Глава 13

Он целовал ее, и она тонула в жаре и чувственности этого мужчины. Ее руки были привязаны к столбикам, тело обнажено, и она сгорала от желания в его постели. Она была готова для него. Он не просто целовал ее, он заявлял на нее свои права. Впивался в ее рот с такой жадностью, словно от поцелуя зависела его жизнь. Лизал и покусывал, пробовал, посасывал ее нижнюю губу, слегка прихватив зубами. Его руки сжимали ее грудь, и ее кожа зудела от жгучего желания ощутить его прикосновение везде. Он целовал ее долго, глубоко и медленно, потом поцелуй стал жестче, быстрее, как наказание…

Один удар сердца, потом второй…

Вероника проснулась и вздрогнула, покрытая потом. Она тяжело дышала и была настолько возбуждена, что все тело буквально горело с головы до ног.

— Ч-что… — она осеклась, вспомнив свой сон.

«Капец!» — с ужасом подумала она. И, помотав головой, внезапно осознала, что не одна в комнате.

Он был в спальне вместе с ней.

Сидел в кровати немного отодвинувшись, и наблюдал за ней своими синими глазами.

Их взгляды встретились.

И у Вероники возникло ужасное чувство, что он каким-то образом все знает. Знает, что приснился ей. И в его синих глазах светилось странное удовлетворение.

Кровь и жар прилили к ее коже. Она с яростью опустила взгляд. Слава Богу, она все еще была полностью одета. Это был всего лишь сон.

Он не может знать.

— Ты металась во сне, — его интонации в голосе были мягкими.

— Я успокоилась, — ее ложь была очевидна. Сердце бешено колотилось, и Веронике пришлось отвести глаза, чтобы не выдать себя взглядом. Сделав глубокий вдох, она заставила себя посмотреть ему прямо в глаза. Их глаза снова встретились, а затем его взгляд перекочевал на ложбинку между грудей, видневшуюся в вырезе ее рубашки.

Сам же Крэй давно проснулся и осторожно подвинулся, стараясь не потревожить девушку. Она спала в его объятиях. Во сне ее лицо выглядело таким милым, нежным, невинным и невероятно красивым. Он провел пальцем по ее щеке, изучая неуловимые, мягкие изгибы и размышляя о том, что она была теплая, земная и живая. Она была той девушкой, с которой можно смеяться и спорить. Вероника во сне прижалась крепче, упираясь щекой в его грудь. Он поймал себя на мысли, что ему просто было приятно чувствовать ее мягкое упругое тело. Бессознательное, уязвимое, вверенное ему на время, пока ее разум погрузился в сон. Ему это ужасно нравилось. Она была забавна, упряма, сексуальна, умна и полна человеческой страсти, и она дала ему что-то, чего он не мог объяснить. И он был в шоке оттого, что в первый раз проснулся с женщиной, с которой не занимался сексом, а просто был с нею рядом. Он нахмурился. Он хотел ее. Он хотел человека! Это открытие могло вывернуть ему мозги наизнанку. Крэй неосознанно, резче, чем хотел убрал руку и отодвинулся от нее. Его реакция на нее была странной.

Ей что-то снилось отчего она проснулась взбудораженная.

— Доброе утро, — сказал он и большим пальцем неожиданно нежно погладил по ее щеке, обвел контур приоткрытых губ. Ей бы вырваться, отшатнуться, но она околдованная внезапными чувствами замерла, не смея разорвать сплетение их взглядов. А затем посмотрела на него так пристально и пугающе-серьезно, что он невольно подумал, что ей следует стать судьей. Один-единственный взгляд, брошенный на нее, окончательно убедил его, что никакая сила на свете не заставит его вновь оказаться с ней в домике.

— И вам, — Вероника, находясь еще во власти сна и смущения, совершенно необдуманно решила переползти через него и оказалась на нем сидящей сверху, он держал ее за бедра и сильнее прижал, сжав округлости ее попки, придвигая ее еще плотнее к своему вставшему члену.

