Глава 9

На сборы ушло не больше получаса, она быстро навела порядок расставив посуду, задвинула стул за стол и в угол аккуратно поставила табурет. Идеальная чистота, но туши зайцев так и оставила на снегу. Для охотника это было не простительно.

Позади нее тихо и безмолвно стояла женщина, и Эзалия знала, что она зорко следит за каждым ее движением. Девушка накинула теплый плащ и взяла свое оружие.

— Оно тебе не понадобится, оставь.

— Но я никогда с ним не расстаюсь. Я живу одна и за шесть лет привыкла быть с оружием, тем более я охотник.

— Ты не на охоту собираешься, и тебе никто не причинит вреда. Скоро ты вернешься сюда обратно.

Эзалия озадаченная кивнула, отложила оружие и застегивая под горло воротник незаметно от глаз женщины сняла с шеи амулет зажав его в кулаке.

Оборачиваясь к женщине, она спокойно сказала: — Я готова.

Они направились к двери и у самого выхода Эзалия разжала кулак. Цепочка с амулетом упала на коврик без звука.

Эзалия прикрыла дверь.

— Тебя лишили всей магии, что ты даже охранное заклинание на дом не можешь поставить?

— Сюда никто не придет, — тихо ответила Эзалия.

— За столько лет у тебя не появилось ни одного друга и подруги? — в голосе женщины проскользнуло удивление, хотя она знала практически все об Эзалии и труда ей не составило найти девушку в этой глуши, особенно после того, как она встретилась с ее матерью. Женщина усмехнулась и надвинула капюшон на лицо еще ниже.

— Я одна. У меня никого нет.

— А твои родные?

— Я с ними не общаюсь. Мне запрещено. Мой клан изгнан с родной земли, а отца казнили.

— Моя бедная девочка. Я знаю, поверь, поэтому и пришла к тебе. Скоро все изменится. Я обещаю. А сейчас прости… необходимые меры предосторожности, — в следующий миг Эзалия упала без сознания.

А когда очнулась, то оказалась в каменном подвале. Можно даже сказать — в подвале подвалов.

— Вставай и иди за мной, — женщина вела ее вниз по туннелю, и шли они довольно долго. А потом оказались в гигантском подземном зале, выложенным крупным серым камнем, с высоким сводчатым потолком. Стены украшали барельефы, на которые Эзалия поначалу не обратила внимания — она искала взглядом что-то или кого-то — и лишь потом сообразила, что в украшении зала использовались сцены кровавых битв жутких существ. Ничего более. Только они были изображены в исключительно разных вариациях. Например — с драконами… Кто-то считал драконов врагами.

Эзалия прикрыв глаза обратилась к своему дракону и с ужасом поняла, что не чувствует его. Она не могла перекинуться. А она ведь боевой дракон пусть и слабый, но все же!

Паника накрыла с головой, но Эзалия взяла себя в руки — идти уж до конца и глупо было бы сейчас умереть так ничего и не узнав.

У алтаря, облаченный в длинный плащ с очень широким воротом стоял некто очень высокий. Он держал в руке оловянный кубок. На появление женщин не среагировал: не обернулся, не поздоровался.

Женщина склонилась в низком поклоне, — Мой господин.

— Тебе сделали очень больно, — услышала Эзалия тихий хриплый шелест его голоса. — Я рад, что ты оказалась с нами. Ты сделала правильный выбор.

Значит это — мужчина, поняла Эзалия.

— У нас есть шанс, — встала с колена женщина не сбрасывая капюшон, и как бы Эзалия не силилась рассмотреть их лица, ей это не удавалось.

— Шанс на что? — спросила девушка.

— Для начала — на хороший ужин, — ответила женщина.

— Это будет замечательный ужин, — прошептала Эзалия и неожиданно рядом с ней оказалась фигура, вот он стоял у алтаря и — мгновенье — около нее, прямо перед ней, он прикоснулся к ее щеке кончиками пальцев.

— Не хочу торопить события, — прошелестел он.

Но все знали, что события будут.

События предопределены.

Он громко рассмеялся, вот только его смех напоминал тысячу каркающих ворон.

— А ты сильна.

— Что вы имеете в виду? — спросила Эзалия приказав себе не дрожать. Запахи, которые она ощущала наводили на нее ужас и сковывали всю ее сущность. — Почему я не чувствую своего дракона?

