ГЛАВА 3

Михаил проснулся отдохнувшим.

С рассветом, но этих часов хватило, чтобы отдохнуть и восполнить силы.

Крепкий сон способствовал выздоровлению, так трындел лечащий врач.

Вот Миха и позволил себе такую роскошь.

Силы восполнились, да. Настолько, что член вздыбился, натянул одеяло.

Хотя, не в силах дело, а в девчонке, что лежала рядом с ним.

Ника спала, завернувшись в одеяло, будто в кокон. В комнате было тепло, даже жарко. А девушка все равно обернулась, закрылась наглухо, точно пряталась в укрытие.

Во сне черты лица Ники были мягкими, нежными. А черные волосы рассыпались по подушке. Часть прядей оказалось и на Михаиле.

Он не удержался, сжал те в пригоршню.

Гладкие, мягкие. Ему в кайф оказалось их трогать.

Впрочем, он еще вчера это понял.

Ладно, пусть спит. Рань несусветная.

Злой поднялся с постели.

Взгляд выцепил заколку, острую с одного конца, с дивным зверьком с другого. Так сразу и не ясно, что за украшение.

Михаил поднял аксессуар, что Ника втыкала в прическу.

Повертел меж пальцев.

Ладно и удобно ложился металл в руку.

Злыднев прищурился, всматриваясь в вещицу.

Ну надо же…

Мужчина оглянулся.

Ника спала, даже не шевелилась.

Миха оскалился, будто хищник.

Так, значит?

Что ж, пожалуй, стоит разобраться во всем основательно.

Злой вышел и спальни, прихватив заколку. Закрыл за собой двери.

Выходит, Ника Баирова? Ну-ну.

***

Доминике вновь снился кошмар. Привычный, ненавистный, жуткий. Всякий раз, когда он приходил к ней ночами, девушка просыпалась, обливаясь липким потом. И потом еще долго не могла вернуться в реальность. Казалось, что он отнимал у нее все силы, душевные, эмоциональные.

Было жутко, да.

И сейчас все повторилось.

Вскрикнув, Ника резко села на постели.

В первую секунду не поняла, где она находится.

А после — осознала.

И на миг ее обуяла паника похлеще той, что сковала все тело после кошмара.

Она все еще здесь, в логове дьявола! И ни на шаг не приблизилась к заветной цели.

Умарова подлетела с кровати. Мужчины радом не было.

Как и дротика.

Что делать?

Никак не знала. Зато вспомнила все обстоятельства, при которых засыпала.

Дьявол ее поцеловал. И не просто коротко чмокнул в щеку, а по-настоящему.

Жадно и порочно.

Ника принялась оглядываться по сторонам.

Должно быть, заколка закатилась под кровать или под кресло.

Куда ей еще деться?!

Девушка опустилась на колени и заглянула под всю мебель, что была в комнате.

Ничего!

— Что потеряла? — раздался спокойный, тяжелый, будто гранитная плита, голос.

Ника ощутила горячую волну страха. Она прошибла ее от кончиков пальцев до макушки.

Или это не страх?

Поза у Ники была крайне неудачная. И это девушка поняла, как только Злыднев вошел в спальню.

Мужчина остановился прямо перед ней.

Ника, не поднимаясь, запрокинула голову и взглянула на мужчину.

Он смотрел на нее сверху вниз.

Руки в карманах брюк. Рубашка не застегнута, распахнута на груди.

Крепкие мышцы напоказ. А Ника невольно подметила, что тело у дьявола дьявольски красивое, рельефное, проработанное.

Очень медленно Михаил вынул одну руку из кармана.

Ника едва сдержала вскрик.

Между пальцев Злого был зажат ее дротик. Секунду, и стальная игла, будто живая, закрутилась в мужской ладони.

Ника напряженно наблюдала, пыталась предугадать, где окажется отравленное острие.

Что он задумал? Все понял? Раскрыл ее? А дальше что? Убьет? Как убил ее родню?!

***

— Заколку потеряла? — голос Михаила звучал спокойно, пусть и тяжело.

Ника на миг задержала дыхание. Взглянула Злыдневу в глаза.

Бесстрашно.

Кто знает, быть может, эти секунды — последние в ее жизни. А потому провести их нужно достойно.

Девушка медленно и плавно поднялась на ноги. Замерла, ожидая приговора.

— Красивые волосы, не вздумай собирать при мне.

Выражение лица у мужчины не изменилось, он говорил все так же, негромко, отрывисто.

Злой легко подбросил чертов дротик в ладони и небрежно опустил смертоносное украшение на прикроватную тумбу.

— На завтрак кофе.

— Разве вам можно кофеин?

— Мне все можно, — хмыкнул Злыднев, а Ника поняла, что тему больниц и болезни Злого лучше не затрагивать.

