Глава 33

Всю ночь Милолика строила планы – что скажет Рустаму, с чего начнёт разговор, мечтала, как потянется к нему с поцелуем. А когда утром раздался дверной звонок, Лика, безумно нервничая, распахнула дверь, встречаясь взглядом с другом Рустама. Марат объяснил поникшей девушке, что у Рустама деловая встреча, поэтому в клинику на приём к врачу она поедет с ним. Проявляя странный интерес посматривал Лике через плечо, где то и дело мелькала в проходе Надежда, сообщил, что будет ждать в машине.

Когда Милолика прошла все процедуры, Рустам так и не приехал.

– Ещё не освободился? – расстроено спросила у Марата, садясь в машину.

– Нет. Встреча очень важная для его бизнеса, – вроде и пояснил мужчина, но у девушки остался неприятный осадок, словно её скинули как балласт на плечи другого.

Рустам позволил себе устало потянуться, только когда вышел из номера отеля, где проходила встреча с Фишером. Документы подписаны, акции проданы, деньги на его счёт поступят в течение суток и весьма немалые. Он смог всё же выбить очень хорошую цену от конкурента холдинга Амирхановых.

Стоило выти из отеля, хотел было уже поехать к Милолике, но усилием воли распорядился отвезти его к Марату. Уже в номере друга, у которого и остановился временно, расспросил о девушке.

– Всё в штатном режиме – встретил, отвёз к врачу, не отходил ни на шаг даже по кабинетам за ней таскался, всё! Ну, естественно – отвёз обратно в квартиру к сёстрам. В доме и своя охрана хорошая, везде камеры понатыканы, но всё равно – парочка наших ребят дежурят, так что за безопасность не волнуйся, – отрапортовал друг.

– Точно всё? – спросил Рустам, и Марат его понял. Пожал плечами:

– При встрече я объяснил, где ты, после завершения процедур она поинтересовалась, не закончилась ли твоя встреча и на этом, да – точно всё.

Откинувшись на спинку кресла, Рустам устало потёр переносицу, угрюмо подумав, что ожидал от Милолики хоть маленького проблеска любопытства, по крайней мере, чуть больше вопросов о себе.

– Что дальше, Рустам? – спросил Марат, возвращая его в реальность.

– А дальше… дальше, – вытащил телефон и пролистывая номера, наконец нашёл нужный. – Буду действовать. Помнишь такого – Изотов?

– Хм, – Марат, задумавшись, поскрёб подбородок с небольшой бородкой на нём. – Вроде он хороший кусок земли вам продал.

– Отличный, Марат, просто замечательный кусок. Рядом с заповедником и сейчас там уже заканчивается строительство элитного дома отдыха для одного влиятельного человека. Соответственно дядька сам ведёт кураторство данного строительства.

– Хочешь сорвать ему стройку?

– Да насрать мне на неё и на него тоже. Мне нужен Изотов. Один из самых весомых людей в Сибири, с большими возможностями и связями.

В этот момент в трубке гудки вызова сменились гулким, грудным голосом и Рустам сразу представившись, напомнил о себе, на что довольно услышал:

– Как же, помню, помню. По какому поводу звонишь?

– Андрей Игоревич, не буду ходить вокруг да около – мне нужна ваша помощь в паре вопросов.

– О, как! – крякнул мужчина от неожиданности. – Ну, излагай, только давай сразу на «ты», старым дедом себя чувствую, когда выкаешь.

– Да без проблем, – усмехнулся Рустам. – Дело в том, что я ищу хорошую риэлтерскую компанию – дом хочу в ваших краях купить. Не простой дом добротный, надёжный. Не в городе, а допустим в элитном посёлке с охраной. Такой, чтобы жену не стыдно было туда привезти, и чтобы знал – ни одна тварь не обидит мою семью, которая там будет проживать.

– Я не понял, Рустам – ты собираешься сюда перебраться? – удивился собеседник.

– А почему нет? Покойные родители моей будущей жены выходцы из вашего региона. Я пару раз там был – места красивые.

– Красивые, – одобрительно подтвердил Изотов. – Ну, с этим решим. Второй вопрос?

– А тут совет нужен. Дело в том, что я теперь свободный человек – без должности, без дела, но с хорошей суммой денег. Хочу начать всё с нуля, открыть свою фирму и потихоньку работать. Вот совет в этом деле нужен – по поставщикам, людям, партнёрам. Если конечно тебя не затруднит уделить мне время.

