ведьмочку. От всей души похвалила за порядок. Потом отдала подопечной продукты и пару книг в ярких обложках. Только отказалась от предложения попить чай.
– Извини, Лира, я не могу задержаться. Сегодня в городе воскресная ярмарка, которую я никогда не пропускаю. Одевайся, пойдёшь со мной. Хватит тебе уже в четырёх стенах сидеть. Надевай брюки, блузку и куртку. Полиночка разрешила. Даже не сумневайся.
Девушка торопливо оделась и быстро пошла за старшей нянечкой.
Ярмарка встретила их шумом, гамом и приставучими купцами в очень странном одеянии. Шапка была похожа на блин. Она свешивалась на орлиного вида нос. Взгляд заморского гостя, скользнувший по Лире, вызвал у неё только острое желание зашипеть и запустить ему в лицо ногти.
Молодая колдунья украдкой рассматривала странный наряд торговца, пытающего сбагрить Степаниде Карловне диковинные фрукты, похожие на кожаное яблоко. У девушки даже челюсть отвалилась от удивления. Старшая нянечка упрямо отказывалась платить названную цену, споря из-за какого-то рубля.
– Побойся Бога, охальник. Где это видано, чтобы за неспелый помятый апельсин 150 рублей за кг требовать? Да я лучше мешок яблок куплю! И наемся, и на зиму запасусь. Да и точно такие же на входе за 100 рублей видела. Сам жри свою гниль за такие деньжищи, – рыкнула бабка, крепко взяла подопечную за руку и решительно удалилась. – Пошли, милая. Понаехали тут! Последнюю шкуру готовы с работяги содрать.
Лира благоразумно промолчала, стараясь не отстать от не на шутку рассерженной наставницы, но всё-таки несколько раз оглянулась. Странные фрукты никак не шли у неё из головы, но расспрашивать старушку она постеснялась.
Вдоволь находившись по ярмарке и, купив лука, картошки и несколько дурно пахнущих рыбин, которые бабка называла «селёдка», они присели в расположенном рядом сквере на лавочку передохнуть. Лира вовсю крутила головой, глазея на прохожих. Тут девушка ощутила, что в её щиколотки вцепились острые коготки и зубы.
Она взвизгнула и подскочила на скамейке, рассматривая наглого рыжего котёнка, повисшего на её ноге. Это было первое знакомое ей живое существо, не считая людей. Маленькая мордочка с зелёными глазами, горевшими свирепым голодом, впечатлили даже Степаниду Карловну. Она отодрала наглеца от девушки и угостила его маленьким кусочком рыбы.
– Степанида Карловна, а можно я его себе заберу? Денис Дмитриевич не выгонит нас обоих на улицу? А то одной в комнате вечерами так одиноко и страшно, – Лира смущённо опустила глаза, ожидая решения их с котёнком участи.
– Я ему выгоню! – грозно сказала боевая бабуля, – Да и тебе веселее будет. Садись, в ногах правды нет, девонька.
Ведьмочка снова опустилась на простую деревянную лавку, мысленно порадовавшись, что надела брюки, а не платье или юбку. Рыжий наглец, слопав всё до последнего кусочка, тут же забрался к выбранной им хозяйке на колени. Ласково потёрся мордочкой об её руку. Потом благодарно заурчал, подставляя солнышку заметно округлившийся животик и сыто щуря бесстыжие зелёные глазищи. Девушка осторожно погладила рыжее брюшко. Маленькая лапка без когтей осторожно тронула её пальцы, приглашая поиграть.
По дороге домой они зашли в специальную лавку и купили «кошачий лоток», пакет наполнителя, корм, ошейник от блох и шампунь.
– Придёшь домой, вымой его как следует с шампунем. Лоток поставь в неприметном уголке и насыпь наполнителя в высоту где-то на треть. Как увидишь, пристраивается, бери за шкирку и приучай к месту. Не забудь его вечером покормить и следи, чтобы водичка всегда была свежая. Корм-то сухой.
– Всё сделаю, не беспокойтесь, Степанида Карловна, – девушка так устала, что даже есть не хотела.
«Скорее бы домой. Ну и денёк! Какой же длинный да хлопотный выдался»! – вяло подумала она, поднимаясь на третий этаж общежития.
Устроив питомца и проследив, чтобы он деловито закопал лужицу и с чувством выполненного долга развалился на мягком стуле и заснул, Лира наскоро привела себя в порядок. Рыбкой нырнула в пижаму, накинула сверху халат.
Сил оставалось только на то, чтобы соорудить себе бутерброд с колбасой. Она была приятно холодная. Странная железная коробка выполняла те же функции, что и специально оборудованный ледник в раддорских домах.
