Глава 16

Я думала он дурачится. Думала, что сейчас приставать начнет. Но этого не случилось. Он сжимал свои руки вокруг меня все сильней, пусть они и сползли на ягодицы, где будут синяки в итоге, но на игру не походило. Особенно когда Гена задрожал. Что могло этого здоровяка привести в это состояние, я не могла представить. Честно. Могу предположить, что смерть, но кто мог быть ему так дорог, чтобы сидеть и дрожать под моими ладонями. Однако я молчала. Просто гладила его, стискивая массивные плечи. Затекшие ноги, даже онемевшие части тела, на которых я сидела, не заставили меня пошевелиться в течение того времени, что мы молчали. Он первым пришел в движение. Снова сжал мою плоть огромными ладонями и жарко выдохнул. Но не был возбужден, я бы почувствовала. Поэтому я снова обняла. Крепче, сильней, прижалась еще ближе. Знала, что это он ищет сейчас. – Все хорошо… хорошо. Он откинулся на стену и разъединил наш контакт частично. Я рассмотрела его красивую, мощную шею. Сильный подбородок. То, как он глотал слюну. Конечно, мне нравился этот мужчина. Разве могло быть иначе? Именно поэтому сейчас я знала, что важно пройти этот момент с ним, неважно что происходит, по сути. – Хорошо, лапа? И че хорошего? Глаза цвета грозы и тумана посмотрели на меня и обожгли. Я промахнулась со словами. Сильно промахнулась. – Не знаю. Ты молчал. Я решила сказать это. Гена с усмешкой кивнул и протянул руку к моим волосам, свисающим через плечо на грудь. Намотал локон на палец и немного дернул. – Ни хуя хорошего уже не будет. Ни. Хуя. Сейчас он говорил задумчиво. Словно не ждал от меня даже малейшего движения или же ответа. Я молчала. Решила подождать, чтобы снова не облажаться. – Я знал его кучу лет. Столько говна на двоих, троих, четверых сожрали. Мелкими еще познакомились. Отцы друзьями были. Когда он встал во главе района, я был правой рукой. Ни кто-то там, а я. Потом Мурад подтянулся и Орхан. Мы ж как братья все. Только Мурад, сука… – осекается и со злостью отворачивается. – Они друг друга ебнули. А меня не было рядом. Должен был, блядь. Его фразы больше напоминали обрывки фраз. Я пыталась сложить это в одну картинку, но не получалось. – Кто-то умер? – наконец решаю задать вопрос, и Гена снова поворачивается. Смотрит, как будто впервые видит. – Да. Дал и Демид убили друг друга, – выдох резкий получается, и я замираю. Мне все равно, но я вспомнила Дашу. И стало жаль девушку. И того малыша… Боже… Так и сижу на его бедрах шокированная от информации. Даже не сразу обращаю внимание на то, что Гена внимателен к моим эмоциям и считывает их неправильно. – Правильно ты Белоснежка все поняла, – перемещает свои руки на талию и приподнимает, начиная вставать. Как только оказываемся на ногах, он идет вперед. Следую за ним, запутавшись окончательно. Но снова ни звука не произношу. Мы поднимаемся в таком тандеме наверх. За нами ползет Буся, непривычно тихая. Словно чувствуя настроение хозяина, держится ближе ко мне, что странно. Я и сама, хочу вдруг стать тише и ниже. Гена открывает шкаф и… вытаскивает мои вещи. МОИ! – Ген? – мне не нравится происходящее. Вообще. Подхожу аккуратно, и стараясь не разгневать мужчину, аккуратненько трогаю за плечо его. Он не реагирует. Совершенно. Только крутится туда – к полкам шкафа, и обратно – к кровати. – Гена? Что ты делаешь? Буся заскулив ложится ближе к стене и наблюдает. Бедняга, видимо, не понимает, как реагировать на этот ураган. Отлично. Две особи женского пола рядом, а