Глава 20

– Лика, просыпайся.

Девушка распахнула глаза и пару раз моргнула, чтобы сфокусировать взгляд на смотрящего на неё Рустаме.

– Доброе утро, – губы сами собой растянулись в счастливой улыбке, на которую мужчина не ответил.

Рустам, сидя на постели, всё так же задумчиво смотрел на сонную девушку, потом резко встал:

– Вставай. Я тебя провожу в твою комнату.

Лика пару раз моргнула и сказанное, наконец, дошло до неё, улыбка сразу исчезла, а в только что сияющих глазах потух огонёк. Сглотнув противный ком в горле от подступившей удручённости, старательно скрывая эмоции, девушка схватила протянутый Рустамом халат.

Завязывая пояс, отметила, что Рустам одет, а за окном совсем темно. В голове крутилось множество вопросов – «Почему он так холоден, ведь ещё несколько часов назад я чувствовала его нежность! Спал ли он сам? Почему так рано меня поднял, а может, передумал и ему неприятно моё присутствие, и он меня просто выпроваживает?» – но ни один из них она не задала.

– Я тебя провожу до твоей комнаты, – Рустам направился в сторону двери, но, не открыв её, остановился, вновь посмотрел на Милолику странным для девушки взглядом. – Как соберёшься – спускайся вниз, тебя уже ждёт машина, водитель, охранник. Ты же хотела провести время с сёстрами?

Лика натянуто улыбнулась:

– Хотела. Спасибо за возможность. Могу я поинтересоваться – сколько дней у меня есть?

Рустам, не отводя взгляда от лица девушки, чуть нахмурился:

– Тебе позвонят, когда необходимо будет вернуться. Пошли.

Гости уже разошлись и по коридорам сновали горничные, бросавшие украдкой взгляды в их сторону. Когда до комнаты Милолики осталась пара метров, Рустам, пожелав девушке хорошего отдыха, развернулся и ушёл.

Посмотрев тоскливо в спину уходящего мужчины, Лика, закусив губу, мышкой скользнула за дверь своей комнаты и, плотно прикрыв её, не включая свет, побежала в ванную. Предательские слёзы всё же сорвались, пока она ополаскивалась под душем. Рассердившись на себя, на свою доверчивость, открытость и на то, что вновь поверила Рустаму, Лика рьяно растёрла полотенцем кожу до красна и с воинственным настроем покинула ванную.

– Плевать! Не буду, вот не буду больше плакать из-за него! – шипела девушка, направляясь на ощупь в гардеробную. Включив в маленькой комнатке свет, быстро переоделась, заплела влажные волосы в тугую косу и, прихватив сумку с заранее собранными вещами, вышла в спальню. Осталось только забрать подарки для сестёр и спрятать куда-нибудь подальше подарок, который в порыве чувств она приготовила для Рустама.

– Кукиш ему, а не подарок! Обойдётся! – гневно шептала Лика, включая свет в комнате, обернулась и замерла с приоткрытым ртом и изумлённо распахнутыми глазами.

На застеленной кровати лежали две коробки сложенные друг на друга, в яркой упаковке и украшенные крохотными новогодними шарами. Покачнувшись, Лика сделала пару шагов и неверяще мотнула головой. Коробки не исчезли. Нерешительно подошла ближе, дотронулась до ярких шариков, провела по шелестящей упаковке пальцем.

Прикусив губу, уселась на постель и подрагивающими руками, сняла обёртку с первого подарка. Чтобы сдержать радостный возглас, пришлось прикусить губу чуть сильнее. Картинка на коробке ясно дала понять – ноутбук. Одна из дорогих, модных моделей. Достав компьютер, покачала головой. Лика не могла понять – зачем ей ещё один, если у неё уже есть. Да, не такой функциональный, наверно староватый, но отлично работающий. И сразу её губы растянулись в счастливой улыбке. Это же его подарок! Не забыл!

Отложив ноутбук в сторону, взялась за вторую коробку, а вот распаковав, сама не заметила, как у неё сорвался восторженный писк. Зажав ладонью рот, не могла отвести взгляда от интерактивного графического дисплея.