— Я просто хочу обнять кого-то живого и теплого, — несколько мгновений он был неподвижен, а потом Вероника услышала его прерывистый вздох и процедила: — Правило номер пять, — он расхохотался и отпустил ее, а она быстро подскочила к гардеробу, торопливо выхватила чистые трусики и халатик. Она не стеснялась, время, проводимое с самого детства в кругу мужчин в экспедициях и порой в спартанских условиях, давно вытеснили все стеснения и смущения.

— Хватит пялиться на мою грудь и попу, — крикнула она скорее от злости, а не от смущения и хлопнула дверью ванной. Она расслышала его смех даже сквозь закрытую дверь.

— Ты что, думаешь, я первый раз вижу женские прелести? — он заложил руки за голову, а потом потянулся. Весь его вид выражал довольство. — Твои прелести ничуть не отличаются от тысячи других женских ножек и…

Пожалуй, ему еще не приходилось никогда в жизни произносить такую чудовищную ложь. У нее соблазнительная попка и потрясающая фигурка, она была женщиной во всех местах.

— Правило номер три, — крикнул ей Крэй, — надень что-то поскромнее.

Вероника стояла под горячими струями и вздыхала от удовольствия. Дверь была заперта, и маленький стул тщательно подпирал под ручку дверь.

После того как он ей приснился, а потом она обнаружила, что он сидит рядом и смотрит на нее так же, как смотрел во сне, Вероника не решалась смотреть ему в глаза. От одной мысли о том, что ей приснилось, она краснела и начинала дрожать. Пусть она не была такой опытной, но и совсем наивной она тоже не была, она чувствовала в нем опасность — только мертвая женщина не ощутила бы этого. Он излучал опасность и тестостерон, который буквально сочился из каждой его поры. И в то же время его дисциплина и самоконтроль были удивительными. Вероника оказалась полностью в его власти, но он не воспользовался своим преимуществом. Она помотала головой. Вполне возможно, что ему приелась легкость, с которой покорялись ему женщины, и теперь он наслаждается охотой.

Что ж, ощетинилась Вероника, пусть охотится, за кем хочет. Да, она оказалась на самом краю, но это не значит, что она собирается сдаться и рухнуть к нему в кровать, и не важно, что в глубине души она хочет вступить в клуб поклонниц экзотического, эротичного и загадочного дракона Крэйя Эр-Тэгина. И она все равно не могла понять разделение «человек-дракон» с их чертовой магией. Если тянет, то какая разница?! Вероника дважды вымыла шампунем голову и стояла под напором воды, пока не почувствовала себя чистой до скрипа.

А дальше было еще хуже. Это был один из тех неудачных дней, когда только и остается, что ждать следующего. Накинув халатик, она убрала стул и открыла дверь.

— Я всего лишь хочу, чтобы твой день хорошо начался. Хочу, чтобы ты была счастлива, — сказал он и скрылся ванной, когда она вышла полчаса спустя.

— Ну да. Я очень счастлива, — пробормотала Вероника, уходя в спальню одеться, а после начала прибирать домик, сжав с силой подушки. Все утро пока она убирала в домике он ходил за ней по пятам. Наблюдал за всем, что она делала. Ну, почти за всем. С его стороны было очень любезно остаться за пределами уборной, когда она повернулась к нему, оскалила зубы и захлопнула дверь у него перед носом. Он насмехался над ней, дразнил, задевал ее своим большим сильным телом при каждой возможности и вообще слонялся повсюду — темный и такой сексуальный.

Крэй давно уже не чувствовал себя так непринужденно, ему было с ней легко. Сейчас она раскладывала эти draxovskie подушечки и ее голова была опущена, лица он не видел, но все же невольно залюбовался массой густых каштановых волос, ниспадающих до лопаток. Узкая туника и облегающие брюки выгодно обрисовывали ее фигуру. Во рту у него вдруг пересохло. Тонкая, гибкая талия, округлые бедра и упругая, зовущая к ласкам грудь. Девушка пересекла комнату, ее движения были плавными и изящными. Крэй встряхнул головой отбрасывая совершенно не нужные мысли.

