Глава 13

Проходит всего один день. Я до сих пор не могу отойти от шока. От того, что мерзавец сделал со мной ночью. Прокрался ко мне в комнату и… довел до чертиков своим похабным языком!

Самое омерзительное, что мне это понравилось.

Я уснула только под утро и без конца прокручивала в голове наши шалости. Мне хотелось ещё и ещё… Повторять ЭТО снова и снова. Снова и снова.

О, боже…

Вот и как теперь после всего этого ужаса маме в глаза смотреть?

А ему?

Без красных, как во время краснухи щек, не обойтись.

Я чувствую себя просто ужасно! Ведь мне кажется, что я предаю маму. Она ведь такой добрый и светлый человек по жизни, что мне не по себе.

Глупый, аленький цветочек. Хочется ей обо всем рассказать, извиниться, ведь любит, идиота этого бесстыжего, кобелину похотливую, ни черта кругом не замечает, а он ей просто пользуется. Как и мной тоже. И другими девушками. Которых у него целый кортеж грузовиков.

Сегодня у меня выдался насыщенный день. Чтобы немного успокоиться и выкинуть из головы похотливого придурка, я решила навести в доме порядки, и в своих вещах тоже. А дальше нужно было заняться поиском работы. Я решила работать по специальности — стать медсестрой и помогать больным людям. Такая профессия пришлась мне по душе. Вид крови меня не пугает, пугает лишь то, что люди постоянно болеют и попадают в беду… хочется быть полезной обществу и принести в этот мир добро.

Хороших врачей с каждым годом становится всё меньше и меньше, зато блогеры плодятся как блохи по весне. Не всем же быть стримером и показывать сиськи за деньги на камеру, а кто же людей будет лечить? Кто будет тушить пожары, ловить преступников и вывозить мусор?

Я, лично, решила посвятить себя медицине и доказать, что в жизни есть кое-что важнее денег и славы. Это… человеческая жизнь.

Забив мысли всевозможными делами, я не заметила, как быстро пролетело время. Это действительно был самый лучший вариант — сосредоточится на домашнем хозяйстве, чтобы забыть грязную ночь безумия.

Капец просто!

Он меня вылизал… ТАМ!

Набросился как зверь на добычу и воткнул в меня свой проворный язык.

Мне опять стало слишком жарко.

Низ живота сладко заныл и запульсировал.

Стоп!

Рита-а-а-а!

Ну вот опять ты вспоминаешь похабного засранца.

Махнув головой, мысленно надавав себе по щекам смачных лещей, я вновь принялась драить полы. Хотя, в доме было, в принципе, чисто, но я натирала полы на кухне уже третий раз за день, ведь это меня успокаивало.

— Ой, хозяюшка моя, дорогая!

Подскакиваю на месте, роняя швабру из рук.

Вижу маму.

Она стоит в дверном проёме и счастливо улыбается, любуясь моими старания.

Точнее… страданиями.

— Ой, прости, напугала?

— Ничего, всё нормально.

Увидев её, я моментально раскраснелась.

Перед глазами опять пронеслась грязная ночка.

Кусая губы, попыталась улыбнуться.

Очень стыдно перед мамой!

Этой дурацкой ночью её жених вытрахал мою бедную дырочку языком, как сверлом. Но, если честно, бессовестный кобелина, сам на меня набросился. Пока я спала…

Просто взял и воспользовался моментом. Так что, наверно, это не считается — пытаюсь оправдаться самой себе.

— Да вот, немного решила навести чистоту, — глупо улыбаюсь я, стараясь выглядеть как ни в чём не бывало, но пульс зашкаливает.

Не могу ей в глаза смотреть.

Кажется, будто у меня на лице красным по белому написана вся моя порочная тайна.

— Это правильно, молодец! — похвалила меня мама, поставив на стол два здоровенных пакета с продуктами. — Как раз вовремя. Вечером планируется грандиозный ужин.

Надеюсь, ужин будет тет-а-тет. Без посторонних. Надеюсь, бородатый придурок всё понял и ноги его больше не будет в нашем доме, иначе все волоски на проклятой бородищи повырываю.

Ух! Как же он меня бесит!