На некоторое время в трубке повисла тишина, но Рустам сидел спокойно, не переживая – Изотов был одним из вариантов.

– Ты сейчас где? – наконец спросил мужчина. – Дома?

– Нет. В Москве.

– Значит так – такие дела с наскоку не решаются – давай ко мне, поговорим, обсудим.

– Первым рейсом вылетаю, – сразу согласился Рустам и, распрощавшись с Изотовым, отключил вызов, сразу заказывая через интернет билет на самолёт.

Только после этого посмотрел на хмурого друга.

– Марат, сколько мы с тобой вместе? Ты мне помогал множество раз, прикрывал спину.

– Как и ты мне, – кивнул головой друг.

– Так вот, хочу тебе предложить выбор брат – ты можешь открыть свою фирму, помогу всем и связями и деньгами. Можешь поехать со мной в Сибирь, и там вместе попробуем наладить дело. Как всё пойдет – не знаю, так что подумай, брат.

– Да что тут думать, – усмехнулся Марат, – с тобой останусь – всё же, как-никак столько лет вместе, сам сказал.

Марат быстро согласился на предложение Рустама, умолчав только об одном – через его невесту, через Милолику, он планировал подобраться к её сестре, больше узнать о Надежде. Дерзкая, яркая и смотрит так, что кровь вспенивает, не говоря уж про ладненькое тело. Уж очень сильно зацепила мелкая его. Умом понимал – девчонка совсем, только школу закончила, но, сколько ни гнал от себя мысли о девушке после первой встречи с Казимировой, так и не смог забыть.

– Ну, значит, договорились! – хлопнул ладонями по коленям Рустам, поднимаясь. – У меня ещё осталось немного времени, так что соберу вещи и метнусь к Казимировым.

Рустам уже собрал сумку в предвкушении того, что сейчас увидит Милолику, вожмёт её в своё тело и пусть хоть немного, но приласкает свою девочку, как вдруг раздался звонок.

Достав телефон, зло усмехнулся, когда увидел, кто именно звонит и, присев на кровать, ответил:

– Слушаю тебя.

– Ты что творишь? – проорал ему в ухо дядька, – Какого хрена мне юристы сообщают, что Фишер теперь владеет…

– Тебе правильно сообщили, – перебил родственника Рустам. – Всё верно – я продал ему все свои акции.

На минуту в трубке повисла тишина, и затем Артур Каримович уничтожающим тоном заговорил:

– Вот значит как племянничек ты решил мне отплатить, вот…

– За предательство отплатил той же монетой, Артур. Так что, не строй из себя обиженную целку.

– Да без проблем, Рустам. Только теперь постоянно оглядывайся, чтобы тебе ничего не прилетело в спину. Ну а Казимировых я лично уничтожу. Да, ты их спрячешь, но жизнь долгая. Я найду каждую и потом буду скидывать их тебе по кускам! – изгалялся Амирханов старший, а в это время Рустам сидел, сузив глаза, сжимая кулак и прилагая огромные усилия, чтобы не сорваться. Нельзя, понимал – должен сохранить холодную голову и ничем не выдать своих эмоций.

– Всё сказал? – перебил его Рустам.– А теперь, Артур, слушай сюда – ты думаешь, я не подстраховался или не знаю о твоих махинациях? Не буду говорить о том, что у меня есть подтверждающие документы, как ты прикрывал провоз оружия через нашу фирму. Да, тогда всё сорвалось и многие сели, но не ты, – усмехнулся Рустам. – Но будь уверен, стоит документам попасть в нужные руки – сядешь. Я не говорю уже про отмывание денег и прочую лабуду – на всё это тоже есть официальные доказательства, – продолжал Рустам, словно слыша, как скрипит зубами дядька и строит планы по его уничтожению. – Но и это не всё. Помнишь свою любовницу – Марину? Ты долго потом её искал, но не знал – это я помог ей спрятаться.

– Сукин сын, – не выдержал Артур, срываясь, и Рустам услышал, как что-то разбилось. Довольно усмехнувшись, продолжил:

– Так вот, Марина, прежде чем я её спрятал от тебя, подкинула мне множество фотографий и парочку видео, где очень узнаваемая личность, суровый мужик ползает перед бабой на коленях, просит отхлестать его по яйцам, вылизывает ей сапоги и…

– Заткнись! – не выдержал дядька. – Я же тебя гниду уничтожу! Я же… – посыпал он угрозами.