В дверь настойчиво постучали. Девушка, с сожалением положив еду на тарелку, поплелась открывать. «Кого там черти принесли на ночь глядя? – прошипела себе под нос Лира.
Рогатые и копытятые принесли лекарку Полину. Ведьмочка вежливо поздоровалась и пригласила гостью в комнату. Обычный осмотр не принёс ничего нового, но было видно, что блондинка сильно расстроилась. Противная амнезия у её пациентки всё никак не желала проходить. Наконец, врач попрощалась, и девушка смогла вернуться к прерванному ужину.
– Ах ты, наглая рыжая морда! Не ведьмин кот, а настоящий бандит с торгового тракта! – на столе на тарелке она обнаружила только кусок хлеба. – Так и буду тебя звать – Бандит!
Доев остатки колбасы, припасённой на завтрак, девушка отправилась отдыхать. Уже соскальзывая в тенёта сна, она почувствовала, как маленькое тёплое тельце доверчиво устроилось на подушке у её щеки.
Лира проснулась вовремя, привела себя в порядок, покормила Бандита и умчалась на работу. Начиналась новая рабочая неделя. Она немного попривыкла к окружающему новому миру. Поэтому уже почти ничем не выделялась среди прочего младшего персонала городской поликлиники.
Время до обеда промчалось незаметно. Когда ведьмочка вернулась домой и села перекусить, взор привлекла довольная морда рыжего Бандита. Словно извиняясь за вчерашнюю кражу колбасы, котёнок с важным видом положил у носка её туфель пойманную им самим, но уже дохлую мышку. Он гордо сверкнул огромными глазищами, лукаво посматривая на обалдевшую от подарка хозяйку.
В это самое время в дверь кабинета заведующей психиатрическим отделением негромко постучали. Вслед за этим в дверь просунулась лысоватая голова и, хитро прищурясь, вопросила:
– Полинка, к тебе можно? Не занята? Я по поводу той девицы, которой ты поставила умопомрачительный диагноз «Амнезия неясного генеза». Это вообще что за халтура, а? – старший следователь, который не оставлял надежды охмурить-таки вредную «заучку», просочился в кабинет, лукаво улыбаясь, – Годы идут, а ты всё такая же зануда, как в школе.
– Это комплимент? – светлая бровь Полины вопросительно изогнулась. Она уже давно привыкла к назойливым ухаживаниям старого друга.
– Ну, вот что с тобой делать? Придётся пойти на должностное преступление, и дать взятку чаем, плюшками и конфетами. Ставь чайник. Сначала поговорим без лишних ушей. Потом подопечную свою пригласишь. Разговор будет серьёзный. Но, сначала чай. И не смотри на меня так сердито. Я же знаю, не присмотри за тобой, поесть забудешь.
Врач сердито фыркнула и, как в далёкие школьные времена, и показала Сергею Викторовичу язык:
– Молчи уж Серёжка-Парамошка! А где твоя гармошка? Всё ещё помнишь, какие конфеты я люблю? – карие глаза откровенно смеялись над неудачливым ухажёром.
– А то. И не надейся, что избавишься от меня, – пробубнил блондин, хитро поглядывая на неуступчивую докторшу.
– Ой, женился бы ты уже, наконец, и не путался у меня под ногами! Надоел хуже горькой редьки!
– А, так ты согласна?! Так и знал, что просто цену себе набиваешь. Сейчас разберёмся с твоей красоткой и пойдём заявление подавать. Колечко у меня уже давно для тебя куплено. Красивое, между прочим, с изумрудиком.
– Какое заявление, куда? – Полина обронила чайную ложку, та с жалобным звоном упала на стол, а потом и на пол. – Ты о чём вообще?
Полюбовавшись на совершено очумелое выражение на лице любимой женщины, Сергей самодовольно обронил:
– Куда, куда? В ЗАГС! На улицу Лизюкова, 4. И только попробуй сказать нет, язва блондинистая! Время идёт, а у тебя в голове кроме карьеры и работы ничего и нет. Твои родители согласились на наш брак. Откажешься, они тебе быстро мозги вправят! – мужчина протянул даме изрядно потрёпанного ею сердца маленькую красную коробочку, в которой лежало изящное колечко. – Надевай, кому говорю! Хватит уже тайком встречаться! Давно уже не шкодливые подростки!
Полина страдальчески закатила глаза. Потом надела, наконец, перстенёк и, сделав страшные глаза, прошипела:
– Серёжка, хорошо подумал? Меня моя пациентка, похоже, чернокнижницей считает или некроманткой. Она думала, что я её заставлю упырей или оборотней кормить. Ты часом не упырь, любимый, или, может быть, зомби?