— Я могу приготовить нормальный завтрак, — спохватилась девушка.

— Можешь. Но позже. Сейчас я тороплюсь. А ты жди здесь, — обрывисто, хлестко распорядился Михаил и ушел, не оглядываясь.

Ника ждала, когда шаги стихнут. Вот входная дверь захлопнулась, а Умарова вновь осталась в квартире пленницей.

Так, ладно.

Девушка взглянула на отравленную иглу.

Толку обманывать саму себя? Ника раз за разом упускала шанс, чтобы вонзить дротик в тело Злыднева.

Выходит, она никчемная, как о ней думал отец, бабка, вся родня.

Не может она лишить человека жизни, даже такого дьявола, как Михаил Злыднев.

***

Что делать? Доминика абсолютно не знала, как поступить дальше.

Главное, сбежать из логова врага. А после, даст бог, Ника придумает, сообразит.

Чтобы отвлечься от сложных мыслей, Ника принялась за готовку. Продуктов в запасах оказалось столько, что хватило бы на месяц, ну или на целую роту солдат.

Умарова любила готовить, особенно ей нравилось возиться с тестом. Пироги — ее фишка. И уже к обеду на огромном кухонном столе красовались два ее шедевра: мясной пирог и на десерт шоколадный торт.

Выглядело все идеально, даже на придирчивый взгляд самой Ники.

И вдруг раздался характерный щелчок. Открылась входная дверь.

Ника вытерла руки и аккуратно сложила полотенце на столе, разгладив каждую складку.

Умарова чувствовала нервозность, потому что понимала, рано или поздно, а Злой сделает то, ради чего ее привезли в этот дом.

Он считает ее шлюхой, значит и миндальничать на станет. Возьмет так, как захочет.

Хватит ли у Ники сил сопротивляться?

Девушка набрала в легкие побольше воздуха.

А на пороге кухни появился вовсе не Злыднев, а другой мужчина.

Но его, Ника уже это знала, стоит опасаться даже больше, чем Михаила.

— Хозяина нет дома, — негромко произнесла Ника.

Шеин усмехнулся, обвез самодовольным взором комнату, задержался на пирогах, а после остановился на самой Нике.

Девушка ощутила себя раздетой, пусть на ней и была длинная, до самых колен, мужская футболка. Другой подходящей одежды в шкафах у Злого не нашлось.

— А я знаю, — оскалился гость. — А ты, гляжу, начала обживаться… Ника.

Умарова вздрогнула. Было что-то жуткое в голосе и во взгляде Лешего. Что-то, от чего девушка ощутила страх.

— Так тебя зовут? Или Доминика привычнее? — продолжал говорить и улыбаться мужчина.

Умарова отступила на шаг назад. В голове лихорадочно билась мысль, что пора бежать. Наверняка у Лешего есть ключ от квартиры Михаила, иначе как бы он попал сюда.

Но сначала нужно обезвредить противника.

По жуткому взгляду Ника поняла, что сейчас, когда они наедине, Леший пойдет до конца.

— Хитрая девка, втерлась в доверие к шефу, — он качнулся, оказался ближе, а Нику обдало неприятным запахом перегара, — но я же хитрее.

Ника ловко увернулась, когда Алексей выбросил руку вперед, чтобы схватить ее за плечи.

В мужских пальцах оказался лишь подол футболки.

Леший со всей силы дернул, понукая Нику вернуться обратно.

Все происходило стремительно. Выходит, Леший бы не настолько пьян, как изначально подумала Ника.

Не оглядываясь, девушка ударила стопой по мужскому колену. Удар прошел по касательной. Леший так и не разжал кулак, вновь дернул на себя.

Ника едва не упала. Ей удалось зацепить со стола блюдо, что стояло ближе к краю.

Шоколадный торт оказался на лице у Лешего.

Мужские пальцы разжались, выпустив ее на свободу.

Ника ринулась из кухни. Куда бежать? В спальню! Там в ворохе одежды надежно спрятан дротик.

— Сука! Убью! Но сначала трахну как следует! — рычал позади Шеин. — Правильно делаешь, блядь, в койке тебе самое место.

Ника пыталась успокоить дыхание. Главное, не паниковать. Леший пьян, но все еще силен, как бык. Лоб в лоб она с ним не справится, и одолеть можно только хитростью.

Шеин вломился в спальню, как в собственную.

Ника уже была готова. Сжимала в ладони дротик, ждала, когда противник окажется на достаточном расстоянии.

На расстоянии удара.

Умарова была готова ко всему. Однако Шеин размахнулся и достал ее. Ударил ладонью наотмашь так, что Нику отбросило назад. Девушка не успела сгруппироваться, затылок запрокинулся назад, ударился о стену.