– А ты думаешь, я документы и видео у себя храню? – усмехнулся Рустам, – Если что-то со мной произойдёт – вся информация будет обнародована. Можешь даже не предполагать местонахождение файлов и бумаг – никогда не найдёшь и не догадаешься. Так что теперь слушай, Артур! Ты будешь сидеть тихо и никогда даже через кого-либо не попытаешься, не подумаешь нанести вред мне или моим близким. Девчонки Казимировы и мать входят в этот круг, как и все мои друзья. Тебя никто не заставлял играть как грёбанный королёк чужими жизнями – так что сейчас ты пожинаешь плоды своей деятельности! В твоём окружении есть множество людей, которые следят за каждым твоим шагом, Артур, и стоит им только заподозрить неладное – ты сам понимаешь, я начну действовать.

Рустам, отключив связь, ещё некоторое время сидел, сжимая кулаки, пока его не отвлёк Марат, стоящий в дверях спальни.

– Ты как?

– Нормально, – бросил отрывисто Рустам. – Усиль на всякий случай охрану Казимировых, – отдал он распоряжение.

Подхватил сумку, бросил взгляд на часы, отметив, что времени на общение с Милоликой практически не осталось. Уже в дверях попросил друга:

– Ещё раз обдумай, проверь – кому из окружения на сто процентов можно доверять, кто в среднем круге, и списком вышли мне на почту. Надо знать – кто в нашей команде чего стоит, и совпадают ли у нас мнения.

***

«Почему же всё у нас складывается не так как у обычных людей?» – спрашивала себя Милолика, с грустью смотря в окно, которое выходило во двор дома. Вот Рустам подошёл к ожидающей его машине, вскинул голову, посмотрев вверх, буквально через пару мгновений сел в машину и опять уехал.

Лика весь день ждала его, хотя бы звонка, а когда Рустам всё же приехал, готова была расплакаться от того, что он снова куда-то улетает.

– У меня всего лишь десять минут, – проговорил Рустам, прижимая к себе девушку, приподнимая её подбородок, чтобы захватить в плен её губы, вовлечь в горячий, страстный поцелуй.

Лика вцепилась в его плечи и потянулась навстречу, встав на носочки. Она отвечала ему с такой пылкостью, с таким желанием, что Рустам не сдержался, обхватил её ягодицы, подтянул девушку выше, прижимая к стене коридора, потираясь о её тело возбуждённым до боли членом.

– Тс-с-с, маленькая, – прошептал хрипло в ухо, когда Лика, не выдержав, застонала ему в губы. – Ты же не хочешь, чтобы твои сёстры услышали?

На самом деле Рустаму было плевать на всех и на то, что девчонки Казимировы могут их услышать. Ему просто нужно было найти повод отстраниться, отпустить Лику.

Девушка, опустившись на ноги, прижалась всем телом к Рустаму. Вскинула голову.

– Опять по работе? – спросила тихо.

– Да,– Рустам поглаживал пальцем её чуть припухшие после поцелуя губы, чувствуя, как сердце отбивает в груди чечётку. – Два проекта, один из которых очень важен для меня.

– Ты расскажешь? – спросила с надеждой.

– Обязательно. Но не сейчас, – пообещал Рустам.

Лика положила голову на мужскую грудь, вспоминая слова Зейнаб: «Рустам мужчина. Настоящий. Если есть проблема – он её решает и только потом ставит в известность». Вспомнились и его слова о себе, что у него тяжёлый характер и с ним будет не просто.

Сейчас Милолика ясно поняла, ощутила как это трудно – просто поверить, не задавая вопросов. Лика знала, что у неё всё же есть выбор – либо принять его таким, какой он есть и никогда не устраивать ему допросов, либо сейчас, в этот момент оттолкнуть. Она чувствовала – именно в это мгновение может сказать, что не будет его ждать, что после реабилитации вернётся домой к Тамаре, но от мысли, что больше в этом случае не увидит Рустама, просто сойдёт с ума. Поняла – не сможет больше без него. «Он мой – вот такой неразговорчивый, грубоватый, скрытный. Люблю его такого, какой есть!» – промелькнула у неё мысль.

– Хорошо, – вздохнув, Лика отстранилась и, обняв себя за плечи, отошла на пару шагов.