— Он временно спит, — усмехнулась женщина, — не бойся, скоро у тебя будет твоя магия, дракон и Сила дарованная господином.

И тут Он сбросил плащ.

Эзалия не показала виду и погасила вспышку своего ликования, вот она наконец все узнает и тогда у нее будет шанс на помилование.

Мужчина оказался высок, худ, но не тощ, с приметным, очень жестким, по-птичьему жестким лицом, чертами напоминающим ястреба — маленькие глаза, крючковатый нос, скошенный подбородок. И кисти рук напоминали птичьи лапы: пальцы узловатые, сухие, с длинными ногтями. Мужчина носил черный камзол и белоснежную сорочку. Туфли начищены до зеркального блеска. На левой руке — рубиновый браслет. На правой — золотой перстень с крупным черным камнем, похожим на драгоценное надгробие.

— Мне нужен твой гнев.

— И для чего он вам? — Эзалия сама не понимала, как еще стоит и что-то говорит, внутренности все сжались в оцепенении.

— Ты станешь той, кем всегда хотела, — прошелестел он. — Каждый из нас кем-то становится. Почему ты должна быть исключением?

Эзалия посмотрела в его холодные ястребиные глаза и только сейчас поняла, что они мертвы. Нет, перед ней стоял не зомби, не оживший труп — в этом она была уверена, но внутри у него не осталось ничего, кроме Тьмы, костей и мяса. Эзалия поняла, что впервые в жизни видит человека без души. Или не человека?!

— Перевоплощение… — прошелестел он. — Умение стать другим. Скопировать человека и «жить» так, как прожил бы он: принимать решения, которые принял бы он, совершать те же подвиги и ошибки.

Эзалия затаила дыхание, как и рядом с ней женщина в капюшоне.

— Перевоплощение… Величайший дар, доступный лишь немногим, но с потрясающим умением становиться другим. Талант, возведенный в превосходную степень, магия без магии, потому что магия перевоплощения идет изнутри, а не снаружи. Можно накинуть на себя чужую личину, но нельзя надеть чужую личность — только вжиться.

— Вы заключили сделку с дьяволом? — едва слышно спросила Эзалия и услышала его каркающий смех. И увидела, как скривились бледные губы.

Бежать… Бежать прочь, но ноги приросли к каменному полу. Поздно.

— Я люблю свой Мир, — размеренно произнес он. — Мой Мир — темная бездна. Мой Мир пропитан энергией, и ее вечный круговорот повторяет жизнь под лучами украденного у Солнца света. Мой Мир обволакивает туман. Иногда я ловлю себя на мысли, что хочу убить всех, чтобы никто не мешал мне наслаждаться Моим Миром. Но есть те, кто преследует меня, как псы. — Он склонился к девушке. — Среди них есть те, кто причинил тебе боль, использовал, выбросил, лишил дома, магии. Оставил выживать в полном одиночестве. Они те, кто отобрал у тебя ВСЁ! Я твое спасение. Я это Ты.

— Я не понимаю, что вы хотите от меня?

— Скоро узнаешь, Эзалия.

— Вы знаете мое имя, а я ваше — нет, — сглотнув, произнесла она.

— После клятвы, ты узнаешь всё, — прошелестел он, наклонив по птичьи голову всматриваясь в девушку, и Эзалия шарахнулась назад, он криво улыбнулся и обернулся к женщине.

— Ты уверена, что она именно та, жаждущая мести?

— Уверена, — тихо ответила женщина.

— Я не чувствую в ней ни жажду мести, ни гнева и не злости.

— Она просто напугана, мой господин.

— Странно, что мы с вами до сих пор не встречались, — произнесла более уверенно Эзалия, ее мысли лихорадочно работали.

— Я — затворник, — вздохнул он. — Общество меня смущает. Но это не по моей вине.

Он дотронулся до перстня, взмахнул рукой и в одно мгновение исчез в сгустке Тьмы.

Эзалия в ужасе смотрела на пустое место.

Он исчез прямо перед ее глазами. Что за Сила в нем? Кто он?

Она должна как-то выбраться отсюда. Она должна остаться Живой!

Девушка закрыла глаза, кажется она переоценила себя. Никто не позволит ей уйти особенно после того, как она увидела его лицо. Эзалия уже не сомневалась кто перед ней.