— Мне нравится смотреть на тебя, — с легкостью признался он.

Она постаралась не показать ему, как его слова польстили ей. Может быть, она была слишком восприимчива к его красивым глазам. Его голосу. Или, может быть, его рту. Или, может быть, из‑за того, что он был чертовски привлекателен. Она громко вздохнула.

— Нахождение с вами в одном помещении слишком эмоционально для меня, — она бросила на него весьма красноречивый недовольный взгляд через плечо, а потом собрала волосы и сделала высокий хвост.

Крэй наблюдал за ней полуприкрытыми глазами, легкая улыбка скользила по его губам.

— Стойте, где стоите, — она подняла руку, удерживая его на расстоянии, когда он крадучись пересек гостиную и подобно завоевателю склонился над ней. Он дотронулся до ее лица кончиком пальца, проведя им по ее нежной коже, изящной линии ее высоких скул. Опершись рукой о стену, он склонил голову к самому ее лицу. Он ни разу не моргнул, веки даже не затрепетали, он просто пожирал ее глазами. В его темно-синих глазах скрывалось что-то тяжелое, приземленное, но что именно — она не хотела узнавать. В этом мужчине полыхал настоящий огонь.

— Ты похожа в данный момент на змею… как же ее…

— Надеюсь, вы не хотите сказать, что я похожа на кобру? — возмутилась Вероника при этом не двинулась и с места.

— Точно, кобра, — усмехнулся он, — мне кажется, что ты могла бы принести не меньшее беспокойство.

Когда она чуть сощурилась и взглянула на него, он снова поразился, какие необыкновенные у нее глаза. — А сейчас похожа на кошку, дикую, не прирученную…

Ее раздражало, что мужчины, видимо, считали своей единственной целью в этом мире управлять женщинами, а потом спасать их от последствий своего руководства. Бесполезное занятие. Но таков был мир — им правили мужчины, по крайней мере, в этом мире.

Когда время подошло к завтраку они пришли к мирному соглашению, договорившись все-таки морально не убивать друг друга, и вместе позавтракать в кафетерии напротив, и вышли из домика.

— Да хранит Всеединый этот дом, — Крэй наложил заклинание, а Вероника фыркнула.

Конфетенбург был местом покоя и радости. Крэй с тоской оглядел яркие симпатичные домики. Вероника злорадно прищурилась, а он открыл перед нею дверь в кафетерий, тренькнул колокольчик извещая о новых посетителях, — Прошу. Я теперь с тобой, — издевательски оскалился он и Вероника подумала, что у нее мог бы быть очень неплохой день. Но теперь она заметила на чистом ясном голубом небе придуманные ею грозовые тучи.

— Вы меня поражаете, у вас что, нет дел во дворце? А как же ваши монаршие обязанности?

В кафетерии они устроились за столиком близ окна под любопытные взгляды, Крэй сделал заказ, который мгновенно был исполнен и составлен на их столик.

Крэй указал рукой.

— Может, омлет, рисовый пудинг, круассан? Нет? А фрукты? — он протянул ей вазочку со свежей клубникой, манго и киви, она же потянулась за аппетитным вишневым пирогом всем своим видом изображая безразличие. — Ты что, не хочешь есть? А я проснулся голодный как волк, — и с аппетитом принялся за омлет, салат и еще разных вкусных на вид горячих закусок. Драконовский аппетит, усмехнулась Вероника.

— Клянусь, светлейшей Феокватий, никогда еще не был так зол на вас!

— А это еще кто? — усмехнулся Крэй наслаждаясь едой.

— Один из святых почитаемых в этом городке. Я слышала.