Молча наблюдала за тем, как Рустам, бросив на неё пронзительный взгляд, выходит за дверь, указав, чтобы сразу закрыла за ним на замки и только потом позволила себе расплакаться.

Неприятным открытием для Милолики, как и для её сестёр стало известие, что им нельзя погулять по столице.

– Сейчас не самая безопасная для вас ситуация, – объяснял Марат, ничего не понимающей девушке, и естественно у них не оставалось выбора, кроме как сидеть в арендованной квартире.

Сёстры и Тамара в отличие от Милолики могли смотреть телевизор, копаться в интернете, Лика же была лишена такого удовольствия – врач настойчиво рекомендовал, как минимум ещё на пару месяцев ограничить общение с гаджетами и единственной радостью для девушки стали ежевечерние разговоры с Рустамом.

Лика, слыша какой у него временами уставший голос, предлагала отложить разговор, чтобы он мог отдохнуть, но Рустам своим проникновенно грудным тоном уверял девушку, что отдыхает, когда слышит её голос. Порой он заводил разговор о том, что сейчас бы сделал с её телом, как бы ласкал, и Лике становилось жарко не только от смущения.

Пылая щёчками, она по его просьбе сбивчиво, иногда чуть ли не заикаясь, отвечала – как сама бы прикасалась к нему и каких бы ласк хотела от него.

Неделя поездок в клинику подошла к концу и врач довольный результатом процедур, огорошил девушку:

– Вот и подошло наше время расставаться.

– Так быстро, но… – растерялась Милолика.

– Естественно зрение нужно поберечь, поэтому так же никаких гаджетов, избегать яркого солнечного света, носить очки. Ну а в дальнейшем вас будет наблюдать офтальмолог по месту жительства.

Забрав документы, Милолика вернулась домой, рассказав сёстрам и Тамаре о том, что её лечение здесь закончилось.

– И что теперь делать? – спросила растерянно.

– А Рустам что-то говорил по этому поводу? – нахмурилась тётя, – Когда он возвращается?

– Нет, – мотнула головой Лика, – Можно было бы спросить у Марата, но меня сегодня сопровождал охранник и водитель.

– Ну, так позвони ему! – сразу предложила Надя, приподняв брови от удивления, что Лика сама не додумалась до этого.

– Нет, лучше вечером, – решительно отвергла она предложение Нади, – У него могут быть встречи, ну а мы ничего не теряем сидя на полном обеспечении здесь.

С каждым часом до приближения ночи, Милолика нервничала всё больше и больше. Чувствовала себя паучком на тоненькой паутинке, которого раскачивает ветер по имени Рустам. Стоит ему дунуть не в ту сторону и сорвётся она в пропасть. Неизвестность. Главный её страх, который овладевал девушкой. Когда Надя принесла её трезвонящий телефон и протянула, поясняя – «Рустам», Лика вытерла вспотевшие ладони о простое, голубенькое платье, прежде чем взять трубку.

– Привет, – получилось у неё хрипло от волнения.

– Привет, маленькая, – отозвался Рустам, – Чем занимаешься? Где сейчас?

– Я…я в спальне, – Лика зашла в комнату и закрыла за собой дверь.

– Ну, тогда выйди и открой мне, – в голосе Рустама скользнула улыбка.

– В смысле? – растерялась Милолика. – Ты… Ты здесь? – наконец воскликнула девушка, быстрым шагом направляясь в коридор, к двери и нажав на кнопку домофона, увидела на дисплее стоявшего перед дверью Рустама.

Это был шок. Лика выстроила вопросы, которые собиралась ему задать и никак не ожидала, что придётся это делать лично. Поэтому очень медленно открыла замок, распахнула дверь и сделала шаг назад, перепугано глядя на шагнувшего в квартиру мужчину широко распахнутыми глазами.

Рустам выгнул бровь и нахмурился, не ожидая такой реакции от Милолики.

– Что-то случилось? – сразу осмотрелся и поздоровался с подошедшими Надеждой и Тамарой, улыбнулся подбежавшей к нему Людмилке, передавая малышке свёрток, в котором была красивая кукла.

– Нет, – мотнула головой Лика и наконец-то улыбнулась.

– Тогда собирайся, – проговорил, чуть дёрнув уголком губ, и не успела Лика задать вопрос: куда и зачем, как Тамара подхватила её под локоток.