— Пойдем Эзалия, — обняла ее женщина за плечи, — помни о том, что я тебе обещала. Ты ведь пришла по своему выбору с жаждой справедливости.

Эзалия и женщина молча ужинали, хотя ей кусок в горло не лез, но ей нужны были силы. Поэтому она машинально ела и глотала, стараясь своим взглядом не выдать себя и своего страха.

— Тебе нечего бояться моя милая. Я в тебе не ошиблась, — проговорила женщина и скинула капюшон.

Из рук девушки выпал бокал наполненный простой водой. Сидящая напротив нее женщина — была хорошо ей знакома. И это была не маска, не перевоплощение, это было ее истинное лицо.

— Теперь ты понимаешь, что мы заодно. Я научу тебя что делать и когда. Мы семья мое одинокое милое дитя. Ты теперь не одна.

Не одна. У меня есть Идан! У меня есть Идан!! Мой мир! Мой настоящий мир!!

— С Его помощью мы вернем все, что у нас отобрали, отомстим за наши исковерканные судьбы… вернем к себе уважение, нашу магию и даже больше, вернем мир какой он был раньше. Поверь. У нас много будет последователей после того, как ОН обретет свой Источник, и мы с тобой ему в этом поможем. Это в наших интересах. Мы освободим всех изгнанных, объединимся, мы установим наши права и вернем наши дома. Ты не виновата, что оказалась просто дочерью своего отца, но тебя выгнали с академии, лишили самого ценного — твоей магии. Эзалия, мое милое дитя, шесть лет в изгнании и все забыли о тебе. Никто не интересовался — как ты живешь, чем живешь, тебе приходится жить в северных краях, далеко от своей родины.

— Я не хочу так больше жить, — прошептала девушка и расплакалась.

Эзалия ощутила полнейшее бессилие. Она ничего не могла сделать. Либо сейчас глупо умереть, либо идти до конца и все узнать. Она должна быть сильной. А потом найти способ связаться с Иданом или передать информацию, зацепку…

Женщина позволила выплакаться девушке, утешая ее на своей груди и гладила по голове.

— Ты пока здесь временно, а сейчас я все подготовлю для ритуала.

— Какого ритуала? — испугалась Эзалия поднимая заплаканное лицо.

— О неразглашении. Это необходимо, — женщина поднялась и отошла к полкам у алтаря.

Ритуал безмолвия! Она не сможет не только рассказать, но и написать и, если все же попытается, то ее ждет неминуемая расплата — смерть.

Эзалия ужаснулась. Древнее запретное заклинание, которое подвластно только Высшим Магам. И снять его сможет только тот, кто поставил его.

Руки задрожали, тело пробила крупна дрожь. Во что она ввязалась? Она угодила в ловушку, из которой не было выхода. Но разве у нее был выбор? Она не знала, что они применят этот ритуал.

Но она найдет выход, обязательно! Должна найти!

Лунный воин найдет ее. Слабая надежда, но все же… надежда. Тот странный маг с голубыми глазами просмотрит ее и не нужно будет ничего говорить, правда, если она еще будет жива.

Эзалия вздрогнула при звуке голоса.

— Пойдем моя хорошая, — улыбнулась женщина.

Эзалия снова оказалась перед Ним. Он схватил ее голову и впился в ее глаза. Девушка не могла вымолвить ни слова.

— В тебе сомнения, страх, надежда… — нахмурился он и поцокал языком. — Так не пойдет. Ты Эзалия мое идеальное будущее оружие. — Он снова схватил ее за голову впиваясь острыми ногтями ей в кожу. Эзалия начала сопротивляться хотя понимала, что все бесполезно.

— Уберем страх. Сомнения. Притупим чувства о нем, но не забываем. Никто не должен подозревать в тебе изменения.

Он бродил в ее голове своими щупальцами и слегка стирал то, что ей было дорого, а когда закончил, то резко отпустил и Эзалия упала на пол. — А теперь все идеально, — почти улыбнулся он и перевел взгляд на женщину. — Никто не идеален, но она идеальна.

Трое суток в девушке взращивали ненависть, злость, ярость, заставляли вспоминать и снова чувствовать все то, что с ней происходило. Он заставлял ее видеть и переживать все заново, вторгался день за днем в ее голову и внушал ей мысли о мести к тем, кто причинил ей столько боли. Порой ей казалось, что она сходит с ума и уже никогда не вернется к прежней жизни, к себе самой. Она хотела затмения, стать пустой. Исчезнуть.

