Глава 26

— Маша, мне долго еще ждать? — Макар закатил глаза и постучал в дверь ванной комнаты.

Воскресное утро было в самом разгаре, и они с Мари собирались ехать на дачу. Он топтался на в квартире уже полчаса, а она все никак не могла доделать макияж.

— Ну… выпей еще кофе, пожалуйста, — раздался примирительный ответ из ванной комнаты.

— Я не хочу кофе, я хочу жареного мяса! Заканчивай марафет наводить, поехали!

Он услышал, как она вздохнула и быстро скинула палетки и румяна в новую плетеную коробку, которую он купил ей в подарок. Накануне они почти целый день провели в торговом центре, покупая ей вещи и косметику.

«Почти, как семья», — подумал Макар и улыбнулся. Обычно он терпеть не мог торговые центры, а вот бродить по магазинам с Мари ему понравилось. У его новой подруги был отличный вкус, и он даже позволил ей выбрать ему пару рубашек. После шопинга они отправились в кафе на третьем этаже торгового центра, и в ожидании заказа Макар рассказывал Мари о будущем ресторане «AMORE». Он подловил себя на мысли, что, если бы за столиком сидели их дети, было бы совсем неплохо. Он не испытывал негатива к дочери Бориса.

Макар вздохнул — мысли о сыне доставляли ему боль. Наверное, их с Мари очень сблизило именно это — невозможность быть рядом с детьми.

«Когда-нибудь все будет по-другому. Возможно, мой родной отец прав, и Данила не стоит отпускать обратно в Америку».

Горячая решимость появилась в его сердце: расписаться с Мари и забрать домой детей — Даню и Лизу.

«А Борис… что Борис? Пусть только пикнет!».

Сейчас вчерашнее решение проступило снова.

«Надо запутать следствие и бандитов. Чтобы они думали друг на друга. Для этого есть особые улики. Кроме Короля в городе больше нет неугодных Загорским людей».

— Я готова, можешь вызывать такси! — заглянула в кухню Мари.

Он взглянул на нее, и лицо осветила улыбка: она выглядела потрясающе. От той, прежней жены Бориса Загорского не осталось почти ничего: исчезли спесь и высокомерие, и теперь перед ним была другая Маша — та самая Мари, которую когда-то любил погибший при исполнении отец. Ее волосы были собраны в простой высокий хвост, из одежды — только джинсы, майка и кеды. Никакого пафоса, и в то же время счастливые глаза цвета спелого миндаля. Глаза, которые он так полюбил в последние дни.

— Едем, — кивнул Макар.

На мгновение привлек ее к себе и с нежностью поцеловал в шею. Потом взял со стола пластиковую коробку с маринованным с вечера мясом и пакет со свежими овощами.

Зазвонил телефон. Хозяин дачи сгорал от нетерпения.

— Макар, редиска нужна!

— Зачем? Ты ее что, запекать собираешься?

— Нет, но она нужна! Очень!

— Ладно, под домом есть небольшой ларек с овощами. Куплю, пока такси не пришло.

Он засунул телефон в карман джинсов и подхватил пакеты.

Мари уже держала в руке ключи от квартиры.

— Успеем купить редиску? — посмотрел на нее Макар.

— Успеем. В конце концов, такси подождет.

— Вызывай лифт. Сегодня ты будешь рулевым. Мои руки заняты.

— Тогда жди у такси, я куплю вашу редиску сама, — усмехнулась Мари.

Через час такси везло их на дачу к Кирику.

— Наконец-то!!! — вручая Мари и Макару по бутылочке ледяного светлого пива, во все горло вопил Кирик. — Я уж думал, вы не приедете!

Приобнял их двоих за плечи и повел в беседку за домом.

— Сюрприз!!! — когда они свернули за угол, снова крикнул он.

Макар посмотрел на огонь, и сердце забилось от радости — у старого деревянного стола хлопотали его мать и Тома.

— Макар! Привет! — запрыгала от радости сестра, и тут же бросилась к нему, повисла на крепкой шее.

— Тома… волосы… — брезгливо поморщился он. Теперь сестра состригла их лесенкой и покрасила в фиолетовый цвет.

Макар поставил на стол пакеты со снедью и шагнул к матери.

— Мам, привет. Рад тебя видеть.

— Я тоже, Макарчик, — легко коснулась его руки она.

Макару показалось, что она стала еще тоньше — проклятая болезнь пожирала ее изнутри и никак не хотела отступать.

— Кирик позвал, и мы решили прийти. Живем же через дорогу, а все вместе сто лет не собирались! — тараторила Тома.

— Видишь, какой у тебя заботливый друг? — с гордостью выпятил грудь вперед хозяин дачи.

— Вижу, — усмехнулся Макар.

Повернулся к Мари, нерешительно замявшейся за его спиной. Взял за руку и притянул к себе.

— Мам, знакомьтесь, это Маша.

— Очень приятно, — с интересом посмотрела на новую избранницу сына та.

— Маша, а я Тома, — тряся сиреневыми волосами, тут же подалась вперед сестра.

— Я поняла, что ты Тома, — зардевшись, улыбнулась Мари.

— А у вас это… серьезно, или как? — сморщила носик Тамара.

— Тома! — тут же одернула девушку мать. — Неприлично задавать такие вопросы!

— Статус: «все сложно», — целуя Мари в щеку, рассмеялся Макар.

— Точно, — заглянув в его глаза, улыбнулась она. — Но мы очень стараемся.