Крепкая рука перехватила ее за шею, пальцы сдавили сильнее.

Ника сквозь пелену увидела, как ненавистное лицо Лешего приближается к ней.

— Люблю горячих шлюшек, — усмехнулся Шеин и провел влажным мерзким языком по ее щеке.

Ника яростно ударила дротиком. Смазано, вскользь, но этого должно было хватить. Яд начал работать.

Леший лишь усмехнулся, перехватил ее ладонь, ударил ею по стене настолько сильно, что дротик выпал, а пальцы свело от боли.

Свободной рукой мужчина резко дернул вверх ткань футболки.

— Пусти, сволочь! — зашипела девушка, пытаясь царапаться, достать коленом до паха.

— Заткнись, сучка, — оскалился Леший, — пока я твой хорошенький ротик не заткнул членом.

Ника не сомневалась, что он выполнит все свои угрозы. И все равно боролась.

Нет, не станет она пасовать перед этим утырком!

— Ублюдок! Шакал! Скотина безродная! — шипела она, отчаянно сопротивляясь.

Силы были не равны. На теле, Ника это чувствовала, оставались синяки и ссадины. Шеин пальцами сдавил ее горло сильнее. Воздуха стало не хватать. Ника начала задыхаться.

Комната поплыла перед глазами. Омерзительное лицо Шеина тоже.

И вдруг мужские руки разжались. Ника хватала ртом воздух, кашляла, цеплялась за стену, чтобы не упасть.

— Шеф… Мих… да я ж…

Но слова сменились стоном. Ника видела, как одним точным ударом Михаил заставил Шеина упасть на пол.

В тишине раздался громкий хруст. Запястье оказалось вывернуто, кости сломаны.

— Пошел вон! — спокойно, будто ничего не происходило в комнате, произнес Злыднев.

— Мих, да она сама... она же шлюха! — скулил Леший. — Тебе для друга бабы жалко?!

И тут же замолчал, когда Злой обернулся к нему.

Что именно было во взгляде Михаила, Ника не знала. Сейчас она видела только его затылок и широкие, будто каменные плечи и спину.

Леший бросил на нее короткий взгляд, исчез в дверном проеме.

А после Умарова слышала, как хлопнула входная дверь.

Злыднев обернулся к ней.

Ника сползла вниз, на пол. А мысли в голове разные.

Сама не понимала, почему, но она вдруг произнесла:

— Он сейчас умрет.

— Кто?

— Леший, — ответила Ника и показала дротик, который подобрала с пола и сжала в ладони. — На острие яд. Он умрет в муках.

— Он умрет, потому что я ему череп проломлю, — проговорил Злой, а сильные пальцы оказались в ее волосах, прошлись по затылку. — Шишки нет. Кружится голова?

— Нет, — честно ответила девушка.

Злой коротко взглянул на свои пальцы. Возможно, проверял следы крови. А после мужчина поднял Нику на руки и осторожно опустил на постель.

Ника вслушивалась в собственные ощущения. Голова действительно не кружилась и, кажется, не болела. Сотрясения не было. Просто шок и нехватка кислорода.

Умарова выронила дротик на пол. Казалось, он обжигал кожу ладони.

— Нет там яда, — коротко обронил Злыднев, сел на кровать рядом с Никой.

Она смотрела на мужской, будто высеченный из камня, профиль.

Опираясь на локти, Михаил наклонил голову и провел ладонью по собственным волосам. Выпрямился, глядя на стену.

— Выходит, ты дочка Умарова, — он не спрашивал, а утверждал.

Ника понимала, что ее личность, как и цель раскрыта. И теперь нападение Шеина покажется ей детской игрой.

Дьявол уничтожит ее без особых усилий.

Михаил протянул руку, взял дротик. Вновь повертел между пальцами.

— Узнал работу мастера. Тонкая вещица, — усмехнулся Злыднев, размахнулся, легко бросил иглу в спинку кресла.

Мягко и уверенно острие вошло в мишень.

Злой повернулся к Нике лицом.

Темный, прожигающий насквозь взгляд, запустил волну острых горячих игл по венам девушки.

— Почему сразу не убила? — он говорил спокойно.

Еще минуту назад, когда в спальне был Леший, Злыднев лютовал и был похож на дикого безумного зверя, пусть и выглядел невозмутимым.

Теперь же Нике показалось, будто Михаилу нет никакого дела до того, убьет она его, или нет.

— Знаешь, я бы тебе был благодарен. Сдохнуть от руки такой женщины совсем не стремно, — уголок рта Злыднева дернулся в усмешке, а мужчина продолжил говорить дальше: — При любом раскладе жить мне пару лет, а то и меньше.

Ника ошарашенно молчала, слушала, а в душе поднималось волнение.