– Она быстро. Может, выпьешь чай или кофе? – предложила, а когда Рустам отказался, только улыбнулась, уводя девушку за собой.

Рустам прошёл в гостиную, в пол уха слушая восторженный писк малышки, которая развернула подарок. Попутно задал несколько вопросов Надежде, сказав ей принести расписку Милолики, которую она когда-то написала и, получив требуемое, усмехнувшись, убрал бумагу во внутренний карман куртки.

– Завтра ваш рейс домой, – сообщил он Надежде. Так что передай Тамаре – ровно в десять утра вы должны быть собраны. Милолика поедет со мной, её не ждите. С вами поедет Марат и пара моих людей для охраны.

– Что случилось? – встревожилась девушка, присаживаясь в кресло напротив. – Нам стоит о чём-то беспокоиться?

– Нет, – качнул головой Рустам. – Слушайтесь Марата, и всё будет хорошо, – только успел договорить, как в комнату вошла Милолика.

Поднявшись, Рустам пробежал голодным взглядом по девичьей фигурке в тёмно синем костюме с юбкой чуть выше колена и уже удерживающей в руках пальто. Желание вмиг прострелило всё тело, оседая тяжестью в паху

– Приятного вам вечера, – с улыбкой проворковала Тамара, подталкивая Милолику к Рустаму и он, не упустив возможности, обнял Милолику за талию, сопровождая в коридор, на выход.

Ночные огни сияющей столицы, мелькающие за окнами машины, шикарная гостиница, лифт и наконец, роскошный номер. Милолика замерла, осматривая гостиную, в центре которой стоял накрытый стол, множество белоснежных орхидей в вазах по всей комнате. Сглотнула, когда Рустам, прижавшись к её спине, обнял за талию и, наклонившись к уху, тихо спросил:

– Нравится?

Лика не ответила, она только рвано выдохнула, потому что одна ладонь Рустама накрыла её грудь через ткань пиджака, вторая уже сползла вниз, оглаживая бедро и потихоньку задирая юбку вверх.

– Рустам, – Лика попыталась взять себя в руки. Но охнула после того, как он начал ласкать шею, покрывая поцелуями, поднялся выше, прихватывая мочку ушка губами.

Резко развернув к себе Милолику, наклонился, заглядывая в её глаза невероятно тёмным, практически чёрным взглядом, выдавая желание. Обхватив её лицо своими большими ладонями, почти касаясь губами её губ, проговорил:

– Хотел предложить тебе лёгкий ужин, вино, но к чёрту! Хочу тебя, – хрипло закончил мужчина, прежде чем наброситься на губы Лики. Она и сама не отставала, не сдерживаясь, постанывала, стремилась своим языком сплестись с его, прикусывая его губы от нетерпения и дикой жажды.

Взрыкнув, Рустам рывком поднял юбку девушки до талии и, обхватив её ягодицы ладонями, приподнял, ощущая как Лика сразу оплела его ногами. Не прекращая этого дикого, поглощающего их обоих поцелуя, занёс Лику в спальню, сразу укладывая на кровать и нависая над девушкой.

Помня её реакцию на его ласки, осыпал её шею влажными, жадными поцелуями, одновременно расстёгивая пиджак, а когда ладонями ощутил нагое тело, тяжело дыша, отстранился, чтобы сразу натолкнуться взглядом на маняще прекрасную женскую грудь. Два небольших, идеальных полушария увенчанных розовыми сосками, которые сейчас собрались в твёрдые горошины совсем снесли самообладание Рустама. Со стоном он обрушился на вершинки с поцелуями, сжимая грудь Милолики, лаская языком, чуть прикусывая, посасывая.

– Рустам… Рустам, – срывалась в стоны Милолика, то выгибаясь всем телом навстречу его ласке, то дрожа от нетерпения, потиралась о его возбуждённый пах.

Мужские руки ловко избавили её от юбки, которая была отброшена в сторону вслед за пиджаком и Рустам, отстранившись, тяжело дыша, пробежался взглядом по девичьему телу, распростёртому на постели. Раскинутые в стороны ножки в ажурных чулках, кружевные трусики с маленьким треугольником и взгляд поднялся выше к часто вздымающейся женской груди.

– Ты хоть понимаешь, что я тебя сожрать готов? – Рустам не мог сдерживать вибрации в голосе, он как оголодавший зверь готов был кинуться на Милолику, едва ли не стонавшую от дикого мужского взгляда рассматривающего её тело.