У Лики был весьма хороший графический планшет, на котором она и создавала свои работы, делала эскизы и наброски, но вот дисплей – это был уже совершенно другой уровень. И хотя Милолика никогда не была стеснена в средствах – при желании могла позволить себе купить подобный гаджет, но тратить такую большую сумму не стала бы.

Схватив подарок, она, улыбаясь как ненормальная, зажмурилась, прижала дисплей к груди. Радость, восторг затопили девичье сердце. Хотелось и расплакаться, и вскочить, затанцевать по комнате – как маленькая девчонка. И дело было не в цене подарков, а в том, что Рустам не забыл, подумал о ней и не просто дал распоряжение купить какую-нибудь ювелирную побрякушку, а именно продумал – что ей может прийтись по вкусу.

Не сдержав эмоциональной волны, Лика вскочила, прижала ладони к груди и тихонько пискнула. Продышалась, чтобы взять себя в руки, вновь села всё так же счастливо улыбаясь, уже мысленно прикидывая, как преобразит своих персонажей. Рассматривая дисплей со всех сторон, немного отвела взгляд в сторону и застыла. На кровати, под коробками лежал обычный белый лист бумаги, на котором размашистым подчерком было написано: «С новым годом МИЛАлика».

– Что за… – Лика недоумённо взяла лист в руки, нахмурилась:– Мила – милая? Милая Лика? Но… – Всхлипнув, рвано выдохнула.

Сердце девушки пропустило удар и забилось чаще. Просто лист бумаги, размашистая надпись прибавили порцию эйфории плескающуюся океаном в её душе. Пребывая в радужном, солнечном настроении, она резко очнулась, когда голого участка шеи коснулась влажная коса:

– Меня же ждут! Ох, я и сестёр увижу! Боже!

Быстро упаковав всё обратно, Лика отнесла коробки в гардеробную, спрятала подальше и, подхватив сумку с собранными вещами, забрав подготовленные подарки, выбежала из комнаты.

Милолика осматриваясь, торопливо шла по коридорам. Перейдя в другое крыло дома, тихонько приоткрыла дверь в спальню Рустама, осмотрелась, с улыбкой выдохнула когда поняла, что его здесь нет. Метнулась к тумбочке, оставляя на ней, рядом с настольной лампой заготовленный подарок и поспешила на выход.

Уже сидя в машине, которая уносила её в сторону от дома Рустама, улыбаясь, девушка размышляла:

«А ведь он мог мне ничего не дарить! У нас же договор, не отношения! – и мгновенно нахмурилась: – Но зачем? То выставляет меня за дверь после близости, то… Мила… почему он не может сказать, а вот так намекает и всё это… Боже! – Лика потёрла лоб: – Как же всё запутанно! Договор, непонятные отношения! Почему он такой?»

За тревожными раздумьями Милолика незаметно провалилась в сон.

Рустам же в это время сидел в своём кабинете, потягивая коньяк. Как только Милолика уснула, он еще некоторое время лежал и смотрел на спящую девушку. Аккуратно подложив ей под голову подушку вместо своего плеча, встал, чтобы не потревожить её сон и, одевшись, спустился вниз.

Дядя, оставшись за хозяина, встретил его с усталым видом, но упорно продержался до тех пор, пока прибывшие гости не разъехались, а те, кто до этого гостил в доме – разошлись по выделенным комнатам.

– Всё, – устало хлопнул по плечу племянника, – я спать! – потянул за ворот уже немного помятой рубашки – Ну и ночка напряжённая выдалась, но продуктивная, – подмигнул Рустаму.

– Оставайся, заночуй здесь, – предложил Рустам, но Артур Каримович мотнул головой:

– Домой хочу, – потянулся мужчина, направляясь на выход, где перед крыльцом его уже ожидал автомобиль.

Рустам ещё некоторое время отдавал необходимые распоряжения, посмотрел на часы и направился к себе. Включив светильник, он в очередной раз не отказал себе, чтобы просто посидеть рядом со спящей Милоликой. Смотря на девушку, окончательно понял, что рядом с ней чувствует странное удовлетворение. Даже после тяжёлого дня, ночи – он не ощущал напряжения. Его внутренняя пружина ослабла и стало легче дышать.

Сейчас же, сидя в кабинете, он, прикрыв глаза, пытался представить реакцию Милолики на подарки – понравились ли? Поняла ли она его послание?