Нет! Дьявол не может умереть вот так, легко и просто!

Михаил медленно поднялся с постели, вынул дротик и вернулся к Нике.

Девушка села, поджав ноги к груди. Смотрела на Злого настороженно.

Тот перехватил ее ладонь, вложил в пальцы смертоносную иглу, заставил сжать оружие.

Сел рядом, вполоборота, оттянул ворот рубашки.

— Лучше пробить артерию. Яда нет. Но от потери крови легко сдохну. Главное, не промахнись, — с усмешкой произнес мужчина.

— Ты правда убил моего отца и братьев? — спросила Ника то, что не давало ей покоя. Она должна знать. И верила, что сейчас Злой скажет ей правду.

— Умаровы сунулись на мою территорию с наркотой. Товар крайне низкого качества. От него начали гибнуть люди. Я стал разбираться. По итогу договориться не вышло. Сожалею. Я не мог иначе. Сейчас в моих районах наркоты нет. Никакой, — рассказал Злыднев.

— Папа не мог продавать наркотики, он не такой, — возразила девушка.

— Сам, конечно, не распространял. Но бизнес вел активно, — вздохнул Михаил.

Ника слушала голос Злыднева. Он ведь понимал, что она готова была его убить.

Выходит, не врал? И это правда? Насчет отца.

Девушка нахмурилась. Что она знала о бизнесе отца? Это ведь семейные дела. Не раз и не два он общался при ней по телефону, со своими людьми, с бабушкой.

За последний год многое изменилось в доме няни. Однажды девушка наткнулась на странные брикеты. Охранники подсуетились, успели накрыть тентом. А Ника не стала интересоваться, важнее была месть и тренировки.

Ладно, позже Ника спросит у бабушки.

Девушка перевела взгляд с дротика в ее пальцах, на мужскую шею, где билась крупная вена.

Один удар, и кровь польется фонтаном. А Злой даже охрану не успеет позвать.

А судя по словам и расслабленной позе Михаила, было ясно, что никого он звать не станет.

Ника сморгнула слезы.

Выходит, все в ее мире не так, как она думала. Все устроено иначе. И близкие ей люди ее легко обманывали.

А бабушка и вовсе отправила в логово зверя.

Ника припомнила, как няня уверяла ее, что выбраться из квартиры Злого будет легко, что у нее среди людей дьявола есть свой человек.

А по факту — Ника так и не сумела сбежать.

И здесь ложь.

Получалось, что не врал ей только сам дьявол.

Ника легко взмахнула рукой, отправила дротик в ту же самую мишень, куда швырнул его Злыднев.

Точно в цель, даже в то же самое отверстие.

— Я пирог испекла. Был еще и торт, но после встречи с мордой Шеина он стал несъедобным, — негромко произнесла Ника.

Михаил усмехнулся.

— Пирог, значит, пирог, — поднялся на ноги, протянул Нике руку.

Девушка вложила свои пальцы в горячую огромную мужскую ладонь.

В полном молчании они прошли на кухню.

Ника убрала с пола испорченный десерт, согрела чайник, поставила перед Михаилом миску с горчим обедом, разрезала мясной пирог.

И все движения были спокойными, размеренными. Да и вообще Ника чувствовала себя здесь, на кухне в квартире Злыднева, уютно и свободно. Даже дома, у бабушки, она ощущала себя чужой.

А в этом помещении Умаровой нравилось.

— Тебе нельзя возвращаться, — обронил Михаил.

Ника замерла.

Да, все верно. Если она провалила задание, то дома не поймут.

— Я разберусь, — пожала плечом девушка и невольно поморщилась.

Еще пару минут назад ничего не чувствовалось, а теперь, казалось, каждый синяк дал о себе знать.

— Иди сюда, — приказал Михаил.

Ника отрицательно качнула головой. Михаил ждал, глядя на нее.

Девушка сдалась, подошла, замерла, глядя поверх мужского плеча.

Злыднев сдвинул ворот футболки. Ника вздрогнула, когда горячие пальцы коснулись ноющей кожи.

Михаил выругался вполголоса.

Резко стянул футболку Ники через голову.

Умарова и сама мысленно чертыхнулась, увидев некрасивые бордовые отметины на бедрах, плечах, везде, где к ней прикасался Леший.

— Это ерунда, — пробормотала Ника, Михаил коротко выдохнул, поднялся со стула.

— Кофе свари, — приказал он.

Ника вернула футболку на место, а Злыднев уже исчез в дверном проеме.

— Не нужно! Постой! — крикнула она вслед, но входная дверь закрылась с оглушающим щелчком.

Ника протяжно выдохнула, осела на стул, на котором минуту назад сидел Михаил.

Господи, кажется, Злой все же прикончит Шеина, как и обещал.

***