– Пожалуйста, – просипела она, в то время пока Рустам, стянув водолазку, рванул пряжку ремня, спуская вниз одним движением джинсы вместе с боксёрами.

– Прошу тебя, пожалуйста, – едва не заскулила, когда Рустам всё так же, не прикасаясь к ней, осматривал её, тяжело дыша.

Лика уже готова была его молить – сама не отрывала взгляда от Рустама, пробегая глазами по его широкой груди, большим плечам, рельефным рукам и взгляд сам собой устремился вниз, к его члену. Гулко сглотнув, Лика приподнялась, смотря на его плоть, которая покачиваясь, подрагивала у живота.

– Руста-а-а-м… – не сдержалась и захныкала, елозя под ним, когда мужская ладонь обхватила член, демонстрируя себя, оглаживая. И он не выдержал – рывком наклонился, накрыл ладонью уже насквозь мокрые кружевные трусики. Надавливая пальцами, отступал, когда Лика начинала сама тереться об его ладонь, постанывая от нетерпения, вцепившись ноготками в его плечи.

– Давай же! – с рыком вытолкнул Рустам, прихватывая мочку, цепляясь зубами за нежную кожу шеи и сразу зализывая: – Скажи мне – чего ты хочешь! – потребовал Рустам и когда Лика, наконец, с яростным стоном крикнула:

– Тебя! Хочу тебя! – отодвинул тонкую тканевую полоску в сторону, проникая сначала одним пальцем в уже готовое, жаждущее женское лоно. Двигая уже двумя пальцами растягивая его, готовя для себя.

– Не могу, – металась Лика под ним, вскидывая бёдра. – Не могу, дай пожалуйста! Хочу тебя! – срывалось с её губ, вспенивая уже бурлившую в венах Рустама кровь.

– Прости, маленькая, – вытолкнул он, обхватывая свой член и направляя в уже готовое, так ему необходимое женское лоно. – Прости, но будет быстро, – прохрипел и наконец, толкнулся бёдрами, врываясь в тело Милолики под обоюдный стон.

Замер, не проникая глубоко. Но Лика сама дёрнула бёдрами ему навстречу, и он сорвался! Сразу набрав быстрый темп, начал двигаться как одержимый, сжимая ладонями бёдра Милолики, её ягодицы, сатанея от хриплых, нежных стонов доносящихся до его одурманенного разума. Он почувствовал вибрацию шёлковых стеночек, когда она, вскрикнув, выгнулась, задрожав всем телом, начала его сжимать, достигнув оргазма.

Рустам едва не сошёл с ума от дикого наслаждения прострелившего всё тело, от того мощного, безумного удовольствия в которое рухнул вслед за своей девочкой, сжимая её, хрипя, содрогаясь, выплёскивал семя в самую глубину её тела.

Он в последний момент удержался на локтях, чтобы не рухнуть на Милолику. Упершись своим лбом в её, тяжело втягивал воздух, смешивая их дыхание. Отклонившись, лёг рядом и сразу притянул к себе Лику, которая, не медля, положила голову на ходившую ходуном мужскую грудь.

– Блядь, девочка, ты меня уделала, – вырвалось у него.

Потершись носом о влажную от пота кожу, Лика подняла голову, посмотрела на Рустама со счастливой улыбкой и чуть наклонившись, покачала головой:

– Я не понимаю тебя, – на что Рустам хмыкнул:

– Слишком быстро всё закончилось, но… – он усмехнулся, посмотрел Милолике в глаза и, приподняв брови, многозначительно промолчал.

Словно огромный кот перетёк в сидячее положение, встал, подтянул за щиколотку засмеявшуюся девушку к себе и, подхватив её на руки, направился в душ. Лика вновь завелась, стоя под тёплыми струями воды, когда Рустам то ли помогая, то ли играя с ней – помогал намыливаться, задерживаясь и обласкивая грудь, ягодицы, развилку между ног. Но не продолжив, он, смыв с них мыльную пену, кидая на девушку странные, нечитаемые взгляды закутал её в, казавшийся просто огромным, белый, пушистый халат, вновь подхватывая на руки.

– Отпусти, – попыталась было возразить Лика, сама цепляясь за мужскую шею. – Я же могу и сама ходить.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Рустам, занося Милолику в гостиную и усаживая на диван.