Я меняюсь…

Не подамся! У меня есть Идан! У меня есть Идан!! Мой мир! Мой настоящий мир!! Нянюшка…

Только бы остаться живой, чтобы ее поймали и просмотрели.

В памяти появилась Тьма, а затем снова — Тьма из жажды мести, отчаяния и долгого одиночества.

Девушка закрыла глаза проваливаясь в Беспросветную Тьму.

У меня нет никого кроме моего господина!

***

— Тебе нравится? — с улыбкой поинтересовалась женщина, скинув с огромного зеркала покрывало.

— Вы даже не представляете, как, — с необычайной искренностью ответила Эзалия, рассматривая себя в зеркале. Она была прекрасна, как в те времена, когда училась в академии. Исчезла унылая, блеклая охотница, которой она была шесть долгих лет своего затворничества и одиночества.

Эзалия вскинула голову. Они еще пожалеют, что изгнали ее и всего лишили.

— Прекрасно… — женщина подошла ближе, — скоро… скоро мы начнем действовать, — в ее голосе слышались злорадные нотки, а глаза вспыхнули диким черным огнем. Яростным огнем. — Сейчас ты принесешь ритуальную клятву.

Эзалия стояла у алтаря и даже не вздрогнула, когда в вихре теней появился Он.

— Я хочу принести клятву, — произнесла она, глядя на него в упор.

Он улыбнулся, смягчив черты ястребиного лица, но не повернул головы.

— Клятву, — повторила Эзалия.

И опять никакой реакции.

Эзалия немного подождала, недоумевая, и громко повторила:

— Я хочу принести вам клятву. Господин.

И вот тогда он ответил скрипучим голосом:

— Не только ее.

— Вы хотите большего?

— Клятва — это всегда большее, — он сделал несколько маленьких шагов вдоль стены. — Клятва — это не только слова, Эзалия, клятва — это покорность.

Клятва сделает ее другой, отвратит от жизни, которую она вела, и подарит новый мир. Еще не познанный, но уже пугающий. Однако сейчас это обстоятельство не имело значения, потому что Эзалия знала — клятва сделает ее сильной и позволит расплатиться за пережитое.

— Я принесу клятву, чего бы мне это ни стоило, — твердо сказала она. — Мне нужна сила.

— Она туманит голову, да? — прищурился Он.

— Сила позволяет добиться многого.

— И ты готова заплатить любую цену за обретение магии?

— Что значит — любую цену?

— Ту, которую я назову. Ту, которую потребует с тебя Ши за разрешение пить из нескончаемого источника.

— Дайте мне эту Силу, — прошептала она. — И примите мою покорность!

А Силы в нем полно — сила темной необыкновенно мощной энергии. Сила клубилась в его руках, скользила по полу, по стенам, обрамляя ужасающие барельефы резкими тенями, ласкала ноги девушки и поднималась чуть выше, вызывая сладкое предвкушение.

— Примите мою покорность… — повторила она.

Он резко обернулся и приблизился так, что их глаза разделяло не более двадцати сантиметров. Приблизился и вцепился ей в плечо крепкими, жесткими пальцами.

— Скажи, что ты хочешь!

— Я хочу…

— Скажи, что мечтаешь обрести Источник!

— Я мечтаю…

— Скажи, что жаждешь мести…

«Остановись!»

Но другая, новая Эзалия не среагировала на отчаянный возглас Эзалии прежней.

— Я жажду, — прошептала она, преданно глядя в ястребиное лицо. Плечо пронзала боль. — Примите мою покорность, умоляю.

Он рассматривал ее.

— У нее нет того, что есть у тебя, — прошелестел Он.

— Чего же?

— Твоей красоты…

Он близко подошел к ней и сделал на ее руке надрез, в том месте, где у нее был старый шрам. Потом на своей и прижал их руки друг к другу.

— Я — это ты. Веришь ты в это или нет, принимаешь или нет, нравится тебе или нет, но я — это ты. Я — отражение тебя в тебе. Я — твое горе и твоя боль. Я — тьма, которую ты собрала с поверхности мира, она была твоей… нашей. Ту тьму нам подарили наши враги.