– Я хуже! Я твой будущий муж и следователь к тому же. Нечисть нервно смолит в сторонке. А девочка твоя, похоже, из ниоткуда. Мы вообще ничего о ней не нашли. Появилась она прямо в закрытом помещении. У бабки Нюры, которую в очередной раз замели за дебош и бродяжничество, была истерика, когда эта красотка просто материализовалась в обезьяннике. Потом ещё её красное вечернее платье и туфли превратились в штаны, линялую футболку, и дырявые кеды. Она до сих пор не может прийти в себя. Конечно, мы сказали, что девушку нашли на пустыре, но это неправда. Только просит не отдавать её упырице. Божится, что найдёт работу и станет достойной гражданкой. – Сергей Викторович долил чаю в чашки и продолжил. – Девочка попала в дурно пахнущую историю. Говорят, как пообвыклась тихая, приветливая и работящая стала. Степанида очень её хвалит и беспокоится, что с Лирой дальше будет. Всё упирается в официальные документы, паспорт и прочую макулатуру.
– Серёж, она, правда, очень хорошая девушка. Жалко её до слёз. Это я написала, что у неё амнезия. Только чутьё говорит, что тут иное. У неё часть навыков осталась, часть пропала. Читать и говорить может, а писать, похоже, и не умеет… Странно всё это… Она элементарных вещей не знает, а у нас образование до 9 класса обязательное… Помочь бы ей как-то. Ведь пропадёт ни за нюх табака.
Сергей задумался, старательно размешивая сахар в чае. Когда молчание стало уже совсем тягостным, проронил:
– Сделаем вот что. Лишний шум нам ни к чему, и так текучка такая, что тошно становится. Вчера погибла двадцатилетняя Лира Сказова. Она переходила дорогу в не положенном месте, находясь под действием ударной дозы алкоголя. Её сбило грузовиком. От лица осталось одно месиво. Сумочку нашли в канаве. Благо дождей давно не было… Лира сирота. Воспитывалась в интернате. Живых родственников нет. Мы её похороним, как неопознанный труп. Паспорт заменим, выдав новый с фотографией нашей Лиры. Знаю, это незаконно, но другой возможности помочь твоей подопечной не существует. Есть ещё один вариант, но он даже мне совсем не нравится. Так что ты думаешь по поводу моего предложения? – серые глаза старшего следователя сочувственно посмотрели на Полину. – Паспорт можно сделать. Она его с 14 лет так и не удосужилась поменять. Штраф придётся уже Лире выплачивать. Всё одно к одному. Не думаю, что подобная возможность ещё раз подвернётся в ближайшем будущем. Погибшей уже всё равно, а так, доброе дело сделаем, без шума и пыли.
– Хорошо, Серёж. Степаниду Карловну попросим сводить её фотографии на паспорт сделать. Оформим ей документы и устроим на работу уже официально.
Старшая нянечка, внимательно выслушала, что придумало начальство, и полностью одобрила план, предложенный старшим следователем. Потом привела свою подопечную и с тяжёлым вздохом сказала:
– Лира, твоей тёзке уже никто ничем не поможет. Да и она сама виновата в своей смерти. Сколько ей раз говорили, не пей, а если выпила, не шастай. Так что сейчас в обеденный перерыв сходим и сделаем фотографии. Я штраф за тебя пока оплачу. С документами мы тебя официально тут устроим. Будешь зарплату получать. Не ахти, конечно, много, но на первое время хватит. Упырь наш компьютерный из отпуска явится через неделю. Может и поможет тебе с твоей задачкой.
– Вы ж говорили кровососов нет? - зелёные глаза Лиры стали круглыми от удивления.
– Да он обычный живой парень, только легкомысленный по части девушек и гоняет на чёрном стареньком мотоцикле, распугивая собак и прохожих.
– А, а я уже было думала, вы меня упырю схарчить решили, – девушка неумело попыталась обратить всё в шутку, но у неё ничего не вышло.
– Лира, – Сергей Викторович строго посмотрел на собеседницу, – В течение года никаких компьютерных игр, фильмов и книг фэнтезийной направленности. Я не хочу, чтобы ты стала очередной жертвой ролевого синдрома. Ты меня поняла?
– Да, Сергей Викторович.
– Степанида Карловна, проследите, чтобы фотографии у меня были и квитанция, оплаченная уже сегодня. Я завтра же отдам все бумаги на новый паспорт. И пусть Денис Дмитриевич тоже приведёт все личные дела в идеальный порядок. Через месяц будет плановая проверка. Она должна пройти, как обычно, гладко.
– Не беспокойтесь, Сергей Викторович. Прямо сейчас и сделаем всё, не откладывая на потом. Спасибо вам за помощь. Я очень беспокоилась о судьбе этой непутёвой девочки.