Лика сразу бросила взгляд на накрытый стол, сглотнула, но когда, вскинув голову, посмотрела на замершего рядом с ней Рустама, улыбка сошла с её губ. Мужчина смотрел на неё немного напряжённо, словно раздумывал о том, что ей не понравится. А когда он сказал, что пришло время рассчитываться, и направился в сторону выхода из номера, напряглась как струнка.

Милолика не отрываясь, наблюдала за передвижениями Рустама – вот он на несколько мгновений пропал из поля зрения, чем-то зашуршал, и появился в гостиной, удерживая в руке листок бумаги. Переведя взгляд на его лицо, сглотнула и вцепилась в ворот халата так, что побелели костяшки пальцев.

– Это что? – наконец выдавила Лика, а услышав от Рустама: «Твоя расписка», – забыла, как дышать.

Хотелось просто закрыть уши руками, зажмуриться и яростно молиться, чтобы всё вернулось обратно, чтобы не было этой дьявольской расписки, где она обязывала сама себя расплатиться с Рустамом, чтобы не слышать его слова: «Пришло время рассчитываться».

Милолика сквозь пелену, которая заволокла алым маревом глаза, увидела, как Рустам присел перед ней на корточки и протягивает злосчастную бумажку со словами:

– Прочитай. Ну же, маленькая, прочитай.

Выходя за распиской, Рустам планировал немного пошутить. Отдать Лике эту нелепую бумажку, впитать в себя её удивлённый взгляд, когда она прочитает его запись, но вернувшись в гостиную и бросив на неё взгляд, разом передумал.

Милолика сидела с прямой спиной и, вцепившись пальчиками в ткань халата, смотрела на него широко распахнутыми глазами. Взгляд у неё был такой, словно она ожидает приговор. Страх, неуверенность и куча отрицательных эмоций читались в её глазах, но никак не игривость или любопытство, которых он ожидал.

Присев перед ней на корточки, попытался вложить расписку ей в руки, но она только сжимала пальцами ткань и смотрела на неё как на ядовитую змею. Бросив бумагу, Рустам обхватил её лицо ладонями, вынуждая посмотреть на него, и едва не задохнулся от той боли, что прочитал в её глазах.

– Маленькая моя, ну что ты, – подхватив Лику на руки, присел на диван, устраивая на своих коленях и осыпая её лицо поцелуями, слыша срывающиеся всхлипы. – Лика, девочка моя, хорошая, ну что же ты. Посмотри на меня, давай же, – просил Рустам. Сам вновь приподнял её лицо, вынуждая посмотреть на него, и едва она вскинула взгляд, сразу, не мешкая спросил: – Ты выйдешь за меня?

Если раньше Рустам и представлял себе этот момент, то определённо не так. Другая женщина, возможно отличившаяся чем-либо выдающимся любовница с безупречной репутацией, и он просто поставит её в известность. Просто как о выгодной для обоих сделке. Никогда он не думал, даже на мгновение представить не мог, что будет так волноваться, внутренне содрогаться, задавая подобный вопрос. А когда он сорвётся с губ, с замиранием сердца следить за реакцией той, кому будет сделано предложение.

Лика заморгала, и навернувшиеся слёзы всё же сорвались с ресниц, побежав по щекам, чтобы быть сразу стёртыми мужскими пальцами. Она не верила. Только когда Рустам, шепча: «Что же ты пугаешь меня, маленькая», – поцеловал её, только тогда очнулась, и до её сознания дошёл смысл сказанного им. Отодвинувшись, она теперь уже смотрела на него взглядом, в котором смешались и удивление, и неверие, и шок, и одновременно пытающаяся пробиться радость.

– Я… ты делаешь мне… – Лика не могла никак взять себя в руки, чтобы сформулировать вопрос.

Рустам наклонился и, глядя ей в глаза, повторил:

– Выходи за меня. Хочу, чтобы ты стала моей женой. Хочу, чтобы родила мне сына и дочь, и просыпаться с тобой каждое утро. Засыпать с тобой, когда ты будешь разомлевшая сворачиваться, как котёнок у меня под боком, не в силах пошевелиться после того, как я тебя отлюблю по полной. Хочу тебя и себя отдаю. Ты выйдешь за меня? – срывались с губ Рустама слова, которые он просто чувствовал, которые шли откуда-то из глубины. От той его части, которая не была подвластна ему и находилась в стазисе до встречи с ней, с его девочкой, с его любимой.

