Глава 19

— Боже на небесах, — простонала Вероника, проснувшись к обеду. — Что было вчера?! — Она смутно помнила. А потом застонала, вспомнив поцелуй, пиротехнические бомбочки и бедных старичков в ночных колпаках со страхом выглядывающих из своих окошечек.

Холодный душ сотворил из нее человека.

Прошло полчаса. Вероника сидела и горевала в розовой беседке. Она ненавидела розовый цвет. Если честно, она чувствовала себя полной идиоткой. Девяносто девять и девять десятых процента обитателей Земли не принимали бы сложившейся ситуации близко к сердцу, но Вероника Ярославская, к сожалению, принадлежала к оставшейся одной десятой процента.

— О! — простонала девушка. — Нужна конспирация, черные очки, шляпа, парик, а лучше всего переезд в другой городок.

Голова жутко раскалывалась. Ведь всегда ж знала, что ей много пить нельзя.

Конечно же она не поехала ни на какую границу, у нее раскалывалась голова, она засобиралась на васильковый луг получать солнечные оздоровительные ванны. Она кряхтя собирала сумку положив в нее плед и бутылку с водой, надела бриджи, легкую тунику, сандалии, натянула низко шляпу на лицо и водрузила на нос черные очки и тихонько, медленно пришла в контору, села быстренько в свой экипаж и поехала в самый дальний васильковый луг, где забралась на самый высокий холм, расстелила плед и улеглась звездой вдыхая прохладный теплый воздух.

— Блаженство, — прошептала она. Через некоторое время она снова клеймила себя позором, а потом перешла к нападению — мысленному, разумеется. Ну какого лешего она поперлась за этими бомбочками? Разбудила соседей. Что теперь о ней подумают? Нужно сходить в местный клуб на танцы и проверить отношение к ней местного населения. Все же она уничтожила все клумбы вокруг. Вероника встрепенулась и смутно вспомнила, кажется она слышал аплодисменты. В животе заурчало, голова раскалывалась.

Какая-то птица парила в золотом мареве полудня. В раскаленном воздухе висел звон цикад. Вероника приоткрыла один глаз.

На травинке замерла изумленная до предела стрекоза. Ее алое с золотом тельце нервно подрагивало, радужные крылья трепетали от нетерпения. Стрекоза таращилась на Веронику огромными золотистыми глазищами и напряженно думала: откуда на этом лугу взялась девица, которая не умеет пить? Дальше за стрекозой колонна из пяти невозмутимых муравьев маршировала по пологому васильковому холму.

Вероника натянула шляпу и покарабкалась на четвереньках попой вверх с холма, и порой съезжала, выплевывая васильки.

— Куда ползем?

— Я ненавижу его, — она узнала его голос насмешливо-издевательский и глухо застонала. Она тут же вспомнила что с ней произошли две важные вещи. Во-первых, она вспомнила, что забыла надеть лифчик под тунику. Во-вторых — она приняла соответствующую позу и застыла в образе «Статуя, изображающая красавицу в высшей стадии изумления».

— Как поживаете, леди Вероника Владимировна?

— Плохо!

— И почему, позволь узнать?

— Потому что голова болит.

— И больше тебя ничего не удручает?

— Нет.

— Не хочешь полетать? — ехидно уточнили сверху.

— Нет, — проскрипела Вероника, не поднимая головы. — Уйдите, — она махнула рукой куда-то в сторону. — Просто исчезните, меня сейчас стошнит.

— А может тебе стыдно за вчерашнее поведение?

Вероника тут же вскочила и поморщилась: — Мне? За мое поведение? Я вообще ничего не помню! Не понимаю, что вы тут наговариваете на меня.

Крэй в изумлении смотрел на нечто черное на ее лице, закрывающее пол-лица, — Что на тебе?

— Спасительные шоры от прекрасного, — недовольно буркнула Вероника.

— Сними.

