Глава 40

Виолетта. – Ты ненавидишь меня? – поднимает она взгляд. Не такой дерзкий и неискренний… Скорее, потухший и несчастный. – Ненавижу. Ты уничтожила мою жизнь. – В любви и на войне все средства хороши. Я влюбилась в него, понимаешь? А он внимания не обращал. А потом… Кристина приподнимается на локтях. Смотрит в сторону, не на меня… Словно возвращается в прошлое. Оно все, что ей осталось… Все, что у нее есть… Воспоминания, несбывшиеся мечты… – Я увидела тебя рядом с ним. – Так, я не была ему нужна. С чего ты решила, что я представляла опасность? – вздыхаю я, откидываясь на спинку стула. – Артем переспал со мной, а наутро выгнал. – Это ты так думала… Но его взгляд говорил об обратном. Он просто… Тема испугался тебя – яркую, роскошную, дерзкую Барби. Если бы я тебя не посадила, ты добилась своего. Отняла его у меня. А я не могла без него жить… И минуты. Вид у нее жалкий – черные тени под глазами, иссушенная кожа, волос на голове нет, вместо них – темный ежик. От Кристины осталась полупрозрачная оболочка… – И я снова с ним. Живу в его доме, сплю с ним в одной постели. Люблю его всем сердцем. А он любит меня и нашу Алису. Жизнь тебя чему-то научила, Крис? – Да, – всхлипывает она. – Не все, что хочешь, можно получить. Ты довольна, Ви? Твоя душа теперь спокойна? Вот… Смотри на меня. Какой я теперь стала. Ничего от меня не осталось. Я медлю с ответом. Рада ли я, что Кристина больна? Нет. Разве нормальный человек порадуется такому? И не рада, что Матвей убил отца. Но моей вины в том нет. – Разве мать может пожелать такого кому-то? Не рада, Крис. Но у тебя все будет хорошо. Я говорила со Светланой Игоревной. – Толку в этом нет… Отца убили. Его счета арестованы. Спецслужбы доказали связь моего папы с экстремистскими группами. Сайт Матвея заблокировали. У меня нет денег на лечение. Ни на что… Оказывается, без своего влиятельного отца я ничего из себя не представляю. Я никто… Ничего не добилась, не заработала. – Мы поможем тебе с лечением. Михаил Малков готов оплатить его и твою реабилитацию. Отчасти в том, что произошло с твоим отцом виноваты мы с Темой. Мы… Слишком уж резко поговорили с Матвеем. Накрутили его. – У него всегда были напряженные отношения с папой. Он ведь не хотел его признавать. Ребенок от любовницы – что может быть позорнее? Вы просто надавили на больную мозоль. И все. Виола, – переводит она на меня взгляд. – Зачем вы это делаете? Позвольте мне сдохнуть и… все. Я каждый день испытываю боль… Тошноту и слабость. Мне не нужна такая жизнь. – Артем чувствует ответственность за тебя. А Миша… Он добрейшей души человек. И никогда не поступает так, как его недоброжелатели. Наверное, поэтому, судьба щедра к нему. Ты выздоровеешь, Кристина. Просто… Наберись терпения, ладно? Я не жду ее извинений. Поднимаюсь с места, намереваясь уйти, но… Кристина набирает в легкие воздуха и пытается встать. – Виола, прости меня. – Ладно… Я постараюсь, Крис. Мне сложно тебя понять, честно, но… Я очень постараюсь. – Постарайся. Пожалуйста. Выскакиваю из кабинета, едва не сталкиваясь с Артемом. Падаю в его объятия, борясь с подступившими рыданиями. Мне себя жалко… И ее… Какими идиотами порой бывают люди! Глупцы, уверенные в том, что в жизни можно получить все по щелчку пальцев. Купить счастье или любовь как товар. – Ну все, все… Барбичка моя, не плачь. – А где Миша? – Разговаривает со Светланой Игоревной. Кристине могут помочь в израильской клинике. В Германии и Швейцарии. Нужна выписка из истории болезни на английском. Короче, Ви… Малков наш, как Дед мороз. – Это точно. Всех осчастливил. – И жену свою. Ты знаешь, что она ждет малыша? Малков светится от счастья. – Конечно, знаю, – улыбаюсь я. – Я за них очень рада. – И я. Мишка для меня пример во всем. Ви, я бы тоже не отказался от сыночка, – выпаливает Сурков. – А то у них четверо, а у нас Алиска одна. Завтра Вадик приезжает, и они… – Артем, ты что такое говоришь? Ты серьезно? Второй ребенок? Мы так мало друг друга знаем, и вообще. – Хватит уже сомневаться. Сомнения от лукавого. Я ничего больше не боюсь, – рассудительно произносит Тема. – Ждем Мишку и едем к родителям. Я устал, Ви… Хочу семейного ужина без звонков следователя и прочего дерьма. И я в море не накупался. – Я тоже… Но предпочитаю острова вместо Машиной дачи. Или ты хотел… – Я стеснялся тебе это предложить, – улыбается Тема. – Сегодня же займёмся поиском билетов. И надо уже сделать Алисе паспорт. – Согласна, Темочка. Артем берет меня за руку и ведет по светлому, больничному коридору к выходу. Все остается позади… Я оглядываюсь и плотнее прикрываю дверь в отделение. Она ассоциируется у меня с дверью в прошлое – я закрываю ее. Крепко сжимаю ладонь мужа и шагаю в будущее… Не боюсь его, чего бы оно мне ни сулило. Знаете, как говорил знаменитый писатель и журналист Наполеон Хилл? «Что разум человека может постигнуть и во что он может поверить, того он способен достичь». Я отчаянно верила в счастье. Боролась за него, карабкалась за надежду как за соломинку. И судьба меня вознаградила… Есть я, Тема и Алиса… Я верила в свое счастье, а другого мне не надо.