Эзалия вздрогнула, почувствовав, как по ее телу разливалось что-то холодное и скользкое, оно заполнило ее всю и, когда девушка открыла глаза, на Него смотрели не васильковые глаза, а в ее прекрасных глазах клубилась тьма.

— Выпей, — Он указал на чашу, — в ней твое желание стать новой и обрести силу. — Он поднес чашу к ее губам, и Эзалию передернуло от резкого, отвратительного запаха. Она сделала глоток. В голове зашумело.

Второй глоток дался труднее, внутри начались болезненные спазмы, зато голос первой Эзалии окончательно затих.

— Твоя покорность в том, чтобы принять из моих рук всё, что угодно!

Третий глоток получился самым кошмарным и, сделав его, Эзалия решила, что умерла. Проклятая жидкость растеклась по телу раскаленной лавой, сжигая все, что было Эзалией. Не убивала — в пылающем внутри огне девушка чувствовала новую себя и дикую, необузданную силу. Чарующую силу, обещающую невозможное могущество. Свою силу.

— А теперь выпей вина, — Он вновь поднес к губам девушки чашу, но на сей раз в ней оказалось плотное, терпкое и очень вкусное красное. — Тебе нужны силы.

— Для чего? — чуть слышно спросила она и едва стояла на ногах.

Его глаза лишены души…

Он прикоснулся к ее голове, и она увидела… увидела себя мрачную, злую и полностью опустошенную, рыдающую, жалкую, захлебнувшуюся в горе и не чувствующую ничего.

— Больше ты никогда не будешь такой. Ты стояла на краю, и я спас тебя.

Ты стояла на краю, и я спас тебя… — эхом в ее далеком сознании раздались слова. Вот только их говорил другой…

— Мой господин, — склонилась она в поклоне.

— Мне нужен Источник Жизни, и я знаю где его искать. Но мы будем ждать подходящего момента, чтобы завладеть им. А после… — Он, выдержал паузу, резко сжал и разжал кулаки, в мгновенье из его ладоней показались струи черных змей. — Я убью того, кто совершил предательство. Оглушительное. Жестокое. Беспощадно бьющее наотмашь… — и очень тихо добавил: — Предательство.

Черный вихрь пронесся по залу и в ярости крушил предметы, а потом молчаливо застыл перед девушкой. — Что может быть хуже? Что может быть страшнее?

— Предательство, — эхом повторили Эзалия и женщина.

— Ты мое идеальное оружие, — скрипуче произнес Он, склоняясь к девушке, а затем прикрыл глаза и кажется улыбнулся, — а уже после всего я получу ту, которая так сладко пахнет и с которой мы могли бы стать друзьями, — и расслабился. — Ты знаешь ее, — прошелестел он.

— Кто она? — спросила Эзалия.

— Та, которая увела у тебя сына императора, — с ненавистью ответила женщина и сжав кулаки отвернулась, — и та, кто повинна в смерти твоего друга, который любил тебя Эзалия, и самого преданного последователя Авира Дэл-Лана. И та, которая разрушила весь наш мир!

Эзалия была спокойна и перевела взгляд на господина. Он взмахнул рукой заключая ее в кокон из черного сгустка, девушка закрыла глаза. Она находилась в стазисе какого-то эфира и порой слышала только странное слово — Ши.

Эзалия оставалась в подземелье до тех пор, пока ее полностью не поглотила Его магия и она, как послушная марионетка ждала того часа, когда ей прикажут действовать.

***

В небе вспыхнул Зеленый Луч и ударил в самый центр мира.

И все, кто его видел в небе, недоуменно задавались вопросом — что за природное явление?

Главнокомандующий Северинии смотрел в небо, а потом вошел в пределы леса и через час стучал в дверь домика Эзалии.

Ответа не последовало.

На доме не было охранного заклинания.

Идан Зоран посмотрел по сторонам заметив на снегу туши зайцев и нахмурился. Эзалия никогда бы не оставила гнить свою добычу. Идан присел на корточки и огляделся. Все было так, словно девушка вот-вот вернется.

Но что-то было не так… Идан чувствовал.

Он толкнул дверь и снова нахмурился. Дверь была не заперта, а Идан прекрасно знал щепетильность к порядку Эзалии. Она всегда закрывала дверь даже тогда, когда находилась внутри дома.