— А-а… — и потянулся к булочке, с аппетитом откусил большую ее половину, прожевал, сглотнул, и все это под ее более чем враждебным взглядом, и сообщил, вновь широко улыбнувшись: — Ну, я думаю, если он жаждет духовного слияния, то я пас, надеюсь он будет не против, если я поселюсь тут ненадолго.

Вероника поковырялась ложечкой в рисовом пудинге и задумчиво сказала: — Нужно решить вопрос с экипажем и вашим жильем.

— Позавтракаем и сходим к управляющему.

— Вот скажите, зачем вам здесь жить? Вам же не нравится это место.

— Тише, ты обидишь своими высказываниями местных горожан и светлейшего Феокватия, его дух здесь царит повсюду.

— Сейчас же прекратите паясничать! На нас все смотрят.

— Ну и путь смотрят, здесь нравы простые. Тебя это волнует?

— Меня нет, но это должно волновать вас. Вы дракон в компании человека.

Крэй нагло улыбнулся, — Прошлый век, девочка моя. Тебе все равно и мне все равно, так что давай на этом не зацикливаться.

Вероника порой не знала, как ей реагировать на его слова — сердиться или удивляться. И она не собиралась падать духом. Они мирно завтракали и порой молча переглядывались. Вероника старалась не смотреть на его губы и перевела взгляд на окно и не удержавшись вполголоса простонала. Крэй вопросительно вздернул бровь.

Тренькнул колокольчик и в кафетерий вошла пожилая чета Шнапсов.

— Милостивая Богиня! — отчего-то радостно воскликнула Берта Шнапс. — Неужели глаза меня не обманывают? Хорошенькая Верон?

— Верон? — Крэй взглянул с любопытством на пожилую пару, вытер рот салфеткой и поднялся. Он вспомнил рассказ Вероники, про этих милых старичков.

— Берта Шнапс и мой муж Берти Шнапс, — представилась пожилая женщина и смутилась, Вероника закатила глаза.

— Доброе утро, — улыбнулась девушка. — А это… — Крэй молчал и веселился, — это… мой четвероюродный кузен Рэй. — Вероника прикрыла глаза.

— О! Как жаль, а мы думали, что жених. Такой красивый юноша. Верон, сегодня и завтра вечером будут танцы, и там будет много не женатых молодых людей, — улыбнулась как-то по-заговорщицки мадам Берта. — Верон Ника, ты найдешь своего мужчину! — произнесла женщина, присаживаясь рядом, ее примеру последовал и ее муж Берти Шнапс.

Глаза Вероники расширились от удивления.

— С чего вы решили, что я его ищу?

Берта улыбнулась, от уголков васильковых глаз разбежались морщинки.

— Послушай старую Берту, милая, отбрось предрассудки, — подмигнула она девушке. — Отправляйся гулять и найди себе подходящего мужчину. И не позволяй нам, старикам, портить тебе отдых. Старые перечники вроде нас тебе не компания, да и кузен только всех отпугнет. Тебе нужен молодой сногсшибательный парень, такой, который не только сшибет тебя с ног, но и не позволит сразу подняться.

Вероника ни за какие артефакты не хотела в данную минуту смотреть на Крэйя. Но чувствовала, что он веселиться, и всё за ее счет.

— Поверь мне, — не унималась мадам Берта, — когда ты его встретишь, ты не ошибешься, — пожилая женщина сияла, лукаво улыбаясь. — Ты это почувствуешь. И не сможешь этому противиться.

— Возможно. Вполне возможно, — кисло сказала Вероника и услышала, как дракон подавил смешок, и она пнула его ногой под столом, он с еще большим весельем в глазах смотрел на нее и на чету Шнапсов.

— Верон, деточка, — леди Шнапс пыталась привлечь ее внимание, — дорогая, с тобой все хорошо? Верон, ты побледнела!