И заговорили все сразу. Про мясо, куда его доставать, куда складывать. Кому пиво, кому вино, а кто будет жарить шашлык и овощи.

Из дома вышла еще одна гостья. Рыжие волосы были сплетены в тугую косу, джинсы и футболка ничем не отличали ее от остальных.

— Аля, милая, ну, иди сюда! — кинулся к ней Кирик. — Обращаюсь ко всем!!! Это Аля! Моя любимая девушка и вторая половинка!

— А когда свадьба? — помогая Мари доставать мясо, приподнял бровь Макар.

— В конце июля! — крепко прижимая к себе невесту, объявил Кирик.

— Прекрасная новость.

И закрутилось, завертелось — веселый смех, разговоры, скворчащее на углях мясо и овощи.

— Мам, денег, которые я даю, тебе хватает? — озабоченно взглянул на мать Макар.

— Ты смеешься? Я не знаю, куда их тратить. Томе платье, знаешь, какое красивое на выпускной купили?

— А лекарства?

— Есть у меня лекарства.

— Не обманываешь?

Она закатила глаза и принялась перебирать вымытую редиску.

— А, знаешь, Макарчик, — спустя пару минут усмехнулась она. — Мне кажется, Маша — она твоя. Вот как будто вы друг для друга созданы. Когда ты с Ритой жил, не было у меня такого чувства.

— Спасибо, мам. Я и сам это знаю.

Он посмотрел на нее и улыбнулся.

— Можно, я тебя обниму, мам?

— Конечно, можно! — рассмеялась она, и он крепко прижал ее к своей груди. «Все же, как хорошо, что мы сегодня собрались вместе», — мелькнула мысль.

Позже, к вечеру, все разошлись из беседки. Тома с матерью поднялись на второй этаж, в спальню. Кирик с Алей ушли на кухню, готовить чай. Макар и Мари остались в беседке одни.

— Пиво будешь? — Мари взяла две бутылочки и подошла к Макару.

Он потянул ее на себя, и она оказалась у него на коленях.

— Я тебе говорил, что я тебя люблю?

— Еще нет, — запуская тонкие пальцы в его густые темные волосы, выдохнула она.

— Значит, я тебя люблю.

Он склонился к ней, и его губы впились в ее нежный рот.

— Я тоже тебя люблю… — отрываясь от него, прошептала она.

— Выйдешь за меня?

Мари смущенно улыбнулась и коснулась ладонью его щеки.

— Если нам удастся преодолеть все препятствия на пути к счастью, я с радостью стану твоей женой.

— У нас будет большой дом, в котором смогут играть наши дети.

— Не начинай… — помрачнела она.

— Маша, сейчас для Лизы лучше оставаться на Кипре. Как только решится вопрос с Королем, тебе ее вернут.

— А если Боря будет продолжать упрямиться?

— Тогда я спалю пару его магазинов. Он приползет к тебе на коленях и будет умолять забрать Лизу сам, — чмокнув ее в губы, рассмеялся Макар.

— Все так просто? — недоверчиво приподняла бровь она.

— Твой муж на самом деле трус, Маша. Больше всего на свете он боится потерять свои магазины.

Макар взял со стола бутылку пива и приподнял ее.

— Наглость второе счастье. За это и выпьем.

Она рассмеялась и стукнулась с ним своей бутылкой.

— А если серьезно, то мы справимся. Вернем моего сына и твою дочь. Будем жить одной большой семьей. Возить детей в торговый центр, покупать им подарки на Рождество… а в дни рождения наш дом будет полон гостей. И может, позже ты подаришь мне третьего. Нашего, общего ребенка.

— Как же я хочу, чтобы так и было… — прильнув к его груди, тихо прошептала она.

— Так будет. Я обещаю.

Он погладил ее по волосам, и мысленно отсчитал дни. До следующего платежа Королю оставалось две недели.

— Слушай, а давай на несколько дней к морю рванем? — вдруг оживился он.

— К морю? — удивленно заглянула в его глаза Мари.

— А почему нет? К обычному русскому морю. Туда, где по пляжу бродят местные жители и разносят в клетчатых сумках горячую кукурузу, а на пляже яблоку негде упасть…

— Я даже не помню, когда в последний раз была на русском море.

— Так поехали! Я тоже не помню, когда там был. При слове «море» мне до сих пор видится Америка и пляж на Брайтон Бич. А я жутко хочу смыть это гадкое послевкусие.

— Поехали… — сжимая ладонями его колючие щеки, заулыбалась Мари. — Хочешь, твоих маму и сестру с собой возьмем?

— Не получится. У Томы экзамены весь июнь.

— Тогда… поедем вдвоем? Только ты и я?

— Только ты и я. Вот прямо завтра утром.

— А ты сделаешь мне предложение на фоне заката?

— С кольцом?

— С самым настоящим кольцом.

— Надо подумать…

Макар пронзил ее дерзким взглядом и потер подбородок.

— Да ладно, я пошутила про кольцо, — рассмеялась она. — У меня, кстати, день рождения на следующей неделе.

— Шикарно. Значит, точно едем. Снимем какой-нибудь двухэтажный дом с выходом на пляж?

— Давай снимем.

— То есть, решено? Едем?

— Едем.

Мари обвила руками его шею и положила голову ему на грудь.

«Кольцо придется купить перед отъездом», — лениво перебирая ее тяжелые волосы, решил Макар.