Идан бесшумно, медленно обошел снаружи весь дом, затем вернулся и переступил порог. Его встретили тишина и пустота. Он внимательно рассматривал каждую деталь. Все было чисто и убрано.

Она ушла. Охотиться? Присоединилась к каравану на заработки? Но оставила свое оружие!

Идан опустил глаза вниз, когда почувствовал, как наступил на что-то и тут же убрал ногу.

Он наклонился и подобрал с пола предмет.

В один из зимних, холодных вечеров он как-то заглянул к ней, и она пригласила его на ужин. Он не отказался, и они мирно, спокойно вместе ужинали и беседовали, он заметил на ее груди амулет, и Эзалия ему рассказала о нем…

«С этим амулетом я никогда не расстаюсь, мне его подарила нянюшка. Он больше, чем дорог мне. Никогда не расстанусь, — шептала она и с любовью гладила простой стеклянный камушек».

Идан смотрел на цепочку с амулетом в своих руках. Внутри закралось беспокойство.

Она начала новую жизнь на Севере. Она была на краю, и выжила.

Ты словно светишься изнутри… жизнью. Твой мир теперь настоящий?

Эзалия изменилась именно в тот момент, когда он увидел ее в лучах морозного солнца… Идан это почувствовал, он видел в ее глазах сияющие искры.

Так почему она ушла и оставила амулет?!

Идан вышел на крыльцо и ментально призвал Сэв, сова села на кулак хозяина.

— Сэв, — тихо молвил воин, — прошу не вредничай и покажи мне события последних дней, что ты видела.

Птица покрутила головой и вперила свои янтарные глазища в хозяина. К сожалению, сова могла передать только картинки без сопровождения звуков, и Идан увидел, как Эзалия разговаривала с какой-то женщиной, ее лицо, как и фигура были скрыты плащом, потом они вошли в дом и на этом все закончилось. О чем они говорили — неизвестно. Но Идан подметил, что Эзалия вначале их встречи была взволнована и выронила туши из рук, потом девушка напряглась, но вскоре расслабилась, а в конце кивнула головой и спокойно вошла в дом.

Идан глубоко вздохнул и отпустил Сэв.

Эта женщина могла быть ее знакомой, подругой из прошлого или родственницей, может что-то случилось с ее родными, и девушка в спешке покинула дом забыв поставить защиту и захватить оружие? Бред.

Идан Зоран в сердцах ударил кулаком по двери и сбежал с крыльца, а потом резко вскинул голову да так, что его волосы взметнулись белым вихрем и упали на широкие плечи.

Эзалия никогда не оставила бы амулет.

Эзалия никогда не оставила бы оружие в доме на видном месте.

Эзалия никогда не оставила бы дом без охранной защиты.

Эзалия навела в доме идеальный порядок, задвинула даже вплотную стул к столу, но при этом туши зайцев оставила валяться на снегу. Она добывает себе пропитание благодаря охоте и так расточительно отнестись к своей выслеживаемой не один час, добыче? Нет. Эзалия первым делом разделала бы туши и сохранила мясо, а уже потом прибиралась бы в доме.

Она оставила для него послание.

Именно для него. Знала, что он поймет. Верила!

Идан был четко уверен, что Эзалия в опасности.

Она ушла не просто так.

— Я найду тебя, — поклялся Идан Зоран.

Он прочесал за трое суток практически весь лес подключая своих лунных воинов к поискам.

Выдержка изменила хладнокровному воину, когда он понял, что девушку не найти. Сжав кулаки, он запрокинул голову и громко издал рычание уподобляясь зверю.

Идан не знал, где искать Эзалию, и оставалось только ждать, когда она сама вернется.

Он призвал Сэв и приказал сове следить за домом и никуда не улетать. Стеречь и наблюдать днем и ночью. Сэв почувствовала настроение своего хозяина и впервые не вредничала, а только жмурила глаза посылая ментально волны спокойствия.

Идан вернулся в Северинию, но направился не к Сэтану, а к Мараху Минасу, ему хотелось поговорить со своим наставником и заодно заняться поисками девушки на своем континенте, а потом и в мертвом городе. Он надеялся, что она не улетела, как дракон туда, где ей было запрещено появляться. Она была изгнана и оказавшись в Аримии ее арестуют, если поймают.

Идан начал поиски…