— Я все переживу, — с излишним энтузиазмом заверила Вероника. — Я постараюсь прийти на танцы, — улыбнулась она и когда пожилая пара удалилась она посмотрел на Крэйя.

— Кузен? Четвероюродный? — он изумленно смотрел на нее.

Вероника почувствовала себя примерно так же, как чувствует себя человек, которого окатили ледяной водой. Огромным усилием воли она выдавила светскую улыбку.

— Забавно. Значит вечером танцы? — Крэй скрестил руки на груди откинувшись на спинку стула.

— Послушайте… я не собираюсь ни на какие танцы…

— Можешь сходить, — насмешливо улыбался он и Вероника была готова провалиться сквозь землю, — там же женихи.

— Ну, всё, хватит! — Вероника бросила салфетку на стол и встала. — Я собираюсь в столицу. Одна!

Он внезапно посмотрел прямо ей в глаза пристальным, пронизывающим взором.

— Я здесь не для того, чтобы искать женихов, — холодно отреагировала она.

— Да, ты здесь для того, чтобы бродить в тумане, — он тоже поднялся.

— Не бродить, а исследовать. И, да, я хотела бы посетить мертвый город.

— Не сегодня.

— Может моим спутником будет Аарон Аш'Вэрсс'Аши?

— Я подумаю, — холодно бросил Крэй.

— Вы обещали.

Она уставилась на него так пристально, что этот взгляд был почти интимным. Крэй не помнил ни одной девушки, которая смотрела бы на него так, словно пыталась добраться до дна его души, до ее самой сердцевины. Через несколько мгновений Вероника пожала плечами, и странное чувство прошло.

Крэй какое-то время помолчал, но потом сказал: — Я вижу гораздо больше, чем ты думаешь.

А потом что-то изменилось однозначно. Несмотря на расслабленно-спокойное выражение его лица, Веронике показалось, что между ними в воздухе выросла плотная и довольно холодная стена. Почему? Он улыбнулся ей, Веронике показалось, что его улыбка была странной, ни разу веселье не коснулось его глаз. Словно этот мужчина всегда был начеку. Никогда не позволял себе расслабиться. У него все было под контролем.

— Прошу на выход… кузина, — он открыл перед нею дверь.

— Я конечно понимаю, что это было глупо, вы дракон, а я человек… но в тот момент я не знала, что сказать, а вы молчали, вот что пришло на ум, то и выпалила, в следующий раз представляйтесь сами.

— Неважно, — бросил он и зашагал к домику управляющего, Вероника не отставала.

В скором времени она была обладательницей комфортабельного экипажа с кучером сроком на целый месяц.

— Что мы будем делать? — она повернулась к мужчине.

— Я ухожу.

— Что?

Он сделал шаг назад и отвернулся. А она уставилась ему в спину. Через какое-то мгновение он вытащил кристалл и через несколько секунд повернулся к ней.

— Мне придется оставить тебя, — Вероника видела, что он находится в напряжении и смотрит в сторону.

— Почему вы уходите?

После паузы он взглянул на нее.

— Потому что у меня есть обязанности и дело, которое не терпит отлагательств, монаршие обязанности, как ты говоришь, — и он не стал ей сообщать, что нашли ее спутника. Он предпочитал их потом столкнуть и увидеть их реакцию друг на друга, вернее ее реакцию. Но сначала он протрясет парня. — Советую долго в столице не задерживаться.

Он смотрел на нее, не отрываясь, и она ощутила, как теплая волна поднялась в сердце и медленно разлилась по всему телу до кончиков пальцев. «О чем он думает?» — гадала она.

— Еще увидимся хорошенькая Верон, — с этими словами он натянул капюшон и быстро скрылся между домами, как поняла Вероника он не хотел, чтобы его видели, как он взлетает драконом.

А сам Крэй не волновался за девушку зная, что к ней приставлен страж, которому он в данную минуту, как Вероника села в экипаж, отдавал приказ следовать за девушкой и не выпускать ее из виду.