именно мне достается самое нервное, что грозит моему физическому состоянию бедой. Правда, я надеюсь, что это просто мысли мои. Когда полки остаются пустыми, он вытаскивает цвета стали чемодан и открывает его. Молча. Все блин, закипаю. – Какого хрена, ты блядь вытворяешь? – он замирает и, наконец, замечает, что в комнате не один. Бинго. И если я думала и надеялась, что это будет более продолжительной реакцией, то он просто ответил: «Вещи твои собираю!» и продолжил. Схватила какую-то шмотку, что он держал, и выдрала из руки. – Дай сюда. Я спрашиваю, что за черт? – Валишь ты отсюда, – отвечает почти криком. – Все. Живи и радуйся. Собирай это барахло, – откидывает мои вещи на угол кровати, – и на выход. Ни фига себе заявочка. – А ты не охренел? Я тебе что игрушка? Захотел поиграть – забрал, наигрался –выбросил. Вообще уже… – Ты же сама съебаться хотела каждый день. Вот и съебывайся. Демид сдох, тебе больше нечего бояться, я свое обещание сдержал. Хочешь трахаться? Я не против. Приезжай каждый вечер сюда или в клуб, я сейчас буду очень занят, чтобы сидеть тут и тебя развлекать, времени не останется на тебя. Смотрю в эти глаза поросячьи и двинуть хочу. Прям в переносицу. Чтобы опухло, раздулось и косоглазие было. Мудак долбанный. – Да пошел ты, сука. – Че сказала? – встает надо мной, будто напугает. Отворачиваюсь и вещи быстро кидаю в эту громадину. Надо не забыть еще свои инструменты для тату. – Ниче, – кривляюсь в ответ. – На хер посылаю тебя, или непонятно? – застегиваю замок. – Я тебя сейчас на него надену и порву, поняла, – хватает меня и разворачивает к себе. Строит альфа-говносамца, только плевать мне уже. Мудак долбанный. – В жопу свою засунь, эту пипетку недоразвитую, козел. Отталкиваю и становится погано очень внутри. Но подавляю эти эмоции дурацкие и, схватив чемодан, спускаю на пол. Иду мимо Буси, которая уже вскочила и завиляла хвостом. Спускаюсь по лестнице. Нахожу у стены свой небольшой чемоданчик с рабочими инструментами и к двери. Гена бродит за мной. Не знаю чего хочет. Но пусть только попробует предложить подвезти по яйцам двину. Но я ошиблась. Он дверь мне открыл, а как только вышла, закрыл за мной. Вот тебе и криминальный принц. Иду к лифту, и дверь соседской путаны открывается, являя мне королеву платных писюнов. – Ну наконец-то, – восклицает так радостно, что я останавливаюсь. – Че? – Уезжаешь, говорю. Хоть смогу нормально мужика ублажить. Даже застонала от ее слов. – Боже. Ты серьезно? – А… – Ну вот фразочку бросила эту и решила, что ты сейчас меня вот конкретно так унизила и подкосила? Бляха муха, девочка, лучше не пытайся, я серьезно. – Да ты знаешь… – Да знаю я, главное, чтобы ты про себя все знала. – А мне плевать, ясно? Бесполезно короче доказывать, что не могут меня зацепить слова шлюхи. – Чесотка у него, так что побереги свою мандоварку. – Чесотка? Фу-у-у… – кривится девушка. – Ага, вот съехала, чтобы не заразиться. Но я уверена, ты с этим справишься. Ухожу дальше. Спускаюсь на лифте, а сама думаю, что этот… подлец даже не пошел за мной. Нет, мы не пара, конечно, и я в принципе ничего такого, в общем не ждала. Но так поступить… На хрена? В любом случае уже пофиг. Выйду за дверь и тогда точно в задницу этого Гену-мудака. Так и вышло. Села в такси и поехала в свой убогий район. Реально убогий, по сравнению с этим. Дома никого. Чемодан оставляю в спальне не тронутым. Переодеваюсь в ночную пижаму и залезаю под одеяло, надеясь, что усну очень скоро.