«Ага, конечно, — расхохотался внутренний голос. — Ну, ну. Ужин тет-а-тет. Забыла ты, Рита, как мама тебя бургерами в школьные годы кормила? Чудесное прям перевоплощение за пять минут. Но не для тебя же! Сама знаешь, для кого».

— Моя смена закончилась, я вернулась домой. Как твои дела? Как ночь прошла? — внимательно смотрит на меня, прищурившись, будто неладное чувствует.

— Всё х-хорошо. Как младенец спала, — глупо улыбаюсь. — А ты как?

— Да у нас тоже в отеле всё более-менее нормально. Ночь прошла без происшествий.

— Ты отдыхать пойдёшь?

— Да какой отдых? Мне готовить надо, — вздохнула она, глядя на гору продуктов.

Ну точно не моя мама.

Пожав плечами, я быстренько сматываюсь из кухни, пока она не начала не дай бог меня пытать.

Проходит около часа. Закончив с уборкой, я поднялась к себе наверх и решила немного покемарить. Спустя некоторое время, я вдруг почувствовала волшебный аромат чего-то такого вкусненького, который доносился с первого этажа дома.

Живот жалобно зарычал — я поняла, что проголодалась. Вскочив на ноги с постели, поспешила вниз на запах скворчащей на сковороде еды.

Войдя в кухню, я увидела маму, стоящую у плиты в милом переднике с рюшами и сердечками. Перевела взгляд на стол и обалдела! Стол буквально трещал от того обилия всевозможных домашних деликатесов, которым его завалили до отвала.

Неужели она сама все это наготовила?

Просто не верю собственным глазам.

Да здесь хватит, чтобы закатить целый пир на весь мир.

— Невероятно вкусно пахнет, — втягиваю ноздрями воздух. — И вообще так странно, что ты начала готовить. Я тебя не узнаю, мам.

— Ой, доча, а ты знаешь, что любовь меняет людей? Я тоже не знала, что у меня есть кулинарные способности, — смеясь галдит на всю кухню она, помешивая в казане деревянной ложкой ароматное рагу из телятины и овощей.

Как вспомню, как она мне блины пекла и борщ варила, чуть дом не спалила, страшно становится. Мы заказывали всегда еду. Лучше не вспоминать. Но ради амбала, ты смотри, научилась. Ещё и как! Уровень «мастер-шеф».

— Так-с, — воркует она, выключая плиту. — Ну, почти всё готова. У нас праздничный ужин, так что оденься поприличней. Руслан приедет.

— Только не это!

В ступоре замираю.

— Рит, мне надоело, что за реакция? Он тебя обидел чем-нибудь?

— Он просто врун. Сейчас я тебе докажу.

Протягиваю ей телефон и показываю снимки, которые мы с Машкой сделали возле гаража.

— И что? — мама пучит глаза, ничего не понимая.

— Не успела записать, что он там собаке говорил… Но сказал, что скоро у них будет крыша и он готовит план.

— Рита, ты с ума сошла? — кухня наполняется бурным смехом. — Вот ты у меня смешная! Ведёшь себя как маленькая. Когда я выйду замуж, я все равно буду тебя любить. Не ревнуй, моя дорогая, в моем сердце всем места хватит, — мама потрепала меня по щеке.

— Перестань!

Я отскочила от нее на шаг назад, с обидой растирая пылающую огнём щеку.

— Подожди, а откуда у тебя эти снимки?

Ну всё, капец.

— Да я…

Думаю, чтобы такого придумать, но, внезапно, мы слышим стук в дверь.

— Ой, вот и он! Иди гостя встречай. И переоденься!

Мама суетливо забегала по кухне, сорвав с себя фартук.

Пофыркивая от злости, сжав кулаки, я шагаю в коридор, как солдат на войну. Мне бы автомат в руки, и… Кое-кто полгода не смог бы сидеть на попе ровно. Я ж его предупреждала! Какого воробья лысого он снова припёрся сюда? Держите меня семеро, какая я сейчас злая! Вот-вот, пар из ушей повалит, похлеще, чем у паровоза.

Рывком распахиваю дверь, набирая в грудь побольше воздуха, чтобы как следует высказаться. На пороге вижу довольную, ухмыляющуюся рожу. Довольную и небритую. От Руслана за километр несёт дорогим одеколоном, а в руках сжимается какой-то веник.