— Ни за что, — а потом взвилась коброй, — послушайте, я специально уехала далеко, я специально забралась так высоко, чтобы меня никто не нашел… О! Мне плохо. Мне по вискам стучит дятел… я сейчас расплачусь. У меня нет таблеток…

Крэй тяжело вздохнул. Вот и настали тяжелые времена. У него был довольно красноречивый взгляд. Не то чтобы заносчивый, скорее обреченный. «И с ЭТОЙ девицей я буду мучиться месяц!» — вот что говорил его взгляд. Он присел на корточки и вдруг взял ее за руку тихо сказав: — Дам тебе лекарство, полетели.

— Я хочу остаться здесь, еще не вечер. А, что вы здесь делаете и как меня нашли?

— Секрет.

Она махнула рукой, — Не интересно, раз нашли значит следите, если не вы, то кто-то по вашему поручению, слишком вы все быстро меня находите. Но это хорошо. Я в полной безопасности.

Крэй в изумлении смотрел на девицу и расхохотался. Он не мог долго на нее злиться. А потом сощурив глаза уточнил: — Ты и правда ничего не помнишь?

— Ничего! От этого только хуже. Помню, как пила и вот результат. Моя ошибка, что я не смогла вовремя остановиться.

— Я доставил тебя в твой дом.

— Спасибо, — она нацепила шляпу и опустила ее практически на самое лицо.

— Мы целовались, — он сдернул с нее шляпу и очки цепко всматриваясь в ее глаза.

— МЫ?! С Вами?! Вы дракон, целовали человека? Да ладно… — она постаралась сделать изумленное выражение лица и видимо у нее получилось.

Крэй пристально продолжал смотреть в ее глаза, ее эмоции были искренними. Искусно лжет? Или на самом деле не помнит?

— Не помню… видимо ничего не было запоминающего в поцелуе раз я не помню… и вообще… я хочу тишины, — она снова нацепила шляпу и очки. — Я не понимаю, почему вы злитесь.

— Так напряги голову! — Крэй поднялся, он и правда злился. Она не помнила? — Вероника Владимировна ты разбомбила полгородка. Конфетенбург гудит. Мне пришлось выплатить приличный штраф, как к твоему четвероюродному кузену ко мне ринулись Шнапсы и управляющий, а также пострадавшие, которые лишись своих цветников. Одной старушке восемьдесят восемь, и она страстная любительница цветов. Ее какие-то рододендроны уродились два года назад, причем в каких-то промышленных количествах. Она посвятила всю жизнь исключительно растениям, она два года осчастливливала ими все общественные учреждения городка. Теперь все исчезло. И она твоя соседка.

— Ну ведь наверно можно все починить этой вашей магией… Я хотела сказать совершенно не это! — промямлила Вероника, вновь взбираясь на холм. Никуда она не пойдет.

— Не волнуйся, ТАКИЕ вещи в Конфетенбурге скрыть невозможно, — он над ней издевался.

— Вы заплатили? — глухим голосом спросила она, сливаясь с васильковым лугом.

В ответ ей было тягостное молчание отчего ее голова разболелась еще больше.

— Естественно, — все же ответил он.

— Ну спасибо-спасибо… — она засмотрелась на него такого красивого, свежего и отдохнувшего. В черных кожаных штанах, белой футболке, которая облепляла его тело, черные тонкие браслеты на руках, татуировка и волосы убраны назад.

У Вероники больше не было сил смотреть на все это безобразие.

Он покачал головой. Он не чувствовал ни возбуждения, ни ярости, ни обиды, ничего. Абсолютный холод внутри. Все под контролем.

Он ее и правда оставил. Вероника даже не поверила своему счастью и облегченно выдохнула. Он ей поверил! Супер! Теперь можно жить и отправляться вечером на местные танцы мириться с населением. Вот, собственно, и весь гениальный план. О том, что Крэй Эр-Тэгин может просто НЕ ХОТЕТЬ ее разоблачать, она не подумала.

Какая тишина…

Вероника уснула.