Всхлипнув, Лика закивала головой, вцепляясь в мужские плечи, и сама потянулась за поцелуем, но Рустам её приостановил:

– Ты не ответила, – укоризненно взглянул на Лику и когда она, судорожно втянув воздух, кивая при этом протянула: «Да-а-а!», накрыл губы Милолики поцелуем.

Ужин так и остался нетронутым, забытым. Рустам с Милоликой целуясь, вновь переместились в спальню, потому что эмоции у обоих зашкаливали, желание пересиливало всё и было только одно стремление – соединиться, слиться в единое целое, дарить ласки и наслаждение друг другу.

Позже, Рустам понял, что он не занимался сексом, он занимался любовью.

– Вот так милая, – погружался он в её лоно. – Только так любимая, – смотрел вниз, как скользит его член весь в соках её желания, как они соединяются в единое целое, как он до упора с влажными звуками сносящих разум вторгается в горячее, шелковистое лоно.

Подводя к кульминации Милолику, чувствуя, как она дрожит в его руках, как начинает внутри сокращаться, вибрировать бархатными стеночками, обхватывая его плоть, Рустаму хотелось кричать не от физического, а от душевного наслаждения. Подняв глаза, он хрипло, тяжело дыша, сцеплялся с взглядом Милолики.

Её глаза. Его личный фетиш, его омут, из которого он уже никогда не сможет вырвать свою душу, потому что она в нём утонула и растворилась. Страсть, желание, безграничная любовь и его отражение в этих васильковых озёрах.

Уже позже, искупавшись и всё же поужинав, Милолика положив голову на грудь Рустама, сонно, но с укором произнесла:

– Ты мне так и не рассказал – куда ездил, – потом помолчав несколько секунд, всё же решилась и приподняв голову, тревожно призналась: – Рустам мне страшно, я не знаю – что ты думаешь, какие у тебя планы на будущее и как мы – ты и я будем дальше жить?

– А как могут жить муж и жена? – Рустам мягко улыбнулся и, положив ладонь на её ягодицу, чуть сжал, на что Лика возмутилась:

– Ну я же серьёзно! А ты! – уже расстроено поникла, как Рустам притянул Лику к себе:

– И я серьёзно, – мурлыкнул Рустам, но потом наигранность слетела с его лица и он уже вдумчиво сказал: – Что дальше? Утром твои сёстры и тётка вылетают домой, – заметив, как помрачнела Милолика, чуть улыбнувшись, продолжил: – Мы же можем немного задержаться, но недолго. Я просмотрел несколько хороших домов, так что будешь выбирать сама – где бы ты хотела жить. Не понравятся – будем строить. Кстати, два элитных посёлка и, совсем недалеко от городка твоей тётки, часа четыре езды.

– То есть, – Лика от удивления даже приподнялась, села, не обращая внимания, что взгляд Рустама тут же опустился на её обнажённую грудь, – ты хочешь сказать… Рустам! – вскликнула, когда мужская ладонь воспользовавшись ситуацией, накрыла холмик груди и пальцы уже начали играть с горошиной соска.

– Мммм, – выдал мужчина и, вздохнув, привлёк Милолику обратно, вынуждая лечь. – Да Лика – я решил обосноваться в Сибири, начать своё дело, купить нам дом и в ближайшее время возиться как минимум с сыном, которого ты мне родишь. В перспективе дочь, может ещё сын, – удержал ладонью голову Милолики, которая опять встрепенулась: – Ну а остальные вопросы потом, сейчас спи, потому что утро у тебя будет продуктивным и жарким – хочу сына и как можно быстрее, – припечатал Рустам, довольно улыбаясь, когда Лика поёрзав, со вздохом произнесла: «Я люблю тебя» и затихла, проваливаясь в сон.

Обнимая спящую девушку, Рустам никому и никогда не признался бы в том, что чувствует сейчас – это и безграничная, какая-то вселенская нежность к этой хрупкой, маленькой девушке и дикая страсть обладать ею, потому что стоит ему на неё просто посмотреть – кровь сразу отливает от мозга, поднимая в боеготовность его мужское естество. Присутствовал страх – потерять её, и дикая потребность видеть в её глазах только счастье, чтобы они никогда не туманились пеленой слёз. А значит, Рустам дёрнул краешком губы, понимая, осознавая и смакуя это чувство – любовь. К ней, к Милолике.