— Привет, — вальяжно здоровается, сверкая идеально-белыми зубами.

Ого!

Ну и улыбка.

Голливуд отдыхает.

Руслан выглядит иначе.

Он стоит передо мной в белой классической рубашке, чёрных брюках и… с букетом красных роз. Ну прям на парад собрался. Или в театр, мать вашу, наслаждаться балетом.

Правда, его длинные волосы собраны на затылке в пучок, а на ногах красуются белые кроссовки. Стиль не классика, но смотрится прикольно — модно.

Не знаю, что и сказать. Рот захлопываю, шокированная его внешним видом. Как он только свои ручищи мускулистые в рубашку запихнул?

Белая ткань так сексуально облегает мускулы, что я забываю собственное имя и начинаю чувствовать сладостную негу в нижней части живота. В этой рубашке он кажется ещё более совершенным и горячим. Я бы сейчас плюнула на всё и всё бы ему простила, улетев в пропасть греха уже в третий раз подряд, если бы не… Букет, который он сжимает в руках со сбитыми, после боя, костяшками.

Какие красивые цветочки… Сказочные.

Мне таких никто и никогда не дарил.

А эти?

Они предназначаются не мне.

Моей маме.

Гавнюк!

— Пока.

С яростью захлопываю дверь прямо перед его носом.

Отряхнув ладони друг о друга, гордо вздёрнув подбородок, я шагаю по коридору, усмехаясь.

Меня тормозит грозный голос мамы.

— Рита, я огорчена! Ты что творишь?

Замираю.

Нахмурившись, мама глядит на меня из проёма кухни.

— Эм-м-м…

Она всё видела. К сожалению.

Я хотела сказать, что там был просто курьер, который ошибся домом — у нас это частое явление в частном секторе, но она меня спалила.

— К себе иди, живо! — тычет пальцем в сторону лестницы. — Потом будем разбираться. Рита, ты вообще как, нормальная? Почему ты себя так ведёшь?

— Просто он меня бесит, он тебя обманывает.

— Начинается! Меня достала твоя ревность.

— А меня розовые очки на твоих глазах достали.

Скандал набирает обороты.

Мама больше не улыбается, как три часа назад, её лицо кривится от злости. Ничего не ответив, она практически бегом летит к двери и открывает её уже сама, пуская на порог всемирное зло.

— Русланчик прости ее, она… я думаю она просто не может принять нового мужчину из-за отца, который так жестоко с нами поступил. Моей детке нужно время.

Елейным тоном встречает своего хахаля, заводя его в дом.

— Да я все понимаю. Простите, я могу уйти.

— Нет, нет! Сейчас я все улажу. Проходи, присаживайся. Боги, какая красота! Поставлю их в воду.

Выглянув из-за угла, я с тяжестью на сердце наблюдаю за тем, как она прижимает к груди тот самый восхитительный букет. А Руслан, тем временем, улыбается, глядя на мою мать.

Она поднимается на носочки, пытается дотянуться до лица Руслана, рост которого нереально огромен. Он почти упирается макушкой в потолок. Детине приходится наклониться.

На весь коридор звучит смачный «чмок».

Мама… только что поцеловала мужчину в небритую щёку, оставив на коже красный след от помады.

Бам!

Моё сердце с силой ударилось о рёбра, а в глазах потемнело.

Всё.

Это как удар.

Мощный, адски болезненный.

Кулаком в лицо.

Глаза защипало.

Как будто сейчас по щекам слезы польются.

Через пару секунд телячьих нежностей, меня заметили — они одновременно обернулись. Нахмурившись, мама сделала несколько шагов ко мне навстречу.

— Значит так, или ты переодеваешься и спускаешься вниз или… уходи из дома. Два варианта!

Что?

Мне не послышалось?

Такого тона, такой жёсткой речи я от неё не ожидала.

Еле-еле подавив слёзы, я тоже начинаю двигаться в их сторону.

Подхожу к вешалке. Сорвав с крючка кофту, набрасываю её на себя, огибая здоровенное, тучное тело будущего папочки, который не сводит с меня хитрых глаз:

— Замечательно! Я выбираю… Уйти из дома.

Дёрнув входную дверь, выскакиваю на улицу, убегая в темноту.