Мрачно усмехнувшись, вспомнил, как удержал в себе рвущейся протест, но отступил, отпустил её к сестрам. Переборов себя – смог покинуть её, а ведь до последнего момента было острейшее желание послать всё в бездну и забрать её на один из курортов на берегу океана, как и планировал ранее.

Его предложение Милолике навестить сестёр было спонтанным, необдуманным, потому что понял – именно этого она хочет, а ведь он перед новым годом специально закрыл все дела, чтобы вырвать для них свободное время на отдых. Только она и он, несколько дней и естественно безумных ночей, но нет, не сейчас, возможно удастся позже.

– Всё пошло не так, – усмехнулся мужчина в тишине: – хреново всё складывается.

Только вот Рустам не знал, что его ожидает сюрприз в спальне, а когда, вымотав себя раздумьями, решил всё же отдохнуть, застыл на входе в комнату. Взгляд сразу выхватил ярко зелёную упаковку. Подойдя, распаковал подарок и застыл. Небольшой рисунок обычным простым карандашом заключённый в строгую рамку. Тяжело выдохнув, отбросил картину на покрывало кровати. Некоторое время смотрел на неё хмуро и, резко развернувшись, вышел.

Не прошло и минуты, как дверь в спальню снова распахнулась, ударившись о стену. Рустам решительно прошёл в комнату и, схватив рисунок, вновь рассмотрел свой портрет. Сейчас у него не осталось сомнений в таланте Милолики. Один момент, тонко пойманный в его жизни, когда он сидел в библиотеке и, поигрывая неполным бокалом с коньяком в руке, задумавшись, смотрел в окно.

Неожиданно осознал, что пока он наблюдал за ней, Лика наблюдала за ним. И видимо, его образ её впечатлил – не зря ведь нарисовала, не зря сохранила. И это осознание и согрело душу мужчины, и омрачило.

***

Пять дней в пансионате с сёстрами пролетели одним мгновением. Лика нарадоваться не могла встрече, а уж первую ночь они с Надеждой не спали до утра – не могли наговориться. Лика, не имея возможности поделиться с сестрой тонкостями взаимоотношений с Рустамом, только поверхностно обрисовала их нахождение с Людмилкой в доме Рустама:

– Не могу, – качнула она головой на вопрос сестры, которая с тревогой ожидала ответ. – Когда-нибудь я тебе всё расскажу, но не сейчас.

Надя, заметив решительность в глазах Милолики, отступила и, улыбнувшись, поинтересовалась:

– Кто такая – тётя Зейнаб? Милка мне все уши прожужжала, какая она хорошая и какие вкусняхи готовит.

В течение дня сёстры много беседовали, гуляли и дурачились, а Милолика порадовалась рвению Надежды в обучении и тому, сколько у неё учебников со всякими яркими закладочками.

– У меня есть, конечно, доступ к интернету, – сетовала Надя, – но мне его ограничили и Валентина Николаевна, местный психолог решила взять надо мной шефство в обучении, – девушка скривилась: – Наверно ей просто скучно, кроме меня здесь по парочке мужиков и женщин, а остальные старые пентюхи.

– Надя! – воскликнула Милолика, но не удержалась от смеха.

Только вот по ночам Лика долго не могла уснуть. Она тосковала. Скучала по Рустаму. Должна была радоваться и не испытывать желания расставаться с Надюшей, но сердце вопреки разуму и совести рвалось обратно – к нему, к её мрачному мужчине, к его чернеющим от страсти глазам, к его рукам, губам. Когда всё же удавалось уснуть, то ей снились картинки такого откровенного содержания, что девушка просыпалась с пунцовыми от смущения щеками.

На пятый вечер позвонил Антон сообщая, что с утра за ней с Людмилой приедет машина.

Утвердившись в безопасности друг друга, расставались сёстры с лёгким сердцем, только на прощание, Надежда задержала Милолику у двери автомобиля. Обняв, вздохнула:

– Я понимаю, что не скажешь мне – какие у вас взаимоотношения с Амирхановым, но всё же… Лик, передай ему спасибо.

– Передам,– шепнула Милолика, целуя сестру и с грустной улыбкой усаживаясь в машину.